Как приручить бога

Тэхён лежал на своей кровати, уставившись в потрескавшийся потолок своей маленькой спальни, и чувствовал, как тревога, словно назойливый комар, жужжит в его голове. Завтра понедельник, и ему предстояло идти в университет. Лето в Сеуле было в самом разгаре, и большинство студентов наслаждались каникулами, но Тэхён, как всегда, решил не расслабляться. Он записался на летний семестр, чтобы поскорее закончить учёбу и избавиться от бесконечного груза дедлайнов, которые висели над ним, как дамоклов меч. Но теперь, когда в его жизни появился Чонгук, который за три дня умудрился перевернуть его мир с ног на голову, — Тэхён понятия не имел, как справляться с этой новой реальностью. Взять Чонгука с собой на работу в кафе было одним делом — там он хотя бы мог держать его под присмотром. Но университет? Это было совсем другое. Тащить этого амбала с собой на лекции было бы чистым безумием. Тэхён уже представлял, как Чонгук врывается в аудиторию, объявляя себя «повелителем битв», или пытается «очистить» проектор от «демонической магии». Нет, это точно не вариант. Оставить его дома одного? Тэхён почувствовал, как его сердце сжимается от одной этой мысли. Его квартира и так была на грани выживания: старый вентилятор уже получил вмятину, стиральная машина скрипела, как старушка, а диван, казалось, молился о пощаде каждый раз, когда Чонгук на него садился. Но выбора не было. Он не мог вечно быть нянькой для этого бога. Тэхён вздохнул, потирая виски, и решил, что пора поговорить с Чонгуком. Он встал, поправил домашнюю футболку и вышел в гостиную, где Чонгук сидел на диване, задумчиво глядя в окно. Вечерний Сеул за окном переливался огнями, а Чонгук, с его длинными волосами и мощной фигурой, выглядел как герой какого-то фэнтези, случайно застрявший в реальном мире. — Чонгук, — начал Тэхён, садясь на край дивана и стараясь звучать уверенно, хотя внутри у него всё кипело от беспокойства. — Завтра утром мне нужно в университет. Чонгук повернул голову, его тёмные глаза прищурились, и на его лице появилось выражение лёгкого недоумения. — Универ… ситет? — переспросил он, словно пробуя слово на вкус. — Что это за место? Тэхён закатил глаза, но всё же пояснил: — Учебное учреждение. Там люди учатся, получают знания. Ну, типа… академия для смертных, — добавил он с лёгкой насмешкой, надеясь, что Чонгук поймёт. — Но я не могу взять тебя с собой. Это не кафе, там нельзя просто сидеть и пить кофе. Так что… ты сможешь остаться один дома? Чонгук выпрямился, его лицо приняло привычное надменное выражение, и он скрестил руки на груди, отчего его футболка слегка натянулась. — Конечно, я смогу, — заявил он, — Я не дитя, чтобы нуждаться в няне! Твой дом будет в сохранности. Тэхён посмотрел на него с сомнением, вспоминая разорванную футболку, помятый вентилятор и вчерашний инцидент с голым Чонгуком, выходящим из душа. Но выбора не было. Он кивнул, стараясь убедить себя, что всё будет нормально. — Ладно, — буркнул он, потирая шею. — Но я серьёзно, Чонгук. Ничего не ломай. И не трогай ничего, что выглядит… сложно. Понял? Чонгук фыркнул, но кивнул, его глаза сверкнули лёгким раздражением. — Я не глупец, Тэхён, — сказал он. — Я запоминаю всё, что вижу. Твой мир странный, но я начинаю его понимать. Тэхён хмыкнул, подавляя улыбку. Этот бог был невыносим, но его уверенность, пусть и граничащая с высокомерием, была… почти вдохновляющей. Он встал, пожелал Чонгуку спокойной ночи и ушёл в спальню, надеясь, что его квартира переживёт завтрашний день. Утро понедельника началось с привычного хаоса. Тэхён проснулся в семь утра от звука будильника, который, казалось, кричал на него за все его грехи. Он с трудом выбрался из кровати, чувствуя, как усталость от вчерашнего дня всё ещё давит на плечи. Натянув джинсы и старую футболку, он поплёлся на кухню, чтобы приготовить завтрак. Его запасы еды стремительно таяли, но он нашёл пару яиц и немного хлеба — достаточно, чтобы сделать простые бутерброды. Пока он возился с плитой, разогревая сковородку, дверь скрипнула, и в кухню вошёл Чонгук. Его волосы были растрёпаны, но он выглядел бодрым, как будто не встал с утра пораньше. Тэхён бросил на него взгляд, удивлённый, что тот встал следом за ним. — Доброе утро, — буркнул Тэхён, переворачивая яйцо на сковородке. — Не думал, что ты проснёшься раньше полудня. Чонгук сел за стол, его глаза внимательно следили за движениями Тэхёна. — Воины небес не нуждаются в долгом сне, — заявил он, но в его голосе не было привычного пафоса, а скорее лёгкая насмешка. — К тому же, я почуял аромат твоей… стряпни. Тэхён фыркнул, подавляя улыбку. Он разложил бутерброды по тарелкам — хлеб, яйцо, немного кетчупа, который он нашёл в глубине холодильника, — и поставил одну перед Чонгуком. Они ели в тишине, и Тэхён, глядя на бога, который с удивительным аппетитом уплетал его скромный завтрак, почувствовал странное тепло в груди. Этот момент — обычный, какой-то даже бытовой — был таким… нормальным. Как будто Чонгук не бог, а просто сосед, с которым он делит утро. Но это чувство быстро сменилось тревогой, когда он вспомнил, что ему скоро уходить. — Так, Чонгук, — начал Тэхён, доев свой бутерброд и откидываясь на спинку стула. — Я сейчас иду в университет. Ты точно справишься один? Чонгук, допивая чай, который он, к удивлению Тэхёна, снова заварил сам, кивнул с полной уверенностью. — Точно, — сказал он, его голос был твёрд. — Я не сломаю ничего, Тэхён. Я… начинаю привыкать к этому миру. Тэхён прищурился, внимательно глядя на него. — Ничего не сломаешь? — переспросил он, его голос был полон скептицизма. — Ни вентилятор, ни тостер, ни… что угодно? Чонгук фыркнул, но его глаза сверкнули весельем. — Не сломаю, — повторил он. — Я, Чонгук, воин небес, клянусь, что твои… странные конструкции останутся в сохранности. Тэхён хмыкнул, всё ещё не до конца веря, но времени спорить не было. Он встал, схватил рюкзак и начал собираться, бросая на Чонгука последние наставления: — Хорошо. Я вернусь после универа, где-то к обеду, и мы поедим вместе. А потом в пять у нас совместная смена в кафе. Плюс твой первый рабочий день, не забыл? Как чай заваривать, помнишь, да? Чонгук кивнул, его лицо было серьёзным, но в уголках губ мелькнула лёгкая улыбка. — Да, я всё помню, — сказал он. — И клянусь, Тэхён, я не подведу. Ни дома, ни в вашем… кафе. Тэхён посмотрел на него, чувствуя, как тревога в груди медленно отступает. Неужели этот бог был… надёжным? По крайней мере, он старался. Тэхён кивнул, поправил рюкзак на плече и направился к двери, бросив через плечо: — Ладно, бог, держись тут. Чонгук, всё ещё сидя за столом, кивнул, и в его глазах мелькнула искра, которая заставила Тэхёна почувствовать себя… спокойнее. Он вышел из квартиры, закрыв за собой дверь, и шагнул в утренний Сеул, полный шума, запаха кофе и суеты. Но где-то в глубине души он знал, что оставляет свою квартиру — и свою жизнь — в руках того, кто называет себя богом. И сейчас ему, почему-то, было уже не так страшно. *** Около двух часов дня Тэхён стоял перед дверью своей квартиры, чувствуя, как сердце колотится в груди с такой силой, будто вот-вот выскочит наружу. Солнце Сеула палило нещадно, и его старая футболка уже прилипла к спине от пота, но дело было не в жаре. Нет, дело было в том, что ждало его за этой дверью. Тэхён нервно теребил ремешок рюкзака, перекинутого через плечо, и пытался собраться с духом. У него в голове крутились образы, один страшнее другого: развороченный диван, дымящийся тостер, Чонгук, стоящий посреди кухни с перекошенным лицом, держащий в руках обугленные остатки его любимой сковородки. Это было как возвращаться домой, зная, что там осталась кошка или собака, которая могла устроить хаос в твое отсутствие. Только вместо пушистого питомца у Тэхёна был… бог. Бог, который называл себя «воином небес» и за три дня успел доказать, что его присутствие — это как минимум приключение, а как максимум — катастрофа. Тэхён глубоко вдохнул, пытаясь унять дрожь в пальцах. «Ладно, — пробормотал он себе под нос, — если он сломал хоть что-то, я просто… просто…». Он не закончил мысль, потому что даже в своей голове не мог придумать, что сделает с этим «воином небес». Убить бога? Смешно. Выгнать? Куда? На улицу, чтобы он объявил себя повелителем Сеула и начал «очищать» город от «демонической магии»? Тэхён фыркнул, но смех вышел нервным, почти истеричным. Он был на грани. Утро в университете прошло как в тумане: лекции, чертежи, вопросы профессора, на которые он отвечал на автопилоте, потому что все его мысли были заняты Чонгуком. Что он там делает? Не решил ли «потренироваться» с его мебелью? Не попытался ли «усовершенствовать» стиральную машину, которая и так дышала на ладан? Тэхён даже пару раз порывался сбежать с лекции, чтобы проверить, цела ли его квартира, но всё же заставил себя остаться до конца. И вот он здесь. Стоит перед дверью, как перед входом в логово дракона. Ключ в руке казался тяжелее обычного, словно это был не просто кусок металла, а артефакт, решающий его судьбу. Тэхён ещё раз глубоко вдохнул, зажмурился на секунду, словно готовясь к прыжку в холодную воду, и наконец вставил ключ в замок. Щелчок замка прозвучал как выстрел в тишине, и Тэхён замер, прислушиваясь. Тишина. Ни грохота, ни звона разбитого стекла, ни громогласных возгласов о «священной битве». Это было… подозрительно. Слишком тихо. Тэхён нахмурился, чувствуя, как тревога в груди сменяется каким-то странным, почти болезненным любопытством. Что там, за дверью? Может, Чонгук вообще сбежал? Или, хуже того, заснул на диване, оставив включённой плиту? Тэхён сглотнул, собрался с силами и медленно, словно боясь разбудить спящего зверя, толкнул дверь. Дверь скрипнула, открываясь, и Тэхён шагнул внутрь, готовый к худшему. Его глаза тут же начали сканировать пространство, выискивая следы разрушения. Он ожидал увидеть хаос: перевёрнутые стулья, разбросанные вещи, может, даже дыру в стене, потому что Чонгук решил «проверить её на прочность». Но… ничего. Квартира выглядела точно так же, как утром, когда он уходил. Пол был чистым, без крошек или пятен от пролитого чая. Вентилятор, тот самый, который уже пострадал от "божественной" силы Чонгука, мирно жужжал в углу, невредимый. Стиральная машина молчала, но, судя по всему, не потому, что её окончательно добили, а просто потому, что её никто не трогал. Диван, который Тэхён мысленно похоронил ещё с утра, стоял на своём месте, без новых вмятин и разрывов. Даже его старенький телевизор, который он включал раз в месяц, выглядел нетронутым. Тэхён замер, не веря своим глазам. Это было… невозможно. Чонгук, этот ходячий ураган, не сломал ничего? Совсем ничего? Его взгляд медленно переместился к дивану, и тут он увидел его. Чонгук. Бог, воин небес, повелитель битв и, по совместительству, главный источник головной боли Тэхёна, сидел на диване, спокойный, как утреннее море. В руках у него была книга — старая, потрёпанная, с пожелтевшими страницами, которую он, видимо, откопал на одной из полок Тэхёна. Тэхён прищурился, пытаясь разглядеть обложку. Это был его старый учебник по корейской литературе, который он не открывал с первого курса. Чонгук, этот громила с длинными волосами, которые сейчас были небрежно собраны в низкий хвост, сидел, скрестив ноги, и, кажется, действительно читал. Его брови были слегка нахмурены, губы шевелились, словно он проговаривал слова про себя, а пальцы аккуратно переворачивали страницы. Тэхён почувствовал, как его челюсть медленно отвисает. Это было… нереально. Чонгук, который позавчера пытался «победить» вентилятор, потому что тот «издавал странные звуки», теперь сидел и читал? Спокойно? Без единого намёка на хаос? Тэхён тихо закрыл дверь за собой, боясь нарушить этот странный, почти сюрреалистичный момент. Он снял рюкзак, аккуратно поставил его у входа и сделал пару шагов вперёд, всё ещё не веря своим глазам. Чонгук, словно почувствовав его присутствие, поднял голову. Его тёмные глаза встретились с взглядом Тэхёна, и на его лице появилось выражение, которое можно было бы назвать… довольным? Нет, не совсем. Это была смесь гордости и лёгкого самодовольства, как будто он знал, что Тэхён ожидал увидеть апокалипсис, а вместо этого получил идеальный порядок. — Ты вернулся, — сказал Чонгук, закрывая книгу и кладя её на диван рядом с собой. Его голос был глубоким, спокойным, с той самой ноткой высокомерия, которая так раздражала Тэхёна, но сейчас… сейчас она почему-то казалась почти милой. — Как прошла твоя… академия для смертных? Тэхён моргнул, всё ещё пытаясь осознать происходящее. Он обвёл взглядом квартиру ещё раз, словно ожидая, что сейчас из шкафа выскочит какой-нибудь сюрприз в виде разбитой вазы или сгоревшего чайника. Но всё было на месте. Он медленно опустился на стул напротив дивана, чувствуя, как напряжение, которое сжимало его грудь весь день, медленно растворяется. — Нормально, — буркнул он, всё ещё не до конца веря в происходящее. — А ты… — Он замялся, не зная, как сформулировать вопрос. — Ты… ничего не сломал? Чонгук приподнял бровь, его губы дрогнули в лёгкой, почти насмешливой улыбке. — Я же сказал, — ответил он, скрестив руки на груди. — Я, Чонгук, воин небес, не разрушаю дома тех, кто мне доверяет. Твоя крепость цела. Тэхён фыркнул, но на этот раз в его смехе не было ни капли сарказма. Это был смех облегчения, смешанного с удивлением и, возможно, крошечной толикой восхищения. Он откинулся на спинку стула, потирая шею, и посмотрел на Чонгука с чем-то, похожим на уважение. — Ты читал? — спросил он, кивая на книгу. — Это же… учебник. Скучный, как чёрт. Зачем? Чонгук пожал плечами, его взгляд стал чуть более задумчивым. — Твой мир… странный, — сказал он, подбирая слова. — Я хотел понять. Эта книга… она рассказывает о ваших историях, о том, как вы думаете. Я решил, что это лучше, чем сидеть и ждать. Тэхён почувствовал, как что-то тёплое разливается в груди. Этот бог, этот ходячий хаос, который казался ему угрозой для всего, что он знал, сидел и читал его старый учебник, чтобы «понять»? Это было… неожиданно. И, чёрт возьми, трогательно. Тэхён кашлянул, пытаясь скрыть эмоции, которые внезапно подкатили к горлу, и встал, направляясь к кухне. — Ладно, бог, — сказал он, стараясь звучать небрежно. — Я голодный, как волк. Пойдём, сделаем что-нибудь поесть перед сменой в кафе. И… хорошая работа, — добавил он, бросив через плечо. — С сохранением моей квартиры, я имею в виду. Чонгук улыбнулся — не той надменной улыбкой, к которой Тэхён уже привык, а какой-то более искренней, почти тёплой. Он встал, отложив книгу, и последовал за Тэхёном на кухню, а тот, стоя у плиты, внезапно понял, что, возможно, этот странный бог не так уж и плох. И, возможно, его жизнь, несмотря на весь этот хаос, становится чуточку интереснее. *** Когда Тэхён и Чонгук вошли в кафе, было уже около пяти вечера, и воздух в маленьком заведении, пропахший свежесваренным кофе и ванильными кексами, был наполнен предвкушением вечернего ажиотажа. Кафе находилось в оживлённом районе Сеула, недалеко от университета, и практически каждый день здесь было людно. Сегодняшний день не обещал быть исключением, а с учётом того, что это был первый рабочий день Чонгука, Тэхён чувствовал, как его нервы натянуты, словно струны старой гитары. Он бросил взгляд на Чонгука, который шагал рядом с ним, выглядя так, будто только что сошёл с обложки какого-то фэнтезийного романа: длинные тёмные волосы, небрежно собранные в низкий хвост, широкие плечи, обтянутые простой чёрной футболкой, и аура, от которой, казалось, даже воздух вокруг искрил. Тэхён вздохнул. Это будет долгий вечер. Внутри кафе их уже ждали Минхо и Сона, два других сотрудника, которые, как и Тэхён, были студентами, подрабатывающими в свободное время. Минхо, невысокий парень с острым языком и привычкой подкалывать всех подряд, стоял за стойкой, лениво протирая кофемашину. Сона, миниатюрная девушка с яркими глазами и неиссякаемым энтузиазмом, раскладывала свежие круассаны на витрину. Как только дверь за Тэхёном и Чонгуком закрылась, Минхо поднял взгляд и тут же ухмыльнулся, заметив новенького. — Ого, Тэхён, ты где этого Аполлона откопал? — воскликнул он, театрально прищурившись и оглядывая Чонгука с ног до головы. — Это что, твой новый парень или просто модель, которую ты нанял, чтобы мы все выглядели хуже? Тэхён закатил глаза, чувствуя, как щёки начинают гореть. Он знал, что Минхо не упустит шанса подколоть, но всё равно это раздражало. — Заткнись, Минхо, — буркнул он, бросая рюкзак за стойку. — Это Чонгук, наш новый сотрудник. Сегодня его первый день. Сона, услышав это, тут же выпрямилась и повернулась к Чонгуку, её глаза загорелись, как у ребёнка, увидевшего огромный торт. — О боже, какой же вы всё таки красивый! — выпалила она, даже не пытаясь скрыть восхищение. — Привет! Я Сона. Мы с вами уже виделись в субботу. А это Минхо, наш местный клоун. Добро пожаловать в команду! Чонгук, который до этого молча осматривал кафе с лёгким любопытством, слегка кивнул, его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнула искра интереса. — Приветствую, Сона, — ответил он, его голос был глубоким и мягким, как бархат. — И тебя, Минхо. Я… рад быть здесь. Минхо фыркнул, явно наслаждаясь ситуацией. — О, да у него ещё и голос, как у ведущего романтического подкаста! — сказал он, подмигнув Тэхёну. — Слушай, Тэхён, если он начнёт петь или читать стихи, я увольняюсь. Мы не выдержим конкуренции. Тэхён сжал кулаки, сдерживая желание треснуть Минхо по голове. Вместо этого он повернулся к Чонгуку, который выглядел слегка озадаченным, но, к счастью, не решил объявить себя «воином небес» в ответ на подколы. — Пойдём, — сказал Тэхён, хватая Чонгука за рукав и таща его в подсобку. — Надо подобрать тебе форму. В подсобке, где хранились коробки с кофейными зёрнами, запасные фартуки и всякий хлам, начался настоящий цирк. Тэхён, Сона и Минхо окружили Чонгука, который стоял посреди комнаты, как статуя какого-то древнего героя, пока они рылись в коробке с униформой. Кафе требовало от сотрудников носить чёрные рубашки и зелёные фартуки с логотипом кафе. — Ох, Чонгук, ты же не думаешь, что я позволю тебе выглядеть как всеобщий любимчик? — хмыкнул Минхо, копаясь в коробке с одеждой. — Вот, держи, Аполлон, это тебе подойдёт. Или, может, тебе лучше без рубашки работать? Для рейтинга заведения. Сона хихикнула, а Тэхён закатил глаза, чувствуя, как его терпение тает. — Минхо, веди себя серьёзно, — рявкнул он, выхватывая у него чёрную рубашку размера L и протягивая её Чонгуку. — Примерь. Чонгук, слегка нахмурив брови, взял рубашку и попытался её надеть. Ключевое слово — попытался. Его широкие плечи и мускулистая грудь сделали процесс похожим на попытку втиснуть льва в клетку для хомяка. Рубашка натянулась, швы угрожающе затрещали, а Минхо, не сдерживаясь, расхохотался. — О боже, Тэхён, ты привёл нам Халка! — выдавил он сквозь смех. — Смотри, он сейчас порвёт её, как в супергеройском фильме! Сона тоже не удержалась и прыснула, прикрыв рот рукой. — Может, у нас есть что-то побольше? — предложила она, всё ещё любуясь Чонгуком, который, кажется, не совсем понимал, почему все ржут. Тэхён, подавляя собственную улыбку, порылся в коробке и нашёл рубашку размера XL. — Попробуй эту, — сказал он, стараясь звучать серьёзно. — И не прислушивайся к Минхо, он просто завидует твоим бицепсам. Чонгук фыркнул, но на этот раз рубашка села лучше, хотя всё равно обтягивала его фигуру так, что, казалось, она была сшита специально для подчёркивания каждого мускула. Зелёный фартук, который Сона с энтузиазмом ему вручила, завершил образ, и Тэхён невольно подумал, что Чонгук выглядит как модель, которую наняли рекламировать кафе, а не работать в нём. Минхо, конечно, не удержался от ещё одного комментария: — Слушай, Чонгук, если ты будешь так выглядеть, я начну подозревать, что Тэхён нанял тебя, чтобы отвлекать посетителей от моего обаяния. — Минхо, я попрошу тебя уволить, — бросил Тэхён, но в его голосе не было настоящей угрозы. Он уже привык к тому, что Минхо не затыкается. Когда форма была подобрана, Тэхён подвёл Чонгука к стойке и вручил ему табличку с надписью «Welcome», которую обычно вешали на того, кто стоял у входа, зазывая гостей. Чонгук взял табличку с таким видом, будто ему доверили священный артефакт, и Тэхён почувствовал, как тревога снова подкатывает к горлу. Он отвёл Чонгука в сторону и понизил голос, чтобы Минхо и Сона не услышали. — Так, Чонгук, слушай внимательно, — начал он, стараясь звучать строго, но не слишком пугающе. — Ты стоишь у входа, улыбаешься, говоришь «Добро пожаловать» и всё. Не надо говорить слишком много. Никаких историй про небеса, богов, воинов или что там у тебя ещё. Не называй людей смертными, понял? Просто будь… — Тэхён замялся, подбирая слова. — Будь красивым и завлекай посетителей своей харизмой. У тебя это, похоже, само собой выходит. Чонгук приподнял бровь, его губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Я понял, Тэхён, — сказал он спокойно. — Я не подведу. Я же обещал. Тэхён кивнул, всё ещё не до конца веря, что этот бог, который в первый день чуть не устроил революцию в его квартире, сможет вести себя нормально. Но выбора не было. Он похлопал Чонгука по плечу и вернулся за стойку, где Минхо уже разливал кофе для первых посетителей, а Сона украдкой бросала восхищённые взгляды на Чонгука. Смена началась, и, к удивлению Тэхёна, Чонгук… справлялся. Нет, не просто справлялся — он был чертовски хорош. Он стоял у входа, держа табличку, и его присутствие действовало, как магнит. Посетители, особенно девушки, начали стекаться в кафе, как мотыльки на свет. Чонгук улыбался — не той надменной улыбкой, которую Тэхён привык видеть, а тёплой, искренней, от которой у людей, кажется, подкашивались ноги. Он говорил «Добро пожаловать» с такой интонацией, будто приглашал каждого лично в свой собственный дворец. Девушки хихикали, перешёптывались, некоторые даже делали фото украдкой, и Тэхён заметил, как одна из них чуть не уронила телефон, заглядевшись на Чонгука. — Тэхён, я сдаюсь, — шепнул Минхо, пока они вместе готовили очередной заказ. — Этот парень — ходячая реклама. Если так пойдёт дальше, нам придётся расширять кафе. Сона, которая крутилась рядом, подливая сироп в латте, вздохнула с мечтательным видом. — Он просто… идеальный, — пробормотала она. — Как будто из дорамы. Тэхён, где ты его нашёл? Он точно не актёр? — Не актёр, — буркнул Тэхён, чувствуя лёгкий укол раздражения. Он не был уверен, что ему нравится, как Сона смотрит на Чонгука, но решил, что это просто усталость. — Просто… парень. Обычный. Минхо фыркнул. — Обычный? Да он выглядит, как будто его вырезали из мрамора! — Он понизил голос и добавил с ухмылкой: — Слушай, если он не твой парень, я могу попробовать… — Минхо, заткнись и работай, — оборвал его Тэхён, но уголки его губ всё же дрогнули. Он не мог отрицать, что Чонгук действительно притягивал взгляды. Кафе гудело, как улей: столики заполнялись, заказы сыпались один за другим, и большая часть посетителей — как и в субботу — были девушки, которые то и дело бросали взгляды на Чонгука. Некоторые даже подходили к нему поболтать, и Тэхён напрягся, ожидая, что сейчас Чонгук ляпнет что-нибудь про «небеса» или «священные битвы». Но нет. Чонгук был вежлив, краток и обаятелен. Он отвечал на вопросы с лёгкой улыбкой, иногда шутил, и, кажется, каждая его фраза вызывала у девушек румянец. Тэхён поймал себя на том, что наблюдает за ним, и почувствовал странное облегчение. Чонгук держался. Он действительно держался. К концу смены кафе было забито под завязку. Очередь у кассы не заканчивалась, Минхо и Сона едва успевали разливать кофе и выдавать десерты, а Тэхён метался между стойкой и кухней, чувствуя, как усталость оседает в костях. Но в то же время он не мог не заметить, что выручка сегодня была явно выше обычного. Чонгук, стоя у входа, притягивал людей, как магнит, и даже Минхо, несмотря на свои подколы, признал, что новенький — находка. Когда смена наконец закончилась, и последний посетитель покинул кафе, Тэхён устало опустился на стул, вытирая пот со лба. Чонгук, всё ещё выглядящий так свежо, будто только что вышел из душа, а не простоял несколько часов на ногах на жаре, подошёл к нему, держа табличку «Welcome» в руках. — Ну как? — спросил он, его голос был спокойным, но в глазах мелькала искра гордости. — Я справился? Тэхён посмотрел на него, чувствуя, как усталость отступает, сменяясь чем-то тёплым и необъяснимым. — Справился, — сказал он, позволяя себе улыбнуться. — Чёрт возьми, Чонгук, ты был… хорош. Очень хорош. Чонгук кивнул, его улыбка стала шире, и в этот момент Тэхён понял, что, возможно, этот бог — не просто ходячая катастрофа. Возможно, он действительно может стать частью этого мира. И, чёрт возьми, это было не так уж плохо.