Что скрывает Адель Ван Дер Хольт?

Ночь после бутылки соджу становится действительно яркой и запоминающейся, и плевать, что мысли вязкие, как карамельная нуга или расплавленные мармеладки, самое главное, что они здесь, вдвоём.  Юля касается широких плеч Игоря, хочет подняться на мысочки, чтобы поцеловать его, погладить его колючую щёку, чтобы в который раз зацепиться за это счастье в груди или за это ощущение свободного полёта под рёбрами.  Что-то её останавливает, может именно эта медлительность в голове... Она заправляет прядь за ухо, наклоняет голову к плечу, разглядывает Игоря, такого же пьяного.  Растрёпанного и красивого.  Юля тянет руку, чтобы взъерошить мягкие волосы на его голове сильнее, и Игорь только криво улыбается.  Его глаза блестят, отражают в себе оранжевый свет от фонарей.  Тогда Юля, не желая, чтобы эта ночь кончалась только приездом домой, тихонько мурлычет: — Мы можем прогуляться по набережной, она как раз недалеко..  И растягивает губы в улыбке. Игорь расцветает в ответ. Казалось бы, всегда хмурый и угрюмый в дни, когда они не занимаются распитием спиртного, прямо сейчас расслабленный и.. жизнерадостный.  Юля бы сделала всё, что угодно, чтобы снова вернуть в нём постоянную жажду к жизни.  Да и пьют они не так часто... Юля не разрешает. Если б она не жила с Игорем, он бы наверняка давно сорвался. Это горе — потерять работу и возможность восстановиться из-за испорченной репутации, — Юля бы тоже такое переживала с огромным трудом... Что уж говорить об Игоре.. Вот почему прямо сейчас этот момент кажется волшебным.  Юля придвигается ближе, и они целуются. Их губы соприкасаются между собой, Юля чувствует ладони Игоря на своей талии сквозь пальто, то, как он медленно придвигает её к себе.  Юля обнимает его за шею, не желая расставаться с его теплом.  Гром такой..  Она не была так влюблена ещё со времён подросткового возраста, когда, казалось бы, гормоны бушевали мама не горюй.  В этот момент, с каждым днём и с каждым годом, с каждым прожитым вместе испытанием.. Их отношения укрепляются и укрепляются, и Юля, конечно, может ненароком, но подумывает о полноценной семье — о бракосочетании, о ребёнке, о хомячке, собачке или прочей животинке..  Её свободолюбивая натура так крепко привязалась к Игорю, что без него она...  Ну, как бы это не звучало, без него она жить не сможет.  Станет тосковать и в итоге умрёт от разбитого сердца, такие же смерти бывают, а?  Сейчас Игорь с ней, и этого достаточно.  Они отодвигаются друг от друга, смотрят друг другу в глаза, широко улыбаются, и у обоих пузырьки в голове..  Игорь отводит взгляд в сторону, Юля продолжает разглядывать его щетину, которую он не сбривает уже дней пять или меньше, а эта щетина так ему идёт, так идёт...  Хотя и придаёт уставший вид, всё равно это...  — А Дина же на такси добирается сейчас?  Юля слышит этот тихий вопрос и, пока его слова медленно пробираются сквозь паутину хмели в её голове, осторожно огибая все линии, чтобы не запутаться и не потеряться в задумчивости, молчит. А потом вдруг начинает хихикать, когда смысл доходит до неё.  Как до жирафа. В таком-то состоянии — конечно.  — Ты что.. — Предложение формируется так же медленно. — Думаешь о других женщинах в пристуттст... присуссвии меняяя?  А потом снова улыбается и издаёт странный смешок.  Игорь ухмыляется в ответ.  Но тут же становится спокойным. Кивает в сторону. Юля оборачивается.  — Нет, просто — Бурчит Гром. — Там кто-то похожий на неё, стоит у какой-то машины. Может, я конечно, плоховато вижу... и темно достаточно..  Юля отлипает от Игоря, хмуря брови.  И вправду. Кто-то, подозрительно похожий на Дину, стоит на парковочной площадке, облокотившись о чьего-то чёрного матового китайца с красивым номером под бампером.  Это уже интересно.  И именно это помогает Юле немного протрезветь.  Совсем немного, но мысли начинают проясняться, как от адреналина. На мгновение пульс всё же усиливается.  Это не похоже на Дину, только если у неё не появился ухажёр или... ну, ухажёрка, или кого она там больше предпочитает в итоге-то?  В общем, именно в такие моменты Юлино чутьё к компрометирующим ситуациям начинает скребсти внутри черепа и требовать мяса и крови.  Конечно именно благодаря этому Юля реагирует довольно быстро для неё подвыпившей: она хватает Игоря за локоть, ведёт к углу здания и мягко подталкивает к стене, прижимая его лопатками к кирпичу.  — Оуу-воууу, малыш... С чего такая властность?.. Впрочем, мне нрави..  Юля прижимает к губам Игоря указательный палец, заставляя замолчать.  — Тихо, мне нужно поработать.  Игорь немного супится и грустнеет, но Юля уже открывает камеру на телефоне и выглядывает из-за угла.  Храни Бог умное приближение на камерофонах! Даже с такого расстояния видно всё замечательно, поэтому Юля делает две первые фотографии: номер машины и общий вид, где Дина облокотилась о саму машину.  Что, конечно, совсем не похоже на Дину.  В случае, если это незнакомец. Во первых, это странно, во вторых, это опасно. В третьих, Дина же не проститутка.  Нет, это совершенно точно на неё не похоже.  Она же сказала, что вызовет такси!!!  Но и к таксистам так не обращаются.  Дина вдруг выпрямляется, —  Юля успевает щёлкнуть и этот момент, — а потом огибает машину, открывает переднюю дверь с пассажирской стороны, садится внутрь, и через лобовое окно...  Юля делает целую кучу фотографий, среди которых видно покадрово ежесекундно, как Дина резко начинает страстно целоваться с какой-то женщиной.  Рот Юли открывается от шока... элемента неожиданности? Даже звучный вздох не показывает всего ужаса. Если это незнакомка, то Юля явно не до конца знает Дину...  Интуиция начинает подбрасывать совершенно дикие варианты.  Юля смахивает сделанные фотографии в сторону и следит на камере за лобовым стеклом.  Дина отодвигается, и тогда Юле удаётся сделать фотографию лица этой женщины...  И даже на камере....  Интуиция кричит сильнее и медленно перетекает в подозрение.  Юля прячется обратно за угол.  Нет. Это бред.  ...  Юля быстро заходит в поисковик и гуглит лицо Адель Ван Дер Хольт, чтобы...  В большинстве своём, опровергнуть.  Но где-то на подкорке сознания, Юля уже давно всё поняла.  Рациональная часть её сознания начинает панически спрашивать.. Может просто схожесть? Издалека ведь не особо видно?  Но в галерее фотографии приобретают умную чёткость.. а из того, что выдал ей Гугл..  Это просто не может быть ошибкой.  Юля ищет в Гугле фотку с профильного ракурса...  И да.  И да, да, да, блять, конечно, это один и тот же человек.  И росчерк челюсти, и скулы, и нос, и губы, да что уж там, даже глаза, лоб...  Блять, это ёбаная Адель Ван Дер Хольт сидит в машине и целует Дину. Или Дина целует её...  По тому, что видела Юля, это ДИНА была инициатором...  Юля прикрывает рот.  Господи...  Юля выключает телефон, кладёт в карман. В ушах всё ещё гулко бьётся пульс.  Как же..  Как же это так?  <...> На самом деле, было очень много предпосылок к тому, что Юля увидела двадцать минут назад, думает она, неспеша идя рядом с Игорем и крепко держа его за руку.  Да даже поведение Дины при упоминании Адель, или когда Дина рассказывала про Адель. Юля думала, что эти красные пятна на её щеках — это последствия волнения или яростного рассказа истории или обсуждения их плана... но теперь.  Это смущение.  Рисунки Дины — не рабочий интерес, а влюбленный.  Оборванный звонок сегодня утром.. Она была с Адель?  И вот почему она не отвечала после прогулки с Адель...  Господи, неужели... неужели они тогда переспали?  Или провели ночь вместе?  А как давно они в отношениях вообще?  Вдруг это Юлю облапошили и обманывали всё это время...  Последний вопрос звучит гулкой расстановкой в её голове: А вдруг. Дина. Крот.  Предатель.  Сливает информацию.  Сердце пропускает удар и уходит в пятки. Пальцы холодеют.  Вдруг им с Игорем грозит опасность?  Куда уезжать?  К маме в Москву?  Не вариант..  Искать квартиру в другом городе? Даже так Игорь не уедет.  Господи..  От страха, вдруг пронзившего всё её тело, Юля сжимает ладонь Игоря ещё крепче, как возможность ухватиться за последнее в этой реальности.  Подозрение того, что Дина, эта добрая и смелая девушка, является предателем во всей истории... Является подельником.... Юля старается отложить этот вариант на последнюю полку догадок.  Вместо этого она достаёт телефон, находит контакт Дины в мессенджере, открывает чат с ней...  Печатает большим пальцем свободной руки «Я всё знаю» и думает было отправить...  Но Игорь ведёт её к витым толстым береговым ограждениям.  Юля убирает телефон в карман, выключив его, а потому не успевает отправить. Так, чёрт с ним, понимает она, когда Игорь вынуждает её облокотиться об эти перила и полюбоваться Невой, берегом напротив и мерцающим далёким разведённым мостом.  И луной, замечает она.  Полной луной.  Говорят, когда луна выходит из облаков, это пора раскрыть тайны и секреты. Что ж, те, кто так говорят, по видимому правы.  И ей стоит отложить вопрос с Диной до завтра... Потому что с этого момента Дина — часть работы.  А работа и личная жизнь не должны соприкасаться.  Сейчас она побудет целиком с Игорем.  Хмель почти выветрилась из головы...  У Игоря видимо нет, ведь он начинает выглядеть тем самым философским печальным странником, когда продолжительное время смотрит куда-то вдаль. Насколько Юля знает, Игорь не фанат философии.  Даже так... Юля не прерывает его.  Игорь так сцепляет их пальцы... Будто на что-то решается.  Он вдруг открывает рот...  И закрывает обратно.  Отворачивается от Юли.  Хммм, ладно.  Юля отворачивается в ответ (ну почти), разглядывая мост.  — Малыш... — Игорь поворачивается обратно. — Я тебя люблю.  Хрипит он.  Улыбка проявляется сама.  — И я тебя люблю!  Уголок губы Игоря дёргается вверх.  Он прячет улыбку в воротнике коричневой косухи.  Но Юля, конечно, всё видит.  Игорь сжимает их руки крепче. Совсем как Юля недавно. Это заставляет немного поволноваться. Игорь что-то хочет сказать.  Что-то важное.  Что-то, помимо признания в любви.  Юля сглатывает слюну, думает некоторое время.  И облокачивается виском о плечо Игоря.  Игорь, тоже недолго думая, облокачивается своей головой о её затылок.  И они стоят так, на набережной, держатся за руки, облокачиваются друг о друга..  А ветер немного прохладный и задувает под воротник.  А на улице так свежо.  Ночной ментоловый воздух.  Юля прикрывает глаза, прислушиваясь к ощущениям, к затишью в своей голове.  К этому головокружительному покою, когда она рядом с ним...  Сжимает его сухую ладонь...  И всё хорошо в этот миг.  Когда они вместе.  — Я хочу тебе кое в чём признаться. — Собирается со словами Игорь.  Они не отодвигаются друг от друга, хотя Юля всё равно открывает глаза, видя переливы волн Невы напротив.  — Хорошо. — Спокойно отвечает Юля.  Надо не спугнуть его, а то закроется ещё на три месяца. — Ты не будешь на меня злиться? Пообещай, что не будешь.  — Обещаю.  Игорь прокашливается.  — Малыш... не пойми не правильно.. Но... я, кажется... — Между его словами возникает довольно продолжительная пауза, за которую Юля успевает нехило поднапрячься...  ... ..  .  — Я съел твой тирамису.  Юля поднимает голову с высоко вздёрнутыми бровями.  Что??  И это всё???  А потом она вдруг...  Да её пробирает на такой звонкий смех, что этот смех позволяет вызволить изнутри все её пережитые эмоции за этот день!  Господи, она уж думала, что там что-то серьёзное!!!  Какой кошмар!!!  Нельзя же так шутить, Игорь скоро до контузии её доведёт такими темпами!!  ...  — Лааадно... — Облегчённо вздыхает Юля, успокоившись, но всё ещё посмеиваясь. Игорь улыбается. — На сей раз прощаю. Но в следующий раз будешь вымаливать прощение на коленях.  Игорь тянет пошловатое «ооооо».  Юля прыскает смехом, зарывается носом в косуху Игоря.  Боже, этот как всегда. Они затихают на некоторое время, смотрят друг на друга с глупыми ухмылочками, переглядываются.  Но улыбка Игоря меркнет с каждой секундой.. Он делает залп вздоха, будто возвращаясь к тому волнению..  — Я всё же... Я всё же хотел признаться ещё кое в чём.  И теперь, серьёзное, подлинно-серьёзное выражение лица, а не то наигранное перед разрывной шуткой, начинает действительно настораживать.  Юля сильно хмурится.  — Год назад... — Юля понимает, что к чему, ещё когда Игорь только начинает. Это же... Юля меняет их руки, вбирает левой левую, а правую ладонь кладёт ему на лопатки. Игорь прячет глаза. — Год назад, я поклялся никому и словом не обмолвиться об этом. Я поклялся, потому что если бы я сказал, последствия были бы ужасными. Неотвра... — Его тихий тон обрывается. Игорь громко сглатывает. Даже пьяный блеск в глазах стал стекловидным. — Неотвратимые. Понимаешь?  ...  — В общем.. Наверное, прошёл уже год..  Может, я готов рассказать... по крайней мере, я знаю, что ты меня никогда не осудишь.. И я тебе доверяю.. И доверял всегда...  И ты для меня... ты самый мой близкий человек.  И я люблю тебя.  И теперь... Теперь пообещай мне, что ты никуда это не выложишь и никому не расскажешь.  — Даже Дине? — Срывается вдруг с языка Юли. А потом она вспоминает подробности, о которых не знает Игорь, о которых Юля не поведала и отшутилась... Дине тем более нельзя ничего рассказывать до тех пор, пока Юля не проверит свою гипотезу. Предвкушение подбирается лианами по её внутренностям.  — Дине.. — Вздыхает Игорь. — Можешь немного, но только в рамках дела. Пожалуйста, никому больше. Никуда это не публикуй, даже анонимно. Это может быть опасно. Для тебя, для меня, даже для Дины. Для Прокопенко, для всех. Не надо, ладно?  Юля охотно кивает: — Да, конечно, Игорь.  Тогда Игорь, помолчав и потупив под ноги, продолжает: — Хорошо. Хорошо.  Ты мне пообещала.  В общем... год назад... Когда случилось всё это...  Когда случился теракт...  Когда игрушка та... И колонна..  Я... я, когда игрушка была, я тогда побежал же за ним..  За мужчиной тем...  И... и мы дрались, долго довольно.. А потом я выпал из окна, иии так сломал руку..  И со мной связался он... сразу после этого.. Моим голосом, наверное, сгенерировал, или что-то другое, но.. Он предложил..  Сыграть в игру... И я проиграл.. И поэтому взорвалась колонна. Из-за меня, Юль, понимаешь? — В голосе Игоря вдруг просквозила такая печаль, такое отчаяние... Такой скрип вины... — Из-за меня, Юль.  Из-за меня чуть не погибли люди, из-за меня были пострадавшие... от обломков, ну...  Из-за меня.  А потом он снова мне позвонил...  И сказал уйти в отставку..  Пообещал, что взрывы прекратятся, что я смогу остановить его, что это единственное, что ему от меня нужно..  Я думал не вестись, думал, что он блефует, хочет, чтобы я один ушёл и чтобы его не нашли.. Но потом уже задумывался, а почему я.. почему не Дина? Ведь она... она тоже хороший следователь.. Она бы смогла найти террориста со мной или без меня.. Она сильный следователь, понимаешь?...  Но он.. он настроился на меня будто...  И я..  Не знаю, может, меня тогда паника охватила, Юль.  Я так боялся..  Очень боялся.. — Игорь срывается на шёпот. — Я боялся.. за тебя... вдруг он навредит тебе... ии гражданам...  Я так боялся.. я выполнил его требования..  В.. вот почему я ушёл...  Вот почему..  Я просто поддался на провокацию...  Я просто трус.  Я просто как маленький трусливый мальчик...  Я.. я.. я же не мог... просто уйти.. И, знаешь, Юль...  Я был очень рад, когда взрывы прекратились... Но я каждый день просыпался со страхом в глотке, понимаешь?... Думал каждую секунду о том, что вот-вот и прогремит... Что я опростоволосился..  Новости смотрел, ты же помнишь? Мы тогда кроме новостей ничего не смотрели..  Я так боялся...  Я думал... что всё продолжится... Но он... Он просто ...  ...Исчез.  Игорь замолкает.  Юля опускает плечи с громким выдохом.  Блять, ну это просто пиздец нахуй блять.  Блять...  Сначала Дина... теперь это...  Но с этого...  Это так поможет ей!!  Игорь ей открылся!! Спустя месяцы!!  Нельзя его винить.  Юля бы тоже испугалась.  И тогда она просто... берёт и крепко обнимает его. Прижимает к себе, сжимает рёбра руками.  Игорь обнимает в ответ, сильно-сильно, утыкается ей в плечо.  — Милый мой... Ты столько всего пережил... Я обещаю, что никому не расскажу. Ты очень сильный. Я бы так не смогла. Я тебя очень люблю... Сейчас всё хорошо, всё хорошо в нашем городе, никакого террора больше не будет. По крайней мере, эти дроны хоть на что-то угодны... Милый, всё хорошо. — Юля осторожно заходит со стороны. Ей нужно узнать как можно больше. — Может, ты помнишь какие-то ещё детали? Расскажи, если хочешь.  Спина Игоря подёргивается, и он тихо шмыгает носом. Игорь молчит. Наверное, плачет... Юля поджимает брови, у неё сильно сжимается сердце и она жмурит глаза от подступающих слёз. Они стоят так, довольно долго. Юля слышит тихие всхлипы, пока утыкается подбородков в плечо Игоря и сама старается дышать размеренно. В носу щиплет.  ...  — Единственное... — Через время Юля слышит приглушённый одеждой голос Игоря рядом со своим ухом. — Всё сейчас хорошо, ты права... Но... но у него на запястье... Я помню, когда мы с ним дрались, я увидел клеймо на его запястье.. Это было время... Пятнадцать двадцать шесть... Там было.. двоеточие после пятнадцать.  Это то, что до сих пор не даёт мне спокойно... уснуть... я вообще никогда спокойно не усну.. Вообще никогда... Прости меня, Юлечка... Прости... Прости меня пожалуйста...  Юля хлопает Игоря по спине, приговаривая, что всё хорошо... и что всё будет хорошо.  И что они, вместе, всё преодолеют.  Всегда.  И что они справятся вдвоём, надо только держаться.  Но у самой Юли...  Как гора с плеч, если честно. Ей грустно за Игоря, грустно до того, что она тоже немного плачет, пока Игорь её обнимает, но это слёзы, во многом, были слезами облегчения.  Юля копала в решётчатую изгородь с электрической колючей проволокой наверху, а теперь у нее наконец то появились плоскогубцы для перекусывания этой изгороди. Для возможности пробраться глубже.  Для возможности узнать больше.  Для возможности использовать это знание как подобает.  И знаете ли вы, насколько это вдохновляет?