Рука на спусковом крючке

Take me home

Take me home

And the streetlights light, light up

To take me home

I love you, Chicago

You make me feel so summer fling

You know that I know

That I owe you everything

I love you, Chicago

City in a Garden, Fall Out Boy

Трафик в Чикаго был непредсказуем, и хотя Алексия вышла пораньше, все равно опаздывала, встряв в пробку. Было поздно пересаживаться на метро, а автобус еле двигался, так что, решив, что бегом будет быстрее, она выскочила за две остановки до нужной. В офисное здание Тернера она влетела с опозданием всего на три минуты, что можно было считать успехом, учитывая, как плохо она бегала. Глубоко дыша и стараясь не обращать внимания на окружающих, Алексия бросилась к лифтам и с досадой обнаружила, что кнопка вызова была уже нажата, но лифты вниз не спешили. «Это что, какой-то заговор? – подумала она с раздражением. – Все сегодня, как назло, еле шевелятся!» С усталым вздохом она прислонилась спиной к стене напротив лифтов, встав рядом с каким-то парнем. Она поискала бы лестницу, но слишком устала от бега и была не готова к новому марш-броску. Пульс все еще оставался учащенным. – Привет. Ты случайно не Алексия? – спросил вдруг незнакомец. Она бросила на него взгляд. Парень держал в руках телефон, но смотрел на нее. – Да, это я, – ответила Алексия удивленно. Все еще стараясь отдышаться, она пригляделась к нему внимательнее, пытаясь припомнить, не встречались ли они раньше. Темные, немного растрепанные волосы, серо-зеленые глаза, прямой нос, острые скулы… Нет, этот парень был ей не знаком. Алексия не понимала, откуда он мог знать ее имя. Тот, заметив ее замешательство, молча повернул к ней экран своего телефона. Там был скриншот с камеры наблюдения, на котором она с удивлением обнаружила себя. Судя по обстановке, камера располагалась прямо над дверью в кабинет Тернера и засняла ее вчерашний визит. – Меня зовут Кай. Я буду твоим ментором. Алексия кивнула, не зная, что ответить. Ее вдруг охватила неловкость. Лифт ждали молча, и за это время дыхание постепенно пришло в норму. Когда лифт наконец приехал и они вошли внутрь, Кай выбрал нужный этаж и спросил: – Долго бежала? – Минут пять или дольше. Алексия не любила бег. Она не была худшей на школьных кроссах, но и звезд с неба тоже не хватала, поэтому даже не пыталась попасть в какую-нибудь школьную спортивную команду. Зато Аманду, ее бывшую подругу, приняли к волейболисткам без вопросов – спорт всегда давался той легко. Иногда Алексии казалось, что их дружба с Амандой больше походила на соревнование: кто первой поцелуется с парнем, кто станет популярнее, кто получит выше оценку за тест. Подруга опередила ее во всем, кроме учебы – тут они были равны. А еще Алексия потеряла девственность раньше нее, да еще и с парнем, который нравился обеим. Впрочем, достижение было сомнительным, ведь последней в итоге смеялась вовсе не Алексия. – Вижу, с выносливостью у тебя не очень, – прокомментировал Кай. – Это критично? До этого момента ей не приходило в голову, что для новой работы понадобится хорошая физическая форма. Сейчас это казалось очевидным, но Тернер ни словом не обмолвился о подобных требованиях. «Может, так и было задумано? – размышляла Алексия. – Я уже согласилась, Билл уже мне помог, и, если вдруг выяснится, что я не подхожу, он заставит меня расплачиваться за помощь как-то иначе. Вдруг в этом и состоял его план? Или ему просто не приходило в голову, что я могу плохо бегать?» От этих мыслей все внутри похолодело. – Пока нет. Посмотрим, – ответил Кай уклончиво. Алексию его ответ не успокоил. Секретарши встретили его весьма дружелюбно, особенно рыжеволосая. – Хочешь кофе? Могу принести в кабинет, – предложила она. – Спасибо, не нужно. Билл ждет нас, можешь не предупреждать. В этот момент секретарша наконец обратила внимание и на Алексию. Коротко улыбнувшись и ей – не так радушно, как ранее Каю, – она кивнула и вернулась к работе. Тот уже направлялся к кабинету Тернера, и Алексия поспешила за ним. Охранники, как обычно, досмотрели ее, но, к ее удивлению, сделали то же самое и с Каем, забрав его телефон. – Не знала, что тебя тоже досматривают, – не удержалась от комментария Алексия. Она вспомнила парня, выходившего из кабинета в ее первый визит. Он телефон у охраны не забирал: не брал с собой или Тернер доверял ему, как и Доминику? – Я просто подозрительный, – ответил Кай шутливо, вызвав улыбки у охранников. Было очевидно, что они его знали и прекрасно понимали, что тот не представлял угрозы, однако все же досмотрели. Покончив с формальностями, они вошли в кабинет, где витал привычный запах табака. Кай, к удивлению Алексии, сразу же подошел к окну и распахнул его настежь, чтобы проветрить комнату. Тернер, заметив ее удивленный взгляд, закатил глаза. – Кай у нас за здоровый образ жизни, – пояснил он, вытаскивая сигарету из пачки, словно спешил вернуть комнате привычный уровень накуренности. – Беспокоюсь о твоем здоровье, – отозвался Кай. – Напрасно. С нашей работой пуля отправит меня на тот свет раньше рака легких, – парировал Тернер, делая затяжку. Алексия, не дождавшись приглашения, опустилась в одно из стоявших у стола кресел, чувствуя себя максимально неловко. Кай остался у окна. – Итак, вижу, вы уже познакомились. Кай промолчал, а Алексия коротко кивнула, ощущая себя чужой в компании, где царила особая атмосфера закрытого клуба для своих. – Дом уже взял на себя работу с CPS, так что об этой проблеме можешь забыть, – сообщил Тернер. – Если будут новости, Кай тебе передаст. Со всеми будущими проверками тоже разберется Дом. У тебя ведь их не было? – спросил он, обернувшись к Каю. Тот покачал головой. – Отлично. Что ж, как ты уже, наверное, знаешь, Кай – твой ментор. Теперь все вопросы можешь адресовать ему. Он все покажет, расскажет, решит любые проблемы, будет тренировать. В будущем будете вместе работать. – Об этом пока рано говорить, – отметил Кай. – Да, сначала нужно убедиться, что справляешься, – согласился Тернер и, заметив, как напряглась Алексия, добавил: – Не переживай, ты в надежных руках. Повезло, что Кай согласился, иначе пришлось бы упрашивать Джастина, а он слишком дотошный. – Я бы Джастину и собаку тренировать не дал, – произнес Кай холодно. – Ты к нему предвзят, – добродушно отозвался Тернер, стряхнув с сигареты пепел. – Впрочем, если тебе интересно, он больше не менторит. Для него нашлась работа поважней. Тернер сделал паузу, но Кай так ничего и не ответил, и он продолжил: – Сейчас вы двое поедете смотреть квартиру. Можешь заселяться хоть сегодня. Дом говорит, она в том же районе, где ты жила раньше, или где-то поблизости, так что школу менять не придется. Если понадобится что-то докупить – скажи Каю, он все оплатит, но помни, что после обучения эти деньги придется вернуть. Не знаю, в каком состоянии квартира – там несколько месяцев никто не жил, но если понадобится уборка – вызовите клининг, я оплачу. Счета тоже будет покрывать фирма, тебе не придется заниматься этим самой. Дом будет присылать квитанции, чтобы ты была в курсе, сколько там набегает. А это тебе на первый месяц. – Тернер достал из ящика конверт и протянул Алексии. – Здесь всего тысяча, понадобится больше – сообщи Каю. Алексия забрала конверт, мимоходом отмечая, каким плотным он был на ощупь. Никогда в жизни она не держала в руках столько наличных. Сумма была гораздо меньше, чем зарабатывал отец, но намного больше, чем ей давали на карманные расходы. Правда, теперь ей предстояло покупать на эти деньги еду и прочие необходимые для дома вещи, так что богатой она себя не ощущала. «Теперь готовка, уборка и стирка тоже будут на мне. Не думала, что взрослая жизнь начнется так рано…» – с унынием размышляла она. Разговор долго не продлился, и вскоре Кай и Алексия покинули кабинет. По пути Кай молчал и, только выйдя на улицу, вдруг спросил: – Машину водить умеешь? – Нет, – ответила Алексия, чувствуя, как с каждым ответом все сильнее себя закапывает. «Небось уже жалеет, что со мной связался, – подумала она, обреченно следуя за ним к парковке. – Чувствую себя балластом». Кай остановился возле черной тойоты. Алексия не разбиралась в марках машин, но этот значок был ей знаком. Автомобиль выглядел вполне заурядно – таких в Чикаго было полно. Возможно, в этом и заключалась задумка – в случае погони будет проще затеряться среди других машин. «О чем я вообще? Какая к черту погоня… – одернула она себя мысленно, опускаясь на переднее сиденье. Ее вдруг посетила мысль, от которой на миг стало не по себе: – Интересно, Каю приходилось убивать?» Алексия предпочла бы об таком не думать. Кай совсем не походил на убийцу: у него были приятные черты лица, а взгляд серо-зеленых глаз в обрамлении длинных темных ресниц казался скорее задумчивым, чем опасным. Ей было некомфортно рядом с ним, но не потому, что она боялась, что он причинит ей вред, а потому что они едва друг друга знали. Невзрачная снаружи, внутри машина производила совсем иное впечатление: мягкая кожаная обивка, блестящие хромированные детали и панель с бортовым компьютером выглядели дорого, но не вычурно. В салоне ощущался легкий запах хвои. Никакого бардака, никаких лишних вещей на сиденьях – все было аккуратно и чисто. Лишь по неким мелким деталям вроде легких потертостей на руле можно было догадаться, что машиной регулярно пользовались. «Да уж, это не папин форд, – отметила про себя Алексия. – Кай явно аккуратный владелец». Она пристегнулась, и Кай, не забыв пристегнуться тоже, провернул ключ в замке зажигания и плавно выехал с парковки, направляясь на запад. – Билл не говорил, что нужны какие-то особые навыки вроде умения водить машину, – осторожно начала Алексия, решив сразу прояснить все волнующие вопросы. – Ничего не нужно, я просто интересуюсь, – ответил Кай, не отрывая взгляд от дороги. Он вел машину аккуратно и не нарушал правил. Завязать беседу не вышло. Кай, похоже, был из тех, кто предпочитал тишину, и Алексия, привыкшая к болтливому Эрнандо, почувствовала себя не в своей тарелке. Кай словно позабыл, что сидел в машине не один, и думал о чем-то своем. Она не решилась заговорить с ним снова. Доехав до района, где она жила, Кай свернул к югу от Гарфилд-парка и вскоре припарковался у трехэтажного жилого дома из красного кирпича. Район был не лучше ее прежнего, но на западе Чикаго выбирать не приходилось, к тому же до школы отсюда было даже ближе, чем от дома родителей. Кай молча вышел из машины и направился ко входу. Алексия, стараясь не отставать, последовала за ним. Они поднялись на второй этаж и остановились у двери одной из квартир. Она мысленно скрестила пальцы, надеясь, что место не окажется хламовником и не потребует крупных финансовых вложений, которые придется возмещать после обучения. К счастью, ее надежды оправдались: квартира была в хорошем состоянии. Хоть та и простояла пустой несколько месяцев, внутри оказалось не так уж и пыльно, а мебель выглядела сносно. Сначала они осмотрели спальню, большую часть которой занимала просторная двухместная кровать. Рядом стоял небольшой письменный стол, а на стене над ним висели деревянные полки. На одной из них стоял горшок с засохшим цветком. – Бедняга, кто же тебя здесь бросил? – спросила Алексия и перевела взгляд на Кая, но тот лишь пожал плечами. – Не знаю, кто жил здесь до тебя. Но замки поменяли, так что можешь не беспокоиться – в квартиру никто не проникнет. На столе она заметила листок с логином и паролем от Wi-Fi и тут же попыталась подключиться с телефона. – Должно работать, все счета оплачены, – прокомментировал ее действия Кай. Он оказался прав – интернет действительно работал. Сначала Алексии показалось, что в спальне были панорамные окна, но, раздвинув шторы, она поняла, что это были двери, ведущие на крошечный балкон. Четверть его пространства занимал наружный блок кондиционера. – Сюда бы столик со стулом – и можно по утрам пить кофе с видом на внутренний дворик, – задумчиво произнесла Алексия, постепенно свыкаясь с мыслью, что теперь это ее новый дом. Место оказалось неплохим: было нужно лишь немного навести порядок – и станет уютно. – Можешь поискать в интернете подходящий и прислать мне ссылку на оплату, – предложил Кай. «Столик притащу из родительской квартиры – как раз стоит в гостиной без дела и идеально сюда впишется, – размышляла она. – А вот стулья придется докупить». Изменить хотелось многое, но она не забывала, что однажды за все придется заплатить, поэтому большую часть вещей собиралась забрать из родительской квартиры. «Гирлянду для балкона и ароматические свечки притащу из своей комнаты, – думала она. – Остальное поищу на Craigslist». В спальне была своя собственная гардеробная, правда, совсем крошечная. Алексия заглянула туда лишь мельком: внутри было пусто и пыльно. Вторую половину квартиры занимала небольшая кухня, совмещенная с микро-гостиной, где они обнаружили слегка продавленный диван и круглый обеденный стол с тремя мягкими стульями. В кухонных шкафах нашлась лишь немногочисленная посуда, зато был холодильник, электрическая плита с духовкой и посудомоечная машина. В остальном квартира была пустой, не нашлось даже тряпки, будто специально, чтобы Алексия тратила больше денег и сильнее влезала в долги. – Я так понял, у тебя осталась родительская квартира, – заговорил вдруг Кай. – Да, но я рада, что Билл предложил мне эту. Жить там, где… – Алексия осеклась. Говорить о смерти родителей было по-прежнему нелегко. Вдруг ей вспомнился разговор Тернера и Доминика, и она спросила: – Я так поняла, ты тоже без родителей? – Да, – ответил Кай коротко, и по тону его голоса становилось ясно, что обсуждать эту тему он бы не хотел. Алексия решила не настаивать. Оставалось осмотреть лишь ванную. Та оказалась тесноватой – внутри едва уместились умывальник, унитаз, душевая кабина и стиральная машина, зато в углу обнаружилась крошечная кладовка, а в ней – первая хоть сколько-нибудь полезная находка: ведро. – Вот это щедрость, – удивилась Алексия. – Дырявое, наверное, – предположил Кай, и она рассмеялась. Осмотр квартиры много времени не занял – та оказалась слишком маленькой, чтобы потратить больше десяти минут. После этого Кай отвез Алексию домой. Он предложил вызвать на утро клининговую службу, а после обеда заехать и помочь с переездом. Полиция уже закончила изучать место преступления, так что Алексия могла без проблем вернуться в родительскую квартиру. Они обменялись контактами и попрощались. Алексия поделилась новостями с Эрнандо, и тот сразу начал ворчать. Настроение мгновенно испортилось. – Он хоть объяснил, чем ты будешь заниматься? – Пока нет, мы просто осмотрели квартиру. Он не слишком-то разговорчив. – Все это слишком подозрительно, Алекс. Ты правда веришь, что Билл решил помочь тебе просто так? Уладил вопрос с CPS, квартирку подогнал, денег подкинул? О конверте она ему тоже рассказала, и вместе они пересчитали находившиеся внутри деньги – ровно тысячу долларов, двадцать новеньких пятидесятидолларовых банкнот. Эрнандо присвистнул, хоть сумма и не была для него такой уж внушительной. Больше всего его удивило, что Тернер дал ей эти деньги просто так, без расписок и обязательств. Алексия же больше думала о том, сколько книг сможет купить, если останутся лишние деньги. – Я не тупая, я прекрасно понимаю, что это не подарок, – отозвалась Алексия раздраженно. – Что, по-твоему, я должна была сделать? Позволить Синтии забрать меня в Спрингфилд? – Лучше бы ты поехала с ней, чем ввязывалась в это! А если все пойдет по плохому сценарию? Как, по-твоему, он заставит тебя расплачиваться? – Рики говорил, Билл не занимается траффикингом. – Я бы не стал в таких вопросах на сто процентов доверять Рики – он все-таки работает на Билла. – Ты тоже на него работаешь, – парировала Алексия. Эрнандо не нашел, что на это ответить. – Позвони Рики, наведи справки о Кае, раз переживаешь. Завтра сам на него посмотришь – он приедет помогать с переездом. – В смысле, посмотришь? – возмутился Эрнандо, набирая номер. – Я тоже помогу! Не будешь же сама коробки таскать. Заодно пообщаюсь с этим твоим ментором. Алексия обрадовалась. На самом деле она и не сомневалась, что Эрнандо тоже предложит помощь. – Алло, Рики? Здорова, братан. Как оно? Ну супер, я тоже норм. Слушай, знаю, я тебя уже достал, но будь другом, подкинь еще немного инфы – я в долгу не останусь. Эрнандо включил громкую связь и приложил палец к губам. Алексия притихла. – Ну что там у тебя на этот раз? Опять твоя подружка влипла? – Да хрен знает, влипла или нет. Она согласилась работать на Билла, и к ней приставили некоего Кая. Знаешь такого? Голос Рики заметно повеселел. – О-о-о, друган, конечно знаю! Не парься, это норм чувак, девочку твою точно не обидит. – Кто он хоть такой, можешь рассказать? – Слушай, многого рассказать не смогу, сам понимаешь, секретность. Такие люди, как он, все-таки не травку толкают, а серьезным делом заняты. Но, честно говоря, я знаю не так уж и много: Кай парень закрытый, даже для своих. Но он близко общается с Рэем, помнишь его? Мотоциклист. Еще знаю, что он давно работает на Билла, дольше многих. Чувак надежный, отвечаю: одного из наших как-то раз избили и ограбили, так вот Кай с Рэем не только нашли тех ребят, но и доходчиво им объяснили, чтоб больше так не делали. – Объяснили? – Ну да, кому-то ребро сломали, кому-то плечо прострелили. Сам я там не был, но парочка наших ходила с ними для подстраховки. Товар вернуть не удалось, но выбили деньги – хватило и за товар заплатить, и парня нашего подлечить. Кай и Рэй ничего не взяли. Вряд ли Билл им заплатил, он бы до такого не снизошел, думаю, они сами вызвались помочь. Зато после той истории все, кто в курсе, относятся к ним с большим уважением. – Ясно. Ну окей, спасибо, Рики. – Бывай. И подружке привет передавай, пускай не забывает своих, если выбьется в люди. А про то, что я тебе рассказал, чур, никому ни слова. Эрнандо пообещал, что никому ничего не расскажет, и повесил трубку. – Что думаешь? – спросил он. Алексия лишь пожала плечами в ответ. Для начала нужно было обдумать услышанное. На следующий день она собрала немногочисленные вещи, оставшиеся у Эрнандо, и сложила в бумажный пакет. Клаудия ушла на смену рано утром, поэтому они попрощались еще вечером. Алексия пообещала заглядывать в гости. Кай заехал после обеда, прихватив с собой несколько самосборных картонных коробок. Эрнандо довольно натянуто с ним поздоровался, и все трое остановились у двери в квартиру Алексии. – Хочешь, зайду первым? Прослежу, чтобы не увидела лишнего, – предложил Эрнандо. Она кивнула и протянула ему ключи. Эрнандо открыл дверь и вошел внутрь, а Кай и Алексия остались у входа и принялись собирать первую коробку. Она заметила, как Эрнандо схватил плед с дивана и аккуратно разложил его на полу. В памяти тут же всплыло кровавое озеро, и Алексия зажмурилась, пытаясь выкинуть эту картинку из головы. Она помнила лишь обрывки образов и не хотела вспоминать остальное. – Заходи, – позвал наконец Эрнандо. – Тебе же не надо в родительскую спальню? Я закрыл дверь, так что если что-нибудь понадобится – скажи, я заберу. – Спасибо, Нандо, – ответила Алексия, направляясь на кухню с коробкой в руках. Эрнандо последовал за ней, а Кай остался у двери собирать остальные коробки. – Кажется, там что-то умерло, – сообщил Эрнандо, заглянув в холодильник и брезгливо осмотрев один из контейнеров. – Мамина лазанья. К горлу подступил ком, и слезы сами полились по щекам. Быть здесь, среди знакомых вещей, словно застывших во времени, было физически больно. Каждый предмет, каждый запах – все напоминало о доме, который еще пару недель назад был полон жизни. Алексия знала, что придется столкнуться с болью утраты, но и представить себе не могла, что сердце будет так остро реагировать на самые обычные вещи. Она думала, что справится, что сможет продержаться, и теперь понимала, как сильно переоценила свои силы. Эрнандо тут же обхватил ее за плечи и крепко прижал к себе. – Ну-ну, не плачь. Хочешь, я сам все сделаю? Просто скажи, что и откуда забрать. – Спасибо, я справлюсь. Просто дай мне минуту, ладно? Постояв немного в его объятиях, она наконец отстранилась, вытерла слезы и заметила Кая, замершего у входа на кухню с двумя коробками в руках. Он молчал и не смел прерывать эту сцену. В его глазах промелькнуло сочувствие. Сборы заняли больше часа: коробок, что привез Кай, едва хватило, чтобы упаковать все, что Алексия планировала забрать с собой. Одежда составила приличную долю багажа, и пришлось воспользоваться чемоданами, с которыми семья ездила в отпуск. Она забрала столик для балкона, разложила по коробкам посуду, продукты с долгим сроком хранения, мелкую технику вроде миксера и чайника, постельное белье, бытовую химию. Конечно, не забыла и про книги. Кофемашину и электрическую кофемолку она отдала Эрнандо – за помощь и поддержку. Алексия все равно не была фанатом кофе, зато Эрнандо был вне себя от счастья. Покончить наконец со всеми сборами и закрыть за собой дверь дома, отныне ставшего чужим, было огромным облегчением. «Я все продам, – размышляла она, – и машину, и квартиру. Куплю что-нибудь другое, пусть меньше, даже если придется уехать из Чикаго. Буду жить с Эрнандо, придумаю, как зарабатывать на жизнь. Но сначала выплачу долг Биллу и отомщу всем, кто сделал это со мной». Она размышляла о том, что сделать с квартирой. Логичнее всего было бы ее сдать, чтобы иметь хоть какой-то доход, но когда Алексия попыталась разобраться в этом вопросе, оказалось, что заключать сделки с недвижимостью могут только совершеннолетние. Формально вместо нее это мог сделать опекун, но она жила по программе независимого проживания, а значит, опекуна у нее не было. Программа вроде бы расширяла ее права, но из того, что она вычитала в интернете, было непонятно, распространялось ли это на аренду жилья. Наверное, можно было уточнить это у Доминика, но она побоялась его тревожить: вдруг решит включить консультацию в список расходов, которые нужно будет возместить? Ведь вопрос не касался обучения напрямую. К тому же ей не нравилась сама мысль о том, что кто-то чужой будет жить в ее квартире. Обдумав все это, Алексия решила ничего не делать. – В твою квартиру тоже можно вызвать клининг – некоторые агентства занимаются уборкой в помещениях, где было совершено преступление. Это не редкость, и я смогу все оформить так, что тебе не придется за это платить, – предложил Кай, пока они с Алексией спускались к машине. Он тащил тяжелую коробку, а ей достался лишь бумажный пакет. Эрнандо остался наверху, чтобы подтащить оставшуюся поклажу ближе к лестнице. – Отличная идея. Спасибо! – Просто оставь мне ключи и предупреди друга. Я все организую, и тебе не придется туда возвращаться. Алексия была очень тронута. Забота Эрнандо давно стала ей привычной, а вот Кай, с которым она познакомилась лишь вчера, ничего не был ей должен. – Спасибо… но почему ты мне помогаешь? Вряд ли в твои обязанности входит таскать мои коробки, вызывать клининг и шаманить с чеками. – Не входит, но мне не сложно. Когда я был в похожей ситуации, мне тоже помогли. В машину влезли с огромным трудом. Эрнандо предложил вызвать такси, но Кай явно знал что-то такое о своей машине, раз сумел расположить чемоданы и коробки в багажнике и на заднем сиденье так, что сзади осталось немного места для одного пассажира. Туда сел Эрнандо, разместив на коленях разобранный столик для балкона. – Если поставить его на переднее сиденье, сможешь сесть ко мне на коленочки, – предложил Эрнандо с хитрой ухмылкой, но Алексия отказалась. Последнюю коробку она устроила у себя в ногах. К счастью, путь до новой квартиры занял всего несколько минут. – Симпатичней нашего, – отметил Эрнандо, разглядывая дом, когда они начали выгружать вещи. Внутри квартира выглядела куда уютней, чем вчера – после уборки там стало гораздо приятнее находиться. Алексии не хотелось утруждать Кая, поэтому, поблагодарив его, она заверила, что дальше они с Эрнандо справятся сами. Тот не возражал. – Во сколько ты обычно просыпаешься? – спросил он, направляясь к выходу. – Эм-м-м, часов в десять? – Она и до полудня может дрыхнуть, – отозвался Эрнандо с кухни. Он уже освобождал первую коробку. Немного подумав, Кай сказал: – Десять утра сойдет. Успеем до жары. Будешь готова к этому времени? – Готова к чему? – К тренировке. Начнем с физической подготовки. Спортивная одежда, кроссовки есть? – Есть. – Тогда оденься в спортивное и жди меня завтра к десяти. Кай ушел, и тут Алексия по-настоящему осознала, что с завтрашнего дня начнется нечто новое и неизвестное. Новый этап ее жизни. Кем она станет в конце этого пути? – Мне стоило огромных усилий не спрашивать, где он научился так ловко укладывать вещи в багажник, – признался Эрнандо с ухмылкой. – Намекаешь на то, что он возил там трупы? – Думаешь, не возил? Там как раз пустовато – ничего лишнего, чтоб время не тратить, когда понадобится кого-нибудь туда упрятать. – Боже мой, заткнись, – взмолилась Алексия, закатывая глаза. – Он освободил багажник заранее, так как знал, что будет помогать с переездом. Она присоединилась к распаковке коробок. Эрнандо включил музыку на телефоне, чтобы было веселей, и начал подпевать и пританцовывать. Это вызвало у Алексии смех. Теперь, когда квартира, где убили родителей, оставалась где-то позади, пусть и в пределах нескольких минут на машине, начинать новую жизнь было проще. Вещи из дома, которые она опасалась брать с собой, боясь болезненных воспоминаний, теперь согревали и наполняли пространство уютом. Она даже почувствовала легкое предвкушение, с каким-то странным любопытством ожидая, что принесет новая жизнь. Конечно, она понимала, что пока не была свободной – сейчас она была в зависимости от Тернера, но он не походил на обманщика: дал ей жилье, деньги, познакомил с Каем и пока ни разу не заставил усомниться в правильности выбора. Впрочем, прошло слишком мало времени, чтобы можно было делать какие-либо выводы. Она размышляла о Кае. Он был не похож на человека, способного сломать кому-то ребро или прострелить плечо. Конечно, время покажет, но пока ей не хотелось думать о нем плохо. А что насчет Эрнандо? Он торговал наркотиками – тоже в некотором роде убийца, но на его счет она так не терзалась. Разбор коробок занял больше времени, чем ожидалось, и пришлось сделать перерыв на пиццу, потому что Эрнандо проголодался. Закончили они лишь поздно вечером. Целуя друга в щеку на прощание, Алексия устало простонала: – Не знаю, что бы без тебя делала. – Жила бы в Спрингфилде с бабулей. Закрыв за Эрнандо дверь, Алексия ощутила странную тяжесть. Завтра начиналась ее новая жизнь. Впереди ждала неизвестность, и порой казалось, что у нее не было иного выбора, кроме как довериться Тернеру. Не ошиблась ли она, согласившись на его предложение? Хотелось бы знать наверняка. В постели ее накрыла волна эмоций. Теперь, когда она наконец осталась одна, можно было не сдерживаться. Алексия разрыдалась, уткнувшись в подушку. Горечь утраты наконец прорвалась наружу, вытаскивая за собой множество воспоминаний, связанных с родителями. Эти моменты, такие обычные и повседневные, теперь казались бесценными. Она думала о том, как редко говорила родителям, что любит их. Как часто торопилась уйти из дома, не попрощавшись. Как раздражалась из-за их заботы. Каждый вспоминаемый миг ранил, но она цеплялась за них, будто боялась, что воспоминания вскоре поблекнут. Будущее, которое раньше казалось таким далеким и расплывчатым, теперь предстало перед ней в виде пугающей пустоты. Без тепла и поддержки родителей оно казалось чужим и неприветливым. Алексия оплакивала не только родителей, но и свою потерянную жизнь. Было страшно. Мир вдруг стал таким огромным и жестоким, а она – такой крошечной. Слезы лились нескончаемым потоком, смешиваясь с безмолвными просьбами вернуть все обратно, стереть этот кошмар и вернуться в тот день, когда все было хорошо. В конце концов слезы иссякли, и им на смену пришел сон.