Я нашел тебя, Тото

Все собрались в холле гостиницы. Даже полицейский, который только что прибыл на место происшествия, уже был там и беседовал с Элмером. Блондин спокойно и подробно объяснял ему текущую ситуацию: рассказал о преступлении, о первых уликах и, главное о Камонохаши. Благодаря этому Рону, похоже, не придётся предъявлять свои документы или официальное разрешение на ведение расследования. Блондин уже успел убедить офицера, что Рон здесь по делу и ему можно доверять. Разговор между Элмером и полицейским подошёл к концу, и офицер подошёл к ним. — Здравствуйте! Для меня большая честь встретиться с вами, Камонохаши-сан! — с энтузиазмом произнёс пожилой полицейский, подняв руку в приветствии. — Ага, — без особого интереса отозвался Рон. — Я Омуру. Служу в местной деревенской полиции, — всё ещё держа руку у виска, представился мужчина. — Рад сотрудничать с вами! — А где полиция префектуры? — всё тем же равнодушным тоном спросил Камонохаши. — Я уже связался с ними, — отчётливо ответил Омуру, наконец опуская руку. — Но из-за сильного снегопада они, скорее всего, смогут добраться сюда только к рассвету, — он мельком указал на заснеженную улицу за окнами. — К рассвету… — задумчиво повторил брюнет про себя. — Что будем делать, Хитоши-сан? — с лёгкой усмешкой спросил детектив. Этот вопрос заставил Тотомару почувствовать себя неуютно. Почему он ожидает от него действий? Он ведь не полицейский и не детектив, а всего лишь писатель. Откуда он должен знать, что делать? И почему Рон вдруг ожидает ответа именно от него? Тем не менее, немного подумав, он неожиданно уверенно ответил: — Ничего не поделаешь. Придётся самим осмотреть и сохранить место преступления как можем. Хозяйка, принесите, пожалуйста, около десяти ванных полотенец. — С-сейчас, — неуверенно кивнула женщина и поспешила выполнить просьбу. — А остальных я попрошу пока что подождать в комнате отдыха, — мягко, но уверенно сказал брюнет, почти как командир. — Вы невероятны, Хитоши-сан, — с улыбкой произнёс Камонохаши, наблюдая за тем, как Тото берёт ситуацию в свои руки. — Командуете прямо как настоящий офицер. — Это… не совсем так, — смутившись, произнёс Тотомару, почесав щёку. — Если честно, я и сам не до конца понимаю, что сейчас делаю. Я всего лишь простой писатель… — Но при этом вы дали отличные указания. И вы совершенно спокоен, как будто не впервые участвуете в расследовании. Вы продолжаете меня удивлять Хитоши-сан. Брюнет замолчал, обдумывая услышанное. В словах Рона действительно была правда… Он не понимал, откуда в нём такая уверенность. Всё происходило будто само собой. Нужные решения просто приходили в голову, а тело действовало, не дожидаясь сомнений. И при всём этом он чувствовал… покой. Будто оказался на своём месте. Впервые в жизни. Будто с самого начала он должен был быть здесь, расследовать это дело и помогать Камонохаши. Это ощущение было пугающе правильным. — Могу я поинтересоваться, зачем вы попросили у хозяйки полотенца? — спокойно спросил Рон. Он знал ответ, но хотел услышать его от самого Тото. — Ах, точно… — голос Камонохаши вывел Хитоши из раздумий. — Я просто подумал, что мы можем накрыть следы полотенцами, чтобы снег не успел их занести. — Очень разумная идея, Хитоши-сан, — похвалил его Камонохаши с одобрением. И снова эта похвала. Тотомару искренне не понимал, с чего вдруг Камонохаши стал так тепло с ним обращаться. Ещё совсем недавно тот чуть ли не кричал на него, требуя объяснить, почему сюжет книги так подозрительно похож на его жизнь. А теперь он ведёт себя мягко, почти дружелюбно. Что это за внезапная смена характера? Обратная психология? Думает, что если станет добрее, Тото раскроет, откуда взял идею для романа? Но он уже всё рассказал. Он просто соединил свои сны, записал их и немного подправил. Никакой тайны больше не было. Так что если Рон притворяется, это ничего ему не даст. И всё же от этой мысли стало неприятно. Мысль о том, что вся доброта Камонохаши это маска, вызывала у Тотомару отвращение. Ему не нравилось, что эта доброта была лишь притворством. Но он собирался воспользоваться ею в полной мере. Вскоре хозяйка вернулась, неся в руках стопку чистых ванных полотенец. Брюнет вежливо поблагодарил её, взял часть и передал офицеру Омуру. Все трое, потеплее одевшись, вышли на улицу в сторону места преступления. — Не торопитесь, Омуру-сан, — мягко сказал Хитоши, опускаясь на колени и аккуратно накрывая следы на снегу одним из полотенец. — Да, вот так, аккуратно. Не спешите. Нам нужно сохранить каждый отпечаток. Он продолжал негромко подбадривать деревенского полицейского, чтобы тот не нервничал. Тем временем Камонохаши фотографировал следы на снегу с помощью камеры телефона. Он не выпускал из рук свой смартфон и включил на нём фонарик, прежде чем медленно отойти в сторону, к дорожке, ведущей к молельне. Рон направился вдоль правой стены гостиницы, внимательно осматривая снег и землю. Ему нужно было понять, не пытался ли преступник покинуть здание через чёрный ход. Из окон гостиницы лился яркий свет, и этого было достаточно, чтобы видеть следы. Фонарик вскоре стал ненужным. «Если пройти по этой тропинке вдоль стены, можно выйти к заднему выходу… Но и здесь ни единого следа. Интересно…» — размышлял Камонохаши, задумчиво оглядывая землю. — Камонохаши-сан, мы закончили! — донёсся до него голос Тотомару. Мужчина подбежал к нему, чуть запыхавшись, но с удовлетворением на лице. — Замечательно, Хитоши-сан, — Рон искренне улыбнулся. — Спасибо вам. Благодаря вашей идее со спасением следов мы не потеряли ни одной улики. — А… ну… не стоит благодарностей… — Тото неловко почесал затылок и спрятал нос глубже в шарф, слегка смущённый похвалой. — Я просто… подумал, что так будет правильно… — Нет, вы действительно очень помогли, — внезапно серьёзно произнёс Камонохаши и неожиданно взял Тотомару за руки, крепко держа их в своих. — Пожалуйста, не обесценивайте свои действия. То, что вы сделали, важно! — А… хорошо. — неловко выдохнул Тото, сделав шаг назад, пытаясь освободиться из рук Камонохаши. К счастью, Рон вскоре его отпустил, но не задержался на месте. Он тут же направился обратно к молельне. Тотомару, обеспокоенный и слегка сбитый с толку, поспешил следом. Они вошли в здание и буквально в следующее мгновение Рон упал… прямо рядом с телом погибшей. — Камонохаши-сан! — в панике прошептал Тото, оглядываясь, не увидел ли их кто-нибудь. Он бросился вперёд, но Рон поднял руку, давая понять, что всё в порядке. — Привет, — коротко бросил Рон. Он почувствовал неприятное ощущение. Перед его глазами на миг промелькнуло лицо Тото, но когда он поднял взгляд — рядом стоял живой, обеспокоенный Тотомару, и Рон слабо улыбнулся и закрыл глаза. Верно Тото здесь. Он жив. Он рядом с ним. Он настоящий. Ему больше нечего бояться. Он открыл глаза и повернулся обратно к телу. — Не волнуйся. Обещаю, я за тебя отомщу. Он аккуратно осмотрел тело, его взгляд остановился на серьге. — Интересная у тебя серьга… Хотя… одной не хватает, — произнёс он задумчиво, вглядываясь в лицо женщины. — Возможно, вторая серьга слетела в момент борьбы. Но… её нет нигде поблизости… Он поднялся и медленно оглядел помещение. Похоже, серьга действительно исчезла. — Если её нет здесь, значит… она у преступника, — произнёс он с лёгкой усмешкой. — Спасибо тебе за подсказку! — Камонохаши-сан! Так нельзя! — прошептал Тотомару, хмурясь. — Прошу вас, встаньте и отойдите от трупа! — Хорошо, хорошо. — Рон с кряхтением поднялся и, отряхнувшись, вытащил телефон. Он открыл галерею и стал пролистывать сделанные ранее снимки. Хитоши подошёл ближе, и они начали вместе изучать фотографии. — О… Подождите, тут что-то странное, — пробормотал Тото, вглядываясь в экран. — Странное? Что именно? — переспросил Рон, наклоняясь ближе. — Следы… какие-то не такие, — задумчиво сказал Тотомару, указывая на две фотографии. — Они вроде бы отличаются от остального снега. — Следы… — Рон прищурился, снова посмотрел на экран, и вдруг его осенило. Он резко развернулся и побежал обратно к дороге. Он опустился на колени, осторожно приподняв угол полотенца и внимательно осматривая снег. — Эй! — закричал Тотомару и кинулся за ним. — Не поднимайте! Снег завалит всё! — резко произнёс он, останавливаясь рядом и хватая Рона за плечо. — Умница, Тото, — вдруг усмехнулся Камонохаши, оборачиваясь к нему с довольной улыбкой. Брюнет замер. Он только что… назвал его по имени? И не просто по имени «Тото»? Это прозвище… прозвучало почти ласково. Хотелось отругать его за фамильярность, но язык не повернулся. Вместо этого сердце забилось чаще, щеки вспыхнули, и внутри всё затопило странным, тёплым ощущением. Он машинально прижал ладонь к груди, пытаясь понять, что с ним происходит. К тому же, это прозвище… Разве оно не принадлежало бывшему напарнику Камонохаши? Услышать его из уст Рона, обращённым не к тому человеку, было неприятно. Казалось, будто чужое имя положили ему на плечи, как тяжёлый, неподходящий груз. Он не чувствовал, что заслужил такое обращение. Может быть, всё дело в том, что он просто напомнил Камонохаши его прежнего напарника? Неужели именно поэтому его — неопытного писателя — привлекли к расследованию? Лишь потому, что он внешне или по манере поведения напоминал кому-то дорогого человека из прошлого? Ему стало по-настоящему тошно от этой мысли. Но другого объяснения он не находил. Он покачал головой, пытаясь прогнать это чувство, и шлёпнул себя по щекам. Надо взять себя в руки! Хватит думать о глупостях! Вскоре они вернулись в гостиницу. К их удивлению, на прежнем месте никто из постояльцев больше не сидел. Немного походив по коридорам, они заглянули в главный холл и увидели, что все гости собрались там. — Вы перебрались сюда? — удивлённо спросил Хитоши-сан. — Да, Эри-сан предложила перебраться сюда, так как тут кресла удобнее, — кивнул Кеичи-сан. — Вы что-нибудь выяснили? — обеспокоенно спросила Юрико-сан, поправляя очки. — Думаю, да. Юрико-сан, Эма-сан проходила через этот холл примерно в десять тридцать, верно? — уточнил Хитоши-сан. — Да, точно. — Женщина кивнула, выглядя всё более встревоженной. — А кто-нибудь ещё в это время проходил здесь? — продолжил он. — Нет! Никто! — твёрдо ответила она и покачала головой. Хитоши задумчиво поднёс руку к подбородку. Рон не сводил с него взгляда, почти сияя от радости на фоне общей мрачной атмосферы. — Постойте… а почему Хитоши-сан помогает вам с расследованием? — вдруг всполошилась Юрико-сан, оборачиваясь к Камонохаши. — Он же не полицейский и не детектив! Разве он не такой же подозреваемый, как и все мы? — Хитоши-сан мой партнёр, — твердо ответил Камонохаши. — И он не является подозреваемым. Во время убийства я был с ним. Женщина нахмурилась, но спорить не стала и молча кивнула. — Ох, сколько хлопот с этим будет… — тяжело вздохнул пожилой полицейский, бросив взгляд на Рона и Хитоши. — Что вы имеете в виду?! — нахмурился Бандо Кеичи-сан. — Итак, — Тото откашлялся, привлекая внимание. — Начнём с молельни, где нашли тело Эмы-сан. На снегу вокруг не было ни одного чужого следа. Только её собственные, — объяснил Хитоши-сан. — Значит… это самоубийство?! — тревожно спросила Юрико-сан, нахмурившись. — Нет, — покачал головой Тотомару. — На месте преступления не нашли ничего, что могло бы быть орудием убийства. Он запнулся на секунду, задумавшись, стоит ли продолжать. Всё-таки, как Юрико-сан уже заметила, он не был ни детективом, ни полицейским… Но так как ни Рон, ни старший офицер не возразили, он продолжил: — Во-вторых, купальня, где была найдена Аска-сан. Чтобы попасть туда, нужно пройти через игровую комнату. А с десяти тридцати там находился Элмер и ещё двое. Они бы точно заметили, если бы кто-то прошёл. — Может, кто-то забрался снаружи, по склону? — предположил Бандо-сан. — Я проверил склон. Никаких следов, которые могли бы на это указывать, — ответил Камонохаши. — Тогда Аска-сан была убита до десяти тридцати? — уточнил Бандо-сан. — Нет. — Рон покачал головой. — На дне бассейна нашли орудия преступления, нож и электрошокер. По всему выходит, убийца сначала оглушал жертв током, а затем наносил удар. — Мы недавно выяснили, что это за нож — добавил Рон. — Хозяйка сказала, что это священный кинжал из молельни в саду. — Священный кинжал? — тихо переспросила Харуми-сан, не поднимая глаз с пола. — Верно. И ещё кое-что: головная повязка Эмы-сан была найдена в открытой купальне. На ней осталась кровь. — Что это значит? — осторожно спросила Юрико-сан. — Это значит, что если обе были убиты одним и тем же ножом, то порядок убийств таков: сначала Эма-сан, затем Аска-сан. Поскольку Эма-сан в десять тридцать ещё была жива, Аска не могла быть убита раньше. — Но как убийца попал в купальню?.. — растерянно прошептала Харуми-сан, сжимая руки на коленях. — И почему тогда у молельни не было ни одного следа?.. — добавила Юрико-сан, сдвигая очки. — Ну не призрак же это был! — раздражённо фыркнул Кеичи-сан. — Это же просто невозможно! — Это… проклятие! — громко заявила Харуми-сан и опустила голову. — Проклятие Фурисодэ-хане! — Да что за чепуха?! — вспылил Кеичи-сан, вскочив с кресла. — Мы её видели… — дрожащим голосом сказала девушка. — Те две куклы, которые были принесены в дар в молельню. Это она… Фурисодэ-хане прокляла их. Это она убила Эму-сан, и Аску-сан! — Проклятие значит… — неосознанно пробормотал Хитоши, поморщившись, словно от дурного предчувствия. Камонохаши заметил его реакцию и усмехнулся. — Проклятий не существует, Хитоши-сан, — с веселой ноткой сказал Рон. — Не беспокойтесь, мы раскроем это дело вместе. И вы увидите, что проклятий не существует. В ответ он получил хмурый взгляд и недовольное бурчание от Тото.

***

Прошло немного времени. Солнце уже взошло, и с первыми утренними лучами к гостинице прибыла полиция из префектуры. — Где вы находились во время убийства, Камонохаши-сан? — строго спросил инспектор, глядя на сидящего мужчину. — Он был со мной, — неловко вмешался брюнет, опустив глаза. — Я писатель детективных романов. Камонохаши-сан пригласил меня к себе, чтобы поговорить о моих книгах… — он тяжело вздохнул, вспоминая события прошлой ночи. — Потом мне внезапно стало плохо, и Камонохаши-сан помог мне дойти до номера и дал лекарство. Всё это время он был рядом со мной. Он тактично промолчал о том, что на полчаса задремал -ведь в это время у Камонохаши не было алиби. Но он не мог заставить себя заподозрить Рона. Просто… он верил, что тот мог убить девушек. Рон, конечно же, заметил, как он намеренно обошёл эту тему, и в ответ слегка ухмыльнулся. — Понятно, — кивнул инспектор и сделал пометку в блокноте, прежде чем вернуться к обсуждению. — Так Аска-сан пошла в открытую купальню около десяти вечера, — рассуждал инспектор, указывая на карту гостиницы. — Эма-сан отправилась в молельню в саду примерно в десять тридцать, — он показал пальцем на другое место на схеме гостиницы. — Обе жертвы были убиты этим священным кинжалом, — продолжил он, глядя на завернутую в пакет улику. — Кинжал нашли в купальне. Это указывает на то, что первой погибла Эма-сан, а затем Аска-сан. — А в саду, где находится молельня, обнаружены только следы обуви Эмы-сан. А чтобы попасть в купальню, нужно пройти через коридор с игровой комнатой. Но после половины одиннадцатого там кто-то уже находился. — Проклятье, ещё одна ситуация с «запертой комнатой», и не одна, — недовольно пробормотал офицер. — Это дело рук Фурисодэ-хани! — нахмурившись, резко заявила Харуми-сан. — Сакурако-сан обратилась к ней… и она отомстила! Им обеим! — Сакурако-сан? — переспросил полицейский, склонившись к девушке. — Кто это? — Она была моей подругой по университету… — голос Харуми-сан стал тише и печальнее. — Аска-сан и Эма-сан обвинили её в распространении наркотиков… Это разрушило её жизнь, и в итоге она покончила с собой. — Вы говорите об убитых Аске-сан и Эме-сан? — уточнил инспектор. — Да, — с мрачной решимостью подтвердила девушка. — Поэтому… она и… Она осеклась, не найдя слов, лишь плотно сжала губы. — Помощник инспектора Куросаки! — в разговор вмешался ещё один офицер, подойдя к своему начальнику. Он наклонился и что-то прошептал ему на ухо. — Как и сказал Камонохаши, в молельне, рядом с телом, не хватало одной серёжки. — Он вынул из кармана пакет с найденным предметом. — Вот оставшаяся серьга. — Это же брендовая вещь! — воскликнула женщина в очках, разглядев украшение в пакете. — Одна такая серьга стоит, по меньшей мере, двести тысяч йен! — Значит, пара стоит четыреста тысяч… — удивлённо пробормотал офицер, уставившись на улику. — Возможно… Эму-сан убили из-за нее? — прошептала женщина. — Это недёшево, но всё же, это не повод для убийства, — задумчиво добавил полицейский. — Постойте… — внезапно Юрико-сан вздрогнула и повернулась к Харуми-сан. — У вас ведь есть кулон того же бренда, не так ли? — А? Да… — девушка кивнула с замешательством и повернулась к офицерам. — Эма-сан посмотрела на него с такой злостью… И я сразу сняла его… Какое это имеет дело к убийству?! Девушку просто проигнорировали. — Кроме того, у Эмы-сан в кармане было найдено ещё кое-что, — перебил девушек офицер, залезая в внутренний карман своей формы. Он достал две небольшие вещицы и передал одну инспектору. — А ещё, Фурисодэ и оби, найденные на месте преступления, находились в гардеробной гостиницы, которая обычно не заперлась. — То есть доступ туда был у любого, — пробормотал инспектор, нахмурившись. — Похоже, убийца спрятал одежду заранее, до начала преступлений, — заметил офицер, соглашаясь с догадкой начальника. — Итак! — Инспектор повернулся к собравшимся в комнате постояльцам. — Давайте сверим ваши показания о событиях прошлой ночи. Начнём с вас, Эри-сан. Вы зашли в купальню около девяти тридцати вечера и вышли примерно в десять, верно? После этого в купальню пошла Аска-сан? — Да, всё так. Я вернулась в свою комнату, — подтвердила Эри, кивнув. Она внезапно вздрогнула, будто что-то вспомнила, и обернулась к Элмеру. — По дороге я встретила Элмера-сана, и мы немного поговорили. Инспектор недоверчиво нахмурился, взглянув на блондина. — Да, это правда, — подтвердил Элмер. — Я как раз направлялся к источникам, и мы случайно столкнулись в коридоре. Инспектор некоторое время пристально смотрел на него, будто пытался прочесть в нём ложь, затем молча отвернулся. — Хорошо. Юрико-сан, по вашим словам, с девяти тридцати вы приводили в порядок материалы для сценария. Верно? — Да, именно так. Я видела, как Эри-сан возвращалась, а минут через пять заметила, как Эма-сан направляется к чёрному входу, — сообщила женщина и указала рукой в сторону выхода. — Это было примерно в десять тридцать… Кто-нибудь ещё проходил через чёрный вход в это время? — спросил инспектор. — Нет… никого больше я не видела, — она покачала головой. — Хорошо. Далее, вы, Харуми-сан, вместе с Элмер-саном пошли в открытые купальни. Однако женская часть была зарезервирована, дверь оказалась заперта, и вы вернулись в игровую комнату. Так? — Да, именно так, — подтвердила девушка, кивнув. — Элмер-сан, было ли что-то необычное во время вашего пребывания в купальне? — уточнил инспектор. — Хм… — Элмер на мгновение задумался, затем кивнул. — Я слышал всплески воды из женской части купальни. — Всплески? А когда именно это произошло? — Примерно в десять пятьдесят, — спокойно ответил Элмер. — То есть в предполагаемое время преступления? — переспросил один из офицеров, глядя на начальника. — Да… — тихо кивнул инспектор, явно обдумывая услышанное. — Но кроме всплесков ничего не было. Никаких криков, ни звуков борьбы. Странно, не правда ли? — с лёгкой улыбкой произнёс Элмер, бросив взгляд в сторону Камонохаши. — Это логично, — вмешался офицер. — Если преступник использовал электрошокер, жертва потеряла сознание, и закричать просто не успела. — Верное рассуждение, офицер. — усмехнулся Камонохаши. До этого он просто стоял в стороне, молча наблюдая за тем, как полицейские обсуждают дело. Надо признать, рассуждали они неплохо, даже весьма достойно. Но всё же ему не терпелось перейти к делу. Он хотел скорее закончить с этими разговорами и отправиться на расследование вместе с Тото. — Естественно! И вообще, парень, не мешай следствию, — раздражённо отрезал офицер. Ни одному из офицеров, включая инспектора, не нравилось, что в их работу вмешивается какой-то детектив. Им казалось, что в их серьёзное дело влезает наглый парень, который лишь пытается привлечь к себе всё внимание и только мешает делу. Так всегда бывает, когда новичок приходит на работу — старшие смотрят на него свысока, не подозревая, что он может превзойти их всех. — Спокойно, спокойно, — произнёс инспектор, положив руку на плечо подчинённого, чтобы его немного успокоить. — Аканэ-сан и Харуми-сан, вы всё это время были в игровой комнате? — продолжил инспектор. — Не совсем… — мягко покачала головой Харуми. — Я тогда вспомнила, что не сняла контактные линзы. Пришлось вернуться в свою комнату, это заняло минут десять. Она виновато опустила голову. — Понятно, — кивнул инспектор. — И в это время никто не проходил через игровой зал или коридор? — Да, никого не было, — подтвердила Аканэ. — Элмер-сан, вы вышли из купальни около одиннадцати. В это время Эри-сан и Юрико-сан начали обсуждение произошедшего. А вы, Бандо-сан? Инспектор повернулся к полноватому мужчине. — Я присоединился к их разговору минут через пятнадцать, — ответил тот сдержанно. — Понятно. — кивнул инспектор. — Затем Элмер-сан обнаружил тело Аски-сан в открытой купальне. Кстати, когда вы впервые вошли туда, на полу ещё не было куклы Фурисодэ-хани, так? — Да, верно! — воскликнула Аканэ. — Её там точно не было! — А позже в молельне было обнаружено тело Эмы-сан, — продолжил офицер. — Но зачем она пошла туда? — обеспокоенно спросила Юрико-сан. — Действительно… — задумчиво пробормотал Тотомару. — Почему? — Вот причина, — инспектор поднял лист бумаги, который ему недавно передал офицер. — Это записка, которую, по всей видимости, получила Эма-сан. На ней напечатано: «Эма-сан, хочу обсудить с вами кое-что наедине. Сегодня вечером десять тридцать. Буду ждать в молельне в саду. — Бандо Кеичи.». Инспектор зачитал послание вслух. — Что за чушь?! — возмутился Кейчи-сан, резко поднявшись с кресла. — Я не писал этой записки! Понятия не имею, откуда она! — Но у вас нет алиби на время до одиннадцати пятнадцати, — напомнил инспектор. Бандо-сан явно занервничал. — Да, но у меня и мотива нет! Зачем мне убивать их? — отчаянно возразил он. — Верно… — кивнул инспектор. — Однако на данный момент единственный чёткий мотив есть только у вас, Харуми-сан. Он с Бандо одновременно повернулись к женщине, и она, побледнев, медленно взглянула на них. — Что? Я… — её голос задрожал. — Я не делала этого! — Вы могли затаить обиду из-за того, что ваша подруга покончила с собой, — сурово сказал инспектор. — И, к сожалению, у вас нет подтверждённого алиби. В момент убийства вы находились одна в своей комнате, чтобы снять линзы. Харуми в панике замотала головой. — Нет! Нет! Это не я! — закричала она, чуть не сорвав голос. «Кто бы ни был убийцей, если не разгадать тайну закрытой комнаты, это дело не сдвинется с места… — размышлял Тотомару, сжав пальцы в волосах. — Если бы хотя бы использовались разные орудия убийства, можно было бы выстроить какую-то версию! Но… почему преступник оформил всё в точности, как в легенде о Фурисодэ-хани?.. Слишком много вопросов. И слишком мало ответов. Ничего не понимаю!» Он нервно перебирал пряди своих волос, словно надеялся, что этот жест поможет ему сосредоточиться или натолкнёт на нужную мысль. Внутреннее напряжение росло, и он цеплялся за любое действие, способное хоть как-то унять волнение и прояснить разум.

***

Прошло несколько часов. — Доставили, — произнёс офицер, подходя к столу у окна, за которым сидел инспектор. Тем временем у барной стойки сидели Камонохаши и Тотомару. Первый задумчиво потягивал коктейль с чёрным сахаром, второй пил яблочный сок. Над ними тихо играл телевизор, в котором выступала популярная певица Ньён Ньён. Хитоши-сан смотрел на экран с откровенным восхищением, не скрывая, как сильно она ему нравится. Это зрелище вызвало у Рона лёгкую ностальгию. Он вспомнил, как однажды они с Тотомару вместе ходили на её концерт. Тогда всё казалось проще и светлее… Прекрасное было время. Рон невольно улыбнулся, глядя на Тото. — Наконец-то пришёл отчёт о вскрытии, — вздохнул инспектор, скрестив руки на груди. — Да. В обоих случаях в качестве орудия убийства использовался священный кинжал, — подтвердил офицер. — Вот как. — устало пробормотал инспектор. — Если бы оружие различалось, ещё можно было бы представить, как совершилось преступление… Тотомару чуть обернулся, наблюдая за их разговором. Камонохаши, казалось, был погружён в свои мысли. Он молча пил коктейль, уставившись в одну точку. — Следы крови на повязке обнаружены только у Эмы-сан, — продолжал докладывать офицер. — На бумажных куклах с места преступления и из молельни, а также на письме, найденном у Эмы-сан, нет ни отпечатков пальцев, ни других улик. Мы ничего не нашли, что могло бы указать на конкретного преступника. Инспектор нахмурился и плотно сжал губы. — Спасибо за работу, — кивнул он офицеру. — Так точно! Я пойду, — отдал честь подчинённый и быстро вышел. — Мы зашли в тупик, Камонохаши-сан… — тихо сказал инспектор, повернувшись к детективу. — Вижу, — лениво откликнулся Рон, слегка крутанув соломинку в стакане. — Ни одной зацепки. Ни единой ниточки. — Далее в программе вчерашнее детское соревнование на санках! — бодро объявила ведущая из телевизора, перекрывая смех и крики детей. Рон не отреагировал. Он наблюдал за Тотомару. Тот сидел, опершись локтями на стойку, и с явным интересом смотрел передачу. — Как же им весело, — заметил Тото, не отрывая взгляда от экрана, с лёгкой улыбкой на губах. — Хм? Кому? — спросил Рон. — Ну, детям… в телевизоре, — пояснил Тотомару, будто это было очевидно. Камонохаши наконец перевёл взгляд на экран. Там показывали, как мальчик на ярко-красных санках с визгом и смехом съезжал с горки. Внезапно лицо Рона изменилось. Он замер, нахмурился, затем резко достал телефон и стал быстро пролистывать фотографии. В какой-то момент его глаза прищурились. Он тихо фыркнул. «Ай да Тото…» — подумал он с мягкой улыбкой. — Хитоши-сан, пойдёмте, — сказал Рон, вставая со стула. — Благодаря вам я кое-что понял. Осталось это проверить. — Что? — Тотомару удивлённо поднял голову. — Вы правда что-то поняли, Камонохаши-сан? — Верно, — Рон снова улыбнулся. Улыбка была сдержанной, почти ласковой. — Я с вами, — заявил инспектор, вставая и направляясь за ними. — Ладно… — недовольно пробормотал Рон, бросив взгляд на него через плечо. Рон вышел из здания через чёрный вход, тихо прикрыв за собой дверь. Он свернул направо и начал внимательно осматривать поверхность снега. Тотомару последовал за ним, окинув взглядом заснеженную землю. — Смотрите, тут снег лежит ниже, чем там, — заметил он, слегка удивлённый. — Верно подмечено, — кивнул Камонохаши, присев, чтобы точнее оценить уровень. — Здесь толщина слоя около пятнадцати сантиметров. Он прошёл вдоль правой стороны здания, затем вернулся и направился влево от чёрного входа, к внешнему коридору — традиционному японскому открытому переходу, тянувшемуся вдоль стены. Идя вдоль этого коридора, Рон оставлял за собой чёткие следы на снегу, внимательно их отмечая. — А здесь… — сказал Тото, который шёл следом и разглядывал следы под ногами, обувь почти не уходит в снег. Ну, максимум на пять сантиметров. То есть… пятнадцать сантиметров там и всего пять здесь. Но почему такая разница? Неожиданно Камонохаши остановился как вкопанный, и Тото врезался в него. — Ай! Простите… Я не заметил вас, — смутившись, Тотомару отступил на шаг назад. Затем проследил за взглядом Рона. Тот смотрел вверх, на крышу здания. — А как вы думаете, Хитоши-сан? — тихо спросил Камонохаши, прищурив глаза и немного откинув голову назад. — Почему в двух частях одного двора уровень снега отличается так значительно? — повторил его вопрос Рон. — Хм… Возможно, кто-то здесь чистил снег и бросил это дело на полпути? Или… — Тото почесал щёку, задумчиво хмурясь. — Или кто-то здесь катался на санках, — внезапно усмехнулся Рон. — Санки?.. Это как-то связано с делом об убийстве? — удивлённо переспросил Тотомару. — Бинго! Молодец, Хитоши-сан! — с лёгким, почти издевательским сарказмом произнёс Камонохаши. Тото хотел что-то сказать в ответ, но вовремя прикусил язык и лишь тяжело выдохнул, опустив глаза. Между тем Рон всё ещё смотрел на крышу, словно в уме выстраивал сложную логическую цепочку. Спустя пару мгновений он вдруг заговорил, почти шёпотом, будто рассуждая вслух: — Ты в своем репертуаре… — но договорить не успел. — О чем вы говорите? — переспросил Тото, не поняв, о чём речь. — Ничего… — Камонохаши слегка покачал головой и обернулся к нему. — Просто думаю в слух. Он смотрел на Тото с той самой тёплой, едва заметной улыбкой, которая вновь застала того врасплох. — Пойдёмте обратно, Хитоши-сан, — добавил Рон и повернулся к зданию. — А… да, хорошо, — тихо сказал Тото, немного замешкавшись, прежде чем сделать шаг вперёд и последовать за Камонохаши. Он всё ещё не мог привыкнуть к этой неожиданной, тёплой улыбке на лице Рона. Всего лишь вчера утром тот выглядел так, будто вся жизнь покинула его тело: пустой взгляд, тусклые глаза, опущенные плечи… Он напоминал призрака, человека, сломленного до самого основания. А теперь… теперь в его глазах снова появилось что-то живое. Будто кто-то разжёг внутри него слабый, но настоящий огонь. Это сбивало с толку. Что с ним произошло за это короткое время?.. Почему он вдруг изменился? Они вернулись в холл гостиницы. Аканэ-сан сидела на диване рядом с Харуми-сан и внимательно изучала план и карту здания. Свет падал на их лица, и они тихо обсуждали маршруты и расположение комнат. Тем временем Камонохаши медленно подошёл к одному из кресел, в котором ранее сидел Бандо-сан. Он опустился в него, но, как только сел, почувствовал, что что-то застряло в щели между подушками сиденья. Наклонившись, он достал небольшой прямоугольник. Это оказалась визитная карточка самого Бандо-сана. Рон нахмурился, глядя на бумажку. Мысль, как искра, мелькнула у него в голове. Он наконец сложил все части головоломки воедино. Преступник был уже известен ему. Всё совпадало. Остался лишь один последний вопрос: каким образом виновный незаметно подбросил бумажную куклу в коридор горячих источников? Задумчиво поднимая взгляд к потолку, Камонохаши погрузился в размышления. И вдруг в его голове опять щёлкнуло. Новая идея осветила его сознание, словно вспышка. Он тихо ухмыльнулся, наконец понимая, как всё было сделано. — Дело раскрыто! — с ухмылкой произнёс темноволосый, одновременно проводя пальцами по чёлке, приподнимая её и открывая миру свои яркие глаза. — Вы что-то поняли Камонохаши-сан? — Верно, Хитоши-сан, пойдёмте со мной, — спокойно, но уверенно сказал он, поднимаясь с кресла и направляясь в дальний коридор. — Эээ… ладно… — пробормотал Тотомару, растерянно потянувшись. Честно говоря, он уже устал, хотелось просто сесть и немного отдохнуть, может быть, даже задремать. Но он не стал спорить и встал, следуя за Роном. Именно в этот момент, пока они шли по коридору, Тото испытал странное чувство. Он был потрясён. Вдруг до него дошло, насколько гениален Камонохаши. Его логика, цепкость, умение связывать детали… Всё это вызывало не просто восхищение, это было почти благоговение. Он действительно был великим детективом.