Глава 8. Ты
6 июля 2025 г., 00:00
В Сунагакуре Гаару накрыло воспоминаниями о событиях, которые только что пережил его клон. Дыхание сбилось, он машинально прижал ладонь ко лбу, проверяя, не поднялась ли температура. Закрыл глаза — по телу прошла дрожь, и он тяжело опустился в кресло. Ну и… странная же…
Увы, именно в этот момент в кабинет ввалились его старшие брат и сестра. Гаара судорожно попытался привести лицо в порядок, но чуть не соскользнул с кресла — чертовы шелковые одеяния Казекаге — и даже не успел выровнять дыхание.
— У тебя что, кровь из носа? — подозрительно прищурился Канкуро, указывая пальцем.
— Где ниндзя из Листа? — всплеснула руками Темари. — Их же здесь нет!
— Ммфргм, — выразительно сообщил Гаара.
Старшие наследники Песка переглянулись, потом снова уставились на брата. Красноволосый с усилием откашлялся и кое-как уселся обратно.
— Прошу прощения… Отвечая по порядку: да, но я в порядке, и госпожа Цунаде пообещала, что они уже в пути, так что с этим проблем быть не должно, — пробормотал их уважаемый Казекаге чуть ли не шепотом.
Он пару раз покачал головой и резко поднялся на ноги.
— Если есть возможность… могли бы вы с Темари немного меня подменить? Я бы… отдохнул. Немного. В кровати. Один… — Гаара неуклюже потопал к выходу из кабинета, ни разу не глянув брату с сестрой в глаза.
У него была запасная комната — специально для таких случаев, когда Казекаге остро нужен в здании, но не менее остро нуждается в передышке. За все время службы Гаары она использовалась едва ли пару раз — и то после долгих уговоров Канкуро и Темари, умоляющих младшего хоть немного расслабиться в разгар бесконечных переговоров.
Сам Гаара в ту комнату раньше не заходил. Никогда.
Темари с Канкуро выглянули в коридор и проводили младшего настороженными взглядами. Тот сперва запнулся о цветочный горшок, потом боднул локтем стену, пока шарил по карманам в поисках ключа. Со вздохом, куда более усталым, чем должен быть у лидера в разгар «Самого Мирного Времени в Истории Сунагакуре», он наконец повернул ручку двери и скрылся в маленькой комнате отдыха.
Канкуро, прижав кулак к подбородку в задумчивом жесте, спросил:
— Как думаешь, он пошел дрочить?
Темари хлопнула брата по затылку. Без особого энтузиазма — мысли у нее были заняты совсем другим. Например, тем, какого хрена вообще произошло в Конохе.
***
В Конохе солнце клонилось к закату. Небо налилось густым оранжевым светом, а в квартире Наруто зазвонил телефон — вызов из офиса Хокаге. Наруто застонал, не прекращая отжиматься посреди гостиной. Саске, удобно устроившийся у него на спине, читал вслух свиток по гендзюцу. — Тебе звонят, — равнодушно сообщил он, опуская ноги на пол. — Сейчас принесу. — Э-э-э... А можешь сам ответить? — жалобно попросил Наруто, весь красный и смущенный. — Мне еще куча отжиманий осталась… Саске прищурился, глядя на затылок блондина, и вновь закинул ногу на ногу. — У тебя до сих пор стоит, что ли? — прищурился он. Наруто с глухим стоном рухнул на пол и кивнул. Саске неловко скатился с него рядом, тоже на пол. Фыркнул. — Извини, ладно? Я знаю, что это все... странно. Я серьезно, я все понимаю, — Наруто сморщился, уткнувшись лицом в ковер. — Но тебе придется смириться с тем, что я, видимо, теперь буду постоянно со стояком. Особенно рядом с тобой. Саске снова фыркнул, но, по правде говоря, был польщен. Чтобы скрыть улыбку, что вот-вот прорвется, он откашлялся. — Тебя бы к врачу отвести, — проворчал он с показной угрозой. В ответ Наруто забарабанил пятками по полу. Саске вздохнул, перевернулся на живот и продолжил читать, мотая головой — мол, ну и дурак ты, конечно. Телефон между тем переключился на автоответчик. (Если дело срочное — пришлют птицу.) Наруто с обреченным вздохом снова встал в упор лежа, а Саске развернул следующий раздел свитка. Он покачал головой. Что вообще делать с этим идиотом, у которого по-прежнему держится эрекция? Всего пару часов назад, когда Наруто вышел из ванной — как раз тогда, когда Саске только что закончил готовить обед — он был совершенно спокоен. В смысле нормальным. Без всяких... реакций. Но стоило Саске накрыть на стол и достать палочки, как у того уже снова все колом стояло. Разумеется, Саске, как положено хорошему парню, помог. Хотя и не до конца понял, с чего все вдруг. То ли пока он наклонялся за посудой, то ли пока потел у плиты... Впрочем, с последнего раза прошла уже пара часов, так что, наверное, было не так уж и рано. Но нет — едва они доели и начали убирать со стола, как Наруто снова был в полной боевой готовности. Даже без рамена! (А Саске, между прочим, давно подозревал, что рамен на него действует возбуждающе.) В итоге он велел тому заняться самоконтролем и физическими упражнениями, потому что ну нельзя же будущему Хокаге каждые четыре минуты возбуждаться. А если бы это случалось на официальных встречах? Вот уже два часа Наруто отжимался, а Саске молча сидел у него на спине как живой укор. Телефон наконец умолк, и Наруто резко сел. Схватил Саске за лицо двумя руками. — Как бы это вообще выглядело?! — возмутился он, и Саске даже не понял, с чего вдруг. Наруто продолжил, не дожидаясь реакции: — Мой врач — это Сакура, ты в курсе, нет?! И что я ей скажу? «Понимаешь, у меня стояк. На Саске. Да, того самого Саске, которого ты тоже хотела охомутать. И он, этот стояк, вообще не проходит! Я за сегодня уже трижды кончил, но стоит только подумать об этой его идиотской улыбке или вдохнуть его запах, или просто почувствовать, что он где-то рядом — и все. Снова стоит. По полной программе». Ты представляешь, как это звучит?! Саске приподнялся на локтях, положил ладони на руки Наруто, все еще сжимающие его лицо, и поцеловал его в лоб. — Прости, — сказал он самым спокойным голосом в мире, в котором не было ни капли раскаяния, и обнял парня. — А чего тогда улыбаешься? — буркнул Наруто, но все равно крепко прижался к нему, и они так просидели долго, почти не двигаясь. Саске чувствовал, как у него сжимается сердце — от нежности, от чувств. От того, насколько этот дурак был его. И насколько сильно ему этого дурака хотелось. — Знаешь, — вдруг заговорил Наруто, уже с совершенно другим настроением, чуть выпрямляясь, — вообще-то ты должен гордиться. Представь, сколько я смогу выдержать, когда начну трахать тебя. Саске немного отстранился, встретившись с затуманенным взглядом Наруто и вскинув бровь: — Ну да, только вот стоит мне до тебя дотронуться — ты уже кончаешь. Ты что, собираешься трахать меня по две минуты, кончать, потом минуту ждать, пока снова встанет, и опять начинать? Это вообще приятно будет, по-твоему? Наруто густо покраснел, но попытался насупиться — по-своему, дико умилительно: — Я над этим поработаю еще! Вот же наглец! Сам-то после первого раза сразу спать заваливаешься! У тебя выносливость — как у пельменя! Просто в другой сфере! А если ты вырубишься прямо во время секса? Саске скрутил пальцами одну из щек Наруто, покрытую старыми шрамами, и потянул до розовой полоски. — Эй! Я же... Ммх! — начал было Наруто, но замолк, когда Саске накрыл его губы поцелуем и языком проник внутрь. Саске усмехнулся сквозь поцелуй, а Наруто сразу забыл, что вообще собирался сказать. Их языки встретились, сплелись, и он застонал, когда Саске запустил пальцы в его длинноватые волосы на затылке и потянул — жестко, с силой (и нет, это вовсе не заводит, завалитесь). Его пальцы прошлись по спине, чертя огненные дорожки, и, когда поцелуй оборвался, Саске уткнулся лбом в лоб Наруто. — Да, я понимаю, у нас все, скорее всего, сначала будет так себе, — произнес он ровно, но потом фыркнул. — Может, стоит почитать книжки Какаши? Наруто рассмеялся, как солнышко — звонко, заразительно — и дико заулыбался. С такого близкого расстояния это выглядело нелепо: глаза чересчур большие, нос прижат к его носу, улыбка в полный рот. Но Саске захлестнула такая нежность, что он не удержался и укусил его за нос, прежде чем успел подумать. Наруто даже не возмутился — просто протянул руку, положил ладонь ему на шею и притянул ближе. — Слушай, а ты помнишь, когда нас по командам распределяли миллион лет назад, и я встал на парту, чтобы на тебя наорать… а мы в итоге поцеловались? Саске в который раз задумался, как вообще устроен мозг Наруто — откуда у него берутся эти внезапные обрывки мыслей. Он хладнокровно вскинул бровь с видом, будто не он только что вцепился ему в нос от переизбытка чувств, и сухо отозвался: — Помню. Настоящая подстава от главного придурка класса. Наруто скорчил рожу и показал язык: — Ага, а ты, конечно, такой крутой был — в белых шортах и с этими штуками на руках! И вообще, меня тогда толкнули! Но Саске вдруг по-настоящему удивился, даже глаза расширились: — Что?.. Тебя толкнули? Он отстранился от Наруто, и тот тоже чуть подался назад, вглядываясь в его лицо, пытаясь понять — шутит он или нет. Нет. Не шутит. Саске, похоже, и правда никогда об этом не знал. Никто, конечно, не объяснял все в деталях, но Наруто как-то само собой решил, что Саске в курсе. Потому что, если бы тот думал, что Наруто просто так сорвался с места и поцеловал его посреди дня, не должен ли был он взбеситься? Или хотя бы офигеть? Или присоединиться к своим визжащим фанаткам и устроить драку? Наруто снова стукнулся лбом в его лоб, игнорируя тихое: — Аккуратнее, Наруто... — Я ж не то чтобы специально тогда полез к тебе целоваться посреди бела дня... Перед всей твоей фанатской армией... Даже если бы захотел, что, на секундочку, не так! Это была случайность, придурок ты эгоцентричный, — пробормотал он, под конец сникнув. Саске фыркнул: — Боится девочек-пятиклассниц. Красавец. Наруто боднул его чуть посильнее: — Ладно, не об этом. Когда мы тогда сблизились, я вообще-то заметил, что у тебя нос немного кривой. — Благодарю, — отозвался Саске с каменным лицом. — Какое трогательное воспоминание: оказывается, ты не хотел меня целовать, и единственное, что запомнил из этого поцелуя, — мой кривой нос. — Да замолчи ты! Я просто... Я не знаю, мне показалось, это мило. Ну, вообще-то ты весь такой красавчик, это даже парни признавали, но... Не знаю, я как-то давно уже думаю о том, что у тебя нос чуть-чуть кривоват, вот что я пытаюсь сказать... И я ведь не думал, что когда-нибудь еще увижу это, понимаешь?.. Он все еще немного кривой, но это заметно только вблизи, и ты все такой же красивый, так что... Не знаю, мне кажется, это крошечное несовершенство — оно будто придает тебе шарма. И раз уж я знаю, что ты никого больше не целовал, даже случайно, то мне нравится думать, что это вроде как моя маленькая тайна... или что-то такое... Он подался вперед еще ближе, так что их плечи теперь тоже соприкасались. Саске хмыкнул себе под нос, а потом слегка снисходительным тоном ответил: — Ну, в общем-то, это даже романтично... если ты мечтаешь стать героем сёдзе-манги или какой-нибудь звездочкой из романтической комедии... И тут он начал осыпать лицо Наруто мелкими поцелуями до тех пор, пока тот не рассмеялся, и тогда Наруто понял, что на самом деле Саске был счастлив до предела, просто скрывал. Саске вообще думал, что он такой таинственный и непроницаемый, но Наруто читал его как меню в любимой раменной. — Эй! — Наруто наморщил нос, когда Саске отстранился после последнего поцелуя в подбородок. Губы его подрагивали от сдерживаемой улыбки. — Но я ж по-настоящему! Не надо меня в одну кучу с этими шаблонными типами, которые целуются с девчонками под луной! Я ж брутальный мужик! Типа чиби-семе, да? Саске расхохотался, и Наруто присоединился к нему. Когда они снова успокоились, сидя лицом к лицу, плечом к плечу, уже Саске заговорил первым: — Знаешь... Но я ведь тебя и до того инцидента с поцелуем любил, если честно. Просто молчал, но постоянно думал о том поцелуе... Даже когда с Хаку дрались, перед тем как я вырубился, все равно прокручивал это в голове, — тихо сказал он. Наруто вздрогнул от этих слов; он даже не сразу осознал, как у него сжалось горло и защипало глаза: — Да ладно... Что? Я ж даже не... И как?.. Ты ведь тогда не мог... Ты ж еще ребенком был, тебе ж даже тринадцати не было... Саске пожал плечами, и от этого движения по телу Наруто прошла легкая дрожь — с того места, где их плечи соприкасались, аж до самых пальцев на ногах. Он даже ими пошевелил, будто хотел запомнить это ощущение. Саске тихо вздохнул. — Ну, может, я тогда просто по-идиотски пялился на тебя... любил тебя так, как только может любить сломанный ребенок вроде меня, — признался он. Наруто кивнул. — А... Ну, если так, то, может, и я тоже тогда... Они замолчали, прижавшись друг к другу, и сколько так сидели — уже и не разобрать. Наруто казалось, будто он медитирует в режиме Отшельника: только не сливаясь с природой, а растворяясь в чем-то более теплом и свободном. Он почувствовал слезы Саске раньше, чем увидел их — горячие, влажные капли, скатившиеся на его кожу. — Эй, все хорошо, — сказал он почти машинально, поднимая руку и дотрагиваясь до его темных глаз. Он ведь и правда не шутил, когда говорил, что, если Саске больно, то ему тоже. — Не плачь, а то я тоже заплачу. Саске, мерзавец, еще и рассмеялся. — Не говори так, если ты уже ревешь, Наруто, — проворчал он, беря его ладонь, мокрую от собственных слез, и прижимая к губам. Наруто дотронулся другой рукой до своего лица и обнаружил, что оно тоже все в слезах. — А... А я и не заметил, что плачу, — тихо произнес он. — Типичный Наруто, — поддел его Саске, но голос у него дрожал и был полон нежности. — Но ты же заметил, что я плачу? — ...Конечно. Всегда.***
— Напомните, при оформлении однополых союзов под какой фамилией мы регистрируем пару? — пробормотал старенький чуунин, копаясь в бумагах. — Ну не может же это быть настолько беспрецедентным случаем! На дворе 2035 год! По фамилии старшего? С более высоким рангом? Или, может, самого высокого?.. Саске закатил глаза: — Только не снова… Старик с аккуратным пучком белых волос и очками на носу прослужил в архиве добрую пару десятилетий — пережил и приход Цунаде к власти, и восхождение Наруто, — но все равно откровенно нервничал: перед ним стояли сам Хокаге и начальник Анбу. Лично. Услышав раздраженный голос Саске, архивариус тихо пискнул и отъехал на стуле подальше, затрепетав, как осиновый лист. Саске тяжело вздохнул. Интересно, когда жители деревни перестанут реагировать на него, как на оживший ночной кошмар? Он ведь уже несколько месяцев не на боевом посту — все из-за свадебных хлопот да пошлых романтических глупостей с Наруто. Сакура, кстати, утверждала, что любовь его «размягчила и превратила в кисель». — Простите! Простите, господа! — завопил чуунин, выглядя так, будто вот-вот описается от ужаса. — Эм, ну... — Наруто почесал затылок, смутившись до неприличия для главы государства. — Ничего искать не нужно, — подхватил Саске. — Я последний Учиха и хочу, чтобы так и осталось. А этот вот вообще не настоящий Узумаки, не дайте себя обмануть всей этой джинчурики-штукой. Он блондин — а это автоматическая дисквалификация. — Эй! — Не я тут правила придумываю. Спроси у Карин. В общем, мы начинаем новую родословную, так что заводите отдельную книгу. Старик заметно повеселел: наконец-то задача, с которой он знал, как справляться. Он достал чистый реестр и отложенную на особый случай кисть, но тут снова застыл, нахмурившись: — Учимаки? Узуха? Учимакиха? Узухамаки? Узумакиха? Учихамаки?.. — начал перебирать он, с каждым вариантом все больше запутываясь. — Стоп, пожалуйста! — взмолился Наруто, пошатываясь от всех этих слов, как от ударной волны. — Это же бред! С какой стати мы должны такое вытворять? Как будто своего ребенка Наруке назовем! Зачем перекручивать слоги, чтобы получить ничего не значащие слова? Мы вообще-то японцы! Какими иероглифами вы «Узуха» вообще запишете? Саске кивнул: — Поддерживаю. Пока что сойдет Узумаки-Учиха. Наруто тоже кивнул, но потом хитро посмотрел на Саске и прищурился: — А может, все-таки Учиха-Узумаки? — Пожалуйста, — рассеянно отозвался Саске, не отрываясь от бумаг по смене адреса. Наруто не мог сдержать смеха, глядя на лицо бедного чуунина.
