Вторая жена Драко Малфоя

      На следующий день она согласилась. Гермиона приняла решение еще тогда, стоя на стадионе напротив обманчиво собранного и серьезного Драко, снова закрывшегося от всего мира.              Как назло, к концу лета погода начала портиться, и за окном уже больше недели не переставая лил дождь. По словам Драко, в прошлом году над мэнором тучи висели по меньшей мере до середины осени.              Сначала Гермиона приезжала в поместье на несколько часов для подготовки к первому мероприятию. Поскольку оно проводилось у Ноттов, от Гермионы требовалось только примерить образ и обсудить с Драко последние новости из мира чистокровных. Затем несколько часов превратились в полдня, а когда мероприятие у Ноттов прошло, Гермиона решила, что пора вернуться к прежнему графику. Близился день рождения Нарциссы Малфой. Большинством приготовлений занималась сама именинница, но работы оказалось так много, что Гермиона предложила свою помощь, несмотря на то, что Драко до последнего отговаривал ее, не желая обременять чужими заботами.              Ранним утром Гермиона трансгрессировала к воротам Малфой-мэнора. При ней была сумка с наложенными чарами незримого расширения и вещи на ближайшую неделю. Стоило ей только подумать о том, что неплохо было бы позвать Гримзи, как ворота отворились сами собой, пропуская внутрь. Та же ситуация произошла у главных дверей. И все бы ничего, но Гермиону никто не встретил на входе.              — Может, что-то произошло? — нахмурилась она, переступив с ноги на ногу и удерживая тяжелую сумку обеими руками.              Прошло около минуты, прежде чем Гермиона все же решилась позвать домового эльфа. Гримзи появился перед ней в расстроенных чувствах:              — Мисс, Гримзи просит прощения! Гримзи так виноват, что не встретил, и вам пришлось нести вещи под проливным дождем! Гримзи нет прощения!              Стоило сказать, что от дождя ее спасло заклинание, имитирующее зонтик, да и сумку она донесла без проблем, но домовой так громко вопил, что не удавалось вставить слово. Гермиона протянула свою ношу, и, кажется, это возымело эффект. Гримзи вытер слезы и, смачно хлюпнув носом, улыбнулся. Сумка стала легче перышка и плавно перетекла по воздуху к нему в руки.              — Мне кто-то открыл ворота и двери. Ты случайно не знаешь, кто это мог быть? — все же решила поинтересоваться Гермиона.              — Гримзи не знает. Возможно, это был другой домовой эльф. Гримзи стоило бы его отругать за то, что тот не встретил мисс как следовало!              И кто тянул ее за язык?              — Давай забудем то, что произошло, — предложила Гермиона и, посмотрев на лестницу, ведущую на второй этаж, уточнила: — А моя комната? Уже готова?              — Да! У вас теперь другая комната. Гримзи проводит вас, мисс!              По приказу Драко эльфы подготовили новую спальню с камином, закрытым для перемещений. Эта комната отличалась меньшими размерами и приятной простотой. Гермиона вздохнула с облегчением. Наполнение все еще выглядело роскошно, но будто больше подходило ей: цвета спокойнее, есть рабочий стол, полка с книгами, окна выходили на лес. Может, повлиял общий вид, непохожий на то, что могла выбрать Астория? Гермиона отмела мысли в сторону. У нее осталось не так много времени, чтобы разложить вещи, прежде чем она вместе с Драко вернутся к подготовке праздника.              Чуть позже, когда Гермиона сидела в кресле с чашечкой кофе, в дверь постучали. Через мгновение в комнату зашел Драко, по-хозяйски осматриваясь. Он задержал взгляд на камине, затем на кресле у окна, на раскрытой сумке у кровати и на книгах, которые Гермиона частично поставила на полку.              — Надеюсь, эта комната придется тебе по душе.              — Все чудесно, спасибо.              Гермиона добродушно улыбнулась и вдруг поняла, что он беспокоился о ее комфорте. Так хотелось хоть чем-то порадовать его, чтобы вновь увидеть блеск в глазах. За прошедшую неделю Драко приободрился и даже вспомнил, что иногда может улыбаться, но чаще она видела его таким же, как и сейчас — удрученным тяжелыми мыслями. Он лишь поджал губы, благодарно кивнув, и снова о чем-то задумался. Нужная мысль быстро напомнила о себе, и Драко вновь заговорил:              — Помнишь те пирожные, вероятно, из-за которых тебе было плохо?              Гермиона кивнула и отпила кофе. На мгновение взгляд Драко задержался на ее руке дольше обычного и напомнил о браслете, который она носила не снимая. Перламутровое золото мягко переливалось в полумраке комнаты. Браслет напоминал об их отпуске и, кажется, был слишком личным не только для нее. Гермиона поправила рукав и в этот же момент Драко отвел взгляд.              — Мне прислал письмо крестный. Он смог выявить следы волшебных трав в составе. Процесс оказался не быстрым, потому что таким мы обычно не занимаемся, но, главное, что всё получилось. Я отправил информацию Долгопупсу, чтобы узнать, что за растения и какие у них свойства.              — А, — Гермиона задумалась, вспоминая события со дня его рождения. — Я уже успела забыть о них, хотя то, как мне было плохо, останется в памяти надолго.              На последних словах Драко поджал губы.              — Пока мы все же склоняемся к тому, что это была индивидуальная непереносимость, чем попытка отравить, но проверка лишней не будет. Я не хочу, чтобы подобное еще раз произошло.              Он постучал пальцами по спинке кресла и снова взглянул на ее руку, где ранее был виден браслет. Драко не хотел уходить, но и, судя по всему, причин остаться у него тоже не нашлось. Что-то тяготило его, и, казалось, он думал так громко, что еще чуть-чуть и она тоже услышит причину беспокойства. По правде говоря, ей очень хотелось узнать, но спросить Гермиона так и не решилась.              ***              В библиотеку Гермиона спустилась позже, чем собиралась, зайдя по дороге в свою спальню за теплой кофтой. Под вечер сильно холодало, и мэнор за день так и не прогрелся настолько, чтобы ходить в одной блузке. Пока шла активная подготовка к празднику, Гермиона редко пила оборотное зелье и носила чаще свою одежду, при этом стараясь придерживаться подходящего дресс-кода. Неловко было бы ходить в домашней майке и шортах среди огромных залов, высоких колонн, кучи картин и антиквариата.              В библиотеке за большим дубовым столом сидел Драко, успевший разложить пергаменты, воск, списки гостей, перья и чернила. Он открыл чернильницу и поставил ее рядом, затем макнул перо и начал что-то записывать. Гермиона прошла вдоль высоких книжных стеллажей, разглядывая корешки книг. По сравнению с яркими обложками в магловских магазинах здесь царили строгость и порядок.              — Много проверить нужно? — поинтересовалась она, подходя ближе.              Драко поднял голову, отводя перо от чистого пергамента; с кончика сорвалась капля чернил и расползлась на черновике неровной кляксой.              — Я успел свериться с первыми ответами. Как и ожидалось, все ближайшие друзья нашей семьи придут на праздник, — дежурно сказал он. Рядом лежал блокнот, в котором стояли отметки напротив фамилий, и их было довольно много.              — Отлично, — приободрилась Гермиона, надеясь, что они быстро расправятся с этим делом. Заниматься приглашениями ей пришлось не по душе. — Наверное, нужно проверить наиболее спорных гостей? Кто обычно не приходит?               На мгновение Драко задумался, облокотившись на высокую спинку стула.              — Каждый год по-разному. Есть несколько гостей, которые никогда не приходят, но сейчас нам бы кое-что проверить... — с сомнением сказал он. — Поступило предложение от моей матери всё же отправить приглашение Лавинии Нотт. Единственное, я бы сначала убедился, она двоюродная или все же троюродная тетушка Тео.              Новая родственница на мгновение сбила Гермиону с мысли. Она нахмурила брови, перебирая всех гостей, которых они успели обсудить за прошедшие недели.              — А как... ?              Драко снисходительно посмотрел на нее. За последний месяц Гермиона научилась различать эту грань: раньше он улыбнулся бы, чтобы указать на пробел в знаниях, а сейчас — потому что собирался помочь.              — Она наша дальняя родственница по материнской линии.              — Точно, ты говорил, что девичья фамилия твоей бабушки Розье. Значит... — Гермиона повернулась к книжным стеллажам и указала пальцем на тот, что стоял во втором ряду, ближе к окнам. — Там должна быть книга рода.               — Все верно.              Воодушевившись правильным предположением, Гермиона направилась к книжным полкам. Она прошла дальше, наконец увидев на корешках книг «Розье». Несколько томов с историей и древом рода стояли на высокой полке, до которой ей было не дотянуться.              — Почему так вышло, что мы не отправили Лавинии приглашение вместе с остальными? — спросила Гермиона, заглядывая наверх и прикидывая, как бы ей достать книги. Магия на них не действовала в целях безопасности, а лестница стояла далеко. Гермиона взглянула на Драко, поставившего отметку напротив еще одной фамилии. Желание его отвлечь отпало само собой.              — Она одна из тех, кто не приходит, сколько бы приглашений мы ни отправили, но в то же время проигнорировать Лавинию Нотт было бы знаком, что мы хотим прервать общение. Учитывая, что она одна из немногих оставшихся Розье, моя мать всегда сомневается. Общения уже почти нет, — сказал Драко после короткой паузы, во время которой он успел прочесть содержимое ответного письма. — Но мать каждый год оставляет её имя в списке. Думаю, ей важно, чтобы Лавиния знала, что мы ее ждем.              Гермиона решительно поднялась на носки, вытянула руку, коснувшись корешков книг, стоявших на ряд ниже необходимого, и тут же опустилась обратно. Бесполезно. Она снова взглянула на Драко. Он уже склонился над ответным письмом, отмечая что-то в блокноте. Свет свечей ложился на его профиль, делая лицо строже, чем обычно. Его рука с пером двигались быстро, почти бесшумно. Гермиона раздражённо выдохнула и снова посмотрела вверх.              — Прекрасно, — пробормотала она себе под нос. — Придется идти за лестницей.              За окном снова глухо ударил гром. Один из томов на верхней полке медленно подался вперед. Гермиона не сразу поняла, что происходит, когда книга скользнула с полки, и отступила, вскинув руки от неожиданности. Тяжелый том с глухим хлопком упал на пол туда, где она стояла секундой ранее.              На секунду в библиотеке стало тихо.              — Ты цела? — спросил Драко резче, чем требовалось.              Гермиона повернула голову, ожидая раздражения — или хотя бы сухого замечания о том, что лестницы в библиотеке существуют не для красоты, но Драко стоял у стола с таким обеспокоенным выражением лица, будто речь шла о рухнувшем стеллаже. Гермиона посмотрела на книгу, потом на него, аккуратно подняла ее с пола и проверила: темная, почти черная обложка была без повреждений, на корешке потускневшими серебряными буквами написано «Розье. Боковые линии и брачные присоединения».              — Твоя библиотека только что бросила в меня книгу.              — Там третий том? — поинтересовался Драко.              Пришлось проверить еще раз, потому что она уже не помнила, что видела секунду назад. Руки немного потряхивало. Надо же было так нелепо испугаться и не словить книгу.              — Да.              — Он нам как раз и нужен. Нужно ловить книгу, когда тебе ее подают.              Брови Гермионы поползли вверх. Она медленно подняла взгляд и, прищурившись, посмотрела в ответ.              — В самом деле? Что это за магия? Последнее время в мэноре творится что-то неладное. То двери открываются сами собой, то книга падает с полки мне на голову!              Драко подошёл ближе, но не стал забирать книгу. Он посмотрел на верхнюю полку, затем на закрытые окна и слегка наклонил голову, озадаченно рассматривая книжный шкаф.              — Мэнор очень старый. В нём слишком много чар, наложенных волшебниками, которые не считали нужным объяснять потомкам, как именно всё должно работать. Иногда дом… Откликается.              Ответ прозвучал почти буднично, только вот за несколько месяцев работы у них Гермиона прежде не сталкивалась с этой необычной магией. Что же изменилось? Мерлин, может, погода повлияла... Она не стала вдаваться в подробности, списав все на случайность. Магия в их жизни и не такие чудеса показывала.              ***              Половина месяца прошла незаметно. Гермиона успела привыкнуть к новой спальне, совместным с Драко завтракам ранним утром, приготовлениям к празднику, прогулкам по территории, вечерам у камина за обсуждением планов и уютным семейным ужинам с Нарциссой и Люциусом. Жизнь в мэноре шла слаженно, будто она всегда была здесь, и это казалось немного странным. Это же Малфои. Как с ними может быть комфортно? Но так и было.              После душа Гермиона оделась, расчесала волосы и собиралась почистить зубы перед выходом, когда обнаружила, что щетки в подставке возле раковины нет. Она проверила в ящике, под тумбой, в корзине с полотенцами и даже заглянула за флаконы с уходовыми средствами.              Всякое происходило за последние дни, но Гермиона четко помнила, как поставила щетку на место перед сном. Так, позвольте спросить, когда и куда та могла исчезнуть? Мерлин! Она не могла сойти с ума. После еще одной проверки Гермиона шумно вздохнула и вышла из ванной комнаты. Ноги сами понесли ее к комнате Драко. Он должен знать, что происходило с поместьем и как обуздать эту безумную магию. И вот уже через минуту она постучалась в дверь и, не дождавшись ответа, зашла.              — Пожалуйста, скажи этому дому, чтобы он перестал надо мной издеваться! — гневно выпалила Гермиона и осеклась. — Мерлин, прости, пожалуйста...              Драко застыл с полотенцем в руках, стоя в одних пижамных штанах. На его плечах блестели капли воды, мокрые волосы выглядели заметно темнее. Во влажном воздухе ощущался запах мыла и розмарина — свежий, травянистый, чуть горьковатый.              — Что случилось? — непонимающе уточнил он.              Гермиона проглотила ком в горле. В один миг щеки стали горячими, как раскаленные угольки. Всё же стоило дождаться ответа. Она сделала полшага назад и уткнулась спиной в дверь. Прежде ей доводилось видеть его подтянутую фигуру на пляже, но чтобы вот так, в личных покоях... Еще и ворвавшись без спроса.              — Не имеет значения. Я... Мерлин! Моя зубная щетка просто испарилась, и я не могу найти этому никакого объяснения.              После недолгой тишины Драко задумчиво оглянулся, проверив ванную комнату, сделал шаг к ней, и Гермиона едва сдержалась, чтобы не уйти без объяснений.              — Да, появилась розовая зубная щетка. — Он проверил еще раз, не поверив своим глазам. — Полагаю, она твоя.              Пришлось подойти ближе, чтобы убедиться. И ведь точно, в стакане рядом с его черной щеткой стояла ее слишком яркая розовая щетка.              — Тогда я заберу ее и пойду, — сказала Гермиона и тут же пожалела об этом. Почему обязательно нужно быть такой самостоятельной вместо того, чтобы попросить подать?              — Разумеется.              Уголок его губ дрогнул. Драко промокнул волосы полотенцем, и с темных прядей несколько капель упали ему на плечо. Гермиона слишком поздно поняла, что смотрит не на зубную щётку, а на его широкие плечи, длинные пальцы, сжимавшие полотенце, и стекающие капли воды вниз по груди.              Она моргнула, одернув себя. Драко был невероятно красив. Но так открыто пялиться на него в его же комнате после того, как она вошла без стука, — непростительно. Гермиона прошла к раковине, стараясь не обращать внимания на то, что он стоял слишком близко, крепче сжала деревянную ручку щетки и решительно направилась обратно. Драко, вероятно, сжалившись, посторонился, пропуская ее к выходу.              — Увидимся за завтраком, — напоследок сказал он, когда Гермиона уже взялась за дверную ручку. Она кивнула, не оборачиваясь, и выскользнула в коридор.              ***              Уснуть не получалось. Гермиона честно пыталась, но мысли о приближавшемся празднике сильно беспокоили. Осталось всего два дня, и, признаться честно, она не знала, чего боялась больше: возможного нападения на Асторию или того, что вновь придется покинуть мэнор. Она повернулась на бок, потом на спину, натянув одеяло выше, и тут же откинула его к ногам. Как же невыносимо!              Гермиона села, свесив ноги с кровати. Прохладный воздух в комнате приятно холодил разгоряченную кожу, но даже он и сильный дождь за окном не смогли успокоить беспокойный разум. Не в силах усидеть на месте, Гермиона встала и осмотрелась: на кресле у окна лежало платье для примерки, на туалетном столике эльфы подготовили серьги, колье, браслеты, кольца и заколки для волос. Рядом с шкатулкой для украшений стояла маленькая коробочка, которую она прежде не замечала.              Интерес взял свое, и вот Гермиона уже развязала атласную ленту, подняла черную бархатную крышечку, под которой на мягкой подушке лежали ажурные белые перчатки. На ощупь они оказались очень тонкими и напоминали нити шелка. Прежде она носила перчатки из плотных тканей. Через них трудно что-то почувствовать, будто на руки натянули пять слоев медицинских резиновых перчаток, а эти... Гермиона надела сначала одну, затем погрузила пальцы во вторую. Завязки на запястьях сами завязались и превратились в гладкую тонкую ленту.       Перчатки оказались настолько тонкими и невесомыми, как вторая кожа. Еще и нити, из которых они состояли, напоминали собой ажурную паутину. И палочку держать удобно. Чу-де-са.              Когда наступило время их снимать — она не смогла. Сначала Гермиона решила, что нужно успокоиться и попробовать снова, затем зажгла свечу, чтобы лучше видеть, но узелок так и не появился, как бы она ни поддевала ленту. При сильном натяжении перчатки сели на руку плотнее.              — Прекрасно, — сказала Гермиона. — Просто прекрасно.              Воспользоваться ножницами совесть не позволит, грубая сила тоже не подойдет. Оставалось только попросить помощи, но домовые эльфы вряд ли смогут что-то сделать. Вероятно, перчатки специально зачаровали, чтобы их смог снять только мужчина. После проведенных месяцев в роли Астории Гермиона почти не сомневалась в этом. Осталось найти Драко и молиться Мерлину, что он еще не лег спать. Гермиона накинула на плечи кофту от пижамы, прикрыв короткий топ, и вышла в коридор.              Мэнор встретил ее полумраком. В коридоре горели одинокие свечи, едва освещая пол, портреты тихо сопели, и только иногда мелькала молния за окном с оглушительным раскатом грома. Гермиона вспомнила, что Драко собирался задержаться в рабочем кабинете. Она дошла до лестницы и свернула за угол, прошла еще немного и увидела знакомую дверь. Из-под нее пробивалась полоска теплого света.              Гермиона постучала и, на этот раз дождавшись ответа, зашла внутрь. На сердце отлегло, потому что ей не придется тревожить сон Драко. Он сидел на диване напротив камина, отвлекшись от чтения книги. Только вот это был не его кабинет, и мэнор снова решил своевольничать, но хотя бы привел к кому нужно.              — Не спится? — хриплым голосом поинтересовался Драко, мельком взглянув на нее.              — Да.              — Мне тоже.              Его бессонница явно не радовала, но проскользнувшая мягкая улыбка натолкнула Гермиону на мысль, что Драко не против ее неожиданной компании. Пока он перелистывал страницу, она завела руки назад, подойдя к дивану со спины. Отчего-то ей не хотелось создать впечатление, что дело было только в перчатках.              — Не верится, что прошел почти месяц...              Гермиона скользнула взглядом по комнате. Это была небольшая и очень уютная гостиная с огромным диваном, книжными шкафами и камином. Она чем-то напоминала обстановку в ее квартире. Особенно понравились зеленые растения и мягкий ковер под ногами.              — Даже как-то жалко, что время прошло слишком быстро, — задумчиво сказал Драко, вернувшись к книге, чтобы оставить закладку на нужной странице.              И ведь правда.              Книга в его руках отправилась на кофейный столик, и Драко повернулся к ней всем телом, удобнее усаживаясь на диване. Только сейчас она заметила его непростительно домашнюю одежду, похожую на пижамный костюм с рубашкой и штанами.              — От Астории нет вестей? — все же решилась спросить Гермиона.              — Нет, и я не хочу о ней говорить, — отвлеченно ответил он, внимательно проследив взглядом от ее плеча и до локтя. Драко слегка наклонил голову в сторону, с интересом пытаясь заглянуть ей за спину. — Ты что-то прячешь?              Мерлин! Глаза мысленно закатались. Стоило сразу с перчаток начать, а теперь она будто нашкодивший ребенок пришла с повинной. И почему последнее время в голову лезли всякие глупости? Гермиона проглотила вязкую слюну и нехотя вытянула руку, показывая результат своего любопытства.              — Я надела их, чтобы примерить, — призналась она, чувствуя, как щеки начали гореть. — А снять не могу.              Драко молча посмотрел на ее пальцы, обтянутые белым ажуром, на тонкие ленты, завязавшиеся на запястьях. Дыхание сперло, и пока он рассматривал перчатку, она на мгновение закрыла глаза, напоминая себе быть внимательнее. Драко засмотрелся на узор, прежде чем мягко обхватил ее запястье своими длинными пальцами. Прикосновение расслабило ленты. Он медленно провел большим пальцем вдоль и остановился там, где ярче стучал пульс. Под его пальцами появился волшебный узелок.              — Верно, снять их могу только я. — Драко сглотнул, выждав секунду, прежде чем полностью его развязать.              Она не знала, что ответить. Гермиона прикусила нижнюю губу, завороженно наблюдая за тем, как он поддел тонкий ажур, плавно стягивая перчатку с ладони, затем с пальцев, и как наконец та упала на диван.              — Я хотел, чтобы ты могла чувствовать всё, как если бы их не было...              Он взял ее вторую руку. Гермиона прикусила внутреннюю сторону щеки. Драко ничего такого не делал, но это было так волнительно, что сердце заметно ускорилось, и когда он надавил большим пальцем на запястье, пульс предательски застучал в ушах. Второй узелок развязался, но перчатка осталась на месте.              На мгновение Гермиона не поверила своим глазам, когда Драко наклонился вперед и оставил на ее запястье невесомый поцелуй, заставив покраснеть. Серые глаза блестели в свете камина, и в его взгляде была червоточина, которой она прежде не видела.              — Я... — Гермиона не успела ответить, когда он потянул ее за руку, и наклонилась вперед, упершись свободной рукой в спинку дивана. На лице Драко появилась усмешка. Он настойчивее потянул на себя, попутно стягивая перчатку, и впился в ее губы страстным протяжным поцелуем.              Только сейчас Гермиона поняла, как сильно хотела этого. Даже в самых смелых мечтах боялась представить хотя бы на секунду, потому что после обратной дороги не существовало. Драко Малфой был для нее чертовым пороком на протяжении последних месяцев. Он преследовал ее в мыслях, а последний месяц они так часто находились рядом... Работа превратилась в настоящую пытку.              На секунду Драко отстранился, и она едва не застонала от желания продолжить.              — Иди сюда, — шепотом сказал он.              В следующую секунду Гермиона почувствовала, как Драко, обхватив ее за талию, перевалил через спинку дивана, усадив себе на колени. Согревшись возле камина, он был очень теплым, обжигающим для ее холодной лягушачьей кожи. Гермиона прижалась вплотную, заерзав на месте, и почувствовала, какой он твердый внизу.              Его волосы пахли тем же шампунем с розмарином. Руки крепко сжимали ее бедра и не стесняясь поднимались выше. Гермиона повела плечами, приспустив кофту и открывая обтянутую топом грудь. Драко нежно укусил ее шею и прошелся дорожкой из поцелуев вниз.              — Ты даже не представляешь... — еще тише сказал Драко. — Как долго я смотрел на тебя и не мог позволить себе даже прикоснуться так, как хотел бы.              Гермиона провела языком по пересохшему нёбу. Она представляла себе эту боль от безвыходности каждый день, когда видела его за завтраком, когда они вместе работали над планом, даже когда он заглядывал, чтобы просто спросить как у нее дела. И вот она уже лежала под ним, тяжело дыша, и видела, как огонь отбрасывал блики на его скулах, глазах и волосах.              За окном оглушительно ударил гром. Драко накрыл ее губы своими. Он медленно, почти мучительно скользнул языком по нижней губе, и Гермиона приоткрыла рот, углубляя поцелуй. Мерлин, она так долго гнала мысли прочь, что сейчас ей отчаянно хотелось еще. Драко отстранился ровно настолько, чтобы стянуть с нее кофту. Гермиона попутно расстегивала оставшиеся пуговицы его рубашки, помогая скорее избавиться от одежды. Вслед за вещами на кофейный столик полетел топ, затем штаны.              Теперь Гермиона чувствовала его разгоряченное тело, прижав колени к его бедрам. Хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось, чтобы Драко всегда смотрел на нее с неуемным желанием, как в эту секунду. Она приподнялась, обхватив ладонями его лицо и поцеловала, проникнув языком в приоткрытые губы, и отдаленно ощутила привкус зубной пасты с мелиссой.              Пришлось приоткрыть глаза, чтобы убедиться, что она не спала и Драко действительно вжимал ее в диван, с остервенением кусал губы. Его волосы были безумно мягкими, а подушечки пальцев колола проступившая щетина. Драко коснулся внутренней поверхности ее бедра и сжал его, затем опустился ниже и надавил пальцами на половые губы, чувствуя, какая она уже влажная. О, Мерлин! Гермиона застонала от предвкушения, опустившись на мягкую подушку дивана. Драко навис сверху и замер, засмотревшись куда-то над ее головой. Через секунду запястья защекотала атласная лента, еще через одну — руки оказались связаны.              — Так и знала, что все не так просто с этими перчатками, — ухмыльнулась Гермиона, увидев кончик уже такой знакомой белой ленты.              Драко чувственно надавил эрекцией ей внизу живота. Гермиона поддалась бедрами навстречу.              — Есть возражения? — спросил он, хитро улыбнувшись.              Он, не дождавшись ответа, обхватил ее запястья, надавливая сверху, и коснулся головкой половых губ. На секунду весь мир замер, и Драко толкнулся вовнутрь.              Гермиона тихо застонала, чувствуя, как он заполнил ее целиком. Драко замер на секунду, давая привыкнуть и позволяя воспользоваться этим моментом, чтобы взглянуть на него еще раз. Он сдерживал себя, сжимая пальцы на ее запястьях. Через мгновение Драко начал двигаться. Сначала плавно, затем быстрее, позволяя ей подстроиться под темп. Было безумно хорошо. Гермиона поймала себя на мысли, что не помнила, когда в последний раз чувствовала себя настолько живой. Она закрыла глаза, ощущая каждое его движение, отзывавшееся внутри. И ей отчаянно хотелось стать с ним одним целым. Вдыхать его запах одеколона, чувствовать вкус зубной пасты и целовать, как последний раз, кусая губы. Если раньше ее пугало желание быть рядом, то сейчас Гермиона хотела взять все без остатка, боясь лишь того, что этого окажется недостаточно.              Дыхание стало отрывистым. Гермиона прикусила губу, чтобы не застонать снова, и Драко, заметив ее состояние, ускорился. Она кончила первой с протяжным стоном, выгнувшись дугой. Через мгновение Драко напрягся и толкнулся последний раз, уткнувшись лицом в ее шею и шумно выдохнув.              Некоторое время они лежали в тишине, слушая треск дров, стук дождя и раскаты грома. Гермиона, находясь в самых желанных и теплых объятиях мужчины, от которого была без ума, чувствовала, как страх сковал горло.              Остался один день до назначенного дня рождения Нарциссы Малфой.              С трудом проглотив нервный ком, Гермиона гнала мысли прочь, но они вновь возвращались, терзая душу. В груди скребли кошки так, что она была в шаге от того, чтобы начать задыхаться.              — Что будет после того, как все закончится? — все же решила спросить она, боясь услышать до боли простое «ничего».