Жестокая сторона реальности.

      Осматривая себя в зеркале, Майкл не мог поверить, что Ари действительно сделала с ним это! Свадебный костюм сидел на его фигуре как с иголочки, аккуратно завязанный синий галстук хорошо гармонировал с белой рубашкой, а наручные часы отлично дополняли его образ.       Сестра даже смогла уложить ему вечно непослушные волосы в идеальную укладку. Он впервые видел себя такого… Чёрт, он слов подобрать не мог, даже на выпускной он так не ходил. Финальный штрих Ари преподнесла лишь под конец, когда они оба собирались выезжать из отеля в ЗАГС. — Роза?! — взвыл Майкл от безысходности, ведь просил Арилину без вот этих штучек. Только эта маленькая проказница всё равно сделает всё по-своему. — Всё должно быть как полагается! — стукнула его по плечу девушка, осматривая брата со всех сторон, после того как закрепила маленькую белую розочку на пиджаке.       «Всё должно быть как полагается» — Майкл мысленно передразнил сестру и закатил глаза. Вот же дёрнул её чёрт приехать к ним с Колом в квартиру в восемь утра и утащить Майкла, как выразилась Ари: «подальше от жениха, ведь вы не должны видеть друг друга до церемонии» и бла-бла-бла. — У тебя же в конце концов свадьба, — нет, она действительно издевается над ним. — Ари, эта фиктивная свадьба, — напомнил ей Майкл. — Да, я так и подумала вчера днём, когда заезжала к тебе в гости, — подтрунивала над братом младшая Томсон, — вы с Колом так смотрели друг на друга, что я уже сомневаюсь в фиктивности этого брака.       Майкл тяжко вздохнул, понимая, что спорить с Ари бесполезно. Она, как танк, всегда идет напролом. Последний раз взглянув на себя в зеркало, Майкл обернулся к сестре, давая понять, что он готов. — Ты слишком напряжен, расслабься, — пихнула Арилина брата в бок. — Как тут расслабиться, когда столько всего навалилось за короткое время, — сказал Майкл и вызвал лифт. — Эй, мне кажется, Кол уже придумал план по решению ситуации с арабами, — напоминает ему сестра. — Всё равно на душе неспокойно, — Майкл пожал плечами, голова действительно всё ещё была забита этим делом.       Да, он, конечно же, объяснил всю ситуацию для Ари, не скрывая ничего от неё. Ну а Кол придумал, как обыграть всё это и избавиться от арабов раз и навсегда… Ну, или хотя бы надолго. — Думай сегодня о свадьбе, а об остальном подумаем завтра, идёт? — девушка обняла его, и оба направились в подъехавший лифт. — Лучше настраивайся улыбаться перед камерами.       В очередной раз Майкл только напоминает себе, что всё это фикция, которая продлится максимум полгода плюс-минус. Потом, скорее всего, Кол забудет о нём, а Майкл сможет начать новую жизнь где-нибудь за границей. Была лишь одна маленькая проблема — Томсон не уверен, хочет ли он теперь новой жизни после. Две недели назад, скажи ему кто-нибудь, что он будет о таком думать, Майкл бы покрутил пальцем у виска. Сейчас же он понимал — его не просто влечёт к Колу, он начинает ему нравится как мужчина.       В голове Майкла промелькнула мысль, что полгода — это целая вечность. Особенно если учесть, что с каждой минутой, проведенной рядом с Колом, ему все труднее становилось притворяться, а симпатия к нему растёт. Он чувствовал себя как актёр на сцене, который забыл свои слова, но должен продолжать играть. Он чувствовал, что начинает привязываться к Картеру, и чем сильнее они сблизятся, тем больнее будет потом, по крайней мере одному из них точно.       Выйдя из лифта, они направились к машине, где их уже ждал водитель. По дороге к ЗАГСу Майкл смотрел в окно, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей. — Ты, кстати, так и не рассказала о поездке к матери, — Томсон перевел взгляд с окна на сестру. — О, ну было неплохо, — пожала плечами девушка. — Мама передавала тебе поздравления и пожелала счастья в браке. Я ей не говорила, что он фиктивный.       Арилина решила пока что промолчать об остальном: о том, что уход матери был вынужденной мерой, потому что отец шантажировал её. По поводу Джеймса Кендала и то, что отец незаконно отобрал у ребенка наследство, подделав документы. Лучше она расскажет немного позже, не нужно было нагружать брата ещё больше, тот и так напряжен как струна. — Да и в целом было неплохо, — подытожила девушка. — Линк, как всегда, ворчал две недели подряд и язвил. — Я не удивлен, — фыркнул Майкл, закатывая глаза. Да уж, их сводный братец был тем ещё кадром. — Почти приехали. — Кстати, один плюс всё же есть, — Арилина улыбнулась, покасив взгляд на брата. — Тебе не придётся идти к алтарю рядом с нашим отцом. — Слава тебе господи, — выдохнул Майкл, действительно с облегчением.       Идти, как сказала Ари, к алтарю с отцом ему действительно не придётся, потому что этот фарс они отсеяли подальше. Кол пообещал встретить его в ЗАГСе, и они вместе пойдут в зал, где пройдёт процесс бракосочетания. — Эта роза меня всё ещё раздражает, — Майкл посмотрел на белый цветок у себя на груди. — Не переживай, я сейчас и Колу такую прицеплю, — и Ари правда достала из сумочки ещё одну белую розочку.       Подъехав к ЗАГСу, Майкл почувствовал, как его ладони вспотели. Он старался дышать ровно, но сердце колотилось в груди, как бешеное. Выходя из машины, он увидел Кола, стоящего у входа и разговаривающего с кем-то по телефону. Картер выглядел безупречно в черном костюме, и Майкл невольно залюбовался им. Видеть Кола в костюме — привычное дело, но сегодня он особенно красив, может, потому что он не привык видеть его в чёрном? Обычно Картер носил серый, синий или бежевый. Если бы не Ари, которая подтолкнула его, он так бы и остался стоять и залипать на будущего мужа. — Что, у тебя уже встал? — усмехнулась девушка, проследив за взглядом брата. — Боже, Ари, твою мать, — тихо взвыл Майкл. — Успокой свою фантазию. — Пошли, жених, тебя уже заждался другой жених, — блондинка подхватила брата под руку, и они направились туда, где стоял Картер.       Когда они подходили, тот уже закончил говорить по телефону и, облокотившись о колонну, смотрел на Майкла, не отрывая взгляда. Джей улыбнулся, замечая, как тот слегка смущается и одновременно волнуется — это было объяснимо. — Привет, Майкл, — произнес Кол, протягивая руку для приветствия. — Отлично выглядишь. — Спасибо, — ответил Майкл, слегка покраснев. — Ты тоже.       Ари втиснулась между ними, замечая, как брат в очередной раз закатывает глаза и мотает головой. Девушка же быстренько прикрепила розочку второму жениху. — Всё должно быть как полагается, — съязвил Майкл, вспоминая слова сестры. — Теперь вы оба полноценные женихи, — девушка наслаждалась своей работой, глядя на брата и на его будущего мужа.       Томсон, казалось, сейчас лопнет от волнения и напряжения внутри. Он взял из рук сестры бутылку воды и сделал пару глотков. — Что ж, тогда идём жениться, — говорит Джеймс, — Ари, с нами идёшь? — Что, тоже жениться? Предлагаешь тройничек? — подкалывает девушка, — будем жить как шведская семья?       Майкл даже водой поперхнулся от приколов сестры. Это точно сегодня не закончится. — Мне кажется, не стоит так шутить перед братом, — Джей шутку понял прекрасно и подошёл к Майклу, похлопав его по спине. — О, он в свой адрес и не такое слышал. — Ари сегодня просто отрывалась. — Знаешь, когда я сказал, что меня раздражает роза, я ошибся, сегодня меня раздражаешь ты, — отдавая бутылку с водой сестре, сказал брат с нескрываемым сарказмом. — Хм, тогда моя цель выполнена, — Ари оставила поцелуй на щеке брата, — пойду обрадую отца своим присутствием. — Смотри не прибей его ненароком, — усмехнулся Кол, наблюдая, как Арилина медленно отдаляется. — Не переживайте, мальчики, максимум случайно наступлю каблуком на его безупречные туфли. — Девушка махнула рукой и пошла вперёд.       Оставшись вдвоем, они обменялись короткими взглядами. Джеймс слабо улыбнулся, взял Майкла за руку и встал напротив. Конечно, он понимал переживания Томсона и чувствовал его волнение, которое повисло сейчас в воздухе. — Ну что, готов? — спросил Кол, слегка сжимая его ладонь. — Не знаю, — честно ответил Майкл. — Кажется, да. — Просто расслабься и улыбайся, — говорит ему мужчина, крепче сжимая ладонь, — идём.       Стоило им войти в здание ЗАГСа, как их тут же ослепили вспышки камер. Вокруг, как и говорил пару дней назад Кол, много репортёров. В зале, где будет проходить их церемония, было не так много людей, за что Майкл мысленно поблагодарил Картера. Некоторые лица он узнал сразу: Ари, отец, Марат, мистер Харингтон, несколько их коллег по работе. Кого-то Томсон и вовсе не знал, это, скорее всего, были партнёры Кола либо отца, да ему это и не важно было. Всё это было лишь показательным выступлением для них.       Под руку с Колом Майкл прошел к столу регистратора, стараясь не обращать внимания на взгляды окружающих. Он чувствовал себя экспонатом в музее, выставленным на всеобщее обозрение. Сердце колотилось, в горле пересохло, и дышать становилось все труднее.       Майкл слышал слова регистраторши, видел улыбки присутствующих, чувствовал тепло руки Кола, но все это было далеко от настоящего — всего лишь фарс и игра на камеру. Эти слова уже звучали как пластинка в голове Майкла, но тот не мог от этого избавиться, зная, что всё так и есть.       Регистраторша замолчала, взглянув на них обоих, ожидая ответа. Кол слегка сжал ладонь Майкла, поддерживая его. — Да, — тихо произнёс Майкл. — Да, — так же произнес Джеймс.       После формального обмена клятвами настала очередь обменяться кольцами. Кол надел ему на палец гладкое платиновое кольцо, которое идеально подошло по размеру. Майкл ответил тем же, чувствуя, как дрожат пальцы рук, когда он надевал кольцо Картеру. — Объявляю вас законными супругами, — регистраторша торжественно закончила речь, — можете поцеловать друг друга.       А вот тут Майкл уже растерялся. Про эту часть в конце церемонии он совершенно подзабыл, чего не сказать о Коле, который подошёл чуть ближе.       «Нет, я сегодня точно заработаю сердечный приступ», — промелькнуло в голове Майкла, прежде чем он почувствовал губы Кола на своих.       Это был короткий, но в то же время нежный поцелуй, который не хотелось заканчивать. Они не впервые целуются, но в тот раз это было совершено не то. Тогда Майкл был в стельку пьян, сегодня он трезв, в поцелуе не было привкуса виски, не было настойчивости и дикого желания углубить его. Была лишь нежность и трепет.       Оторвавшись от губ Кола, Майкл почувствовал, как кровь прилила к щекам. Он опустил взгляд, стараясь не встречаться с ним глазами. В зале раздались аплодисменты, а вспышки фотокамер стали еще более интенсивными.       На выходе из зала их начали поздравлять, желать счастья и семейного благополучия. Кол держался уверенно, а Майкл старался подыгрывать. Журналисты задавали какие-то вопросы, они отвечали, и в конце концов, когда толпа немного рассеялась, они смогли выйти на свежий воздух.       Дальше по плану изначально они должны были с гостями ехать в загородный дом Джеймса, но за пару дней до этого всё-таки решили не тащить толпу людей далеко и забронировали ресторан. Разницы токовой не было, где они будут изображать счастливых супругов перед партнёрами и коллегами.       Когда Кол ненадолго отошёл поговорить с мистером Харингтоном, к Майклу сзади подкралась Ари, обнимая брата за плечи. — Ну что, тебя официально можно поздравить, мистер Томсон. — Ой, просто заткнись, — вздохнул Майкл, оборачиваясь к улыбающейся сестре, — и вообще-то теперь мистер Картер. Осталось только документы все на новую фамилию поменять. — Значит, Майкл Картер? — Ари усмехнулась, а потом в голове словно вспышка озарила.       «Быть того не может», — подумала девушка, вспоминая про подругу матери, которая умерла много лет назад, — Милану Картер, которая после стала Кендал. «Да нет, это обычное совпадение». — Ари, ты чего зависла? — вырвал её из мыслей брат. — Не обращай внимания, — махнула рукой блондинка, — задумалась просто.       Он ничего не ответил и перевел взгляд на Кола, который закончил разговор со своим юристом и направлялся назад к нему. — Ну что, едем в ресторан? — спросил Картер, обнимая Майкла за талию. — Да, думаю, пора, — ответил Томсон, стараясь скрыть смущение от прикосновения, — ещё немного, и я пошлю к чёрту всех журналистов с их вопросами.       Пока они шли к машинам, Ари украдкой поглядывала на Кола и понимала, что тот очень похож на мужчину с фотографий, которые блондинка видела у матери в альбоме.       «У меня какая-то параноя», — отогнала подобные предположения Арилина. «Но, чёрт возьми, схожесть просто невозможная».       Блондинка даже не знала, смеяться ей над этой ситуацией или бояться. Она ведь действительно подумывала отыскать Джеймса Кендала, сына Александра и Миланы. И тут сопоставляются те факты, которые всё время были перед глазами, а она не замечала, пока брат не напомнил ей свою новую фамилию.       «И как я, мать вашу, должна проверить, он это или нет?» — размышляла девушка. — «Не подойду же я с вопросом в лоб: «Кол, а ты случайно не Джеймс Кендал?»       Это даже в теории звучало глупо, что уж говорить о практике. Всю дорогу до ресторана Арилина молчала, погруженная в свои мысли. Она чувствовала, что стоит на пороге какого-то открытия, которое может перевернуть все с ног на голову. С одной стороны, ей хотелось как можно скорее узнать правду, с другой — она боялась последствий. Что, если ее подозрения подтвердятся? Как это повлияет на отношения Майкла и Кола? Слишком много вопросов.       Когда они подъехали к ресторану, девушка отогнала всё это подальше и решила не думать, пока точно не найдет способ убедиться, что её подозрения верны.       В заведении царила атмосфера праздника. Столы были украшены цветами, звучала приятная музыка, официанты сновали туда-сюда, предлагая гостям напитки и закуски. Майкл старался улыбаться и поддерживать разговоры, Кол всё время был рядом, тот общался с гостями непринужденно, у него это выходило куда проще. Наверное, со стороны действительно кажется, что они счастливые супруги, любящие друг друга.       Майкла удивляло, как умело играл отец. Улыбался своим партнёрам, вёл беседы с людьми по поводу бизнеса. Даже когда их фотограф попросил сделать пару фотографий, он умело натягивал искреннюю улыбку, обнимая дочь и сына. От этого цирка Майкла воротило хуже некуда, так и хотелось высказать отцу за его тёмные дела, но он сдерживался.       Джеймс стоял вместе с Маратом недалеко от банкетного зала, он украдкой поглядывал на Майкла, в основном, чтобы к нему не приставали с вопросами их коллеги по работе. — Я поговорил с Ричардом, он не против организовать ваше совместное открытие бара в отеле немного раньше, — говорит ему Рэнверс, — так что будь готов, скоро всё закончится. — Открытие — это лишь полдела, ещё сделать экспертизу, собрать всё в одну кучу, дождаться собрание совета директоров, — перечислил Кендал, глубоко вздохнув, — и вот тогда Ричарда Томсона ждёт тюрьма, где я надеюсь, он проведёт остаток своих дней. — Так оно и будет, — уверенно сказал Марат, — и чем раньше это случится, тем легче станет жить. — Ладно, мне надо вернуться туда, — кивнул Джеймс в сторону гостей, — либо моего мужа растерзают вопросами. Кстати, по поводу понедельника всё помнишь? — Конечно, всё сделаем, как договаривались, — ответил Марат, после чего Джей всё-таки вернулся в зал.       Джеймс вернулся к Майклу, словно магнитом притянутый к нему. Он видел, как тот устало улыбается в ответ на очередную реплику какого-то гостя. Подойдя ближе, он приобнял Майкла за плечи, переводя внимание на себя. — Простите, что отвлекаю, — обратился он к собеседнику Майкла, — но мне нужно украсть моего мужа на минутку.       Джей увел его подальше от толпы, и они вместе подошли к фуршетному столу. Кендал взял два бокала с шампанским и один протянул Майклу. — Спасибо Кол, я думал, не отделаюсь от наших бухгалтеров, — принимая из рук мужа бокал, говорит Майкл. — Ты прекрасно справляешься, — ответил Джеймс, слегка коснувшись своим бокалом бокала Майкла. — Я прекрасно понимаю, каково это, провести весь день и вечер в такой обстановке. — Просто хочу быстрее уехать домой, — честно сказал он, — где нет фотографов, суеты и шума. — Если хочешь, можем поехать сейчас, — предлагает Джеймс, посмотрев на часы, — уже почти девять вечера. — Было бы неплохо, — кивнул в знак согласия Майкл, — только найду Ари, чтобы предупредить её, что уезжаю.       Когда Майкл нашел Ари, чтобы попрощаться с ней, девушка обняла его, сказав, что всё равно тоже собиралась уезжать. Они договорились созвониться завтра, сестра ещё пару раз подколола его, и они разошлись.       Попрощавшись с гостями и сославшись на усталость, Кол и Майкл покинули ресторан. В машине воцарилась тишина, лишь изредка нарушаемая тихим шуршанием шин по асфальту. Майкл откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза. Он чувствовал себя выжатым как лимон, и единственным его желанием было оказаться дома в тишине и покое. — Устал? — поинтересовался Джеймс, останавливаясь на светофоре. — Есть немного, — кивнул Майкл, не открывая глаза.       Приехав домой, Майкл сразу скинул с себя ботинки и пиджак, после побрел к дивану. Кол последовал за ним, но прежде свернул на кухню и присоединился к нему с бутылкой вина.       Кол наполнил бокалы и один протянул Майклу. Тот приподнялся, взял протянутый себе. Звон соприкасающегося стекла раздался по квартире, разрезая умиротворенную тишину, и они сделали по глотку. Вино приятно обжигало горло, оставляя приятное послевкусие во рту. — Я думал, этот день будет тянуться бесконечно, — тихо сказал Майкл, нарушая тишину. — Ты умело держался, — ответил ему Джей и усмехнулся, — точнее, сдерживался. — О да, я едва не выплеснул всё на отца, когда нас просили сфотографироваться, — согласился он, ведь действительно очень хотелось высказаться. — Зато всё выглядело убедительно и достаточно реально. — Это точно. Твоя сестра даже розы на нас нацепила, — Джеймс немного посмеялся, прежде чем отпить ещё немного вина. — Я пытался отговорить её от этой затеи, — сказал Майкл, подхватывая смех мужчины, — но всё же должно быть как полагается. — Ну тогда у нас было не всё как полагается, — Джейм загадочно улыбнулся и встал с дивана. Он включил колонку, ввёл пару комбинаций в телефоне, и заиграла медленная музыка. — У нас не было свадебного танца. — Кол, ты серьезно? — Майкл не верил своим ушам, они что, действительно сейчас собрались танцевать? Но тот не шутил, он забрал у него бокал с вином и потянул за руку на себя.       Майкл подался вперед, словно завороженный, и положил руки на плечи Кола. В полумраке квартиры они начали медленно покачиваться в такт музыке. — Я не самый лучший танцор, — тихо бормочет Майкл. — Ну и мы не на светском вечере, где нужно уметь правильно танцевать, — улыбается Джеймс, легонько сжимая ладони на боках мужа. — Просто почувствуй музыку, расслабься и получай удовольствие.

Томное дыханье без слов

Слышу тиканье часов

Ты исчезнешь утром как сон

Притворись, что любишь…

      Томсон закрыл глаза, чувствуя приятную дрожь по всему телу от горячего дыхания Кола возле своего уха. Его прикосновения даже сквозь рубашку ощущались как разряд электрического тока. Он сам не заметил, как прижался ближе, утыкаясь носом ему в шею. Запах парфюма приятно ударил в нос, аромат будоражил и кружил голову до такой степени, что хотелось вдыхать его снова и снова.

Столько раз хотел уйти-и-и…

Ночью сбрасывать звонки

Такова цена любви…

      Майкл чувствовал, как растворяется в этом моменте, в объятиях Кола, под тихую мелодию, звучащую только для них двоих. Все напряжение, накопленное за день, словно утекало сквозь пальцы, оставляя лишь тепло и умиротворение. Он не хотел думать ни о завтрашнем дне, ни о фиктивности этого брака, ни о чём другом, кроме того, что происходит сейчас.

All the lies

In your eyes

I thought twice

But I will spend every dime

      Джеймс, почувствовав, как Майкл тянется к его касаниям, увереннее начинает поглаживать его спину, плавно двигая руками вдоль позвоночника. Не настойчиво, не быстро… Медленно, словно пересчитывал каждый позвонок.

I see pain

On the game

But you ain’t for me this time

      Джей ощущал, как его новоиспечённый муж неуверенно ведёт руками с плеч к шее, обнимая и тем самым прижимая крепче к себе. Майкл словно давал зелёный свет на дальнейшие действия, и Кендал принимает это. Он осторожно наклоняется, целует его возле уха, медленно проводит кончиком языка по мочке.

All the lies

In your eyes

I thought twice

But I will spend every dime

      Майкл судорожно выдохнул, поддаваясь навстречу этому поцелую. Он откинул голову немного назад, открывая для Кола больше пространства. Ноги, казалось, становились ватными, и если бы не сильные руки, обвившие его талию, то Томсон давно бы рухнул на пол.

I see pain

On the game

But you ain’t for me this time

      Кендал всё так же не спешил, но поцелуи стали более настойчивыми. Он обхватил губами мочку уха, слегка прикусывая её, а затем снова провёл языком уже по следу от своих зубов.

Money came

You’re on the game

Someone’s toy

Is my pain

      Плавными скользящими движениями губ он переместился на шею. Мужчина выцеловывал каждый миллиметр кожи, покусывал пульсирующую венку, вёл языком по оставленным засосам. Джеймс чувствовал на губах лёгкое покалывание от щетины, когда оставлял поцелуй на его скулах и подбородке.

In your eyes I see the price

Please pretend you wanna stay

I know the rules I’ll pay

      Сейчас Майкл сходил с ума в объятьях мужа. Он хотел большего, его тело жаждало большего. С каждым новым поцелуем, с каждым прикосновением бывший Томсон таял всё больше, и с очередным укусом, который он почувствовал на шее, издал несдержанный стон.

All the lies

In your eyes

I thought twice

But I will spend every dime

      В моменте Майкл оказался развернут вокруг своей оси и прижат спиной к груди Джеймса. Он откинул голову ему на плечо, позволяя продолжить Кендалу наслаждаться его шеей уже с другой стороны. Прижавшись ягодицами вплотную к паху мужчины, Майкл даже сквозь ткань свадебного костюма почувствовал не плохое такое возбуждение своего мужа. Он невольно потёрся о него, желая еще большего сближения. Майкл больше не мог сдерживаться, он тонул в этом моменте, в этом мужчине.

I see pain

On the game

But you ain’t for me this time

      Джей выдохнул от этого действия и сам толкнул бёдрами вперёд, желая как можно быстрее повторить это действие уже без одежды. Его крепкая ладонь скользнула вниз по груди Майкла, плавно ложась на пах. Кендал слегка сжал его член, выступающий сквозь брюки, и услышал, как сдержанно простонал мужчина, закусив нижнюю губу. — Тебе не надо сдерживаться, — слышит Майкл шёпот Кола прямо возле своего уха. — Можешь кричать.       Другая рука Джеймса скользнула под рубашку. Подушечки пальцев скользили по телу, плавно исследуя каждый сантиметр кожи. Очерчивает правый сосок, слегка сжимает его и скользит после к левому. — Только не останавливайся, — просит он, судорожно дыша. — Пожалуйста… — Сегодня не остановлюсь, — усмехнулся Джеймс, услышав мольбу Майкла.

All the lies

In your eyes

I thought twice

But I will spend every dime

      Он развернул его назад к себе лицом, всматриваясь в синеву искрящихся от желания глаз в полумраке комнаты. Музыка, играющая на фоне, только придавала атмосфере больше интимности. Джеймс наклонился вперёд, соприкасаясь своим лбом с лбом Майкла, носы тёрлись друг о друга, а между губами оставались миллиметры, обоюдно опаляя горячим дыханием. Кендал медленно провел большим пальцем по нижней губе Майкла, заставляя его приоткрыть рот в ожидании.

I see pain

On the game

But you ain’t for me this time

      Как в замедленной съёмке, Джей наклоняется вперёд и почти невесомо касается своими губами чужих. Он не торопится углубить поцелуй, а всё так же трепетно, как несколько часов назад в ЗАГСе, двигает губами. Джеймс прикусывает нижнюю губу, слегка оттягивая её, и после проникает языком в приоткрытый рот мужа.       Не разрывая их медленный танец губ, Кендал стал подталкивать Майкла к спальне. На ходу Джеймс расстёгивал пуговицы на рубашке Майкла, пока тот в свою очередь уверенно занялся пряжкой на его ремне. — Какой ты у меня нетерпеливый, — усмехнулся Кендал, скидывая с плеч мужчины белую ткань.       Оказавшись в спальне, он опустил Майкла на кровать, седлая его сверху, и начал растёгивать свою рубашку. Наконец-то, нависая над мужем, они могли почувствовать друг друга кожа к коже.       Жадно впиваясь в губы Майкла, Джеймс специально толкает бёдрами вперёд, ощущая, как члены соприкасаются друг с другом сквозь ткань, которая всё ещё остаётся преградой между ними. — Кол, — он стонет, не сдерживаясь, и поддаётся навстречу этим движениям.       Кендал принялся нежно целовать каждый дюйм тела Майкла, спускаясь от шеи к ключицам, оставляя влажную дорожку из поцелуев, местами заменяя их лёгкими укусами.       Он очерчивал лёгкими движениями губ и языка выступавшую ключицу, уделяя особое внимание ямке, которая является одной из эрогенных зон его мужа. Майкл выгибался в спине под его ласками, мозг давно был затуманен желанием, а в брюках уже было невозможно находиться из-за сильной тесноты, вызванной возбуждением.       И тогда Джеймс будто услышал немую просьбу Майкла. Отрываясь от его тела, он, не отводя взгляда от него, начал растёгивать ремень, который полетел куда-то в сторону, а следом звякнула молния, и вот Кендал уже освобождает ноги Майкла от одежды откидывая их на пол, не оставляя даже боксеров. Прежде чем вернуться в исходное положение, Джей сразу скинул свои вещи, отправляя их туда же. — Ты всё ещё уверен, что хочешь этого? — для достоверности поинтересовался Джеймс, хотя ответ был очевиден. — Ты ведь сам сказал тогда, если мы окажемся однажды в постели, когда я буду трезв, то возьмёшь меня без колебаний, — напомнил ему Майкл его же слова и тем самым раскрыл себя, что помнит тот самый вечер. — Значит, ты всё это время помнил? — усмехнулся Джей, глядя прямо в глаза.       Майкл, наоборот, сказал бы, что это был взгляд не глаза в глаза, а прямо в его душу. Потому что то, как смотрел на него в этот момент Кол, он не мог описать словами. Он видел затуманенный страстью взгляд перед собой, и казалось, он пронзает его насквозь. Так на него не смотрел даже Лэнд. Майкл словил себя на том, что такой взгляд он получал лишь от одного человека — Джордана.       Отогнав бесполезные мысли и воспоминания, он провел подушечками пальцев по щеке Кендала, и тот смотрел на это как завороженный. На самом деле он просто ждал — ждал, когда Майкл скажет об уверенности продолжить. — Кол, я хочу тебя, — тихо, но очень уверенно говорит Майкл.       И Джей вместо ответа снова впился в его губы поцелуем, сразу проталкивая язык в рот мужчины. От поцелуев он перешел к более откровенным ласкам. Джеймс нежно целовал тело мужа, спускаясь всё ниже и ниже, пока не достиг его живота. Он обводил языком пупок, вызывая дрожь во всем теле Майкла — ещё одна эрогенная зона, о которой Джеймс не забыл. Тот в свою очередь перебирал пальцами рук волосы мужчины, прижимая его ближе, и изнывая от нетерпения.       Наконец, Джеймс добрался до самого желанного. Он взял член Майкла в руку, нежно поглаживая его вдоль всей длины, от основания до головки. Кендал наблюдал, как лицо мужа меняется от эмоций, как он ведёт бёдрами вверх навстречу его движениям рукой.       Джей наслаждался этим, он не спешил… Он дразнил его. Медленно водил большим пальцем по головке, растирая выделяющуюся из члена капельку смазки.       Майкл стонал, выгибаясь в спине, и бессознательно терся пахом о руку Кола, желая большего.       Дальше в игру Джей добавил язык. Дразня своего мужа, он провел кончиком вдоль всей длины члена от основания до головки. — Кол, пожалуйста, — слова были пропитаны мольбой, — я не могу больше.       Но Кендал не спешил брать его полностью и вместо этого лишь губами обхватил часть головки, слегка посасывая её, и снова отстранился. После опять повторил свои действия, уже более настойчиво.       После очередного протяжного стона Джей наконец-то полностью взял его член в рот, он уверенно и умело двигал губами, подключая при этом ещё и язык. Майкл громко стонал, поддавался бёдрами на ласки, запрокидывая голову назад и вцепившись одной рукой в простынь, а другой в волосы Кола. — Приподнимись, — отстранившись ненадолго, просит Джеймс.       Майкл сначала не понял, но когда он увидел, как муж облизывает пальцы, то поднял бёдра выше, куда ему подложил тот подушку. Джей снова стал ласкать его ртом и параллельно вошёл в промежность между ягодиц одним пальцем. Майкл и опомниться не успел, когда вскоре к первому присоединился и второй. Он интенсивно растягивал его стенки изнутри, нащупывая ту самую точку, от прикосновения к которой Томсон начал сам насаживаться на его пальцы. Казалось, он сейчас потеряет связь с реальностью от таких ощущений.       Когда Джей почувствовал, как тело Майкла начало напрягаться и слегка подрагивать, он резко отстранился, не давая тому утонуть в чувстве оргазма. Кендал снова навис над ним, оставил поцелуй на губах, передавая ему же его собственный вкус, а после переместился на бок и отыскал в прикроватной тумбочке бутылочку со смазкой.       Вернувшись в исходное положение, Джеймс раздвинул ноги мужа пошире, устраиваясь удобнее, и равномерно смазал свой колом стоящий член и пристроился головкой к подготовленному входу.       Майкл замер в предвкушении, чувствуя, как пульсирует его тело. Джей медленно надавил, входя головкой внутрь, и застыл, давая мужу привыкнуть. Он не открывал от него взгляда, медленно продолжал входить немного глубже и наклонился, чтобы поцеловать в тот момент, когда Майкл громко застонал. Как бы сильно смазка не облегчала проникновение, дискомфорт в первые минуты ощущался не меньше.       С последующим лёгким толчком Джей вошёл полностью и остановился, застонав тому прямо в рот. Он целовал губы мужа, чувствуя, как он царапает его спину, как стенки внутри сжимаются вокруг его члена, как Майкл притягивал его ближе к себе. — Расслабься, — прошептал Джей ему на ухо и оставил невесомый поцелуй возле.       Когда боль понемногу начала утихать, Джеймс начал медленно двигаться, выходя почти до конца и снова входя. С очередным таким движением он наконец-то нашел ту самую точку и услышал, как сладко Майкл застонал, запрокидывая голову на подушке. — Ещё… Сделай так ещё, прошу тебя, — просил он сквозь собственные стоны.       Кендал с радостью выполнил просьбу и резче толкнул в него член, снова задевая чувствительный бугорок внутри. Тот вскрикнул от удовольствия, которое пронзило всё его тело.       Джеймс ускорил темп, каждое движение становилось всё более уверенным и глубоким. Комната наполнилась звуками их дыхания и тихими стонами удовольствия.       Кендал переместил одну руку на член мужа, он начинает двигать ею плавно в такт своим толчкам.       Томсон чувствовал, как жар разливается по всему телу, каждая клетка его организма вибрировала от удовольствия. Стоны вырывались из его груди непроизвольно, становясь всё громче и протяжнее. Движения перерастали в более глубокие и резкие. Чувство приближающегося оргазма нарастало с каждой секундой, готовое, наконец, вырваться наружу мощной волной наслаждения, но в последний момент Кендал неожиданно покинул разгорячённое тело, переворачивая мужчину на живот.       Майкл удивлённо выдохнул, не успев ничего сказать, как Джеймс раздвинул его ягодицы, пристраиваясь сзади. Вошёл резко, до упора, заставляя мужчину вскрикнуть от неожиданности. Угол проникновения был совершенно иным, и ощущения были более острыми, но не менее приятными.       Томсон цеплялся пальцами за простынь, пытаясь удержаться на локтях, но руки словно не слушались. Джеймс двигался ритмично и напористо, глубоко проникая в него, заставляя каждый раз вздрагивать от удовольствия. Он крепко сжимал его бёдра, насаживая сильнее с каждым разом.       Джей наклонился, наваливаясь своим телом сверху, но не давая Майклу опустить бёдра. — Хочешь кончить, малыш? — шептал он на ухо, распыляя его этими словами ещё больше. Одну руку он переместил на колом стоявший член мужа, начиная медленно двигать рукой вверх-вниз. — Пожалуйста, — хрипло произнёс Майкл куда-то в подушку.       В ответ Джей лишь усилил натиск, продолжая насаживать его на себя до предела, и ускорил движение своей рукой в такт своим толчкам, пока Майкл, наконец, не излился, сотрясаясь в конвульсиях от мощного оргазма.       Сперма горячими струйками стекала с руки Кола на простыни. Он вернулся в прежнее положение и, не давая Майклу передышки, продолжил двигаться внутри него. Через пару резких и до предела глубоких толчков, Джеймс почувствовал, как сам подходит к разрядке. С громким стоном Майкла и собственным рыком, которые смешались в единый звук, Джей излился голубого внутрь мужа, заполняя простату своим горячим семенем.       Обессиленно рухнув на обмякшее тело Томсона, Джеймс уткнулся лбом в его плечо. Через несколько судорожных вздохов он полностью покинул тело Майкла, перекатился на смятую простынь и подтянул его к себе. И тот, не сопротивляясь, перевернулся на бок, обнял его, зарываясь носом в шею.       Тишина в комнате прерывалась лишь сбивчивым дыханием обоих, которое постепенно выравнивалось после бури страсти, которая накатила на них. Из гостиной всё ещё доносились отголоски очередной песни, играющей в колонке, которую Джей так и не выключил. — Всё хорошо? — прошептал он в макушку Томсона, оставляя лёгкий поцелуй на ней. — Ты демон, — пробормотал Майкл сквозь блаженную улыбку.       Джей усмехнулся, прижимая Майкла крепче. Возможно, он немного переборщил, но не мог остановиться. Желание обладать этим мужчиной, чувствовать его полностью, контролировать каждый стон, каждый вздох — это было сильнее его. — Я не мог сдерживать себя, когда ты так сладко стонешь. — Это был лучший секс в моей жизни. — устроившись удобнее в его объятиях, сказал Майкл.       Джеймс, ничего не говоря, приподнялся на локте и прильнул к губам мужа лёгким поцелуем. Он нежно целовал его губы, без настойчивости и напора. — Кто первый в душ? — отрываясь, спрашивает Кендал. — Или вместе пойдём?       В душ в итоге они пошли вместе. Под тёплыми струями воды они смывали с друг друга остатки страсти, прерываясь на короткие поцелуи. По душевой кабинке разнёсся запах сандала с нотками цитруса, после того как Джей намылил их гелем для душа. Томсон слабо простонал от удовольствия, когда Кендал стал массировать его плечи и шею, натирая пеной. — Я же говорил, что ты очень сладко стонешь. — прошептал Джеймс ему на ухо, продолжая массировать его предплечья. — Я же говорил, что ты демон, — усмехнулся Майкл, откидывая голову на плечо мужа и подставляя лицо под струйки воды. — Поверь, малыш, демона во мне ты ещё не видел, — поцеловав Майкла в щёку, сказал Джеймс. — И лучше его во мне не будить. — Может, скажешь тогда сразу, чего мне лучше не делать, чтобы избежать этого? — поинтересовался Майкл, не сильно воспринимая его слова всерьёз. — Не заставляй меня ревновать, — развернув его к себе, попросил Кендал, — был неприятный опыт в жизни, после чего я стал очень ревнивым. — Думаю, по этому поводу тебе не стоит переживать, — заверил его Томсон.       Вскоре они вернулись в спальню, где Джеймсу пришлось сменить перепачканную простынь. Найдя в шкафу две чистые футболки, мужчина протянул одну Майклу, и после они оба устроились на чистом постельном. Укрывшись одеялом, Томсон, не возражая, сразу устроился головой на груди Джеймса. — Спокойной ночи, Кол, — тихо пробормотал Майкл, слушая стук его сердца. — Спокойной ночи, — так же тихо сказал в ответ Кендал, вдыхая запах его волос.       Томсон уснул быстро, а вот Джеймс лежал ещё в тишине некоторое время. Он смотрел на спящего мужа у себя на груди и понимал у себя в голове: «Я сделаю ему очень больно».       И от одной такой мысли Джеймс себя ненавидел, но реальность такова: однажды Майкл узнает всю правду и возненавидит его за это.