Черновики реальности

Некоторые двери лучше не открывать.

      Я знал это. И всё же открыл.       Меня зовут Данила Вельский, и я — физик, изучающий природу реальности. Моя лаборатория — это старый чердак в доме деда, заваленный книгами по квантовой механике и эзотерике.       А ещё там была дверь.       Та, что вела туда, где меня не было.

***

      Всё началось с зеркала, которое годами пылилось на чердаке деда. Это был старый треснутый артефакт, оставшийся от прабабки-спиритистки. В нём иногда мерцали отражения, которых не должно было быть. — Ты видишь? — спросил я своего друга Лёху, указывая на стекло.       Он прищурился, чуть хмуря густые брови. — Вижу. Там... ты? — неуверенно произнёс парень догадку и был прав.       Я стоял в зеркале. Но не совсем я — он. Чуть старше. С шрамом над бровью. А в некогда ясных зелёных глазах, в которых было видно стремление к светлому будущему, сейчас была холодная решимость. Одежда выглядела поношенной, немного грязной и даже устрашающей. Меня отталкивал этот "я".       Он поднял пистолет. Всего мгновение и раздался громкий звук выстрела. У меня вдруг зазвенело в ушах, но я успел одёрнуться в сторону.       Зеркало разбилось вдребезги, а мы с Лёхой стояли заворожённые произошедшим. Осколки нежно переливались на свету, оставаясь лежать на деревянном полу и оставляя нас в недоумении. Я при всей своей эрудированности не мог объяснить это явление своему другу, который пребывал неописуемом восторге от выброса адреналина в кровь. Впрочем, я решил не зацикливать своё внимание на странном происшествии и пригласил Лёху вниз, на кухню, где мы могли бы выпить чаю и отвлечься от необъяснимого.       Я часто сталкивался в детстве с картами таро, спиритическими аксессуарами и всем таким, ведь это шло по наследству моей семьи. Но так уж вышло, что я связал себя с наукой и точно знал, что все явления можно объяснить. Но как объяснить это, я не знал, не мог даже признаться себе в этом. Потому теперь пытался отмести это проишествие с зеркалом в сторону.       На следующий день я прошарил чердак получше, изучая все старинные вещицы, которые хранились тут поколениями. И какого было моё удивление, когда в мои руки попала записная книжка — очень тонкая, с хлипкой закладкой. Открыв её, мой взгляд прошёлся по строчкам, выбирая информацию. Подчерк был ровным и изящным, я стразу узнал в нём записи дедушки.       «Если ты читаешь это — значит, дверь открылась. Она ведёт в другие миры. Но помни: ничто не даётся даром. За каждое путешествие приходится платить.»       Я рассмеялся. Бред. Мы играли в подобные игры с моей сестрой. Расклеивали по дому стикеры с какими-то посланиями, то ли предкам, то ли пришельцам, а может ещё кому. В общем играли с воображением на все сто процентов, может даже двести. И эта запись напомнила мне то время. Обычно к деду нас привозили лишь на каникулы, потому мы старались взять из ограниченного времени всё, что могли. Но записную книжку я сохранил, ведь дорожил любой оставленной дедушкой вещью.       Вскоре я вернулся к своей работе и сон настиг меня прямо за столом с учебниками по пространству и времени.       Но той же ночью я проснулся от громкого треска. Сердце пульсировало в груди и отзывалось в ушах, когда я поднимался наверх к источнику звука. Чердак был пустым, но стена разошлась, открыв проход в коридор, которого не было. Мои глаза заискрились научным любопытством, который смешивался со страхом. Этого коридора не могло быть по всем параметрам и планировке дома. Это подогревало мой интерес.       Мои ноги ступили вперёд и вот я вошёл в коридор. Там пахло по-другому, будто другим временем, как в библиотеках, когда берёшь с полки чуть отсыревшую, древнюю книжку. Это был ностальгический запах. Даже на чердаке, где хранилось множество древних вещиц, пахло не так. Запах заставил меня задуматься настолько, что я и не заметил, как пришёл к концу коридора. Тут была дверь. Чёрная, будто мазута, в которой никто бы не хотел измазываться. Но рука словно сама потянулась к ручке двери и повернула её. До ушей дошёл щелчок.       Я вошёл и замер. Дверь за мной закрылась. Передо мной стоял дом дедушки, хотя, может, это я стоял перед ним. Но... Он выглядел заброшено. Окна были заколочены, стёкла выбиты, дверь была открыта на распашку, а доски разваливались. Я ступал по тротуару, идя по городу, но там не было ни души. А навстречу мне вышел я сам.       Тот самый — со шрамом. — Ты опоздал, — произнёс он чуть хрипло. — На что? — вскинул я бровь, не понимая его реплики. — На конец света, — сказал мой двойник, как отрезал.       Я пока назвал его Данилой-2, чтобы не запутаться между мной и им. Он не показывал признаков враждебности, но после его выходки с зеркалом я был на стороже. Хотя, вероятно, вряд ли смогу как-то сопротивляться пистолету. В любом случае, мы спокойно шли рядом, создавая ритм шагами в этой глухой тишине. Данила-2 рассказал, что в его реальности эксперимент по созданию портала вышел из-под контроля. Он уничтожил один портал в мой мир, им оказалось то зеркало. Я же упоминал, что изучаю природу реальности? Так вот тут я слушал внимательнее обычного. — Мы открыли дверь не туда. И Оно вышло, — продолжал он свои объяснения. — Что "Оно"? — пытался я узнать подробности, но Данила-2 не ответил.       Без предупреждения, без шёпота ветра — небо вдруг дрогнуло. Сперва трещина — тонкая, как паутина, прочертила лазурь, будто стекло, по которому провели гвоздём. Потом она расползлась, разверзлась, разорвалась вширь и вглубь, обнажая не пустоту, а нечто гуще, плотнее тьмы.       Это не была ночь. Ночь — тёплая, живая, укутанная звёздами. Это была проваливающаяся в себя чернота, воронка, затягивающая взгляд, свет, даже воздух. Грани её шевелились, как опалённые края пергамента, и оттуда, из этой зияющей пасти, потянулся холод — не зимний, а чужой, бездыханный, будто из глубин забытого склепа.       Облака, застигнутые врасплох, рванулись прочь, но чёрная щель втянула их. Свет, казалось, гнулся вокруг неё, искажаясь, словно мир внезапно вспомнил, что он — всего лишь тонкая плёнка над бездной.       И всё замерло в ожидании. Но только не Данила-2, он схватил меня за руку, и мы побежали. — Подожди, что происходит? Где все? — на бегу пытался я узнать больше. — Нет никого, Лёха погиб, пытаясь закрыть дверь. Сестра сошла с ума, увидев сущность, которая проникла через портал. Люди из города уехали, кто смог, — между тяжёлым дыханием кричал он, заставляя меня сожалеть о том, что ступил в тот коридор.       Мы бежали примерно в равном темпе. В воздухе витал запах пыли и железа. Я уже не мог не верить в происходящее. — Что за сущность такая? – крикнул я, неосознанно злясь на себя за смерть Лёхи и сестры. — Оно питается страхом, — хмурился Данила-2, ведя меня за собой в разрушенный дом дедушки. — Зашло сюда из своего мира и пожирает всё вокруг.       Я хотел спросить, почему он не закрыл дверь раньше, но в этот момент тени на стенах ожили. Дом словно задышал, хотя это не так. Мои глаза потемнели, завидев дверь под потолком, от которой расходились трещины. От этого я пришёл в оцепенение.       Из темноты стен выползло нечто — бесформенное, чёрное, жуткое, но бесконечно древнее. — Беги! — крикнул Данила-2.       Но было поздно. Оно схватило меня своими чёрными щупальцами. Это было так внезапно, что мурашки пробежали по моему телу. В голове вдруг вспыхнули чужие воспоминания. Я замер от страха. То ли оно показывало мне что-то, то ли это то, что видят люди перед смертью. Не ясно, но...       Я видел мир, где я стал диктатором, где правил над людьми, открыв им знания о других мирах — параллельных. Мир, где человечество вымерло, где я скитался в поисках хоть каких-то материалов для выживания. Мир, где дверей не было никогда, где жизнь протекала мирно, через чур спокойно.       И тогда я понял: Оно — это мы. Наши страхи, нереализованные варианты, тени возможностей. Всё то, кем я мог бы стать, чего мог бы достичь. Всё то, что хранилось в других реальностях. Именно поэтому никто из моих знакомых не мог закрыть эту дверь. Это мог сделать лишь я, встретившись с этим существом. Чёрные щупальца сжимали меня, играя, питаясь страхом. — Закрой Дверь, — крикнул Данила-2, кидая мне в руки серебряный ключ со странными письменами.       С трудом я схватил его и попытался засунуть его в замочную скважину двери, но она просто поглотила ключ на половину. Тогда я повернул его. Раздался щелчок, а затем хруст реальности.

***

      Я очнулся на чердаке и сразу подорвался с деревянного пола, тяжело дыша. Сердце, кажется, готово было выпрыгнуть из груди. Рукой я убрал свои тёмные волосы с глаз и осмотрелся.       Зеркало было целым, стена тоже. Записная книжка деда лежала точно на том же месте, где я её находил. Чердак был тем же тихим местом, наполненным запахом древности.       Спустившись вниз, я ещё раз проверил все учебники, шкафы, пытаясь найти хоть что-то, что доказало бы мне реальность произошедшего. Не найдя ничего, я подумал, что кто-то ещё знает об этом. Но Лёха не помнил нашего разговора о зеркале. Сестра прислала сообщение, в котором рассказала, что отдыхает на местном озере, но ничего более.       Я вздохнул удручённо, уже думая о том, что это был лишь сон, наполненный изученной мной информацией о реальности. Мои глаза блуждали по потолку гостиной комнаты, где была раньше эта чёрная дверь. Тогда я заметил то, что открыло мне глаза. На потолке остался шрам — тонкая трещина в самой реальности. Это странно взбудоражило моё сердце. Я нашёл, что искал и неосознанно пометил руку в карман. И какого было моё удивление, когда я достал из него серебряный ключ. Руки немного дрожали, будто вспоминая последние секунды в другой реальности.       Так я больше не ищу дверей.       Но я знаю: они ищут меня.