В его глазах - мои надежды

Прошло три дня. Дышать стало легче, боль отступила, и гематомы начали светлеть. Но Тэхёна не покидала тревожная мысль: произошедшее может повториться. Власть отца огромна, как и его связи, поэтому он оставался настороже. Удивительно, как его до сих пор не уволили. Хотя Чонгук не производил впечатление человека, способного уволить сотрудника по чьему-либо приказу. Впрочем, Тэхён уже ни в чем не был уверен. Поведение Чонгука сбивало с толку. Вчера, например, он сидел в общем зале и неотрывно смотрел на Тэхёна. От этого взгляда становилось не по себе и мешало сосредоточиться на работе. Нельзя было сказать, что Чонгук просто наблюдал, скорее, он пристально изучал его. Тэхён постарался не обращать на это внимания и продолжил работать. Сегодня же Чонгук вообще не появился, хотя судя по тому, в какой день недели он приходит, должен был появиться сегодня. Тэхен даже почувствовал какое-то облегчение. Отсутствие пристального взгляда позволяло ему немного расслабиться и сосредоточиться на работе. Он старался не думать о причинах отсутствия начальника, но мысли сами собой возвращались к этому вопросу. Может, отец Тэхена все-таки добрался до Чонгука? Может, его вызвали на ковер и приказали уволить Кима? Тэхен отгонял эти мысли, как назойливых мух. Ему нужно было работать, а не строить догадки. Но тревога не отступала. Он чувствовал себя загнанным в угол, как мышь, за которой охотится кот. Ближе к вечеру, когда Тэхен уже собирался домой, в комнату для персонала вошел управляющий, Юнги. Он подошёл к нему и тихо сказал: - Мелкий, тебя вызывает Чонгук к себе в кабинет, завтра перед началом смены. Тэхен замер, словно его ударило током. Зачем? Что он задумал? Страх сковал его, парализовал. Он не мог вымолвить ни слова. Юнги, заметив его замешательство, добавил: - Не волнуйтесь, он просто хочет с тобой поговорить. Но Тэхен скептически отнёсся к этому. Он чувствовал, что завтрашняя встреча будет не просто о работе, а о чём-то другом. Он боялся, что его худшие опасения подтвердятся. Он боялся, что отец все-таки добился его увольнения. Но больше всего он боялся увидеть в глазах Чонгука пустоту, как при первой встрече. Он боялся, что тот, кто казался ему таким сильным и независимым, окажется всего лишь марионеткой в руках влиятельного человека.

***

Ночь прошла в тревоге и бессоннице. Тэхен ворочался в постели, пытаясь представить, что его ждет завтра. Он прокручивал в голове все возможные сценарии, но ни один из них не казался ему благоприятным. Утром Тэхен отправился на работу, словно на казнь. Вроде бы обычный разговор предстоял, но где-то глубоко внутри поселилось тревожное предчувствие. Он прошел по знакомому коридору, постучал в дверь и услышал привычное: "Войдите". Чонгук, как всегда, восседал за своим столом в центре кабинета, окруженный горой бумаг. – А, это ты. Садись, – он указал на то же место, где Тэхен сидел в прошлый раз. Ким снова не мог отвести взгляд от пейзажа за окном – он был слишком прекрасен. – Завораживает, правда? – Чонгук стоял в паре метров от него, заложив руки в карманы. – Нам нужно поговорить. – Он посмотрел на Тэхена и сел напротив. Их взгляды встретились, и Тэхен слегка смутился. – О чем вы хотите поговорить? – В голове Тэхена не было ни единой догадки о теме предстоящего разговора. – Тэхен, я понимаю, что мне, как начальнику, не стоит вмешиваться в твою личную жизнь и стирать границы, но, наблюдая за тобой, я заметил одну деталь, которая меня очень беспокоит, – Чонгук сделал паузу. – Тебя ведь отец избил, верно? – Тэхен не мог скрыть своих эмоций, и все его мысли отразились на лице. Чонгук сразу понял, что его догадки подтвердились. Тэхен молчал, опустив взгляд на свои руки, словно там можно было найти ответ. Он не хотел говорить об этом, не хотел, чтобы кто-то знал. Это было его личное, его боль. Но взгляд Чонгука прожигал его насквозь, заставляя чувствовать себя голым, беззащитным. - Я... - начал Тэхен, но голос дрогнул и он замолчал, сглотнув ком в горле. - Тебе не нужно ничего говорить, если ты не хочешь, - мягко произнес Чонгук, - Но я хочу, чтобы ты знал, что я здесь, если тебе нужна помощь. Не как начальник, а как человек. Тэхен поднял глаза, удивленный такой заботой. Он ожидал допроса, упреков, возможно, даже угрозы увольнением, если это повлияет на его работу. Но вместо этого он увидел в глазах Чонгука искреннее беспокойство. - Почему вы... - снова начал Тэхен, но не закончил фразу. - Почему я беспокоюсь? - закончил за него Чонгук, - Потому что я не слепой, Тэхен. И потому что я не хочу, чтобы кто-то страдал, особенно если я могу чем-то помочь. В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов на стене. Тэхен чувствовал, как в груди что-то теплеет, как лед, сковывавший его сердце, начинает таять. Он не привык к такому отношению, к такой заботе. - Спасибо, - прошептал он, - Я... я подумаю над этим. И... простите за ту грубость во время обеда. Я был не прав, говоря о вас так. - Я тоже был не прав, извини, - сказал Чон с виноватым видом. - Просто ты напомнил мне одного человека, и я не сдержался. - он задержал взгляд на Тэхене, а потом сказал: - Ладно. Ты можешь возвращаться к работе. Тэхен попрощался и вышел из кабинета. Когда он приступил к работе, то не мог сосредоточиться. Слова Чонгука эхом отдавались в его голове, даря надежду и заставляя задуматься о том, что, возможно, он не один в этом мире. Возможно, есть кто-то, кому не все равно. И это было новым и пугающим, но в то же время невероятно приятным чувством.

***

Дни шли, и Тэхен все чаще ловил себя на том, что смотрит на Чонгука. После их разговора он начал видеть его по-другому. Чонгук был пунктуален, несмотря на то, что владел сетью ресторанов и, казалось бы, должен был уделять время личной жизни. Он также проявлял уважение ко всем сотрудникам, от уборщицы до управляющего. Кстати, Чонгук часто проводил время с Юнги, и было заметно, что их связывают особые отношения. Вполне объяснимо, ведь их дружба длилась уже семь лет. Тэхен, обычный подросток, еще не достигший совершеннолетия, не смел даже мечтать о ком-то вроде Чонгука. Но что-то в его груди екнуло, что-то перемкнуло, и он не мог вспомнить, когда это произошло. Даже мысль о богатстве Чонгука больше не пугала его, потому что Чонгук был не таким, как другие богатые люди и бизнесмены. Он был другим. Он был внимательным, чутким и, несмотря на свой статус, оставался простым в общении. Тэхен видел это в его улыбке, в том, как он слушал других, в его жестах. Он видел в нем не просто успешного бизнесмена, а человека. И это "человеческое" в Чонгуке притягивало его, как магнит. Тэхен старался не задерживать взгляд на Чонгуке слишком долго, боялся, что тот заметит. Но каждый раз, когда их глаза случайно встречались, сердце Тэхена начинало бешено колотиться, а щеки предательски краснели. Он отводил взгляд, смущенно улыбался и старался казаться как можно более незаметным. Он понимал, что это глупо, что между ними не может быть ничего. Чонгук - взрослый, успешный мужчина, а он - всего лишь подросток, работающий в его ресторане. Но чувства, которые зарождались в его сердце, были сильнее разума. Он не мог их контролировать, не мог их остановить. Иногда, когда Чонгук проходил мимо, Тэхен чувствовал легкое прикосновение его руки к своей. Это могло быть случайностью, мимолетным касанием, но для Тэхена это было целым событием. Он потом долго вспоминал это прикосновение, ощущая тепло на своей коже. Он начал замечать мелочи, которые раньше не видел. Как Чонгук морщит нос, когда смеется, как он общается с партнёрами, которые посещают заведение время от времени, как он смотрит на Юнги, когда тот рассказывает что-то смешное. Эти мелочи делали Чонгука еще более живым и настоящим в глазах Тэхена. Особенно ему нравилось наблюдать за Чонгуком, когда тот общался с неприятными посетителями или представителями высшего общества. В такие моменты, когда Чонгук взаимодействовал с людьми, готовыми унижаться ради крох внимания и выгоды, его взгляд становился особенно пронзительным. Он понимал, что для большинства людей достаточно лишь средств к существованию, но когда голод стучится в дверь, даже гордость отступает. Этот взгляд Чонгука заставлял его сердце трепетать, а колени подгибаться. Он осознавал, что влюбляется, и это осознание пугало его до дрожи. — Мам, буду через полчаса, подожди, пожалуйста, — сказал Тэхен в телефон. Он собирался навестить маму и остаться у неё на ночь. Из-за напряженного графика работы им редко удавалось проводить время вместе. Ким уже собирался выходить, когда в дверь постучали. "Кто бы это мог быть? Я никого не жду", — подумал Тэхен, осторожно подходя к двери. Заглянув в глазок, он замер. Глаза расширились, пульс участился. На пороге стоял его отец. — Открывай! Я знаю, что ты здесь! — Отец настойчиво барабанил в дверь и дергал за ручку. Сердце Тэхена бешено колотилось, но он взял себя в руки и открыл дверь. — Отец, что ты здесь делаешь? — Тэхен отступил на несколько шагов, лихорадочно прикидывая пути отступления. — Не прикидывайся. Я пришел за информацией. Раз ты сам не хочешь сотрудничать, я пришел сам, — отец ухмыльнулся и сделал шаг вперед. — Я уже говорил тебе, что не буду ничего для тебя искать. Не хочу опускаться до твоего уровня и становиться твоей шестеркой, — злобно процедил Тэхен, исподлобья глядя на отца. — Эх, сынок, ты наступаешь на те же грабли. Неужели тебе мало было того случая в подворотне? Я думал, ты усвоил урок, — отец прошел в гостиную и начал оглядываться, словно что-то искал. — Я могу сказать тебе только одно: он знает, кто я и зачем я устроился к ним. Мы немного поговорили, и я убедил его, что не буду добывать для тебя информацию, — Тэхен внимательно следил за тем, как меняется выражение лица отца. — Интересно, очень интересно. А как же наша договоренность, Тэхен? Мы же договорились: я выполняю твои условия, а ты — мои. Разве не так? — голос отца сорвался на крик, и он ткнул пальцем Тэхену в грудь. Тэхен отшатнулся от резкого тычка. Ярость закипала внутри, но он старался сохранять спокойствие. Знал, что если поддастся эмоциям, то проиграет. — Договор был заключен до того, как я узнал правду, — спокойно ответил Тэхен, стараясь не смотреть отцу в глаза. — До того, как понял, во что ты меня втягиваешь. Я не буду частью твоих грязных дел. — Правду? Какую правду? — Отец усмехнулся, но в его глазах мелькнула тревога. — Ты слишком много на себя берешь, мальчик. Думаешь, ты можешь просто так выйти из игры? — Я уже вышел, — твердо ответил Тэхен. — И ты ничего не сможешь с этим сделать. Отец сделал еще один шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Его лицо исказилось от злости. — Ты пожалеешь об этом, Тэхен. Очень сильно пожалеешь. Ты думаешь, что он тебя защитит? Что он сильнее меня? Ты ошибаешься. — Он не должен меня защищать, — ответил Тэхен, поднимая голову и глядя отцу прямо в глаза. — Я сам себя защищу. В комнате повисла напряженная тишина. Казалось, воздух наэлектризован. Тэхен знал, что отец сейчас обдумывает следующий шаг. Он был как загнанный зверь, готовый на все, чтобы вырваться на свободу. — Хорошо, — наконец сказал отец, отступая на шаг назад. — Ты сделал свой выбор. Но помни, Тэхен, этот выбор будет иметь последствия. С этими словами он развернулся и направился к двери. Тэхен молча наблюдал за ним, пока отец не вышел из квартиры. Когда дверь закрылась, Тэхен выдохнул. Напряжение медленно отступало, но страх оставался. Он знал, что это еще не конец. Отец не отступит так просто. Тэхен достал телефон и набрал номер матери. — Мам, я немного задержусь, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно спокойнее. — Но я обязательно приеду. — Что-то случилось, Тэхен? Ты как-то странно говоришь, — обеспокоенно спросила мать. — Все в порядке, мам. Просто небольшие проблемы на работе. Ничего серьезного. Я скоро буду, обещаю. Тэхен отключился и прислонился спиной к двери. Он знал, что не может рассказать матери правду. Она и так слишком много пережила из-за его отца. И болезнь. Нельзя было подвергать ее опасности. Нужно было что-то делать. Он не мог просто сидеть и ждать, пока отец предпримет следующий шаг. Нужно было действовать первым. Тэхен снова взял телефон и набрал другой номер. — Мне нужна встреча, — сказал он, когда на другом конце провода ответили. — Как можно скорее. Это касается моей безопасности и безопасности ваших людей. Он знал, что это рискованно. Он собирался обратиться к человеку, которому не доверял полностью. Но у него не было другого выбора.