Кото-хён

      Первое, что видит перед собой Минхо, когда исчезает огненное марево, — это исхудавшее заплаканное лицо Джисона. Его взгляд потух и полон боли. Он настороженно смотрит, сидя на диване, но не решается встать или заговорить. Минхо отводит взгляд, рассматривая свои ноги, раскинутые на полу, и медленно встаёт. А Джисон срывается с места и так отчаянно цепляется за голые плечи и прижимается губами к щеке.       — Ты вернулся, хён, пожалуйста, не оставляй меня одного, — сбивчиво шепчет, — это была ужасная неделя, я несколько раз порывался бросить в огонь, но я смог. Выдержал.       — Тише, Сони, я вернулся, — голос Минхо звучит ниже и бархатнее, как-то непривычно, руки обвивают подрагивающие плечи и гладят успокаивающе по спине. — У меня получилось. — Шепчет в ухо, а потом скользит губами вниз по щеке.       — Что получилось? — всхлипывает Джисон, отстраняясь, и запоздало понимая, что именно.       — Теперь-то ты дашь мне шанс?       Джисон обнимает широкие плечи и вжимается в мерно вздымающуюся грудь.       — Я всё понял, Хо-я…теперь всё будет по-другому.       — Дай мне для начала какие-нибудь штаны. И маленькую одежду, думаю, можно продать. — Ласково улыбается, отвлекая от водоворота мыслей, так явно читающихся в широко распахнутых глазах. Джисон достаёт свободные пижамные штаны, которые на бёдрах Минхо сидят впритык, оголяя тазовые косточки и поистине длиннющий рыжий хвост сзади.       Джисон забирает из керамической пиалы амулет, но тот рассыпается пеплом в руках.       — Хён? Твой амулет, его больше нет.       — Я знаю, — Минхо присаживается, поддевая пепел и растирая его между пальцами, — я влил магию и пожертвовал амулетом, чтобы изменить всю свою сущность. — Он шевелит ушами, а потом прижимает к волосам, — но, видимо, не всё можно изменить, — смеётся, щекоча подбородок Джисона хвостом, — я больше не дух, дальше, я думаю, буду стареть, как обычный человек.       — Ты это сделал только ради того, чтобы я дал тебе шанс?       — Ага, — беззаботно отвечает, поднимая пиалу и уходя на кухню к кофемашине, — есть что перекусить?       — Не знаю. — Джисон комкает футболку. — Я боялся выйти с дома.       — Почему же?       — Минги приходил, несколько раз и стучал в дверь. Один раз был даже пьян. — Джисон осекается на полуслове.       Минхо же достаёт из морозилки филе рыбы и ставит на разморозку в микроволновку. Рис через пару минут уже в рисоварке, пока кухню наполняют ароматы кофе, несмотря на поздний час.       — Как долго ты не ел? — Минхо поднимает с лёгкостью всё ещё сидящего на полу Хана.       — Три дня, только кофе.       — Сони, ты должен себя беречь, малыш, — рука взъерошивает спутавшиеся кудри, и Минхо возвращается на кухню.       Джисон продолжает сидеть, теперь уже на стуле, и не сводит глаз с Минхо, пока тот готовит и выкладывает на стол.       — Кушай! — он подталкивает пиалку с рисом и плоскую тарелку с кусочками рыбы в овощной подливе.       — Хён! Ты же теперь не уйдёшь?       — Конечно, нет, — широко улыбается, — если у меня есть теперь возможность завоевать твоё сердце.       — Хён, ты знаешь, я много думал за эту неделю, прошёл все стадии отрицания и понял, что моё сердце и так принадлежит тебе.       — Милый, ты не должен мне такое говорить, только потому, что тебе было одиноко.       — Хён, я уверен. Даже если бы у тебя ничего не получилось, мы могли бы быть вместе платонически…       — Как хорошо, что получилось, — Минхо подмигивает, заставляя Хана краснеть. — После еды тебе нужно принять душ и привести волосы в порядок.       — Угу.

***

      Набрать ванну с пенкой для Джисона Минхо кажется лучшим решением, а вот остаться и ждать, пока Джисон в неё заберётся, не самым лучшим. Поэтому Минхо выходит, стараясь не показывать смущения, и прикрывает за собой дверь. То, что Джисон что-то насвистывает и плещется, словно ребенок, успокаивает. Минхо тем временем пересчитывает свои сбережения, прикидывая, на сколько их хватит, и убеждаясь в их ничтожном количестве, начинает размышлять, кем бы ему работать. Любовь это хорошо, но ей сыт не будешь, да и Джисону не помешает помощь. На ум приходит готовка, но пролистав сайты с требованиями, он понимает, что это слишком сложно, потому что у него нет даже айди, не говоря о курсах или санкнижке. Работать в какой-то забегаловке, где всем будет всё равно на документы, кажется сомнительной идеей, но даже она отправляется на скамейку запасных.       Распаренный, с милыми покрасневшими щеками и влажными завитками волос, Джисон вызывает смешанные чувства. Его хочется завернуть в одеяло и спрятать от всего мира. И завалить в кровать и исследовать руками и губами всё его хрупкое и изящное тело. Видимо, всё это читается в глазах, раз Джисон поспешно пробегает к шкафу и, прячась за створкой, одевается.       — Хён, на улице ночь, как мы теперь…       — Точно так же, только теперь я обещаю не трогать, — смеётся Минхо, привычно укладываясь на свою половинку дивана. Когда Джисон нерешительно ложится и укрывается, его обнимают сильные руки, притягивая к груди, — я пошутил, ещё как буду.       Но Минхо всего лишь целует в макушку и засыпает, обнимая Джисона со спины.

***

      — Хан Джисон! — громкий стук в дверь и крики заставляют обоих подскочить, и глянув друг на друга, перевести взгляд на дверь.       — Это Минги, — Джисон шепчет и неосознанно пододвигается к Минхо, заставляя Минхо улыбнуться.       — Сейчас поговорим.       Минхо встаёт, подтягивая штаны повыше и убирая хвост в штанину, на голову надевает повязку Джисона, убирая под неё уши, и проверив, что ничего не торчит, резко распахивает дверь и наблюдает, как Минги дёргается.       — Уважаемый, что вам надо?       Минги подбирается прямо на глазах, возвращая себе былую уверенность.       — Что, уже променял меня? — кричит вглубь квартиры. — Что за ирландский дурдом, то шкет, то ты.       — Я вас настоятельно прошу уйти и больше не беспокоить Джисона, он не нуждается в вашей компании.       — Ты думаешь, раз уложил его, то он теперь твой? Как бы не так! Он мой, я его так просто не отпущу!       Минхо молча поднимает одной рукой за грудки и, не сбиваясь с шага, идёт к лифту, куда и заталкивает офигевшего парня. Самостоятельно нажимает кнопку и машет на прощание. Когда лифт уезжает, неспешно возвращается в квартиру, закрывая дверь.       Джисон, стоявший за дверью, выбегает и быстро набирает что-то на клавиатуре, а потом достаёт с верхней полки шкафа вторую ключ-карту.       — Хорошо ты придумал с повязкой, — тянет руку, поглаживая махровую ткань.       — Было бы странно выйти в пижамных штанах и кепке.       — Как стриптизёр, — прыскает Джисон, скользя по обнажённой груди и прессу.       — Как кто?       — Танцор, который раздевается, я не знаю, как на японском будет.       — Точно! Придумал. — Минхо крепко обнимает и кружит ничего не понимающего Джисона.       — Что ты придумал, ну, кроме закружить меня, — несмело улыбается и заглядывает в глаза.       — Я могу работать переводчиком с японского или обучать онлайн, я видел в дораме.       — А это идея! — Джисон расплывается в широкой улыбке, — но ты не сможешь тогда готовить три раза в день.       — Глупости, — Минхо достаёт яйца из холодильника, не отрывая взгляда от Хана, — мне же теперь легче будет готовить.       — А ещё ты можешь стать блогером, записывать рецепты и выкладывать на Ютюб, например.       — Сони, ты супер, — Минхо тыкает в надутую щёчку и возвращается к готовке.       Джисон заканчивает первым и, недолго думая, заставляет Минхо подавиться кофе:       — Тебе же документы нужны…       — Я не представляю, как…       — Есть пара идей и нужные знакомства.       — Ты меня пугаешь, ты вообще на кого учишься?       — Маркетинг. Продажи, грубо говоря.       — А знакомства?       — В одном дворе жили, не переживай, Чан — свой парень.       Он хватает телефон с тумбочки и быстро что-то набирает.       — Для начала купим тебе пару костюмов по размеру, и трусов, — заливаясь краской, говорит Джисон.       — Мышонок не такой дерзкий, когда кот крупнее? — Минхо подходит и громко чмокает в растрёпанную макушку. — Я умываться.

***

      Одежда Джисона подходит только благодаря его любви к оверсайз. Обувь почти не жмёт, в отличие от трусов, которые то и дело впиваются, и только хвост, выпущенный в штанину, спасает ментальное здоровье Минхо, а задницу от натирания. В кепке и толстовке он выглядит комично, но Джисон показывает два пальца вверх и улыбается от уха до уха.       Яркий солнечный свет непривычно слепит, а буквы на вывесках и витринах странно размываются.       — Джисон, — пальцы цепляются в поиске поддержки, — мне кажется, у меня проблемы со зрением.       Джисон тормозит и заглядывает в лицо.       — У тебя глаза светлее и зрачок круглый. Раньше они были чёрными, и зрачок был более вытянутым, хоть и это было не сильно заметно. Пойдём сразу проверим, пока ты не расшиб лоб о первый попавшийся столб.       — Руку не отпускай только, это действительно страшно — перестать чётко видеть.       — А ночью и утром, дома же было хорошо?       — Дома было темно…было нормально.       — Обычно наоборот, — шутит Джисон, желая разрядить напряжение, но Минхо переплетает пальцы, показывая, что отпускать не намерен.

***

      В ближайшем торговом центре они быстро находят оптику, под чутким надзором Джисона проводят проверку, хоть и пытаются его выставить обратно в зал. Но оптометрист смиряется, когда Минхо поднимает на него растерянный расфокусированный взгляд.       Позаглядывав в странную машину с домиком на картинке и перемерив все доступные линзы, Минхо получает результат: минус четыре на обоих глазах.       — Молодой человек, как вы вообще ходили до сегодняшнего дня?       — Он сломал очки… а номер просто забыл, — вклинивается Джисон и спасает Минхо сотню нервных клеток. Но выбор оправы оказывается страшнее проверки. Минхо приходится перемерить всю витрину, и не по одному кругу, пока он не находит золотистую оправу под круглые линзы. Джисон громко цыкает, но когда Минхо её надевает, восторженно выдыхает.       — Кто бы мог подумать, что ты будешь таким милым.       Минхо рдеет, собственные щёки теплеют. Быстрый взгляд в зеркало:       — Берём?       — Угу… вау.       Продавец обещает, что в течение трёх дней, учитывая доплату за срочность, очки будут готовы.       — Три дня ты будешь со мной за ручку ходить, — шутит Джисон и получает шепот в ухо.       — Я и потом тебя не отпущу.       — Но у меня пары.       — На пары отпущу, — Минхо заливисто хохочет, пока Джисон с коварным смехом заталкивает его в магазин домашней одежды и белья.       — Может, по интернету закажем, стыдно же девушкам говорить про исподнее.       — Здравствуйте, позаботьтесь о нас, о нём, точнее, пожалуйста! — Джисон тянет за руку, словно на плаху, вызывая единственное желание сбежать отсюда, от пронизывающего взгляда девушки, которая мысленно, наверное, его разложила на составляющие и провела подробный анализ…       — Здравствуйте, что ищете, для своего… эм…       — Друга! — Джисон выпаливает, но сжимает пальцы в ответ.       — ...для вашего друга?       — Пару пижам и боксеры, он любит боксеры, — Джисон затыкается, наконец-то осознав, как звучит.       — Замечательно, я принесу несколько пижам, а вот стенд с нижним бельём — вашему другу подойдёт медиум, но вы, видимо, и это знаете, — девушка звучит вполне дружелюбно.       Минхо выбирает ту же модель, что носил совсем недавно, но берёт размер побольше, вызывая смешок у Джисона.       — Это, конечно, мило, и там я тоже вырос, но расчет на то, что тилипается, а не стоит.       Минхо алеет щеками вовсю, берёт несколько дополнительных пачек и торопливо относит выбранное на кассу.       — Джисон, тут дорого!       — Я не обеднею, если куплю тебе пару лишних трусов, — и подмигивает, не прекращая улыбаться.       Выбранные пижамы сидят идеально, тёмные благородные цвета оттеняют огненную шевелюру, и Минхо остаётся довольным выбором.       На кассе Минхо шокированно смотрит на экран, а Джисон молча прикладывает карту, забирает пакеты и передаёт Минхо.       — Я хочу домой, я устал… — Минхо ноет в джисоновой манере, но тот лишь смеётся:       — Ладно, остальное, действительно, можем заказать по интернету.

***

      Первым делом в квартире Минхо бежит избавиться от орудия пыток и выпустить хвост на волю. А вторым делом обед. Пока Джисон, сидя за кухонным столом, сваливает в виртуальную корзину всё, на что глаз ляжет, Минхо пытается придумать, что приготовить из оставшихся продуктов. Тяжелый вздох вырывает Джисона из шоппингового транса, и он поднимает взволнованный взгляд.       — Запасы в холодильнике заканчиваются. Это последний кусок мяса, закончилось кимчи, и риса на пару раз.       — Давай вечером сходим в супермаркет, после визита к Чану.       — В настоящий? Такой большой с тележками и длинными полками? Как в дорамах?       — Ага, — Джисон кивает, — никогда не был?       — Не-е-т, столько еды в одном месте.       Минхо мечтательно улыбается и возвращается к готовке.

***

      После обеда продыху ему не дают, и Джисон втюхивает ноутбук с открытой корзиной. Только от цифры в красном кружочке уже плохо, а от итоговой суммы сердце ухает в пятки.       — Сони, мне буквально пару джинсов и треников. Футболки я и твои могу носить.       — Пять! — Джисон вытягивает руку, широко расставив пальцы перед носом Минхо.       — Что пять?       — Собери пять комплектов, и обувь, и кепку… и, возможно, я отстану.       — Давай лучше еды купим. Мне всё равно некуда ходить.       — Это пока! Давай выбирай, и через двадцать минут поедем к Чану.       — А может, не надо?       — Ещё как надо, ты же не хочешь проблем с законом?       Минхо только отрицательно качает головой.       — Ну вот и молодец.

***

      К Чану почему-то они едут на такси, и Минхо безумно интересно смотреть на мелькающие, хоть и размытые, вывески. Они собираются в яркий калейдоскоп, сливаясь и обрываясь. Поездка длится недолго, и они останавливаются возле огромной стеклянной высотки. Охранник на входе выдаёт им бейджи гостей после согласования с кем-то по телефону, а Джисон уверенно тянет к лифтам. Лифтом назвать стеклянный короб смерти язык не поворачивается. Изнутри открывается вид на парковку, которая за считанные секунды стремительно удаляется, превращая машины на ней в игрушечные. Мелодичный перелив оповещает о прибытии, и Джисон тянет окаменелое от ужаса тело Минхо.       — Чан! — Джисон вопит и бросается в объятия крепкого мужчины, тот хлопает по плечу, вполне по-отечески, хотя при детальном осмотре он не кажется сильно старше.       — Какими судьбами ко мне и на работу?       — Одной конкретной, — Джисон оборачивается, протягивая руку, — это Минхо, мой близкий друг. А это Бан Чан, человек, который меня практически вырастил.       — Просто Минхо?       — Минхо-хён… — скорее уточняет он. — Приятно познакомиться, господин Бан.       — Давайте уж без формальностей, пройдёмте в кабинет.       Он разворачивается на пятках и удаляется быстрым шагом. Джисон, цепляя Минхо за руку, тащит следом. Когда дверь за ними закрывается, они рассаживаются в кресла напротив.       — Джи, давай выкладывай, что случилось, иначе ты бы позвал меня пропустить по бутылочке соджу, а не ко мне на работу.       — Минхо нужны документы.       — Настолько длинные очереди в МинЮст? — Чан выгибает вопросительно бровь. А ладошки потеют. Но Джисон абсолютно не стесняясь:       — У него совсем нет документов, хён.       — Имя, вроде, корейское, ты беженец с северной? Так это мы легко оформим.       Минхо выжидает, не зная, что сказать.       — Личный импорт из Японии. — Джисон успокаивающе пожимает кисть.       — Ты что, якудзу выкрал? И его теперь ищут? Знаешь, Джисон, я не удивлён.       — Хён, ты слишком много триллеров смотришь. Скорее, привёз в Корею.       — Как ты смог?       — Долгая история, и этот способ уже недействителен.       Минхо не выдерживает этот словесный пинг-понг.       — Мне документы не нужны были, а теперь Джисон говорит, что надо.       — Поможешь? — Джисон округляет глаза и складывает руки в умоляющем жесте.       — Ладно, — Чан трёт переносицу, — Что-нибудь придумаю. Давай фотки сделаем на всякий случай.       Чан указывает на стул возле белой стены, куда Минхо садится незамедлительно.       — Кепку-то сними.       — Не могу!       — Он не может, — свои пять копеек вставляет Джисон.       — Да вы, верно, издеваетесь? — Чан не повышает голос, но Минхо становится некомфортно, пока Джисон не подходит и не гладит по плечу.       — Чан, у тебя же стоит фотошоп на компе?       — Ты что, прыщика на лбу стесняешься? — глаза Чана закатываются, а потом чуть не выпадают из орбит, когда Минхо снимает кепку и ерошит волосы. Джисон забирает кепку и отходит к Чану.       — Это какая-то шутка? Бодимодификации? Слышал, в Японии балуются таким.       — Уши родные, — Минхо недовольно щурится, а ухо незамедлительно дёргается в подтверждение слов.       — Ладно, Джисон, отфотошопишь…       Несколько щелчков и кепка возвращается на законное место. Джисон с энтузиазмом садится за предложенный гостевой ноут и погружается в процесс, высунув язык от усердия.       — Пойдём кофе сварим, пока Джи шаманит.       Минхо кивает и молча следует на выход из кабинета. Едва они поворачивают в конце коридора, Чан резко тормозит и заталкивает Минхо в подсобку уборщика, перекрывая спиной дверь.       — А теперь рассказывай, Минхо из Японии.       — Что тебе рассказывать, — Минхо зеркалит позу, скрещивая руки на груди.       — Кто ты такой, почему нет документов, что тебя связывает с Джисоном.       — Ты, типа, полицейский?       — Нет, но могу их вызвать.       Минхо тяжело вздыхает и помогает хвосту выпутаться из штанины. Удивление Чана веселит.       — Я покажу своё фото и расскажу, верить или нет — дело твоё. Джисон подтвердит мои слова. Он меня забрал из родного дома, когда мне не оставалось выбора, его продавали.       — Сопли оставь и говори по делу.       — Минхо, бывший огненный дух, около ста лет. Был привязан к амулету, влил всю магию и разрушил его. Думал, стану человеком, но вот — уши, хвост и плохое зрение в комплекте. Силы огня не осталось, но физическая вроде не пострадала.       — И ты думаешь, я в этот чёс поверю. Сейчас и хвосты, может, придумали.       Минхо достаёт телефон и открывает фотки с океанариума, с датой, временем и с собой, сидящим на коленях Джисона. Лицо, конечно, изменилось, но волосы и общие черты сохранились. Чан выхватывает телефон и листает, приближает, рассматривая вплоть до пикселей.       — Добро пожаловать во взрослую жизнь, — Чан отходит от двери и выскальзывает наружу.       Минхо находит его на кухне и без спроса набирает воды и залпом выпивает.       — Что между вами? — от повторного вопроса уже не отвертеться.       — Мы живём вместе, а в романтическом плане мы на первой базе.       Чан начинает смеяться, практически плача.       — Первая — это поцелуи?       — Объятия.       — Ты смотришь подростковые дорамы? Джисон не маленький ребёнок. Он эти базы ещё в семнадцать лет прошёл.       — Не с тобой ли? — Минхо щурится, желая лучше рассмотреть выражение лица.       — Нет, я по девушкам.       Джисон заходит на кухню, задевая носком стену, Минхо мгновенно оказывается возле него, приобнимая. Но он лишь широко улыбается.       — Я закончил и отправил на мейл.       — Отлично. Тогда выпьем кофе и по домам.