Если хватит шагов

[глава 13 | от лица Дрима] Дом стал другим. Тишина уже не казалась спасением. Она хрустела между стен. Как лёд, что вот-вот треснет. Я наблюдал. Не мог не видеть, как Эррор смотрит на Даста. Не прямо — искоса, с прищуром. Будто высчитывает момент, когда можно ударить без последствий. Когда Инк рядом — всё приглушено. Слова выверены, движения мягче. Но стоит ему выйти — и стены словно напитываются ядом. Эррор начал с мелочей. Подвинул кружку так, чтобы Даст случайно её уронил. Съел его часть пирога. Просто взял — и съел. Смотрел в глаза. Жевал медленно. — Привыкай, — шепнул он, почти дружелюбно. — Здесь нет своих. Даст молчал. Но пальцы у него сжимались в кулаки, а плечи становились твёрже. Блу сначала хранил дистанцию. Потом начал повторять фразы Эррора. Неуверенно, по-щенячьи, как будто просил: «заметь меня тоже». — Он вообще разговаривать умеет? — бросил он однажды, проходя мимо Даста. — Или ты ему батарейки не вставил? Смех Эррора — колкий, острый. Я сидел за столом. Смотрел, как дети переглядываются. Их лица — испуганные. Они не понимали, что происходит. Не знали, на чьей быть стороне. Потому — выбрали молчание. Даст больше времени проводил в углу. Иногда — на веранде. Я замечал, как он стискивает челюсть, когда слышит, как шепчутся за спиной. А когда Инк снова появлялся — все словно примеряли на себя маски. Блу — улыбается. Эррор — молчит. Инк что-то чувствовал. Я видел, как он оглядывался, когда входил. Словно в комнате оставался запах чужой злобы. — Всё в порядке? — однажды спросил он у Эррора. Эррор прикусил губу, глаза — стеклянные, без дна. — Конечно. Просто... привыкаю к новому порядку. --- Позже, когда Инк уехал в город, в доме началось настоящее. Я вышел на кухню — и замер. Эррор стоял вплотную к Дасту. Не прикасался, но был слишком близко. — Ты знаешь, кто ты? — прошипел он. — Ошибкой. Ты — его блажь. Временное увлечение. Как и все до тебя. Как и я. Он вдруг усмехнулся, криво, хищно. — Разница в том, что я это переживу. А ты — сломаешься. Потому что тебя никто не держит. Ни дети. Ни Блу. Ни даже Инк. Он тебя рисует, а потом забудет. Ты станешь пылью в его архиве. Даст не ответил. Только смотрел. Спокойно. Слишком спокойно. Эррор скривился — будто этот взгляд обжёг. — Ещё и молчишь... Ты — пустая рама, без содержания. Ты думаешь, если ничего не говоришь — он не заметит, какой ты лишний? --- Я не вмешался. Я просто смотрел. И чувствовал, как сердце внутри сжимается. Потому что в этих словах — был страх. И я знал: следующий удар — будет не словом.