Совместимость

Если в четверг Броку казалось, что хуже быть попросту не может, то пятница наглядно продемонстрировала: может. Ещё как. К тому моменту, как он, пропахший Стивом с ног до головы, спустился на завтрак, самого Роджерса в Трискелионе уже не было. Брок знал это: притихшая связь молчала, следовательно, Пара находилась где-то далеко. Так что он снова был брошен на произвол судьбы, беситься и заводиться от повышенного внимания в одиночку. Надеюсь, у тебя есть объяснения, Стив. Охуительно важные, непреодолимые и неотложные обстоятельства. Прятаться за спиной омеги было последним делом, даже если спина эта была широченной: ни грамма жира, одни литые мышцы. Но Броку всё равно иррационально, тупо и бессмысленно хотелось, чтобы Роджерс нашёл в себе яйца разделить с ним пытку общественным любопытством. Несмотря на то, что это сразу поставило бы под удар их пиздодельную легенду об отсутствии нежных чувств и общем недовольстве связью. Броку она вообще не всралась. Как не всрались и несмолкающие шепотки, от которых у него уже начинала болеть башка. Конечно, рядом оставался верный Джек, поступивший как настоящий друг и снова усевшийся с ним за один стол. Ошивалась неподалёку и взъёбанная, но потихоньку остывающая команда — может, не идеальная, зато его, броковская. И всё равно, сука, это произошло. Брок предавался вялым размышлениям о прелестях Кэпа — такой у него был способ медитации, чтобы не сорваться и никому не навалять, — а очнулся, когда рядом с его рукой шумно опустился поднос. Мгновение спустя к ним с Джеком подсел рослый бритоголовый мужик со светлыми, практически жёлтыми глазами. Брок его не знал. Не смог обнаружить в своей памяти даже намёка на имя, фамилию, должность — в душе он не ебал, что это за хер. Разве что альфа-сущность определил сходу. Зато мужик явно знал его. С некоторых пор. Заебись. — Тут же не занято? — поинтересовался тот, ухмыльнувшись. Одного из передних зубов ему недоставало, и зияющая дырка делала и без того стремноватую внешку совершенно бандитской. Брок переглянулся с Джеком, но раньше, чем кто-то из них успел бы сформулировать вежливый — или не очень — отказ, детина оскалился: — Вот и ладушки. Развалился на своей лавке, взявшись за вилку, и принялся стремительно поглощать жратву. Брок наблюдал за ним пару секунд, дожидаясь, когда тот озвучит, какого хуя припёрся — уж точно не потому, что в столовке не хватало свободных мест, — а потом не выдержал и буркнул: — Ну? Громила, оторвавшийся от своего мяса, вскинул брови. Левая была рассечена. — Чё надо? — доступно разъяснил ему суть претензии Брок. Шёл бы ты отсюда, мужик. Неделька у меня выдалась сложная. Тот помолчал, работая мощными челюстями. Сглотнул. Отхлебнул яблочного сока из пластикового стаканчика. И — медленно, растягивая гласные — ответил: — Хотел посмотреть на счастливчика, который дерёт Капитана Америку. С-с-сука. Справа встревоженно пошевелился Роллинс. Открыл рот, наверняка собираясь вмешаться, но Брок покачал головой, наступил ему на ногу под столом и, уставившись на незваного гостя в упор, выплюнул: — Насмотрелся? А теперь уёбывай. — Не очень-то ты дружелюбный, — ухмыльнулся тот. — Видно, Кэп не даёт, а? Или, может, это ты ему жопу подставляешь? Я слышал об омегах, которым нравятся такие извращения. Уверен, Роджерс из этих. Каково это, Рамлоу: быть его девочкой? ах ты ж У Брока аж зубы свело от бешенства. Бог знает, каким чудом он — и его рвущийся с поводка зверь — остался на месте и даже выдавил из себя ровный, безразличный тон, когда ответил: — Свою, что ли, кандидатуру на моё место предложить хочешь? Не думаю, что его заинтересует твоё волосатое очко. Жёлтые глаза опасно сощурились. — Я-то нормальной ориентации, — прошипел мужик, и от него потянуло горелым запахом ярости. — И, если хочешь знать, считаю, что Капитану чертовски не повезло с Парой, раз после ваших марафонов он способен рассекать по Трискелиону в узком костюмчике. Уж я бы его отодрал так, чтобы он пару дней ещё пластом лежал после. Вертел бы на хуе, гнул бы во все стороны, присовы… тупая наглая мразь Шепотки вокруг стихли, как по волшебству, кто-то вскрикнул, выругался сквозь зубы вскочивший на ноги Джек — рассвирепевший Брок бросился на уёбка с кулаками. С грохотом обрушился задетый их борьбой стол, рис и овощи полетели во все стороны, но Брока это не ебало. Брока не ебало ничего, кроме желания распидорасить ублюдку морду, превратить его ухмылочку в кровавое месиво, бить, бить и бить, пока он не начнёт давиться крошевом из собственных зубов, пока не задохнётся, пока не откинется к херам. Они завозились, катаясь по полу, в какой-то момент противник даже врезал ему в ответ — правая сторона лица взорвалась болью, подозрительно хрустнул нос, — и Брок в отместку приложил его затылком о кафель, ещё и ещё, со всей силы, так, чтобы он… — Брок, твою мать! — его схватили за плечи, в несколько рук стащили с неподвижного, распростёртого по полу мужика. Брок отчаянно дёрнулся прочь, оскалился, зарычал, но его встряхнули, а мгновение спустя Джек рявкнул прямо ему в ухо: — Угомонись! И Брок замер, часто и тяжело дыша, с выпущенными клыками, с клубящейся в груди чистой незамутнённой ненавистью. Роллинс и Келлер держали его вдвоём, не позволяя рыпнуться. Какой-то незнакомый Броку агент помогал мужику подняться. Удалось не сразу — тот покачнулся, едва не упав, сплюнул на пол кровь и, повернувшись к Броку обезображенным лицом, просипел: — Ты покойник. да неужели, блядь — Завали ебало, — окрысился на него Джек, оттаскивая вяло сопротивляющегося Брока в сторону при содействии Келлера. — Идём, чувак. Давай, шевели булками. Не хватало ещё, чтобы кто-то из руководства явился на разборки и начал задавать вопросы. Брок неохотно повиновался. Парни дотащили его до толчка, втолкнули внутрь, и Келлер кивнул Роллинсу: — Приведи командира в чувство. Я разберусь с остальным. Брок не успел обрадоваться этому свидетельству преданности — не сейчас, когда из носа лила кровь, а под правым глазом наливался уверенный фингал. Он даже потрогал его кончиками пальцев — и с неудовольствием понял, что заживать эта срань будет долго. Хвалёная альфа-регенерация плохо справлялась с повреждениями, оставленными такими же самцами. Ну ничего. Он тому уёбку тоже от души напиздошил. Может, даже до сотрясения. Было бы славно. Брок прерывисто вздохнул, небрежно обтёр подтекающий шнобель, с которого уже накапало на футболку, запястьем и, выкрутив кран на полную мощность, принялся умываться. Джек, стоящий на стрёме у двери, наблюдал за ним молча и ситуацию никак не комментировал, но Брок ощущал расходящиеся от него волны осуждения. Роллинс явно считал, что драки можно было избежать. Конечно. Он-то не был на его месте, не знал, каково это — когда чудовище в тебе сходит с ума, требуя перегрызть глотку уёбку, покусившемуся на твою Пару. Оскорбившему её. Предъявившему на неё права. убью его выпотрошу кожу заживо сдеру принесу тебе освежеванным как трофей В слив текло весёленько-красным — кровотечение никак не унималось. Роллинс продолжал торчать поблизости, сверля его недобрым взглядом, и Брок, устав останавливать кровь, оторвался от раковины и с вызовом осведомился: — Что? — Дебил ты, вот что, — ожидаемо отозвался Джек. — На каждую провокацию вестись будешь? Брок потрогал языком зубы, убедился, что ни один из них не шатается, и, выключив воду, пожал плечами: — Буду, если придётся. Роллинс возвёл очи горе, вздохнул, а потом — к изумлению Брока, морально готовящегося к очередному витку мозгоёбства — расплылся в улыбке: — Ну, навалял ты ему знатно. На месте Роджерса у меня бы по коленкам потекло от того, какой у меня нарисовался защитник. А он скорее вынесет мне остатки мозга. — Ага, — кисло буркнул Брок, уныло разглядывая безнадёжно испорченную футболку. Его любимую, между прочим. — Уже предвкушаю его бурный восторг. К счастью для него, Трискелион Роджерс покинул ещё на рассвете, а к тому времени, как животрепещущая новость об учинённой агентом Рамлоу пиздиловке в столовой добралась бы до ушей сиятельного Кэпа, разбитый нос и синяк на морде успели бы подзажить. Брок на это надеялся. Жаль, что за считанные часы этот вопрос не решался, и на ковре у Пирса ему пришлось стоять с этим своим отмудоханным жалким еблом. Как ни удивительно, вопросов и уточнений от начальства, прежде никогда не бывавшего настолько пиздоглазым, не последовало. Серьёзно, Брок реально ждал доёбки — а Пирс будто и не замечал, что один из его бойцов выглядит так, словно решил подменить боксёрскую грушу в тренажёрке. К лучшему, конечно. Наверное. Что там у них?.. Ах да. Задание. — Итак, — торжественно начал Пирс, разглядывая выстроившихся перед ним агентов со своего гигантского кресла. Кое у кого однозначно имелись комплексы по поводу размера. — Миссия, которой вы так долго ждали. Миссия, к которой вы столько готовились. Брок тихонько фыркнул — пафосное еблище Пирса лично его не вдохновляло — и заслужил суровый прищур. Пришлось взять себя в руки, вытянуться в струнку и внимать. — Как некоторые из здесь присутствующих уже знают, — глубокоуважаемое начальство уставилось на агента Рамлоу в упор, недвусмысленно намекая на то, кто именно относился к этим некоторым, — работать вам предстоит с капитаном Роджерсом. Вы, несомненно, отдаёте себе отчёт в том, какого уровня задание… Брок с чистой совестью позволил своему мозгу отключиться. Не были заинтересованы в — теперь уже — очевидном факте участия Кэпа в происходящем и парни: Брок знал, что они косятся на него, кожей чувствовал взгляды, внимательные, хмурые, любопытные. Особенно пристальные теперь, после ставшей достоянием всего ЩИТа драки. Не враждебные, и то хлеб. Но в том, чтобы ощущать себя цирковой обезьянкой, приятного всё равно было мало. Примерно на уровне отметки «нихрена». — Внимание на экран, — Пирс развернулся полубоком к ним, взял в руки пульт и вывел на проектор трёхмерную карту. — Работаете на сложном ландшафте Скандинавских гор. Ваша цель находится на высоте шести тысяч футов над уровнем моря. Команда отреагировала без энтузиазма, кое-кто даже застонал. Брок, оценивший заснеженный пейзаж, был солидарен с парнями — местности хуже не придумаешь. Ни для штурма, ни для подлёта. Следовательно, тот или те, с кем они имели дело, были прекрасно осведомлены о нюансах тактического размещения баз. — Что известно об объекте? — спросил Брок, устав разглядывать пики и склоны. Пирс смерил его хмурым взглядом, задержавшись на фингале — всё он, козлина, видел и всё понимал, — но ответил, медленно, будто подбирая слова: — Засекреченная военная лаборатория. Судя по всему, дело рук одного из уцелевших подразделений Гидры. Брок мрачно кивнул. Ещё бы, куда же без этого? — По нашим разведданным, в настоящее время лаборатория неактивна, — продолжил Пирс, щёлкнув пультом; приближенное изображение с дрона оказалось размытым снимком металлических ворот посреди отвесных скал. — Предположительно заброшена со времён второй мировой. — Тогда зачем нам туда? — брякнул норовистый Хан и моментально добавил, цепенея под взглядом Пирса: — С-сэр. Брока больше интересовал вопрос о том, зачем туда Капитану Америке — в конце концов, лаборатория родом из прошлого столетия мало напоминала те экстремальные условия, которые им обещал Пирс, и непохоже, чтобы суперсолдату было чем там заняться, — но он выбрал промолчать и дождаться, пока Пирс не объяснит всё сам. Стратегия сработала — тот неспешно возобновил свой сдержанный дискурс. — Ваша ключевая задача — штурм и уничтожение лаборатории, — сухо произнёс он. — Вместе со всем, что находится внутри. Уцелеть не должно ничего. Брок нахмурился. Рядом встревоженно пошевелился Джек, вероятно, подумавший о том же, о чём и он. Включало ли это размытое «со всем» много более проблематичное «со всеми»? Что такого было в этой лаборатории, что она подлежала подрыву даже через семьдесят лет после войны? Кто в ней был? — Вам также следует иметь в виду, что данная миссия носит пометку «особо секретно», — Пирс сцепил пальцы в замок и откинулся на спинку кресла. — Что означает, что у любого разглашения подробностей задания сторонним лицам будут последствия. Это понятно, бойцы? Отряд коротко кивнул. Брок сделал это последним, и взгляд Пирса задержался на его постной морде и опухшей переносице, прежде чем вернуться к проектору. — Славно, — в чужом голосе на мгновение послышались трескучие нотки, похожие на предвкушение и на торжество. — В таком случае перейдём непосредственно к деталям дела. Как вы могли заметить, объект расположен в стратегически выгодном месте. Выгодном, разумеется, не для нас. Наветренная сторона горы, опасные склоны, многочисленные фьорды. Лаборатория защищена естественным пейзажем в той же степени, что и толстыми стенами. Подрывникам придётся быть предельно осторожными в расчёте количества взрывчатки. Положите недостаточно — потеряете преимущество и фору. Положите слишком много — разобьётесь о прибрежные скалы. — Мотивация от Бога, — пробормотал себе под нос Роллинс, и Брок ухмыльнулся. На какое-то мгновение — пока не осознал, что его царапнуло в безэмоциональном монологе Пирса. Кое-что странное. Совершенно не сочетающееся с информацией о заброшенности объекта. — Потеряем преимущество? — переспросил Брок, шмыгнув носом. — Перед кем? Взгляд у Пирса сделался тяжёлый и серьёзный. — Перед теми, кого там оставили, — отрезал он. И снова нажал на кнопку на пульте. На экране развернулись фотографии — жутковатые, неестественные, похожие на излишне правдоподобный фотошоп. Существо, запечатлённое на них, можно было бы принять за человека — нет, не так, оно было человеком, однозначно было им когда-то. Теперь же это изувеченное, искорёженное создание с непропорционально длинными руками, вытянутым туловищем и блёклыми слепыми глазами напоминало скорее… ии-сука-сусе …монстра, посаженного на цепь. Кто-то из парней судорожно булькнул горлом. Брока и самого замутило, когда Пирс пролистал дальше — к другим человекоподобным мутантам, лысым и скрюченным, словно каждая кость в их теле была не просто сломана, а раздроблена в мелкую крошку. — Как видите, несколько десятилетий назад в этой лаборатории проводились эксперименты на людях, — негромко озвучил очевидное Пирс. — Гидра была одержима идеей создания сверхчеловека. И шла на радикальные меры в желании превзойти… американский успех. Их глаза встретились. Стив, понял Брок с чем-то вроде смутной боли. Он говорит о Стиве. Но Роджерс, согласившийся на сыворотку в далёком сорок втором, в конечном итоге стал безупречным суперсолдатом. Те, кого Пирс демонстрировал им слайд за слайдом, стали в лучшем случае чудовищами. — Они что… — начал было осипший Джек, и Пирс коротко кивнул: — Им вкололи недоработанный состав, модернизированный из хорошо известного нам исходника, — на этот раз все взгляды сосредоточились на Броке, и он неуютно передёрнул плечами: обошёлся бы, блядь, без очередного напоминания о его связи с Капитаном Америкой и о том, кем этот Капитан, в сущности, являлся. — Похоже, формула оказалась довольно сырой и имела ряд… побочных эффектов. Побочных эффектов. Брок даже усмехнуться не сумел. — Однако, — продолжил Пирс, — она всё-таки сработала. Согласно засекреченным архивам Гидры, благодаря которым мы узнали о существовании этого места, физическая сила испытуемых после введения препарата выросла практически в десять раз. Неустойчивое соединение действующих веществ привело к необратимой слепоте, но взамен обострило прочие органы чувств этих… существ. А также значительно понизило уровень их интеллекта. Понятно. Значит, суперсолдаты не удались — но зато неплохо вышли суперзвери. — Хотите сказать, нам придётся убить их? — глухо спросил Келлер, стоящий по левую руку от Брока. — Как они вообще могут быть ещё живы? Им же порядка сотни лет! Пирс хмыкнул. И отчеканил, пялясь исключительно на агента Рамлоу: — Всем нам известно, что существуют способы обмануть время. Брок дёрнулся и с некоторыми усилиями сдержал начавшийся было полурелиз. Пирс удовлетворённо усмехнулся и повернулся к Келлеру. — Верно, агент, — вкрадчиво проурчал он. — Вам нужно убить их. Как только вы проникнете внутрь, эти твари набросятся на вас. И, уж поверьте, в ваших интересах как можно быстрее избавиться от какого бы то ни было сочувствия в их сторону. Вы что-то хотели сказать, Рамлоу? — Хотел, — напряжённо ответил Брок, потирая саднящую щёку. — Прошу прощения, сэр, но мне абсолютно непонятно, зачем нам вскрывать эту чёртову дверь, если мы прекрасно знаем, что за ней прячется нечто подобное. И какого хера надо отправлять туда Стива, как будто ему мало в жизни дерьма. — Рамлоу, Рамлоу… — Пирс покачал головой. — Вы полагаете, лучше довериться случаю, оставив лабораторию вместе с её обитателями для наших врагов? Брок открыл рот — и шумно клацнул зубами, закрыв его. Возразить было нечего. — Вот и замечательно, — Пирс снова улыбнулся своей фальшивой улыбкой. — Рад, что мы друг друга поняли. Выдержал очередную театральную паузу. И, естественно, пустился в новый монолог. — Запомните, агенты: лучшая защита от угрозы — это её заблаговременное предотвращение. Эта мина, — мясистый палец указал на красную точку объекта на голограмме, — пролежала без дела несколько десятилетий, но мы не можем и впредь рассчитывать на то, что она не взорвётся под нашими ногами, когда мы меньше всего будем этого ожидать. Команда отозвалась нестройным «так точно, сэр». — Таким образом, — подытожил Пирс, — на вас лежит задача по обезвреживанию часовой бомбы. Я хочу, чтобы эта опасность осталась в прошлом. Уничтожьте всех, кто окажется за этой дверью, — он кивнул на вновь вернувшийся на экран снимок ворот, — не дайте ни одному из существ улизнуть. А когда убедитесь в том, что все неудавшиеся образцы мертвы… сожгите то, что останется. Все наработки, все данные, все имеющиеся в лаборатории пробники сыворотки. Они не должны достаться никому. Во избежание последствий. Повисло неуютное молчание. — Уверены, что одного отряда будет достаточно, сэр? — глухо поинтересовался Роллинс, первым решившийся его прервать. — Если эти создания в самом деле так сильны… — У вас есть капитан Роджерс, — сладчайшим тоном перебил его Пирс. — Его должно хватить. «Должно». Не «точно хватит». И даже не «он справится». Какого хуя, мудила? Брока пробрало до самой печёнки необъяснимым бешенством — но смилостивившийся над павшими духом подчинёнными Пирс уже расслабленно махнул рукой: — Все свободны. Материалы по миссии высланы на ваши коммуникаторы. Было облегчением убраться к херам из его кабинета. И Брок развернулся к двери первым, отчаянно мечтая побыстрее свалить к себе. Однако… — Рамлоу. Задержитесь. …у Пирса были на него другие планы. Брок прерывисто вздохнул сквозь зубы и остался на месте. Остальные прошли мимо, поглядывая на него с любопытством и сочувствием. Джек даже задержался на пороге, обеспокоенно пялясь на Брока; но Пирс поторопил его невозмутимым: — Что-то забыли, агент Роллинс? — Нет, сэр, — ответил Джек после заминки, скорчил Броку гримасу и всё-таки вымелся за дверь. Брок понимал его. Он и сам с удовольствием оказался бы там, по ту сторону. В коридоре, в котором можно было выдохнуть и, больше не чувствуя, что его шпигуют невидимыми пулями, шепнуть парням откровенное: «Мы в дерьме». Теперь-то, конечно, в дерьме был только Брок. По уши. — Присядьте, агент, — тоном ласкового папаши произнёс Пирс, когда они остались наедине, и указал Броку на кресло. Слишком уж он был обходительный. Как-то даже чересчур. Происходило что-то крайне скверное. Брок жопой это чуял. — Спасибо, сэр, я лучше постою, — выдавил он — и оказался моментально раздавлен безапелляционным: — Я сказал, присядьте. Пришлось проковылять к столу и плюхнуться в ебучее кресло. Пирс, удовлетворённо хмыкнув, опустился в своё собственное, пристроил массивный подбородок на скрещенных ладонях и, вылупившись на Брока в упор, негромко осведомился: — Скажите мне, Рамлоу, вы идиот? — Прошу прощения? — Брок выдержал его сканирующий взгляд и честно попытался закосить под жертву гнусных инсинуаций. Вышло паршиво. — Я, разумеется, интересуюсь в связи с утренним происшествием, — Пирс уставился на его многострадальный нос так, будто тот лично был повинен как минимум в геноциде евреев. — В результате которого вы отправили в медпункт другого агента. Объяснитесь. А, ясненько. Головомойки всё-таки было не избежать — просто Пирс, как настоящий стратег, оставил её на десерт. Внёс, так сказать, дополнительную нотку пиздеца в и без того попахивающий свеженькой кучей день. Брок открыл рот. На какой-то миг ему даже захотелось честно, как на духу, выложить Пирсу: я должен был отстоять честь своей Пары, и я сделал бы это снова, даже если бы вы, сэр, отправили меня за это в карцер. Но вслух он благоразумно озвучил лишь обтекаемое: — Меня спровоцировали. — Вот как? — Пирс приподнял брови в симуляции удивления, которого в его безжизненных глазах не наблюдалось. — Упоминанием капитана Роджерса, надо полагать? И, когда Брок рефлекторно дёрнулся, поморщился: — Да бросьте, Рамлоу. Весь Трискелион уже в курсе. С-сука, Стив. Стала она более терпимой, твоя ёбаная ситуация? Брок скривился, сглотнул и, переждав волну оглушительной ярости своего зверя, ровно произнёс: — Если все обо всём знают, сэр, вы должны быть наслышаны и о том, что в ходе диалога другой агент предположил, что у нас с Роджерсом… м-м… альтернативное распределение ролей. И на хую я это, в общем-то, вертел, но сейчас оно пришлось как нельзя кстати. Альфа-эго чрезвычайно хрупкая вещь, не правда ли? — О, — невыразительно отозвался Пирс, побарабанив пальцами по столу. — И вы сочли это достаточно весомой причиной для того, чтобы полезть в драку? — А вы бы смолчали? — в тон ему ответил Брок. Пирс нахмурился, явно недовольный его дерзостью, но, к вялому его изумлению, неожиданно кивнул: — Объяснительную мне на стол до конца дня. И будем считать, что инцидент исчерпан. Брок осоловело моргнул, похлопал глазами и, осознав-таки, что буря миновала, запоздало пробормотал: — Спасибо, сэр. Собирался уже встать и уйти, справедливо сочтя разговор завершённым. Но оказался пришпилен к креслу густым и низким голосом Пирса. — Я вынужден вновь напомнить вам о том, где ваше место, агент, — пророкотал тот, следя за Броком из-под полуопущенных век. — И мне всё сильнее кажется, что вы напрочь об этом позабыли. Я спущу вам с рук сегодняшнюю драку в расчёте на ваше благоразумие и на плодотворную миссию, на которую не должны повлиять ваши… обстоятельства. Однако впредь я подобных выходок не потерплю. Вам это ясно? — Предельно, сэр, — скрипнул зубами Брок. Пирс милостиво кивнул — и вдруг добавил совершенно изменившимся, жутким, пугающе сочувствующим тоном: — Вы не его поля ягода, Рамлоу. Неприятно вам об этом сообщать, но иногда ошибается даже природа. Не думайте, что суперсолдату, не понаслышке знающему о том, каково бывает с равным ему по силе альфой, хватит обычного партнёра. Что за… Какой ещё равный по силе? Брок окаменел. Сердце глухо и больно врезалось в рёбра, отказываясь биться. Стив, ты же не… Нет. Нет, тут была какая-то ошибка. Неверная формулировка, неудачный подбор слов, голый и неприкрытый пиздёж Пирса, только не… — О чём вы? — выдавил Брок одними непослушными губами. Пирс улыбнулся — и улыбка эта отдавала мерзковатой, прогорклой на вкус жалостью. — О Баки Барнсе, — промурлыкал он со своей фирменной ласковостью гадюки. — Капитан Роджерс вам о нём не рассказывал? Рекомендую спросить.