Рука на спусковом крючке

Maybe I should go and buy a gun

Point it at the mirror, make me run

Now part of me has holes in it

And part of me is whole

We’ve only begun

We’re screaming in the belly of your car

This energy is flyin’ me to Mars

A part of me is alien

And part of me is ghost

Fallin’ through holes

The Jaws of Life, Pierce the Veil

Вошедший в тир мужчина доброжелательно улыбнулся, давая понять, что тоже узнал Алексию, и направился к шкафу с оружием. – Привет. Алексия, верно? – спросил он, задержав на ней взгляд. – Я Джастин. Добро пожаловать в банду. Билл рассказывал о тебе. Как обучение, нравится? Она кивнула, немного смутившись от его пристального взгляда. Джастин был поразительно хорош собой: с его внешностью можно было смело сниматься в кино или для журналов мод. На фоне серого бетона, мишеней и оружия он выглядел неуместно. – Иди куда шел, не отвлекай нас, – отрезал Кай холодно. – Ах, простите, – с улыбкой отозвался Джастин и изобразил шутливый поклон, а затем посмотрел на Алексию. – Удачи на тренировке. Первый раз тут? Она снова кивнула и проводила его взглядом, вспомнив слова Кая о том, что он не доверил бы Джастину тренировать даже собаку. «Они не в ладах? – раздумывала Алексия, чувствуя внутри разгорающееся любопытство. – Может, Джастин отбил у него девушку?» Она представила сцену, в которой Джастин и Кай соперничают за внимание какой-нибудь красотки, и не смогла удержаться от улыбки. Будь она на месте той девушки, выбор дался бы нелегко. Джастин чем-то походил на Тайлера: оба были высокими подкачанными блондинами с голубыми глазами и улыбкой, способной обезоружить кого угодно. Несмотря на то, что ее роман с Тайлером окончился печально, это сходство почему-то не отпугивало, а наоборот притягивало ее к Джастину. Мысли о Тайлере разбередили старую рану. Она не забыла, как он променял ее на Аманду. С горечью Алексия признавала, что, предложи он ей встречаться снова, она согласилась бы, хоть и помнила, чем все кончилось в прошлый раз. Однако Джастин своим присутствием напомнил, что симпатичных парней вокруг хватало и без Тайлера, и, быть может, настало время переключить свое внимание на кого-то другого. – Алекс, стреляй, – скомандовал Кай. В его голосе мелькнуло раздражение. Она осознала, что слишком отвлеклась на свои мысли, и, ощущая на себе нетерпеливый взгляд ментора, прицелилась и решительно нажала на курок. Щелчок, последовавший за этим, заставил ее вздрогнуть. Раздался слабый хлопок, и пеллета ударила в мишень, оставив на ней крохотное углубление где-то у правого края. Алексия судорожно выдохнула и почувствовала, как задрожали руки, а сердце вдруг заколотилось чаще. Пусть это был всего лишь пневматический пистолет, само ощущение оружия в руке и нажатия на спусковой крючок заставило ее понервничать. – Неплохо, – произнес Кай, оценивая результат. – Но ты слишком переживаешь. Расслабься, это всего лишь тренировка. Послышались гулкие аплодисменты. Алексия обернулась и встретилась с Джастином взглядом. Он стоял позади них, держа в руках пистолет, взятый из шкафа. Несмотря на явную наигранность его реакции, ей польстило, что он увидел ее первый выстрел. – Тебе досталась талантливая ученица, – произнес Джастин с лукавой улыбкой, подходя ближе. Челюсть Кая едва заметно сжалась, но он не подал виду, вместо этого холодно спросив: – Так и будешь нам мешать? – Нет, пришел предупредить, чтобы надели наушники – я собираюсь наделать шума. – Прикрой уши, если начнет стрелять, – сухо бросил Кай Алексии, прежде чем отойти к шкафу. – Не делай из меня совсем уж мудака, – рассмеялся Джастин, прицеливаясь, но не стреляя. – Девочки заходят к нам редко, но я не растерял хороших манер. Дождусь, когда попрячете ушки. Он поймал взгляд Алексии и подмигнул. Ее щеки мгновенно загорелись, и, смутившись, она спешно отвернулась к мишеням. – А ты знала, что Кай – лучший стрелок Билла? – продолжил Джастин. – Нет, – ответила Алексия, бросая на ментора извиняющийся взгляд. Тот копался в шкафу и слова Джастина проигнорировал. Она чувствовала его раздражение, и ей не хотелось портить с ним отношения, вовлекаясь в разговор с Джастином, но и промолчать было бы невежливо. – Тогда слушай его внимательно, – посоветовал Джастин. – Кай свое дело знает. И всегда готов это продемонстрировать, если потребуется. Он передернул затвор, и в напряженной тишине этот звук показался Алексии пугающе громким. Слова Джастина вызвали у нее странное чувство: в них таилось нечто, чего она не понимала, словно на самом деле они предназначались не ей, а ее ментору. Кай вернулся с наушниками в руках и протянул одни Алексии. Похожие висели на шее Джастина. Она надела их, поморщившись от неприятного ощущения давления на голову, и парни последовали ее примеру. Джастин отошел к самой дальней мишени и начал стрелять. Грохот первого выстрела буквально заставил ее вздрогнуть, несмотря на наушники. Этот звук напоминал взрывы петард. «И как только в фильмах умудряются палить без конца и не глохнуть? – думала она, морщась от очередного выстрела. – Там же никто никогда не надевает ни беруши, ни наушники!» Разрядив обойму, Джастин опустил пистолет и занялся перезарядкой. Алексия взглянула на Кая, и тот ободряюще кивнул. Собравшись с духом и стараясь не обращать ни на кого внимания, она приступила к делу. У ее пистолета не было магазина в привычном смысле – это было однозарядное оружие, и после каждого выстрела нужно было заряжать его заново. Пневматика стреляла еле слышно – выстрелы Джастина с другого конца тира звучали громче, чем ее собственные, однако результат порадовал: из нескольких выстрелов всего два не попали по мишени, примерно половина вошла в средние кольца, а один – ее лучший выстрел – оказался совсем недалеко от центра. Попасть в самый центр ей не удалось, но для первого раза это было более чем достойно. Алексия зачем-то вновь посмотрела на Джастина, словно хотела проверить, видел ли он, как она стреляла. Тот поймал ее взгляд, одобрительно кивнул и поднял вверх большой палец. Она мельком глянула на Кая, желая узнать и его мнение, но тот лишь молча протянул ей еще пеллетов. Он казался таким отстраненным в этот момент. Никогда прежде Алексия не видела его таким холодным и невольно порадовалась, что их отношения были достаточно дружескими, раз он ни разу не повел себя с ней так же равнодушно, как с Джастином. «Здесь явно нечто посерьезней, чем ушедшая к другому девушка, – подумала она, кожей ощущая возникшее между ними напряжение. – При таком раскладе ее должны были как минимум убить». На миг Алексия предположила, что Кай мог приревновать ее из-за внимания Джастина, но, немного понаблюдав за их взаимодействием, отбросила эту мысль. Было очевидно, что конфликт между ними был куда глубже и никак не касался ее лично. Джастин вскоре вернулся к стрельбе, но надолго не задержался: спустя двадцать минут, периодически отвлекаясь на телефон, он закончил тренировку и перед уходом поменял изрешеченную мишень на новую, нетронутую. Алексия терпеливо ждала, пока он это сделает, держа пистолет опущенным, помня о правилах, которые озвучивал Кай. Стоило Джастину покинуть тир, как Алексия с облегчением сняла наушники, и Кай последовал ее примеру. Уши немного пульсировали не то из-за наушников, не то из-за оглушающих выстрелов Джастина. Они продолжили тренировку, но спустя десять минут Кай предложил закончить. – Очень хорошо для первого раза, – наконец признал он. До этого момента он лишь время от времени поправлял ее стойку или хват, никак не комментируя сами выстрелы. Это приятно удивило Алексию: она уже и не рассчитывала услышать от него похвалу. Кивнув в сторону шкафа, она спросила: – Не боитесь оставлять оружие вот так, на виду? Вдруг кто-нибудь украдет? – Нет, тут везде камеры, – ответил Кай, указывая на пару из них в разных концах комнаты. Третья была установлена внутри шкафа. – А чтобы открыть потайную дверь в тир, нужно знать код, так что чужие сюда не попадут. И, если честно, не припомню, чтобы кто-то хоть раз попытался что-то отсюда украсть. Можно предупредить и взять какой-нибудь ствол ненадолго, но я давно этого не делал. У всех свои пушки, и смысла брать отсюда что-либо, кроме патронов, нет. – А парень у входа – охранник? – Нет, просто любит торчать здесь. Часто приходит раньше всех, чтобы выпить пива и послушать музыку. Это место – нечто вроде нашей базы. Обычно все собираются ближе к полуночи здесь, на цокольном этаже – тут холодильник, а затем берут закуски с выпивкой и поднимаются наверх. Там телевизор, диваны, и наши часто собираются вместе, чтобы посмотреть бейсбол или футбол. Общаются, приводят подружек. И, конечно, время от времени спускаются пострелять. – Ты тоже проводишь с ними время? – Раньше проводил, а сейчас не интересно. Алексия задумалась, не было ли это связано с Джастином. Возможно, Кай старался избегать подобные сборища, чтобы не пересекаться с ним лишний раз. – И кто за все это платит? За пиво, оружие, патроны. Билл? Джастин, наверное, за эти двадцать минут просадил уйму денег, – предположила она. – Еду и выпивку каждый приносит сам, – ответил Кай. – А вот патроны, оружие и все остальное – за счет Билла. На самом деле это не такие уж огромные траты, как тебе могло бы показаться. Стоимость патрона – меньше доллара, хотя зависит от калибра. Здесь нет ничего редкого или сверхдорогого, обычные тренировочные боеприпасы. Билл покрывает расходы, потому что хочет, чтобы его люди держали себя в форме. Каждый из нас должен уметь хорошо стрелять. Кай направился было к шкафу, но Алексия его остановила. – Слушай. Знаю, это глупо, но хочу увидеть, как ты стреляешь. – Наслушалась Джастина? – Хочу увидеть собственными глазами. Кай покачал головой, но отказываться не стал. Он забрал у нее пневматический пистолет, зарядил его, а после встал напротив свежей мишени и прицелился. Спустя пару секунд он выстрелил, и пуля пробила мишень недалеко от центра. С явным недовольством Кай вновь зарядил пистолет и выстрелил, в этот раз попав точно в центр. Алексия обомлела. – Черт возьми, ты и правда хорош. – Ничего особенного. Через восемь лет регулярных тренировок и ты так сможешь, – ответил он невозмутимо, возвращаясь к шкафу. «Джастин тоже хорош», – подумала Алексия, мельком глянув на оставленную им у шкафа мишень. Ее центральное кольцо также было испещрено отверстиями от пуль. – Значит, днем здесь почти никого? – спросила она, не решаясь задать вопрос о том, как часто сюда приходит Джастин, напрямую. – Верно, – ответил Кай. – Появление Джастина – скорее исключение. Я был уверен, что в это время нам никто не помешает. – О, значит, ты так злился на Джастина, потому что планировал побыть со мной наедине, а он спутал тебе все карты? – пошутила Алексия. – Ты меня раскусила, – подыграл ей Кай с улыбкой. – В следующий раз поищу более уединенный тир. Ей понравилось, с какой легкостью он подхватил ее шутку. Было приятно снова видеть его в хорошем расположении духа. За прошедший месяц их отношения заметно потеплели: если при знакомстве Кай держался сдержанно и отстраненно, то теперь их разговоры все чаще напоминали дружеские. Постепенно ей становилось с ним так же легко, как и с Эрнандо. Кай закрыл шкаф, заменил использованную мишень на новую и направился к выходу. На стене у двери в пяти футах от пола находилась кнопка – он нажал на нее, и дверь подалась вперед. – Как впечатления? – поинтересовался парень с банданой, когда они вышли. – Отлично, – ответила Алексия дружелюбно. В комнате теперь горели лампы, благодаря чему в помещении стало значительно светлее, и она наконец смогла осмотреться. Комната оказалась небольшой, но на удивление уютной. На стенах висели постеры с незнакомыми Алексии рок-группами, в углу пристроился старенький диван с цветастыми подушками, а рядом располагался кофейный столик, на котором стояли пустые кружки. На стене у двери висела доска для дартс, а полки были заполнены коробками с настольными играми. – Значит, будешь часто сюда заглядывать? – Скорее всего, – ответила Алексия, глядя Каю в спину – тот не стал дожидаться конца разговора и уже поднимался по лестнице. – Я Марк, но друзья зовут меня Хиро, – продолжил парень. – А тебя как? – Алекс. – Не хочешь остаться? Мы собираемся тут по вечерам. – Спасибо, но у меня сейчас еще одна тренировка, – ответила она и попрощалась, поспешив вслед за Каем к выходу. Даже если бы Алексия была свободна, все равно отказалась бы от предложения Хиро. Ей не особо нравилась перспектива сидеть здесь с толпой незнакомых парней и пить пиво. – Ты слишком вежливая, – произнес Кай, когда они поравнялись. – Просто игнорируй его в следующий раз, иначе не отцепится. Ему скучно торчать там одному в ожидании остальных, вот и лезет ко всем подряд с разговорами. – Подумаешь, задал пару вопросов. – Зачем ему знать, как часто ты будешь приходить в тир? – Может, я ему приглянулась, – предположила Алексия. Он не стал отвечать, и спор утих. «Это все Джастин, – размышляла она, усаживаясь на переднее сиденье. – Кай редко бывает не в духе, но после того, как мы сюда приехали, его будто подменили». – Значит, у тебя есть свой личный пистолет, – решила она сменить тему, пока пристегивалась, вспомнив его слова в тире. Кай собирался провернуть ключ в замке зажигания, но остановился. – Есть, – ответил он, открывая бардачок. – Смотри сюда. Алексия наклонилась, чтобы заглянуть внутрь, но ничего не увидела. – Видишь рычажок? – продолжил он, указывая на едва заметный переключатель в глубине. Дернув его, Кай привел в движение скрытый механизм, и задняя стенка бардачка плавно отъехала в сторону, открывая доступ к тайнику. – Ого, – только и сумела вымолвить Алексия. Кай просунул руку и достал оттуда пистолет. – Это мой основной рабочий – Colt M1911 Rail Gun. Стоит на вооружении морской пехоты США. Его предыдущая модель – просто Colt M1911 – пожалуй, одна из самых известных моделей у Colt, а Rail Gun – его улучшенная и доработанная версия. Мне он нравится, но если когда-нибудь захочешь и себе пистолет, я бы порекомендовал модель с большей емкостью магазина. В этот влезает всего восемь патронов. – Заряжен? Алексия протянула ладонь, словно спрашивая разрешения подержать, и Кай без колебаний вложил пистолет ей в руку. Тот оказался намного тяжелее пневматики, из которой она стреляла ранее. – Да, поэтому такой тяжелый. Но даже без патронов он весит почти два с половиной фунта. Не бойся, у него надежный предохранитель. Отключить можно только если обхватить рукоять и одновременно потянуть вот за этот рычаг. Трогать рычаг Алексия не стала, сосредоточив внимание на ощущениях от того, как пистолет лежал в ладони. Рукоять, холодная на ощупь, оказалась на удивление удобной, а вот к весу пришлось бы привыкать. Потратив минуту на осмотр, она вернула пистолет Каю. – Говоришь, основной рабочий? Значит, есть еще? – Да, дома. Запасные или для узкоспециальных задач. Покажу как-нибудь в другой раз. Разговаривать об оружии было странно, но интересно, и Кай заметно расслабился, явно позабыв о Джастине. Его искреннее увлечение этой темой было заразительным, и Алексия с удивлением осознала, что тоже хотела бы уметь разбираться в оружии. Но вместе с тем возникли и другие, более тревожные мысли. Алексия все еще не могла поверить, что Кай мог кого-то убивать. Спросить его об этом прямо она не решалась. Возможно, боялась его реакции на вопрос? Или была не готова к правде? Она не знала. Забавно, но в том, что Джастин мог убивать, у нее сомнений не было. Это осознание удивляло, ведь изначально она и подумать не могла, что парень с такой эффектной наружностью мог быть связан с криминалом, но после короткого общения и наблюдения за тем, как уверенно он держался и стрелял, все встало на свои места. Джастин куда больше соответствовал стереотипному образу киллера, нежели Кай. Вернув пистолет в тайник, он завел машину, и они тронулись. Мысли о Джастине не давали покоя, и Алексия, решив испытать терпение Кая еще раз, осторожно заговорила: – Джастин хорошо о тебе отзывался. Вы вместе работали? – Да, – отрезал Кай, и от прежней расслабленности не осталось и следа, однако Алексию это не остановило. – Значит, вы давно знакомы? – Можно и так сказать, – ответил Кай, бросая напряженный взгляд в ее сторону. – Он работал на Билла еще до моего прихода. – Выглядит старше тебя. Сколько ему? – Кажется, больше двадцати пяти. – Я заметила, вы с ним не ладите, – продолжила Алексия. Кай устало выдохнул, явно теряя терпение. – Есть причины. – Расскажешь? – Нет, – отрезал он, тем самым давая понять, что разговор окончен. «Ну и ладно, – смирилась она, – возможно, если снова пересекусь с Джастином, тот окажется разговорчивей. Очень уж хочется узнать, какая кошка между вами пробежала». На самом деле желание увидеть Джастина было продиктовано не только этим, однако дни шли своим чередом, и их с Алексией пути больше не пересекались. – Когда перейдем к огнестрельному оружию? – поинтересовалась она как-то раз. – Сперва нужно отработать базовые навыки: как обращаться с оружием, заряжать его, правильно целиться и держать в руках, – ответил Кай. – Это основа. Потом, когда перейдем к огнестрелу, придется привыкать к отдаче и громкости выстрела, и это будет отвлекать. Плюс есть нюансы, например, с пневматикой не приходится думать о том, как досылать патрон в патронник. – А сам ты как быстро перешел на огнестрел? – Я начинал с огнестрела и лишь потом познакомился с пневматикой. Но тебя учу по-другому. Не забывай про правило номер один. – Да-да, доверять тебе и не задавать лишних вопросов, – вздохнула Алексия. – Про вопросы там ничего не было, – усмехнулся Кай. Она понимала, что ждать мгновенных результатов было глупо, но все равно ужасно расстраивалась, когда чувствовала, что топчется на месте. Алексия стала тратить меньше времени на прицеливание, но результат оставался нестабильным: бывали дни, когда она ни разу не промахивалась, а бывало, что каждая третья пуля уходила в молоко. Она не понимала, с чем это могло быть связано, но утешала себя мыслью, что начала заниматься стрельбой совсем недавно и у нее еще все было впереди. Алексия старалась следить за питанием, и тот факт, что у нее не было свободных денег на доставку еды, играл лишь на руку. Вредную еду она видела только когда ее угощал Эрнандо, что случалось примерно раз в неделю-две, когда он заглядывал в гости, а в остальное время училась готовить, просматривая ролики на YouTube. С каждым разом она все больше убеждалась в том, что готовка – не ее стезя, но не сдавалась. Она стремилась по максимуму подготовиться к началу учебного года, чтобы бытовые дела занимали как можно меньше времени и не мешали совмещать учебу с тренировками. Силовые усложнились – добавились упражнения с гантелями и штангами, вес которых постепенно рос, зато под кожей начали все явственнее прорисовываться мышцы. С бегом тоже наладилось: однажды Алексия, к своему величайшему удивлению, сумела пробежать двадцать минут без перехода на шаг, и когда Кай сообщил ей об этом, сперва не поверила. Это был ее личный рекорд! Три мили, которые она собиралась пробежать в конце сентября, теперь уже не пугали. Кай ее беспокойств по поводу медленного прогресса не разделял. Однажды он признался: – Ты справляешься лучше, чем другие девушки, которых мне доводилось учить. – Не верю. Ты просто хочешь меня подбодрить. – Ты же знаешь – я не из тех, кто лжет, чтобы потешить чье-либо эго, – ответил он, и Алексия усмехнулась. Она действительно знала, что Кай не стал бы хвалить ее из лести или жалости. – Ты ответственная, стараешься, не отлыниваешь. Помню, сначала я отнесся к тебе с недоверием, но теперь признаю – я был несправедлив. На самом деле Алексия пропускала тренировки – во время месячных или когда подхватила простуду, но Кай без вопросов ее отпускал, и эти короткие передышки помогали не выгореть. Порой она задумывалась, что было бы, если бы он все-таки отказался ее тренировать и Билл назначил ее ментором Джастина, симпатия к которому наверняка бы все усложнила. К тому же за эти два месяца Алексия успела привыкнуть к Каю и уже не хотела ни на кого его менять. Их отношения стали теплее, и это было неизбежно: они проводили вместе практически каждый день и невольно сдружились. Она смирилась с его скрытностью и нежеланием открываться, а он, в свою очередь, начал лучше ее понимать и охотнее шел на контакт. В середине августа Кай добавил к ее тренировкам кое-что новое. Он решил, что Алексии нужно развивать внимательность к деталям, которые раньше она могла упускать. Теперь, заходя в новое помещение, она должна была отмечать, были ли внутри камеры наблюдения, и если да, то где находились. Он мог неожиданно начать задавать вопросы, заставляя ее всегда быть настороже и запоминать разные мелочи, например, где находятся эвакуационные выходы и стоят ли решетки на окнах. Еще одним упражнением стало наблюдение за людьми. Кай предлагал выбрать случайного прохожего на улице или в тренажерном зале и попытаться догадаться, чем тот занимался, куда направлялся и какие у него могли быть привычки. «Ищи детали, которые говорят о человеке, – советовал Кай. – Как часто он заглядывает в телефон, обращает ли внимание на людей вокруг, что делает с руками. Эти мелочи могут рассказать куда больше, чем ты думаешь». Позже они обсуждали результаты, и, хотя поначалу Алексия чувствовала себя глупо, постепенно она начала подмечать вещи, которые раньше ускользали от ее внимания. Например, теперь она видела, как часто люди касались своих украшений, когда нервничали или лгали. В кофейне, куда Кай приводил ее после силовых, чтобы попрактиковаться на живых людях, Алексия заметила, как одна из официанток крутила кольцо на пальце всякий раз, когда приходилось извиняться за задержку заказа. А однажды она обратила внимание на мужчину, оживленно говорившего по телефону и размахивавшего руками. Он держал в руках ключи с брелоком, на котором виднелся логотип автомобиля, и она решила, что он припарковался неподалеку. Алексия попыталась угадать, какая машина могла ему принадлежать. Кай был впечатлен не меньше нее, когда мужчина, закончив разговор, действительно направился к выбранному ею автомобилю. Кай был убежден в том, что коммуникативные навыки оттачиваются лишь постоянной практикой, поэтому заставлял Алексию разговаривать с незнакомыми людьми. Она должна была научиться добывать информацию, не вызвав подозрений, и он давал ей разные задания, например, отправиться в магазин или бар и ненавязчиво выяснить у незнакомца какой-нибудь факт. Это могло быть что-нибудь безобидное, например, любимый фильм или кличка питомца, или нечто более специфичное вроде места работы или должности. «Люди любят говорить о себе. Твоя задача – быть дружелюбной, но не навязчивой, внимательно слушать и задавать правильные вопросы», – советовал Кай. Он несколько раз продемонстрировал свои навыки, поражая Алексию тем, как легко люди делились информацией, просто потому что находили его приятным собеседником. Она внимательно наблюдала за тем, как ловко ему удавалось ненавязчиво подвести разговор к нужным темам, а затем пробовала повторить. Поначалу выходило плохо, но с каждой новой попыткой получалось все лучше и лучше. Однажды, стоя в очереди за кофе, Алексия завела разговор с девушкой, которая все никак не могла выбрать между двумя напитками. – О, я вас так понимаю! – произнесла Алексия. – Тоже вечно раздумываю, что бы взять. Вам какой сироп больше нравится? Этот простой вопрос привел к короткой беседе, из которой Алексия узнала, что девушка работала в соседнем здании и часто брала какой-нибудь вкусный кофе во время обеденного перерыва, чтобы снять усталость после изнуряющих утренних созвонов, связанных с ее новым проектом. Кай, стоящий в очереди за ними, одобрительно кивнул, когда разговор закончился и девушка ушла, прежде раскрыв некоторые детали своего проекта, которые наверняка можно было бы посчитать коммерческой тайной. Сложнее было проворачивать нечто подобное по телефону. Собеседник не видел ее лица, и приходилось внушать ему доверие, используя лишь тон голоса и правильные слова. Первым заданием стало позвонить в одну компанию и узнать что-нибудь тривиальное, например, номер внутреннего добавочного, который нельзя было найти в открытых источниках. Этот звонок вызвал у Алексии невероятное волнение, и она долго репетировала речь, прежде чем наконец набрать номер. Всю нужную для звонка информацию она нашла на сайте той компании. – Здравствуйте, это Мелисса из отдела продаж, – сообщила Алексия, когда ей наконец ответили. – Я новенькая, начала работать на этой неделе. Вы не могли бы мне помочь? Возникла небольшая путаница со счет-фактурами, и мне нужен добавочный Маргарет, а спросить не у кого, так как все ушли на обед. К ее удивлению, голос на другом конце провода без колебаний продиктовал нужный номер, хотя такая информация вряд ли предназначалась для посторонних. С каждым новым звонком уверенность Алексии лишь росла. Она поражалась тому, как легко люди принимали ее ложь за правду и даже не пытались перепроверить информацию. Однако так происходило не всегда: иногда собеседники начинали сомневаться, задавать уточняющие вопросы или она сама оказывалась недостаточно подготовленной к разговору. В такие моменты приходилось напрягать все свои извилины, чтобы выкрутиться. Кай запрещал бросать трубку: Алексия должна была оставаться на линии до последнего и лгать так, словно от этого зависела ее жизнь. Приходилось учиться изобретать ответы на неожиданные вопросы на ходу и стараться при этом звучать максимально убедительно. Было трудно, но, вопреки всему, она испытывала азарт и удовлетворение после каждой успешной импровизации. В процессе Кай заметил одну удивительную особенность: у Алексии была великолепная память. Она с легкостью запоминала номера, даты и имена, а затем умело использовала эту информацию во время выполнения заданий. Она не знала, с чем это было связано, возможно, этот навык развился благодаря ее любви к чтению, но Алексия и раньше замечала, что всегда помнила дни рождения друзей и редко прибегала к зубрежке в школе – ей было достаточно один раз внимательно прочитать текст, чтобы все запомнить. Тернер обещал связаться, если появится новая информация о Хайнеманне, но новостей не было. Даже новый конверт с деньгами передавал Кай, и Алексии не пришлось ехать в офис. С ноутбуком отца дела обстояли не лучше: она испробовала десятки вариантов паролей, включая самые популярные паттерны, но ничего не сработало. Советы из интернета тоже оказались бесполезны. В какой-то момент она ощутила внезапный приступ злости на Аманду: если бы не ее насмешки, возможно, Алексия не бросила бы компьютерный кружок в средней школе. Конечно, взламывать ноутбуки ее бы там не научили, но она все равно знала бы о компьютерах больше. Алексия могла бы еще в средней школе догадаться, каким человеком была Аманда и чего стоила ее дружба, но прошлое было уже не вернуть. В начале сентября, накануне начала учебного года, Алексия пригласила в гости Эрнандо. Они сидели на балконе в окружении гирлянды из лампочек, ели китайскую еду навынос и запивали газировкой. У Эрнандо были поддельные водительские права, так что он мог купить алкоголь и предложил взять вина, но Алексия отказалась – алкоголь все еще был под запретом. – Получается, я не пью со дня смерти родителей, – удивилась она. – Вот и отлично. Я не фанат твоей работы, но пока мне все нравится: алкоголь не пьешь, спать ложишься вовремя, спортом занимаешься, живешь самостоятельно. Молодец! Ты, кстати, похорошела: подтянулась, глаза горят. Смутившись, Алексия поспешно сменила тему, предложив обсудить планы на будущее. – Я бы хотел открыть кофейню или что-нибудь вроде того, – начал Эрнандо, – чтобы никогда больше не работать, но иметь пассивный доход. – Так не бывает. Любой бизнес требует внимания. Если не работать, быстро разоришься, – парировала она. – Ну, не знаю, я слышал разные истории. Если все правильно настроить, дальше пойдет как по маслу. Алексия не стала спорить. Эрнандо всегда верил в простые и быстрые способы заработка. Эта вера казалась ей наивной, но переубеждать его было бесполезно. – Мне кажется, открыть кафе в Чикаго – мероприятие не из дешевых, – произнесла она задумчиво. – А кто сказал, что я собираюсь делать это в Чикаго? – усмехнулся Эрнандо. – Я люблю этот город, но и в городишке поменьше мне будет неплохо. Например, в Такоме. – В Такоме? – спросила Алексия с недоумением. – Это где вообще? – Штат Вашингтон, недалеко от Сиэтла. У меня там тетка живет. После смерти отца она предлагала к ней переехать, но я отказался, а мама не захотела ехать без меня. Но в последнее время я все чаще думаю об этом. Жить там дешевле, чем в Чикаго, климат мягче, а еще у них рядом залив – прям как наш Мичиган. Людей и небоскребов будет поменьше, конечно, но мне так даже больше нравится. – Звучит интересно, – ответила Алексия, хотя мысль о том, что Эрнандо мог уехать и оставить ее в Чикаго одну, вызывала грусть. Но она знала, что если попросит его остаться, он непременно останется. Возможно, не станет уезжать, пока она не рассчитается с Тернером по долгам и не покончит с Хайнеманном, после чего уже ничто не будет удерживать ее в этом городе, и она тоже сможет уехать в Такому. Алексия отодвинула от себя стаканчик с лапшой, осознав, что больше не сумеет съесть ни крошки. Порции в их любимом китайском ресторанчике всегда были больше, чем она могла осилить. – А чего хочешь ты? – спросил Эрнандо, лениво разглядывая гирлянду. – Не знаю, – пожала плечами Алексия. – Просто хочу много денег. Меня достала бедность. Я готова на все, лишь бы из нее выбраться. – Ну, ты уже примкнула к Биллу. – А толку? Я лишь глубже в долгах и даже не знаю, когда закончится обучение. Судя по планам Кая, там дел минимум на год. Хотя держать меня на скамейке запасных слишком долго тоже нет смысла – выгоднее поскорее отправить работать. Кстати, я тебе говорила, что Билл не платит Каю за мое обучение ни цента? – Серьезно?! – Да, кормит своих менторов какими-то привилегиями. Зато благодаря этому Кай выбил себе отпуск на год. – Такое себе, отпуск-то небось неоплачиваемый. Не думал, что Билл такой жлоб. Алексия лишь пожала плечами. Она задумалась о том, на какие средства Кай собирался жить целый год, раз за обучение ему не платили, а работы у него не было. Неужели успел скопить внушительную финансовую подушку за те восемь лет, что проработал у Билла? Вскоре Эрнандо начал собираться домой, заметив, что Алексия все чаще подавляет зевки. – Во сколько у тебя завтра занятия? В половину девятого? – Угу, – ответила Алексия, помогая собрать мусор. – Хорошо, что Кай перенес бег на вечер, а то я бы точно не выжила. – Представляю, как ублюдок уронит челюсть от удивления, увидев тебя завтра такую похорошевшую в школе. – Это вряд ли, – усмехнулась Алексия. – Но вот если притащу в школу пистолет и покажу, как метко научилась стрелять… – Колумбайн решила устроить? – Нашей школе не помешала бы встряска, – произнесла она с ухмылкой, выключая гирлянду, прежде чем вернуться в квартиру. – На самом деле я переживаю, что все начнут расспрашивать об убийстве мамы и папы… – Если не хочешь отвечать, просто шли всех к черту – это не их дело, – посоветовал Эрнандо. На прощание он, как обычно, раскинул руки в стороны, предлагая себя обнять, но Алексия покачала головой и осталась на месте. Эрнандо не обиделся, ведь это была их дежурная шутка. Когда дверь за ним закрылась, она устало выдохнула и достала телефон, чтобы проверить будильник. Завтра предстоял нелегкий день, но Алексия была готова – или, по крайней мере, пыталась в это верить.