В его глазах - мои надежды

Дверь закрылась за Чонгуком, и в квартире воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов в гостиной. Тэхён ещё несколько минут стоял неподвижно, ощущая на плечах невидимую тяжесть. Запах Чонгука – дорогого парфюма, кожи и чего-то неуловимо родного – всё ещё витал в воздухе, принося ему слабое утешение. Он медленно прошел на кухню, налил себе стакан воды и сделал несколько глотков, стараясь унять легкую дрожь в руках. Его взгляд упал на фотографию на холодильнике – он и мама, сделанная несколько лет назад в парке. Она улыбалась, а он, совсем еще подросток, смотрел в камеру с беззаботным выражением, которого сейчас уже не было. Мысль о матери сжала его сердце. Он не сказал ей о вчерашнем нападении. Не мог. Её здоровье было слишком хрупким, чтобы выдержать такую новость. – Побудь сегодня дома, – сказал Чонгук. Но сидеть в четырех стенах, в ожидании и с тревожными мыслями, было невыносимо. Он вспомнил о Чимине, своем единственном друге со времен учебы. Парень всегда умел поднять ему настроение своей бесшабашной энергией и неумением унывать. Тэхён взял телефон и набрал номер. – Привет, Тэхён! – почти сразу ответил жизнерадостный голос. – Что такого могло произойти, что я дождался от тебя звонка? Что-то случилось? – Привет, Чим. У меня... сложный день. Не хочешь заскочить? Скучаю. – Конечно, Тэ. У меня как раз выходной. Через полчаса буду. Захвачу сок и ту острую лапшу, которую ты обожаешь. – Спасибо, – Тэхён почувствовал, как по телу разливается облегчение. – Жду. Пока он ждал друга, попытался привести в порядок мысли. Слова Чонгука эхом отдавались в голове: –Ты – его слабое место... они предпочитают уничтожать слабости. Он всегда знал, что отец его презирает, но чтобы настолько... Желание уничтожить собственного сына. Это было за гранью. Звонок в дверь вывел его из размышлений. На пороге стоял Чимин с огромным пакетом в одной руке и ухмылкой до ушей – в другой. –Врываюсь! – объявил он, входя и снимая кроссовки. – Так, где этот мой страдалец? А, вот ты где! – Он бросил пакет на стол и обнял Тэхёна с такой силой, что тот чуть не задохнулся. – Выглядишь паршиво, друг. Рассказывай, что стряслось. Они устроились на кухне. Чимин разложил еду, а Тэхён, запинаясь и сбиваясь, начал рассказывать. Не всё, конечно. Он умолчал о Чонгуке и их отношениях, сказав лишь, что начальник помогает ему с отцом. Но о нападении, о ноже, о страхе, который он испытал, он рассказал. Чимин слушал, не перебивая, и его обычно беззаботное лицо стало серьезным. – Твои отец – настоящий монстр, – тихо произнес он, когда Тэхён закончил. – Я всегда знал, что он негодяй, но чтобы до такого... – Он сжал кулаки. – Ладно, хватит о нем. Главное – ты жив, ты цел. А этот твой босс... Он, похоже, крутой парень. Настоящий мужик. Держись за него. Они ели острую лапшу, и Чимин, как обычно, болтал без умолку, пересказывая свежие сплетни из универа и смешные истории с работы. Тэхён ловил себя на том, что по-настоящему улыбается. Чимин был как глоток свежего воздуха, он вытаскивал его из трясины отчаяния своим простым «всё будет хорошо». Примерно через два часа Чимину позвонили с работы и попросили выйти на смену вместо заболевшего коллеги. – Извини, Тэ, придется уйти, – сказал он, виновато хмурясь. – Ничего, ты и так меня спас, – Тэхён улыбнулся. – Спасибо, что приехал. – Всегда, Тэ. Если что – звони в любое время. Я мигом. И... будь осторожен, ладно? Проводив друга, Тэхён снова остался один, но на душе было уже не так пусто. Он прибрался на кухне, посмотрел в окно. Начинало темнеть. Он отправил Чонгуку сообщение: – Всё спокойно. Был Чимин. Спасибо, что настоял, чтобы я остался дома. Ответ пришел почти мгновенно: – Я рад. Скоро закончу. Жди меня. Он лег на диван и уставился в потолок. В голове снова всплыли образы: темный переулок, блеск стали, искаженное злобой лицо наемника. Он вздрогнул и сел, пытаясь отогнать воспоминания. Ему нужно было отвлечься. Он взял учебник по маркетингу, но буквы расплывались перед глазами.

***

Синий свет экрана ноутбука выхватывал резкие черты лица Чонгука. Он погрузился в изучение: финансовые отчеты мэрии, внезапно выигранные тендеры фирмами-однодневками, старые газетные вырезки о "несчастных случаях" с оппонентами отца Тэхёна. Он складывал мозаику, и картина вырисовывалась ужасающей. Это была не просто жажда власти. Это была тотальная, всепоглощающая коррупция, замешанная на чем-то более темном, более личном. После долгих часов поисков он нашел её. Старую статью, погребенную в глубинах интернета. Небольшой абзац о трагической гибели давнего партнера и друга мэра, случившейся за месяц до его избрания. Расследование было закрыто по причине "отсутствия состава преступления". Фамилия следователя, подписавшего заключение, мелькнула в одном из текущих дел отца Тэхёна. Совпадение? Слишком много совпадений. Чонгук откинулся на спинку кресла, провел рукой по лицу. Тяжесть в груди нарастала. Это было куда серьезнее, чем он предполагал. Он чувствовал, как внутри закипает ярость, смешанная с ледяным страхом за Тэхёна. Этот человек, отец Тэхёна, был способен на все. – Есть кое-что, – произнес Чонгук, входя в комнату. Юнги вскочил и подошел к ноутбуку. – Его отец – чудовище. Он замешан не только в запугивании Тэхёна. Я нашел кое-что из прошлого. И я почти уверен, что тот, кто напал на Тэ, причастен и к этому. Чон повернул экран к Мину. Тот медленно прочитал статью, и его лицо исказилось гневом и яростью. Кулаки непроизвольно сжались. – Это точно не было несчастным случаем. – Я думаю, его отец готов на всё ради власти. А тот, кто работает на мэра – его личный телохранитель или киллер – исполняет его приказы много лет. Он не остановится на сыне. И это может обернуться против нас, ведь мы не знаем, что он предпримет дальше. – Мы должны действовать первыми, чтобы получить преимущество, – решительно сказал Чонгук, не отрывая взгляда от экрана. В его глазах горел холодный, расчетливый огонь. – С чего начнем? – спросил Юнги, его голос был серьезным и собранным. Он знал, что сейчас нельзя допустить ни одной ошибки. – Поговорим с тем, кому есть что терять. Со следователем, который вел то дело. – Чонгук потер подбородок, обдумывая план. – Когда найдем его... – Он сделал паузу, его взгляд стал жестким, как сталь. – ...устроим ловушку. Юнги кивнул. – Я займусь поиском следователя. Уверен, он не захочет вспоминать прошлое, но у нас есть способы его убедить. Чонгук отвернулся от экрана и посмотрел в окно. Ночной город мерцал огнями, но для него он казался темным и опасным лабиринтом. Он знал, что вступает в игру, где ставки невероятно высоки. Но он не мог отступить. Не сейчас. Не когда на кону стояла безопасность Тэхёна. – Найди все, что сможешь, на этого телохранителя, – сказал Чонгук, не оборачиваясь. – Его слабости, его связи, его прошлое. Нам нужно знать, с кем мы имеем дело. Юнги молча вышел из комнаты, оставив Чонгука наедине со своими мыслями. Он чувствовал, как внутри нарастает решимость. Он защитит Тэхёна. Чего бы это ни стоило.

***

Из сна Тэхена вывел какой-то громкий звук, очнувшись на том же диване, где несколько часами ранее общались с Чимином, он понял, что этот звук исходит от телефона. Но он не успел увидеть, кто это был, как телефон снова завибрировал. Незнакомый номер. Ледяная дрожь пробежала по спине. Он сглотнул и принял вызов. – Алло? – его голос прозвучал хрипло. Несколько секунд в трубке была лишь тишина, а потом раздался низкий, спокойный голос, который он узнал бы из тысячи. – Надеюсь, ты хорошо провел день, сынок, – сказал Ким Джисок. – Жаль, что наш общий знакомый вчера не смог должным образом передать тебе мое... разочарование. Тэхён замер, пальцы судорожно сжали телефон. – Что тебе нужно? – прошептал он. – Я просто хочу напомнить о наших договоренностях. Ты забыл о своей роли. Игрушки, в которые ты решил поиграть с этим... Чоном, меня не интересуют. Я сделаю так, чтобы ты пожалел о том, что не стал слушать меня и делать то, что тебе было делать нельзя. В следующий раз я не пришлю к тебе одного человека. И последствия будут куда серьезнее. Для тебя. И для твоей больной матери. Подумай об этом. Щелчок в трубке. Разговор был окончен. Тэхён сидел, не двигаясь, глядя в пустоту. Холодный, безразличный тон отца был страшнее любой ярости. В нем не было эмоций, лишь холодная констатация факта. Он не угрожал – он предупреждал. И Тэхён знал, что это не пустые слова. Он посмотрел на экран телефона. Сообщение от Чонгука: – Выезжаю к тебе. Тэхён закрыл глаза. С одной стороны – леденящий душу страх и угрозы отца, который не остановится ни перед чем. С другой – тепло, защита и любовь Чонгука, который обещал быть его крепостью. Он глубоко вздохнул и набрал ответ: –Жду. Тэхён всё ещё сидел на диване, обхватив колени руками, когда в дверь постучали. Три чётких, уверенных удара. Он узнал этот стук даже без звонка. – Открывай, это я, – донёсся голос Чонгука из-за двери. Тэхён встал, ноги были ватными. Он отпер дверь и увидел на пороге Чонгука. Тот выглядел уставшим, в глазах застыла сосредоточенная усталость, но увидев Тэхёна, его взгляд смягчился. – Всё в порядке? – сразу спросил Чонгук, переступая порог и оценивающим взглядом окидывая Тэхёнa. Его пальцы мягко коснулись подбородка Тэхёна, приподнимая его, чтобы лучше видеть его лицо. Тэхён молча кивнул, но не смог скрыть дрожи, которая пробежала по его телу. Он схватил Чонгука за рукав пиджака, вцепившись в дорогую ткань, словно это был спасательный круг. – Он... он звонил, – выдохнул Тэхён, не в силах сдержать дрожь в голосе. – Мой отец. С незнакомого номера. Чонгук замер, его тело мгновенно напряглось, стало твёрым и собранным. – Что он сказал? – спросил он тихо, но его голос приобрёл опасную, стальную окраску. Тэхён пересказал суть разговора, опуская лишь самые жестокие детали, но донеся главное: угрозу в свой адрес и в адрес матери. Чонгук слушал, не перебивая, его лицо было каменной маской, но в глазах бушевала буря. Когда Тэхён замолчал, Чонгук резко выдохнул и провёл рукой по лицу. – Хорошо. Очень хорошо, – проговорил он, и в его голосе не было ни капли страха, лишь холодная, безжалостная решимость. – Теперь он совершил официальное преступление. Угроза по телефону, прямая причастность к нападению. Этого уже достаточно, чтобы начать действовать более агрессивно. Он достал телефон, отправил быстрый текст, скорее всего, Юнги. – Я не позволю ему приблизиться к тебе или твоей матери. Ни на метр. Завтра же будут приняты меры. Повышенная охрана для тебя, для твоего дома, для матери. Я поговорю с её лечащим врачом, чтобы ограничить посетителей. Он не посмеет сунуться в больницу. Тэхён слушал, и чувство беспомощности понемногу отступало, сменяясь странным спокойствием. Рядом с Чонгуком не было места панике. Была лишь уверенность в том, что ситуация под контролем. – А что... что мы будем делать? – тихо спросил Тэхён. Чонгук посмотрел на него, и его взгляд снова стал мягким. Он притянул Тэхёна к себе, обняв так крепко, что тому стало трудно дышать, но это было именно то, что ему было нужно – ощущение полной защищённости. – Мы будем жить, – твёрдо сказал Чонгук. – Ты будешь ходить на работу и на учёбу. Я буду рядом. Мы соберём против него неопровержимые доказательства. И мы его уничтожим. Законным путём. Он сам даёт нам для этого все козыри. Его высокомерие – его главная слабость. Он отвел Тэхёна на диван, усадил и принес ему стакан воды. – Ты поел? – спросил он, и его тон сменился на бытовой, заботливый. – Чимин привозил лапшу, – кивнул Тэхён. – Отлично. А теперь ты ляжешь спать. Завтра важный день. – Я не уверен, что смогу уснуть, – признался Тэхён, глядя на свои руки. – Сможешь, – Чонгук уверенно провёл рукой по его спине. – Я буду рядом. Он не стал ничего больше обсуждать, не стал строить грандиозных планов мести. Он просто был рядом. Помог Тэхёну подготовиться ко сну, настоял, чтобы тот почистил зубы и переоделся в пижаму. Когда Тэхён лёг в кровать, Чонгук прилёг рядом, не раздеваясь, и обнял его, прижав спину Тэхёна к своей груди. – Спи, лучик, – прошептал он ему в волосы. – Я здесь. Я никуда не уйду. Тэхён закрыл глаза, прислушиваясь к ровному дыханию за своей спиной и к сильному, уверенному биению сердца Чонгука. Сквозь тонкую ткань пижамы он чувствовал тепло его тела. Страх, холодный и липкий, медленно отступал, растворяясь в этом тепле. Впервые за этот долгий, бесконечный день его мысли перестали метаться. Он не думал об отце, о ноже, о угрозах. Он думал о том, как сильно ему повезло встретить человека, который стал его опорой. Он думал о том, что значит – быть любимым и защищённым. Его дыхание выровнялось, веки отяжелели. В полусне он почувствовал, как губы Чонгука коснулись его виска в лёгком, нежном поцелуе. – Всё будет хорошо, – послышался тихий шёпот. И Тэхён поверил. Потому что с Чонгуком рядом он был готов поверить во что угодно. Даже в то, что он может быть счастлив. Он погрузился в глубокий, исцеляющий сон, пока Чонгук бодрствовал, глядя в потолок и выстраивая в голове ходы будущей партии, в которой ставкой была жизнь и безопасность человека, ставшего для него всем.