И кто тут самый нежный…/Где спит нежность

      15. Ван Ибо.       Хотелось бы поспать подольше, но пришёл сосед. Зайдя в дом и встав посреди гостиной, он очень громко крикнул:       - Эй, кто живой есть! Ван Ибо! Ван Ибо!       Первым подскочил кролик. А раз Сяо Чжань проснулся, то надобности в его пробуждении нет, рассудил Ван Ибо. И, подгребая подушку вислоухого к себе, он уткнулся в неё носом, глубоко вдыхая ставший родным аромат, и задремал снова, свернувшись креветкой.        Но крепко заснуть ему не дали. Сяо Чжань, поднявшись вновь к львёнку, стуча босыми пятками по лестнице - «Вот ведь и впрямь копыта-то!» - и, тяжело дыша от бега, развернул его на спину:       - Ибо? Что-нибудь болит? Голову туманит? Рвать не тянет? Язык, язык покажи мне, - а Ван Ибо решил прикинуться бревном и дремать дальше: «Пусть делает со мной что хочет», но заполошенный кролик стал раскрывать ему веки, убрав чёлку со лба, раскрыл рот, лазя в нём пальцами, - Температуры нет, испарины вроде тоже. Ибооо, открой глаза.       Сяо Чжань вновь открыл ему веки, но лев поглубже закатил зрачки. Просто так, придуряясь, зная уже наверняка, что после этого не уснёт и еле сдерживая рвущийся наружу смех. И вдруг - лёгкая пощёчина. «Аааа?» Другая, третья… «Что за хрень?»       - Чжань-гэ! – схватив ладони того, Ван Ибо растерянно сел в кровати: - Что ты творишь? - его обняли, потом отстранились и посмотрели в глаза:       - Ибо… - его вновь уронили на подушку, - Болит где-нибудь? Может, живот? – и он тут же прошёлся ладонями по животу львёнка, - Здесь? Или здесь? Болит? Тянет? – он чуть-чуть, очень нежненько надавил сверху пупка, потом под пупком.       - Ниже… - хрипло отозвался тот и прикрыл глаза, - Тянет.       Кролик всей своей тёплой ладошкой прошёлся по животу, оглаживая пупочную впадинку и поглаживая круговыми движениями, опускаясь вниз.       - Где? Здесь?       - Ещё ниже, Чжань-гэ, - и он, привстав на локти, скинув одеяло с бёдер, - Чжань-гэ? – то ли позвал, то ли спросил Ван Ибо, - Иди сюда, ложись, - он, взяв ладонь кролика и накрыв ею свой наполовину окрепший член поверх штанов, толкнулся в неё и застонал протяжно и тихо, как будто в себя, - Здесь тянет, Чжань-гэ. Хочу тебя, слышишь?       - Нет, Ибо, я хочу Исюаня… - тихо начал Сяо Чжань, как бы извиняясь. Конец его фразы утонул в громком:       - А? – даже рыкнуть получилось.       - А? – зачем-то повторил кролик от неожиданности и, глядя во внезапно ставшие холодными глаза, спросил: - Ты чего, Ибо?       - Ты хочешь Исюаня? – даже хвост ощетинился.       Тот медленно вздохнул и хмыкнул:       - Дедушка Хау приходил, бледный и перепуганный. Оказывается, вчера вы не ту бутыль забрали, вернее, он не ту бутыль забрал… Ай, в общем, мы вчера пили первач, в котором было, как он сказал, семьдесят пять градусов. Его опасно пить.       - В смысле?       - Ну, там какие-то альдегиды, масла… хрен выговоришь… Он что-то говорил, но я с химией не очень-то.       - Ну что с нами могло быть? Вырвало? Пфф!       - Говорит, могли отказать почки или печень, или посадить желудок, или всё вместе. А мог быть и летальный исход.       - Даже так? – львёнок снова сел в кровати.       - Да. Если бы не решили его смешать с пивом. Как сказал старик Хау, там солод, а в нём кальций и витамины группы В, которые частично нейтрализуют альдегиды. Он поэтому и ушёл, что я рассказал про ликёр. Но сам испугался, ведь на его ор никто больше не вышел, а значит, плохо могло быть остальным. Могло же быть так, что я просто меньше всех выпил? Могло.       - Не могло, Чжань-гэ. Я за вчера только четыре бокала выпил, столько же Вэньхань и Сынён.       - К ним я заглядывал, ну, то есть по пути забежал на второй этаж, там все храпят-сопят. А дед, как сказал про отравления, так я и рванул наверх, а к Исюаню не зашёл. Теперь хочу спуститься к нему и послушать, живы они там, не плохо ли.       - Я думаю, с ними всё нормально. Давай проверим: заварим кофе. Он и еле живых поднимет.       На первом этаже их ожидала уютная тишина и умиротворение. Закрывшись в сауне для простейшей гигиены, парни после долго целовались в душе, который, только из-за натиска львёнка, впустил их обоих в свою кабинку. Ван Ибо, из-за тесноты в кабинке не сумевший опуститься на колени, обвил оба члена своей рукой, проведя вверх-вниз, поймал тихий стон ртом. «Пока ещё тихий», - он провёл рукой ещё раз и, скользя ладонью вверх, чуть сильнее сдавил пальцы. Совсем чуть-чуть, но стон усилился, и поцелуй разорвался.       - Ибо, нужно быть тише.       - Кому нужно? Мне нет, хочу слышать тебя, - прошептал он и окунул их в глубокий поцелуй.       Проводя ладонью вновь и вновь по крепко стоящим членам, он на краткое мгновение сжимал ладонь их головки. А когда стоны кролика превратились в тихие вскрики, он и сам почувствовал приближающуюся разрядку. Рука сама собой стала наращивать темп - быстрее, ещё быстрее, подстраивая его под бешеный ритм сердца. Сяо Чжань дёрнулся, вскрикнул и кончил, пачкая его руку, живот, себя. А следом за ним и Ван Ибо, сглатывая оргазменные всхлипы и вглядываясь в лицо, искажённое удовольствием, рыкнув, излился.              Зарядив кофемашину, тишину сменило лишь приглушённое жужжание кофеварки, затем – аромат, который тонкой, невидимой ниточкой тянулся по коридору, пробуждая спящих.       Первыми на запах вышли ещё заспанные Исюань и Ли Мянь. Они даже не сразу поняли, что кухня-гостиная обитаема. Лишь выйдя из своей комнаты и повернув голову, медведь увидел лениво целующихся парней, скромно притулившихся около мойки. Тихонько шикнув девушке и взяв её за руку, Исюань на цыпочках увёл её в сауну.       Приготовленный кофе распространил аромат по всем трём этажам, и остальные сони тоже вышли из своих комнат на вкусный и бодрящий запах, на тихий бубнёж и сдержанные смешки. А после кофе, проинспектировав холодильник, устроили завтрак-обед-полдник. И всё благодаря Ли Мянь, которая вчера осталась убирать со стола, пока все искали кролика.       Ван Ибо отложил палочки:       - Народ, поход на реку откладывается, мы обещали старику Хау на заводи его сети снять.       - Так, нужно накачать сапборды, там же можно будет покататься? – спросил Исюань.       - Ну да, но я думаю, что только на сапах и лодке. Если сосед ставит сети, то и другие могут.                     Солнце щедро делилось своей жарой. Не духотой, не зноем, а именно комфортной жарой. Это та самая температура, при которой жарко, но тело не просится в тень.       Забежав к соседу за ключом от замка лодки, выспросив дорогу к заводи и как найти сети, они всей компанией выдвинулись, нагруженные, как караван: пакетами, рюкзаками. Здесь были и продукты на уху, и замаринованная, ещё вчера, курица на шашлык, надувные шезлонги, полотенца, пара пледов, спальники, кухонная утварь, палатки и даже походный столик, и ещё много всего того, что не факт, что пригодится, но, а вдруг…       - Я не пойму, мы сапы не могли на берегу надуть, что ли? Тащим теперь, как придурки, эти шпалины, - возмущался Сонджу, неся надутый сап на горбу.       - Куда удобнее в рюкзаке их тащить, и руки были бы свободны, - поддержал его Сынён, неся второй.       - Да чего вы такие недовольные? - подал голос Исюань, который с таким энтузиазмом надувал эти самые сапборды, следя за давлением, сверяясь с сайтом от известного блогера-сёрфингиста Квина и, с удовольствием мастера, пыхтя, - Чего ноете-то? Квин в своём видео сказал, что новичкам готовиться нужно на берегу, а вдруг дырка в сапе, а ты уже на воде?       - Исюань, мы могли бы на берегу их накачать и проверить. Дырка бы не убежала.       - Ну, если бы мы обнаружили дыру, мы не потащили бы дырявый сап на заводь. Всё ж логично, - и, игнорируя возмущённое «Пфф», продолжил: - И вообще, ищите во всём позитив: сейчас нужно было бы тащить ещё и насос с собой.       - И несёте вы только один предмет, а мы руки обрываем пакетами и рюкзаками, - подал голос Вэньхань.       - А давай махнёмся, Вэньхань? Давай поменяемся? – аж остановился Сынён, - А?       - Ой, неси уже. Пакеты очень тяжёлые.       - То есть твои пакеты весят больше десяти килограммов?       - Вам же сказали: ищите позитив, - поддержал разговор Ибо, - Вы идёте в постоянной тени, голову не напечёт, а нам даже отмахнуться от комара нечем.       - Не ври. Вот про комара как раз не твоя история. Ты мог бы не только от вислоухого их отгонять, - хмыкнул Сонджу, а Сяо Чжань хихикнул.       - Но если хвост устанет махать, вон, Мянь-Мянь попроси, у неё аж два висла, - и Сынён повернулся к Сонджу, весело озвучивая, как он видит эту картину.       - Подними его на голову, - обратился Сяо Чжань к Сынёну, указывая взглядом на сап, - Ну давай-давай.       Тот кое-как выполнил то, что он просил, подпрыгивая и подталкивая свою ношу вверх. А кролик, всё ещё улыбаясь милой перебранке друзей, подошёл и встал лису в спину, головой подпирая сап. Тот накренился вперёд, закрывая обзор лису.       - Класс, - принял идею Сынён, - Только давай ты в голове пойдёшь, ты выше.       - Ок.       И они стали производить какой-то сложный манёвр перехода, при котором сап держался на их головах, придерживаемый руками Сынёна, так как у Сяо Чжаня в руках были, как и у всех остальных, набитые «всем нужным» пакеты. И всё шло как нельзя хорошо. И они даже выстроились, как им нужно было, но, повернувшись посмотреть, Ван Ибо отметил, что кролик чуть сгорбился, а значит, почитай основной вес сапа приходился на него.       - Лис, ты охренел? У него ещё пакеты и рюкзак, – львёнок подошёл и, вцепившись зубами за рукав футболки Сяо Чжаня, утянул его в сторону.       Послышалось ойканье, айканье, ещё какие-то вскрики и приглушённый мат.       Сап упал перед Сынёном, а тот, пытаясь уйти от столкновения с ним, резко остановился, качнулся, спотыкнулся и упал, отталкивая доску от себя на впереди идущего Исюаня.       Ничего не подозревавшего парня стукнуло по голове, резко наклонив вперёд, а тяжёлые пакеты, опережая его, ударили по ногам спереди, и он, переваливаясь через свою же ношу, но не отпуская её, рухнул. Он не упал, не свалился, а именно рухнул. И если бы не панама, слетевшая в процессе падения на лицо, он рухнул бы носом прямо в траву. А сверху его накрыл сап.       Тишину парковой зоны сначала нарушил глухой стук – ТЫК! Затем звон всего, что было в пакетах медведя, и уж потом громкий, но короткий вскрик. И это были три разных звука с интервалом в пару мгновений каждый. Следующий звук прогремел спустя секунды три. И это был самый громкий и долгий звук. Ребята засмеялись, обступив Исюаня. Смех был такой неконтролируемый и изнуряющий, что ноги не держали их, и все уселись на тропинку, а кто-то и повалился на траву.              - Умеешь ты, Чжань-Чжань, навести атмосферку, - просмеявшись, сказал Вэньхань.       - Да я-то чего?       - Да всё снова с тебя началось, - хмыкнул Сынён.       - Почему снова? – всё ещё смеялся кролик.       - Ну как же, ночь не спали из-за твоего «перепела». Это раз.       - Согласен. При моей плохой переносимости спиртного не стоило столько пить. Но вы же сами кричали: «Пей, ты что, не уважаешь именинников?»       - Ок, зачтено, и за «раз» не считается, - свернув ноги под себя, сел Сонджу.       - Ну, тогда за «раз» будет считаться сваренный тобой термоядерный ликёр, - не сдавался волк, а остальные тихо возразили, но дали кролику самому ответить.       - Ну, какой был самогон, такой и ликёр получился. Сонджу нюхал его. А ты так и вообще, лизнул его в чистом виде.       - Достойно стрелки перевёл, не считается за «раз», - восседая как Будда, разглагольствовал Сонджу.       - Ну, так кто же виноват, что дедулька вместо самогона первач отдал? Вон, Ибо с Сынёном притащили его, - упирал волк, улыбаясь.       - Ну, так мы бы не пошли побираться к соседу, если бы ты наше не грохнул, всё и сразу, - гыкнул Сынён и пихнул Вэньханя плечом.       - Ну всё? Разобрались? – послышалось из-под сапборда, - Может, меня уже освободим?       Все вновь резко засмеялись и, подняв сапборд, помогли медведю сесть.       - Сука, какой он тяжёлый, - махая головой и смеясь, заметил Исюань, закидывая всё, что выпало из пакетов, обратно.       - А что, тебе твой Квин не рассказал об этом? Ты думал, мы воздушные шары тащим на себе и ноем? - поднялся уже на ноги лис.       - Лучше бы и впрямь на берегу надули, - лыбясь, пробурчал Исюань.       - Это карма тебе, Исюань, – резюмировал Сонджу в своей манере.       Когда заводь неожиданно выступила из-за поворота пролеска, вся компания даже остановилась.       - Кто-нибудь, заткните мне рот, а то я щас запищу, как девчонка, - негромко высказался Сонджу и, повернувшись к рядом стоящему Юй Биню, слегка прикусил ему плечо, а тот боднул его, улыбаясь.        Неширокая, но глубокая заводь казалась колдовским местом: красивым и притягательным. Она была окружена густыми зарослями ивняка и старых, раскидистых деревьев. Их ветви, склоняясь к воде, создавали водопады навесов, отбрасывая тени на гладь воды. Не было суеты и шума большого мира. Только тихий шелест листвы, мерное журчание воды да редкие всплески рыбы.       Густой и тёплый воздух пах влажной землёй, цветущими травами и чем-то неуловимо сладким.       - Я предлагаю палатки установить там, - указал рукой Юй Бинь на небольшое местечко без кустарников и деревьев.       - Согласен, - отозвался Исюань, - Места хватит для трёх палаток, - кивнул он и первым шагнул в ту сторону.        - Слушайте, а кто-нибудь мне может ответить, почему у нас три палатки? – спросил Юй Бинь, и все повернулись к нему, но ответа не нашлось ни у кого.       - Всегда было три, - уже позже отозвался задумчиво Ибо, - А почему? Хотя мы всегда набивались в одну, но выставляли все три.       Обустроив лагерь и повесив котелок с чистой водой над весело потрескивающим костром, все решили: пора. Ли Мянь и Сяо Чжань принялись готовить овощи к ухе, а остальные выставляли мангал и насаживали кусочки мяса на шампуры.       - А у кого отвёртка, мангал собрать? – спросил Юй Бинь. Ответа не последовало, - Ну да, я же задаю охренеть какие сложные вопросы, - как бы сам себе сказал-ответил он.       - Красота, - бросая очередной кусочек мяса обратно в кастрюлю, сказал, вставая, Исюань, - Зато полдома сюда вытащили, даже зубочистки не забыли. А отвёртку забыли. И что теперь с зубочистками делать будем, а?       Сынён и Ибо, найдя нужную лодку по принципу «к какому замку ключ подойдёт», поплыли за сетью, и их смех уже звучал с воды.       - Эх ты, а меток-то, меток сколько, - дивясь, хмыкнул львёнок, - И впрямь вся деревня сети ставит.       - Здесь под водой все цвета радуги.       - Ну не даром они табличек здесь натыкали, что купаться запрещено, - отозвался Сяо Чжань с берега, - А наши-то нашли?       - Нашли!       Сети находились недалеко, всего в десяти метрах от берега.        Сынён ухватился за метку и слегка потянул её:       - Тяжеловато идёт.       - А ты вообще знаешь, как сети снимать? – поинтересовался Ибо.       - Да чего здесь знать-то? Тяни и тяни себе, рыбку в лодку скидывай.       - Понятно. Значит, даже не смотрел. Ну что ж, давай, мистер Уверенность, командуй.       - Да чего ты сразу. Смотрел я. Смотрел. Значит так: я буду тянуть потихоньку и тебе передавать, а ты освобождай рыбу и вон туда, себе за спину кидай, а сеть здесь бросай, потом разберём её. Поехали.       - Как скажешь, сенсей.       Работа заладилась сразу. Улов был хорошим, хоть в большинстве своём рыба попалась в сети не крупная. Штук пять только, более-менее, на килограмм-полтора, остальная была одна к одной, с ладонь.       - Бля, Ибо, здесь что-то крупное попалось, сеть тяжело идёт и её водит.       Молодой лев и так это почувствовал.       - Помочь? – он уже взялся за сеть рядом с руками Сынёна.       - Ну, давай, - кивнул Сынён и, наступив ногой на бортик лодки, с силой потянул, крякнув.        Именно в этот момент, когда они изо всех сил тянули, лодка, и без того не самая устойчивая, резко накренилась. Сынён, пытаясь удержать равновесие, поскользнулся, а Ибо, пытаясь его поддержать, тоже потерял опору. Лодка, словно сглотнув, набрала в себя воды. Много. Очень много.       - Аааа, - только и успели выдохнуть они, схватившись за борта.       Вода, бултыхаясь из стороны в сторону, оббиваясь о бока лодки, раскачиваясь, зачерпывала всё больше и больше воды, чем медленно, но верно топила её и людей в этой лодке.       Наблюдая за этим с берега, Сяо Чжань вскрикнул и уже было ринулся в воду, снеся треногу с котелком. Его успели поймать, когда он, сделав пару шагов, оказался по грудь в воде.       - Стой. Здесь глубоко, и могут быть сети. Затянут - утопнешь, - Исюань со спины потянул его на берег.       - Они же утонут в своих же сетях, - начал выворачиваться кролик.       - Тихо! – прекращая нарастающий гвалт от друзей на берегу, Исюань спросил: - Вы там как?       - Живы, - нестройно ответили те, замерев и стараясь не касаться краёв лодки.       Лодка каким-то чудом не пошла на дно, а пока только дрейфовала по борт в воде.       - Грести не вариант, парни, - сказал Ибо, - Нужна верёвка.       - Бля, как знал, зачем-то сунул, - аж всхрюкнул Сынён, - Вэньхань, в нашем рюкзаке, на дне.       Пока ждали Исюаня и Сонджу с верёвкой на сапе, Ибо и Сынён наблюдали, как рыбёшки, что десять минут назад изображали из себя серебристые трупики, вдруг ожили и, весело трепыхаясь, переваливались через край лодки, покидая их судёнышко.       - Н-да, наловили рыбки, - хмыкнул Ибо.       - Ну да, и ухи похлебали, - засмеялся Сынён, - Мы и сами сейчас на лягушек похожи.       - Ага, в воде по самые уши и…       Лодку вновь покачнуло. Парни замерли.       - Да заткнитесь вы уже, жабы, - Исюань медленно и аккуратно, стоя на коленях и выдерживая равновесие, обвязывал нос лодки.       Когда верёвка была закреплена, Сонджу потихоньку тронулся в обратный путь, а Исюань распутывал верёвку.       Через пятнадцать минут лодка была вытащена, а ещё через полчаса перевёрнута на берегу.        И, о чудо, вытаскивая лодку, оказалось, что сеть зацепилась за весло, а не утонула. Виновник этого потопа тоже был на месте - запутанный в сеть сом килограммов на пять. И рыба с лодки расплылась не вся: крупная так и не смогла перебраться через бортик, а остальной мелочи набралось почти целое ведро.       Решили, что рыбу и сети нужно старику Хау отнести сразу. Заодно отвёртку из дома забрать и в магазин за пивом зайти. А за это время и уха поспеет. К соседу снарядили Вэньханя и Сынёна. Лис изъявил желание промыть свой хвост от речной воды и переодеться.       В котелке уже закипала вода, когда позвонил Сынён. Ван Ибо принял звонок и поставил на громкую связь:       - Ибо, а отвёртка в доме есть? Ключа от гаража не могу найти.       - О, наверное, я забыл вчера повесить его. Посмотри в корзине мои джинсы, - отозвался Сонджу.       - В нише под плитой должна быть точно, посмотри прямо сейчас, а если там нет, может, ещё заглянуть в… - послышался звук чего-то сыплющегося, - Чего там опять, Сынён? Вэньхань! Возьми ты.       - Вэньхань в душе, а это твои магнитики посыпались с холодильника, - Ибо тихо протянул: «О, Сынён», - Да кто сегодня хранит магниты на холодильниках? Выкинул бы их давно.       - Слышь! Это вообще-то вы же мне и дарили их. Я знаю каждый: кто и откуда привёз, так что все повесь на место. Приду, проверю.       - Говоришь, каждый из них знаешь... Ну-ну.       У костра они остались вдвоём: Ибо и кролик. Остальные, пока готовилась уха, катались на сапах. Ибо, вывесив свою мокрую одежду на ветки, лёг рядом с костром на шезлонге, загорая, пока Сяо Чжань колдовал над котелком:       - Сынён как-то проговорился, что ты блондином был.       - Ага, когда в среднюю школу перешёл, мы с Сынёном решили имидж сменить. Я краску купил, а Сынён должен был сходить в поликлинику, раздобыть бахилы. Ну, знаешь, вместо шапочек на голову, - хмыкнул львёнок, переворачиваясь с живота на спину, - Вэньхань вызвался нас покрасить. Покрасил, а бахилы на голову не полезли. Сынён притащил детские, сказал, что эти бесплатные были. А Вэньхань смекнул и пакеты на нас надел из супермаркета. Мы тогда ржали, что хорошо, что не мусорные… - вновь хохотнул он, - По итогу, лучше уж мусорные. Мало того, что кожу головы жгло полчаса, так, когда сняли пакеты, на волосах надписи от пакетов остались. И знаешь, главное, таким едко-зелёным цветом и пропечатались ещё так хорошо: у меня адрес магазина задом наперёд, а у Сынёна - штрих-код. Нет, ему классно было. Он так и оставил. А меня мама, обозвав билбордом, в салон отвела. Я тогда точно убедился, что Вэньхань лиса больше всех выделяет: всё лучшее ему.       - Они хорошая пара.       С реки закричали и замахали руками, и сапы повернули к берегу.       - Скучали?! – послышался голос Сынёна.       - Резонный вопрос, - отозвался Ибо.       Солнце клонилось к закату, окрашивая небо и реку в персиковые и золотистые тона. Уху на столике сменили шашлычки, и уже открыли третий из четырёх принесённых из деревни коробков пива. Вэньхань подкинул бутылку и, перевернув в воздухе, поймал её.       - Что с невезением? Куда дел? Вчера такой ловкости не было, –хохотнул Сонджу, жуя, - Сынён подлечить успел?       - Хм, порчу снял, - и он пихнул кабана.       - Хих, снял. О! Ибо, пока вспомнил, - Сынён повернулся к молодому льву, - Готов проверить память? – и, вытащив из рюкзака целлофановый пакетик, высыпал перед парнем десяток магнитиков и, взяв один из них, показал ему: - Этот.       - Ты привёз из Бэйдайхэ в прошлом году.       - Это было легко, только год прошёл. Этот.       - Дядя из Гонконга подарил.       - Это тоже легко, на нём написано… эээ, этот.       - Сонджу привёз, когда после поступления с родителями поехал подработать проводником, и ещё этот, этот и вот этот.       - Ну, ок. А вот этот? – лис выдвинул из кучки магнитов переливающийся прямоугольник.       - А такого у меня не было, - Ибо взял в руки симпатичный предмет, примерно 4х8, и повертел в руках.       - О-па, а вот и минус балл!       - Где ты его взял? – Ибо всё ещё разглядывал переливающийся сине-зелёными звёздочками предмет, прочитал вслух: - «Haier».       - А? – удивлённо произнёс Сяо Чжань и взял из рук парня прямоугольник, - Ты где это взял? – спросил он лиса.       - Где и остальные, на холодильнике. Отлипать, зараза, ещё не хотел, пришлось отвёрточкой чуть подковырнуть, - и тут же быстро ответил на немой вопрос Ван Ибо: - Царапин нет.       - Сынён! - смеялся Сяо Чжань, показывая предмет Ли Мянь.       Она тоже прыснула смехом:       - Это что, эта лейба с холодильника?       - Сынён? – спросил Ибо, наклонив голову, слегка ударяя хвостом по земле.       - Я приклею… Честно… Я помню, где он висел, - но львёнок всё равно смотрел на него, а хвост опутал ногу, - И остальные развешу как были, - и его отпустили.        Молодой месяц висел красивым тонким полукругом, ярко выделяясь на тёмном небосклоне. Звёзды, как крошечные лампочки гирлянд, сверкали холодным белым светом, а другие, наоборот, - желтовато-тёплым. Ночь выдалась тёмной, но от этого звёзды казались ещё ярче, больше.       Разбежавшись по палаткам по парам, лагерь затих. Ван Ибо и Сяо Чжань, связав шезлонги верёвкой, чтобы не разъехались, и соединив спальные мешки, легли прямо под открытым небом. Глядя в звёздное небо, они тихо переговаривались:       - Ты курил? – спросил Сяо Чжань, удивляясь.       - Ага, - Ибо кивнул, - В девятом классе. Месяца три с Сынёном прятались даже от своих пацанов, но Исюань учуял. Эх, и подзатыльников мы тогда отхватили от них, хм. Хотя медведь и сам в этом возрасте курил, но его отец отвадил этим же методом. Но на нас это не подействовало. Потом Вэньхань заловил Сынёна и взялся за перевоспитание. Долго перевоспитывал. Тот потом около месяца бегал ко мне «затянуться», а я ещё, наверное, месяца два курил вообще от всех тайком.       - Трудно бросал?       - Да нет. Я вообще не понимаю этих заморочек с тягой и опухшими ушами. Мы с отцом клумбу во дворе копали, что вокруг беседки, а он вдруг спрашивает, курю я или нет? Ну, я врать не люблю, просто сказал «да», на что он мне ответил, что зачем оно мне надо, лучше не кури, сынок. Ну, я и подумал, что отец прав, и больше не курил.       - Мне кажется, у тебя из памяти стёрся момент, в котором тебе звезданули лопатой… - пробурчал полусонный голос Сонджу, а через мгновение поднялся громкий смех.       Сон совершенно прошёл, и они просто молча лежали.       - О чём ты думаешь? – Ибо искоса наблюдал за Сяо Чжанем: глаза блестят, по лицу блуждает улыбка.       - Она мне подмигнула… - доверчиво, шёпотом ответил тот.       - Кто? – голос похолодел.       - Вон та звезда. Она красивая.       - Жаль тебя разочаровывать, но свет звёзд проходит через постоянно движущиеся слои воздуха. Отсюда и эффект подмигивания, - к нему повернулись и поцеловали в скулу.       - А ты бы хотел хоть одним глазком увидеть какую-нибудь звезду?       - Зачем? В большинстве своём звёзды — это огромные образования из водорода, гелия, газов и…       - Ибо, - в голосе послышался укор.       - Ладно-ладно, но, Чжань-гэ, ты не то что одну, ты сейчас примерно три-шесть тысяч звёзд наблюдаешь.       - Ибо, я о другом…       - Писанулся, да? - отозвался со своей палатки всё тот же Сонджу, - Чжань-Чжань, зря ты эту тему поднял. Ох и зря.       - Тебе не спать сегодня. А если ты хочешь сказать ему, что звёзды — это романтично, - поддержал друга Сынён, - То не-а, звёзды и романтика для Ибо совместимы примерно так же, как ёжик на воздушном шарике.       - Он тебя сейчас ещё созвездием Льва грузить начнёт, – ухмыльнулся Исюань.       - А я не понял, а кто все эти голоса?! – хохотнул львёнок.       - Всю ночь будешь слушать, - Вэньхань тоже высказался.       - А ты многое знаешь о созвездии Льва? – удивился кролик, а Ибо кивнул, - Расскажешь?       Со всех сторон послышалось:       - Нет…       - Не надо…       - Только не это…       - У кого-нибудь есть массажный крем? – спросил Сынён.       - Чжань-Чжань, он тебе голову свернёт до того, как ты увидишь этого Льва. Поверь на слово, - высунул голову из палатки Вэньхань, - Мы все прошли через это.       - У Сынёна глаз начинает дёргаться и шею судорогой сводить, только он услышит: «Созвездие Льва», - из палатки показалась голова Сонджу, - Из нас только он под руководством Ибо видел этого зверя, а мы ему потом шею вправляли.       - А я не пойму, почему нас все слушают? – Ибо попытался подняться, но ему помешал Сяо Чжань.       - Не обращай внимания. Они завидуют… - и головы Сонджу и Вэньханя скрылись с дружным: «Пффф», - Ну так расскажешь?       Ван Ибо обнял Сяо Чжаня и прошептал:       - Осенью, - и из палаток послышался вздох облегчения, - Солнце входит в его границы, и поэтому ночью созвездия сейчас не видно. Но я обязательно расскажу, это интересно, правда. Покажу Регулу и Денеболу - это яркие звёзды созвездия. А ещё я обещаю изучить и показать созвездие Весов к твоему дню рождения и всё, что с ним связано. Мы приедем в деревню и будем ночевать на полу в мансардной комнате, около окна, и я всю ночь буду рассказывать тебе про звёзды.       - Звучит как отличный план, - и его чмокнули куда-то в нос.       - А мы чего, не приедем, что ли? – подал голос Юй Бинь.       - Чего вы там шепчетесь? - спросил Сынён.       - Говорите громче, тихушничают они, - продолжил Сонджу.       - Да кто их спросит? Приедем и тоже будем на полу лежать и слушать. Тихушники, - пробурчал Исюань.              Звёзды всё ещё мерцали и подмигивали им, долго, до самого утра. Сначала в их глазах они были мерцающими звёздами, потом расплывающимися точками, а затем их накрыла бархатная темнота. И уже во сне звёзды мерцали им и подмигивали долго, очень долго, до самого утра.