Запреты созданы для того...

      Се Лянь покрутил в руках белоснежный цветок, любуясь лепестками в свете утреннего Солнца. Монах не мог сдержать глупой улыбки, он перевернулся на живот, болтая ногами.       Пусть и в рамках сделки, но демон был очень обходителен и вежлив с ним. Быть может…ему тоже стоит сделать подарок?       Но что можно подарить могущественному демону? Духовных сил у него в избытке, богатств явно тоже. Юноша открыл свой тайник под половицей и нахмурился. У него было не так много вещей. Старый бумажный фонарик не годился даже для запускания в небо, подвеска… слишком личное, шелковая рубашка осталась от Сань Лана, остаются лишь страница со стихотворением и ракушка. Немного подумав, Се Лянь взял ракушку. Несмотря на трещинку посередине, она была очень красивой. Вполне равноценный дар для цветка. — А если ему не понравится? — спросил юноша с сомнением, — … но если отдам, то уже не мое дело, как с ней поступить, верно?       Монах положил ракушку в карман, закрыл тайник и вышел из комнаты. После тренировки каждый занимался бытовым делом, кто-то прибирал площадку, кто-то чинил забор, Се Лянь занимался перебиранием ягод, напевая под нос незамысловатую песню. — Ты прямо светишься…. — протянул Му Цин, убирая метлу в сторону. — Есть повод?       Се Лянь не расслышал вопроса и продолжил с улыбкой рассматривать ягоды, неспешно перекладывая в корзину. — Се Лянь? — позвал уже Фэн Синь. — А? — наконец, отозвался он. — Вы меня звали?       Друзья переглянулись, как-то подозрительно глядя на него. — Ты странно себя ведешь последнее время. Как земли под собой не чувствуешь. — Ага. Влюбился что ли?       Кончики ушей слегка покраснели, но монах, стараясь сохранять спокойствие, ответил: — Не говорите глупостей, просто погода хорошая и настроение хорошее. — улыбнулся он.       Му Цин и Фэн Синь вновь переглянулись, но больше ничего не сказали и продолжили работу, пока их вдруг не позвали на общее собрание. Монахи и ученики столпились около крыльца, перешептываясь. — Все наставники собрались, такого никогда не было.       Мэй Няньцин поднял руку вверх, призывая всех к молчанию. Его вид как всегда излучал строгость и холодную решимость. — Ученики, у нас для вас тревожная весть… — он выдержал небольшую паузу. — Над нашим монастырем нависла угроза, с который мы раньше не сталкивались.       Се Лянь переглянулся с друзьями. За годы, проведенные при монастыре, не было такого, чтобы наставник так открыто перед всеми говорил об опасности. — В лесу обнаружено скопление тяжелой демонической Ци… Подобная не может принадлежать простому демону. Мы думаем… что здесь был Непревзойденный.       Юноша задержал дыхание. В лесу… совпадений быть не может…       Обычные демоны доставляли немало хлопот, свирепые уничтожали целые города и поселения, но Непревзойденные… Их появление схоже со стихийным бедствием. Безжалостное и неконтролируемое.       Се Лянь сразу почувствовал мощную ауру Сань Лана, но не думал, что она принадлежит самому Князю демонов. Мог ли наставник ошибиться? — Мы призываем вас быть предельно внимательными и сообщать о любых странностях. А также не предавайтесь панике. Наш монастырь пережил множество трудностей и невзгод, это всего лишь одна из них.       Ученики поклонились учителям.       Се Лянь выждал, пока другие разойдутся и подошел к наставнику. — Учитель… Могу я поговорить с вами?       Мэй Няньцин кивнул в сторону сада. Они шли неспешно, а наставник не спешил завести разговор. Юноша старался сохранять терпение, но с каждым шагом это становилось все сложнее. — Почему вы так уверены, что это Непревзойденный? — Потому что я уже сталкивался с энергией подобной мощи. — старший сложил руки вместе и продолжил: — Но это дела минувшие… Гораздо важнее, с кем мы столкнулись сейчас. Насколько известно… нынче в мире два Непревзойденных, Хозяин Черных вод и Собиратель цветов под кровавым дождем, Хуа Чэн. Думаю… Мы имеем дело со вторым.       Се Лянь остановился, не следуя дальше. — Насколько он опасен? — в душе он молился, чтобы наставник ошибся в своих доводах. — Я не имел с ним дело, но… слышал, что он может быть крайне безжалостен, особенно его призрачные бабочки, опасные твари.       Последняя надежда рухнула как прохудившаяся крыша. Теперь даже крохотных сомнений не оставалось. — К тому же…- продолжил учитель. — Он управляет целым городом нечисти. Представь, если он натравит ее на людей?       Даже если люди выиграют, жертвы будут неисчислимы. Однако… — Но почему вы решили, что он обязательно нападет? То, что Хуа Чэн был в нашем лесу еще ничего не означает. — натянутое убеждение, но даос отказывался так просто принимать позицию учителя.       Мэй Няньцин покачал головой. — Я не хотел сеять панику… Поэтому не рассказывай никому о том, что сейчас услышишь. В лесу была не только демоническая энергия, но и человеческая… Я опасаюсь, что там был убит один из даосов.       Вот почему на собрание созвали всех… Хотели провести подсчет. — Но это ведь…лишь догадки? — спросил Се Лянь. Он не мог так просто сказать, что энергия принадлежит ему, к счастью, наставник ее не узнал среди чужой. — Се Лянь, — Мэй Няньцин пронзительно посмотрел на него, обычно этот взгляд призывал к полному послушанию. — У тебя доброе сердце, ты не любишь предполагать худшее, но прошу выслушать меня. Однажды… я надеюсь передать свое место тебе, и придется принимать во внимание всевозможные даже самые худшие исходы, ведь на тебя ляжет ответственность за жизни других. Легкомыслие недопустимо.       Юноша поклонился. — Я понимаю.       Учитель похлопал его по плечу. — Как бы не сложились обстоятельства, я верю в благоприятный исход.       Юноша ответил согласием, но сам глубоко задумался. Какой исход будет наиболее благоприятен?       Он не может так открыто заявить, что знаком с Непревзойденным, а демонические бабочки и вовсе липнут к нему… Но и рассказать обо всем Хуа Чэну станет предательством собратьев.       Может быть… Стоит уйти вместе с Сань Ланом, признав поражение? Или наоборот выиграть пари? Ведь тогда демон не приблизится к нему, а следовательно и к монастырю.       Весь оставшийся день Се Лянь бродил в раздумьях. Даже не заметил, как стемнело. Демон уже ждал в условленном месте, он улыбался, но стоило заметить монаха, как улыбка медленно покинуло бледное лицо. — Даочжан… выглядит обеспокоенным, могу я узнать в чем причина? Или не рад меня видеть?       Монах вздохнул и решительно посмотрел на демона. — Ты мне ответь, Собиратель цветов под кровавым дождем, Хуа Чэн.       Для Непревзойденного ничего не изменится, если он узнает, но юноша не может дальше продолжать вести себя как ни в чем не бывало. Если на то пошло, он должен выяснить, собирается ли Хуа Чэн навредить кому-то. Не зря ведь он оказался в лесу в тот день.       Демон приподнял уголки губ и тихо сказал, будто нехотя: — Даочжану все стало известно… Впрочем… мы ведь уже не чужие друг другу. — протянул тот. — Надеюсь, ты не держишь на меня зла. — Раз я раскрыл твой секрет, могу спросить еще кое-что?       Хуа Чэн наклонил голову набок. — Я ведь не обязан отвечать? — Не обязан. Я лишь хочу знать, что привело Непревзойденного в наши края.       В глазах демона заплясали озорные искры. — Может быть…я устал от дел и захотел насладиться природными пейзажами в глуши? Или бежал от тоски подальше? Или будучи еще человеком жил здесь? Или вынашиваю коварные замыслы? Или пришел за одним прекрасным монахом? — произнес он низким голосом, а затем заливисто рассмеялся, как малое дитя. — Даочжан, какой ответ тебе пришелся по вкусу?       Се Лянь фыркнул. — Предпочел бы правду. — Полагаю, тебе интересно, не собираюсь ли я напасть на ваш монастырь? Если бы мне это было нужно, от него бы уже и щепки не осталось.       Его слова немного успокоили монаха. Он, хоть и понимал, что демон может врать, умом понимал, что для Непревзойденного нападение на святилище не такая уж и проблема. — Я утолил… любопытство даочжана? — насмешливо спросил демон. — Или у него еще остались вопросы?       Монах не собирался этого спрашивать, но если уж на то пошло… — Призрачный город…какой он?       Хуа Чэн на мгновение вскинул брови. — Но даочжан уже бывал там. — А?! — воскликнул даос. — Бывал?       Непревзойденный качнул головой. — Вчера. Мы были в моей резиденции в Призрачном городе. Впрочем… Если даочжан того желает, я с радостью покажу ему город снаружи. — с этими словами он протянул руку. — Но, должен предупредить… там будет шумно.       Се Лянь с сомнением посмотрел на протянутую руку, но все же решился. Когда еще выпадет шанс воочию увидеть город, населенный нечистью?       Хуа Чэн подбросил кости.

***

      Юноша представлял себе Призрачный город как мрачное холодное место, где бродят озлобленные и унылые души, не нашедшие себе покоя. Но стоило им переместиться, как голова закружилась от пестрящих красок и криков: — С днём рождения, градоначальник! — Хуа Чэнчжу, поздравляем вас!       Их быстро окружила толпа демонов, у кого-то в руках было подобие украшений, кто-то обвешался цветочными гирляндами, а кто-то держал коробки, видимо, с подарками. Се Лянь озадаченно огляделся по сторонам. — Ох, что за красавец? — протянула одна из демониц, показывая на монаха. — Неужто кто-то подарил градоначальнику целого даоса! Какая прелесть! Он, наверняка, такой вкусный…       Се Лянь сглотнул. Что значит вкусный… И что значит подарили? Он скосил взгляд на Хуа Чэна, тот выглядел невозмутимым и небрежно бросил короткое: — Прочь.       Демонов как след простыл. Хуа Чэн повернулся к нему и виновато улыбнулся. — Прошу прощения, я предупреждал, что будет шумно.       У Се Ляня появилось множество вопросов, но задать он смог лишь: — У тебя День рождение? — Ага. — ответил тот без всякого энтузиазма. — Не обращай внимания, они каждый год меня поздравляют. Идем.       Монах почувствовал легкий укол вины. Пусть он и не догадывался, но не поздравить демона казалось немного невежливым. А у него и подарка нет… Неловко вышло.       Однако это противное чувство быстро притупилось, стоило зайти чуть дальше в город. Глаза разбегались от разнообразия цветов, вывесок, товаров на лавочках и запахов. Се Лянь крутил головой и бегал от одного прилавка к другому. Хуа Чэн только посмеивался и послушно следовал за ним. — Даочжану приглянулось что-нибудь? — Боюсь, у меня нет денег.       Торговка, завидев градоначальника, тут же широко улыбнулся и махнула рукой. — Для друзей Чэнчжу все бесплатно, выбирайте, что угодно.       Се Лянь все еще сомневался, но демон прошептал ему: — Если возьмешь что-нибудь, у нее потом весь товар сметут. — что логично, если сам глава города обратил внимание на товар, значит, все остальные захотят купить то же самое.       Юноша еще немного подумал и указал на маленькую вазу с росписью пейзажа. — Прекрасный выбор. — похвалила торговка и упаковала вазу.       Се Лянь подумал, что теперь ему будет, где хранить цветы, чтобы они дольше простояли. — Давай я пока ее отдам слугам, даочжану будет неудобно ходить с вазой в руках.       Монах кивнул и передал покупку, а когда вновь обернулся, то ее уже и не было в руках демона. Какие быстрые у него слуги… — Как вкусно пахнет… — произнес юноша и заглянул в одно из заведений.       Однако зрелище того, как демон облизывает тарелки собственным языком поумерило аппетит. — Если даочжан проголодался, можем пойти ко мне в резиденцию.       Но Се Лянь хотел еще погулять по красочному городу. Несмотря на обилие нечисти, которая тоже проявляла к нему интерес, он хотел изучить каждый уголок. Он считал, что это место окажется унылым, но оказалось, что все другое меркнет на фоне этого пылающего красками места. — А что…это? — монах попытался вчитаться в иероглифы на входе, но это казалось полнейшим безумством и торжеством хаоса. — Игорный дом. — О. — наставнику бы здесь точно понравилось, хоть он и казался отстраненным от всего мирского, игру в карты не упускал никогда. — А могу я…       Хуа Чэн улыбнулся и протянул руку.       Стоило им зайти, как воцарилась тишина. Но лишь на пару секунд прежде, чем… — Градоначальник посетил Игорный дом! — Новый облик Чэнчжу так прекрасен! Я готова умереть во второй раз! — Могу ли я поставить десять лет своей жизни?       Непревзойденный, не обращая внимания на крики вокруг, повел монаха вверх по лестнице и приподнял красную шторку, отгораживающую их от главного зала. — Присаживайся. — однако посреди стоял лишь один стул, но и отказываться было невежливо. — Благодарю… — скомкано произнес Се Лянь, усаживаясь. — Тот человек…он хотел поставит годы своей жизни?       Хуа Чэн чуть скривился, будто заметил противное насекомое. — В Игорном доме можно выиграть все, что душе угодно, однако…ставка должна быть соответствующей. — Разве можно желать чего-то так сильно, чтобы ставить собственную жизнь?       Демон усмехнулся. — Необязательно свою, некоторые не чураются ставить жизни собственных детей.       Се Лянь удивился еще больше. — Ты управляешь настолько ужасным местом? — Видишь ли… — сказал демон с некоторой усталостью в голосе. — Это место будет существовать со мной или без меня… Лучше уж самому контролировать ситуацию, чем доверить кому попало. Ставки можно делать любые, однако я могу вмешаться. — Вот как… В этом есть смысл… — протянул даос. — Даочжан не желает сыграть? Конечно же, ставка для него может быть любой… — прищурился демон. — Ради забавы. — У меня ничего с собой нет, чтобы поставить. — вазу он получил бесплатно, остались только ракушка и недоеденная маньтоу, ставить то, что хотел подарить глупо, а… — не примешь же ты недоеденную булочку в качестве ставки? — рассмеялся он. — Почему нет? — неожиданно сказал демон. — Я ведь сказал, что приму любую ставку даочжана. Но что ты хочешь получить в случае выигрыша?       Об этом он, признаться, не подумал. — Я… могу загадать позже? — Разумеется… — ответил Непревзойденный.       Но стоило Се Ляню бросить кости, как вдруг из зала раздался крик. — Дайте мне! Я завяжу ее в узел! — А, ну! Иди сюда!       Монах выбежал за шторки, чтобы посмотреть. Один из демонов держал белую ленту, что извивалась в его руке подобно змее. Вдруг она вырвалась и молнией подползла к Се Ляню. — Это… — Ленточный демон. — ответил Хуа Чэн. — Кто-то хотел ее оставить в качестве ставки.       Лента задрожала как испуганная и сильнее прильнула к юноше. Хуа Чэн на секунду прикрыл глаза, одна из девушек произнесла: — Градоначальник говорит, что ленту может выиграть любой, кто бросит ему вызов.       Зал затих. Никто не осмеливался бросить вызов самому Чэнчжу. — Даочжан хочет попробовать? Кажется, он приглянулся этой ленте.       Се Лянь неуверенно посмотрел на ленту. — Прости, я очень плох в играх.       Но ленточный демон не отстранился от него. Похоже, он боялась возвращаться. — Ох, ладно. Я попробую. Моей…эм…ставки хватит?       Хуа Чэн кивнул и помешал кости. Ему выпали пятерка и шестерка. — Даочжану нужно выбросить больше.       Се Лянь нервно усмехнулся. Ведь ему нужно две шестерки. Он взял сосуд и начла трясти, но его сразу остановил Непревзойденный. — Ты неправильно мешаешь. — он накрыл его руки своими и начал помешивать. — Вот так…       Монах чуть вздрогнул от прикосновения, но доверился. Когда крышка поднялась на костях было две тройки. — Прости, я проиграл. — сказал он ленте, но Хуа Чэн возразил: — Это тренировочный раз. Даочжан ведь играл впервые. Давай продолжим.       Юноша удивился. Он никогда раньше не слышал о таких правилах. Демон подшучивает над ним не иначе.       В этот раз выпало две четверки. Но и это Хуа Чэн не признал за результат, как и две пятерки. — Последний раз? — спросил он.       Се Лянь догадывался, чем все это закончится и кивнул.       На костях показалось две шестерки. Лента радостно обвила его запястье, не желая покидать его. — Похоже, у гэгэ теперь еще один демон.       Монах прокашлялся. Как понимать еще один? — Даочжан отдаст мой выигрыш?       Юноша растерянно посмотрел на него. — Но ты сказал, что те разы были… — Тренировочными, — закончил Хуа Чэн. — Так и есть. Однако, когда ты бросил кости в первый раз выпало две единицы.       В первый раз… Точно! До того как в зале начали кричать.       Се Лянь достал из кармана половину маньтоу и протянул демону. — Ты…об этом?       Хуа Чэн взял булочку и подбросил в руке. — Теперь мы квиты, однако рассвет совсем скоро… — напомнил Хуа Чэн. — Если, конечно, даочжан не хотел бы остаться подольше…       Се Лянь хотел, но… он не мог. — Прошу меня простить… — Ничего страшного. — сказал демон. — Я тебя провожу. Они вернулись в лес. Се Лянь поклонился. — Благодарю за то, что показал мне Призрачный город и… за нее? — он неуверенно взглянул на ленту на своем запястье, она больше не подавала признаков жизни. — Не стоит. Даочжан выиграл ее в честной игре.       Конечно…в честной.       Се Лянь вдруг кое-что вспомнил и потянул руку в карман. — Я понимаю, что это мелочь, но… хотел сделать тебе небольшой подарок, ты ведь приносишь мне те цветы и я подумал, что… — монах все же умолк, не в силах собраться со словами, и протянул ракушку.       Демон аккуратно принял ее из рук, внимательно изучая. — Благодарю, даочжан. Я сохраню ее.       Слова прозвучали с такой искренностью, что Се Лянь не смог не поверить. — Правда нравится? — обычно на его сокровища была другая реакция, больше как на хлам, тем более она была расколота.       Хуа Чэн кивнул, бережно держа подарок в руках. — У меня тоже есть небольшой подарок для тебя. Дай свою руку.       На ладонь приземлились две игральные кости. — На память. — улыбнулся демон. — До скорой встречи, даочжан. — До скорой встречи… Хуа Чэн.       Непревзойденный подошел ближе и вкрадчиво произнес: — Я был бы счастлив, если бы даочжан…называл меня Сань Ланом.