Глава 3. Я тебя знаю
2 сентября 2025 г., 21:31
Я знаю, в это трудно поверить, когда я говорю
Что полюбил тебя с самого первого дня
И если бы только я мог сказать тебе раньше
Что ты тоже заслуживаешь будущего.
***
Чуя уставился на будущего Дазая (которого, опять же, для простоты мы будем называть Осаму), совершенно ошеломленный. Осаму выглядел… сногсшибательно. Дазай всегда был хорош собой (поэтому ему всегда давали; поэтому и потому что он искусно умел подстраивать свою личность под то, чего хотела женщина перед ним). Но в любом случае, каким-то образом, с возрастом он стал только краше, и тот факт, что Чуя крайне разволновался при виде него был еще хуже. Что, черт возьми, это за реакция? Дазай, с другой стороны, в тот момент кое-что понял: он ушел из мафии и присоединился к Агентству. Он не знает причину, и у него есть ощущение, что старший он захочет уберечь его и Чую от слишком большого количества знаний о будущем. Если кто-то из них будет знать слишком много, то они смогут его изменить, а вмешиваться в будущее смертельно опасно. — Чуя~ Я так давно не видел тебя таким милым! Посмотри на себя! Ты, милашка симпатяжка, — проворковал Осаму, протягивая руку и щипая Чую за щеки. Лицо Чуи вспыхнуло, когда он отчаянно попытался оттолкнуть от себя старшего мужчину. — Что… нет… я не милый… тц… перестань меня щипать! Ты, старикан! — Осаму просто усмехнулся, а затем повалил маленького рыжего на землю и крепко обнял его. Дазай перевел взгляд со своей старшей версии, слегка удивленный тем, насколько он нежен по отношению к Чуе, и обратил свое внимание на Накахару, который стоял скрестив руки на груди, и смотрел на происходящее с мягкой улыбкой, совершенно не удивленный, подразумевая, что такая привязанность нормальна… Что-то щелкнуло в мозгу Дазая, он не уверен какие у них сейчас отношения, но это точно не ненависть. И все же тот взгляд, которым смотрел на него Накахара, очень далек от дружбы. Дазаю стало интересно, что это за взгляд, никто раньше не смотрел на него так, будто он что-то значит. Затем Накахара повернулся, чтобы посмотреть на него, и улыбнулся. Сердце Дазая подпрыгнуло в груди, и он хотел отвести взгляд, но заставил себя поддерживать зрительный контакт со старшим мужчиной. Рыжий подошел к нему и снова начал гладить по волосам. Ладно, может быть, Чуя был прав, он действительно чувствовал что тает. Он был так поглощен ощущением нежных рук Накахару перебирающих его волосы, что не заметил, как рыжий придвинулся к нему ближе, — Я думаю, что ты тоже очень милый, ясно? Так что не волнуйся, — прошептал он с дерзкой улыбкой. У Дазая дрожь пробежала по спине, хотя внешне скорее показалось что он напрягся, а затем он поднял глаза и увидел лицо Чуи совсем близко. Дазай почувствовал, что не может дышать. — Хехх??!! Чуя~ ты должен уделять мне все свое внимание! — захныкал Осаму, баюкая младшего Чую на руках, и Дазай задумался, что тот имел в виду, почему он имел право на внимание Накахары? — Да, но ты же сам говорил, что в юности тебе очень не хватало физического контакта, или ты мне врал? — заговорил Накахара, убирая руки с головы Дазая и кладя их себе на бедра, приподняв брови. Осаму выглядел так, словно его подстрелили, как будто это самое оскорбительное, что только мог сказать Накахара, — Чуя, я никогда не вру! Он встал и с ухмылкой опустил раскрасневшегося Чую на пол, затем посмотрел на младшего себя, — Привет, мини-я, — ухмыльнулся он. Дазай моргнул, глядя на него, а затем кивнул, пробормотав короткое «привет», — О, не будь таким напряженным, расслабься немного, ладно? Дай отдохнуть своим чудным мозгам. Я подумаю за тебя, — Дазай кивнул, эти слова, казалось, произвели на него сильное впечатление. Конечно, так и есть, его взрослая версия знает лучше чем кто-либо другой, что сказать, чтобы его успокоить. В конце концов, он уже все пережил. Затем Осаму повернулся, чтобы посмотреть на Накахару, и тяжело выдохнул, — В любом случае, нужно пойти к директору и решить, что нам с ними делать, — сказал Осаму, а затем повернулся и пошел направо, Накахара кивнул и пошел следом, чуть позади него. Он заметил, что за ними не слышно шагов, поэтому обернулся, склонив голову набок, — Ну же, вы же не собираетесь стоять там, как пара идиотов? Чуя и Дазай переглянулись, — Н-нет! — запнулся Чуя, хватаясь за Дазая, неподвижного, словно статуя. — Дазай? Ну же, — брюнет посмотрел на Чую сверху вниз и нервно сглотнул. Вам, наверное, интересно почему Дазай нервничает, особенно в присутствии того, с кем ему всегда было комфортно. Но чувствую, что ответ уже очевиден, не так ли? Он испытывает к Чуе нечто новое. Он ничего не сказал и вместо этого позволил Чуе вести его за запястье. Когда они добрались до офиса, им сказали подождать снаружи, пока старшие поговорят с директором Агентства. Чуя и Дазай мало что знали о нем, кроме того факта, что у них с Мори была какая-то история.***
— Нам нужно, чтобы они оба оставались настолько в неведении относительно будущего, насколько это возможно. Тот факт, что они здесь уже плох уже сам по себе, они и так знают слишком много. Я уверен, вы оба понимаете, что все это слишком рискованно, — сказал Фукудзава, глядя на них своим обычным суровым взглядом, и наверняка несмотря на свой строгий внешний вид, внутри он умирал от желания увидеть их молодые версии. Осаму начал нервничать, что-то не давало ему покоя, и благодаря прошедшим годам он смог это показать. — Тебя что-то беспокоит, не так ли, Дазай? Брюнет посмотрел на него, поджав губы, и сказал задумчиво, — Я знаю, это звучит… плохо, но что, если я расскажу ему об Оде… — Только через мой труп, Осаму, — вмешался Накахара, его голос строгий и официальный. Фукудзава глубоко вздохнул. Он, конечно, не хотел, чтобы Дазай страдал, ни в прошлом, ни в настоящем, но будет лучше, если его младшая версия не узнает об ужасах, которые ожидают его в будущем, — Чуя прав. Я знаю, как тебе больно осознавать, что у тебя есть возможность предотвратить это, но это должно произойти, если не ради тебя, то ради Одасаку. — Как это может пойти ему на благо? — недоверчиво спросил Осаму, — Как чья-то смерть может принести пользу этому человеку? — Скажи мне, Дазай, как ты думаешь, было ли у него будущее писателя, учитывая то, что он был наемным убийцей и бывшим мафиози? — Осаму промолчал, и Фукудзава продолжил, — И разве ты не заслуживаешь будущего, в котором будешь счастлив? Ты не найдешь большого счастья в роли босса мафии, на самом деле, у меня такое чувство, что это станет твоим концом, — при упоминании об этом Осаму почувствовал, как пальцы Накахары сжали его собственные, что заставило посмотреть на него сверху вниз. Осаму больно видеть как беспокойство омрачило обычно спокойное выражение лица Накахары, он ободряюще улыбнулся мафиози и крепко сжал его руку в ответ, чтобы успокоить. — Хорошо, я не скажу ни слова, — ответил Осаму, побежденный, но все еще решительный. — Спасибо, Дазай, я знаю, это тяжело, но так будет лучше, — Фукудзава посмотрел на него с сочувственной улыбкой. Осаму молчал, это невероятно тяжело: у него есть шахматная фигура о которой он всегда мечтал, сила, способ спасти своего лучшего друга, человека, который приоткрыл его сердце настолько, чтобы позже Чуя смог раскрыть его полностью, и он не может использовать эту фигуру. Ему пришлось смириться с тем, что фигуру убрали с шахматной доски. Это тяжело. Но даже он понимает, что его идея глупая, и если бы он не был эгоистом и его разум не был затуманен горем, он бы никогда не предложил это. — Эй, — прошептал Накахара и снова сжал его руку, заставив Осаму оторвать взгляд от пола, его глаза остекленели от печали. — Все в порядке, любимый, я просто надеялся, знаешь, что, возможно, я мог бы спасти его, — прошептал он, пытаясь подавить крик, который отчаянно рвался из его горла. Накахара протянул руку и обхватил ладонями его лицо, убирая прядь волос с глаз и нежно улыбаясь ему, — Я знаю, я тоже был там, — тихо ответил он. Осаму улыбнулся еще раз, позволив Чуе нежно поцеловать его в лоб, хотя ему для этого пришлось слегка наклониться, а Чуе встать на цыпочки, и это довольно неудобно, но в то же время успокаивало. Они улыбнулись друг другу, снова переплетя пальцы, затем повернулись к Фукудзаве, который, нахмурившись, рассматривал уведомление, появившееся в компьютере. — И что, по-вашему, нам следует делать? — спросил Накахара, позволив Осаму снова взять свои эмоции под контроль. — Ну, слухи распространяются быстро, и теперь все в Агентстве хотят взглянуть на вас двоих, особенно на Дазая, так что, полагаю, неплохой вариант оставить их здесь на сегодня, но после этого, думаю, лучше оставить их дома. Я бы сказал, у вас дома, но, конечно, это вам решать. Накахара задумался, затем взглянул на Осаму, который уже смотрел на него в поисках ответа. — Да, мы, вероятно, единственные, кто способен позаботиться о них. Если они уйдут в свободное плавание без присмотра, в конечном итоге они попадут в беду, но наш дом полон… ну… нас, — последовала пауза, во время которой Накахара задумался, — Но я думаю, мы сможем с этим справиться. — Я не думаю. Я знаю. Верно, Чуя? — поправил Дазай, сжав его руку, Накахара на мгновение задумался, он беспокоился за молодого себя, если тот обнаружит, насколько все изменилось, он не уверен, что тот сможет справиться с этим. Однако, он не из тех, кто отступает и уходит, он верит, что никогда нельзя сдаваться и идти домой, и он собирается этого принципа придерживаться. В конце концов, именно поэтому они с Осаму и любили друг друга. — Да, ты прав. Мы сможем, — ответил Накахара, счастливо улыбаясь своему парню. Фукудзава кивнул им двоим, — Очень хорошо. Однако, Чуя, я думаю, что будет лучше сохранить это в секрете от Мори, особенно касательно Дазая, — добавил он. — Да, я так и подумал, именно поэтому я привел их сюда. — Ты поступил правильно, а теперь вам пора, не думаю, что другие члены Агентства смогут долго держать себя в руках, — Осаму и Накахара рассмеялись, затем попрощались, и наконец, вышли из офиса отпуская руки друг друга.***
Чуя и Дазай посмотрели на старших выходящих из кабинета. Те продолжили идти в противоположном направлении, а Чуя и Дазай неуверенно переглянулись, — Куда мы идем? — спросил Чуя. — Каждый хочет украдкой взглянуть на самого известного суицидального маньяка Агентства когда он был моложе, и конечно, на его подельника, — Чуя и Дазай переглянулись, затем встали и тихо последовали за ними, что совсем на них не похоже. Когда их старшие версии открыли дверь, Дазай и Чуя были встречены множеством восторженных лиц, уставившихся на них, — Ого! Дазай, посмотри, каким милым ты был! — девушка с черными волосами и родинкой у глаза заговорила, наклонившись поближе к Дазаю, чтобы получше его разглядеть, в то время как рыжий парень сзади почти умолял ее перестать пялиться на бедного мальчика. Появилась еще одна женщина с заколкой в виде бабочки и сразу же посмотрела, в каком состоянии Дазай, — Ты выглядишь намного лучше, как тебе удается выглядеть здоровее сейчас, несмотря на то, что ты похож на палку? — Ха? Йосано, это грубо! — Осаму заскулил и навалился на мужчину в прямоугольных очках. — Так это ты, когда был подростком? — заговорил мужчина, нисколько не обращая внимания на дружеское прикосновение, а Осаму хмыкнул с ухмылкой. Мужчина оглядел мальчика с головы до ног, затем вздохнул, поправляя прямоугольные очки на носу, — Должен сказать, я удивлен, ты выглядишь не так уж плохо, — прокомментировал он, скрестив руки на груди. — Это самые романтичные слова, которые ты когда-либо говорил мне, Куникида! — воскликнул Осаму, нежно приобнимая его руку, Куникида приподнял бровь, но не смог сдержать легкой усмешки на губах. Чуя заметил, что Дазай, казалось, немного ошеломлен той симпатией, которую к нему проявляют, это неудивительно, он знал, что парень никогда не испытывал такого положительного внимания просто за то, что был самим собой, просто за то, что существовал. Оно всегда было связано с успешным и быстрым выполнением миссии или убийством. Никогда не за то, что он был самим собой, это должно быть, кажется ему чрезмерным. Чуя взглянул на него и увидел как он теребит свои бинты, что явный признак того, что он чувствует беспокойство, поэтому, будучи хорошим напарником — в какой бы неопределенной ситуации они ни находились — он подошел и встал немного впереди него, как будто защищая от всех людей заискивающих перед ним. Он протянул руку назад и нежно сжал ладонь Дазая, как бы говоря ему, что он здесь вместе с ним. Глаза Дазая на мгновение заслезились, и он почувствовал себя намного лучше, когда сжал руку Чуи в ответ. Сотрудники Агентства с улыбками переглянулись, а затем посмотрели на Накахару, лежащего на диване и внимательно наблюдающего за происходящим. Чуя пожал плечами, слегка удивленный, и повернулся к своему парню, который тоже смотрел на него, хотя, казалось, был немного озадачен этим взаимодействием. Он знал, что ничего подобного не произошло бы много лет назад, поэтому Чуя пожал плечами, а затем с довольным вздохом надвинул шляпу на глаза. После этого Дазай и Чуя провели некоторое время с сотрудниками Агентства, они оба обнаружили, что быстро освоились, здесь все одаренные, поэтому они не чувствуют себя королями среди челяди, они чувствуют себя нормальными. Дазай также обнаружил, что они начинают ему нравиться, все они приятные люди, и у каждого свои забавные черты характера делающие их уникальными среди всех, кого они встречали. Он обнаружил, что хорошо вписывается в их компанию, это самое приятное чувство, которое он когда-либо испытывал. Даже когда стемнело, многие сотрудники Агентства остались чтобы задать Чуе вопросы, пошутить и посмеяться над выходками Дазая, и хотя Дазай осыпал их в ответ оскорблениями и жаловался на то, что над ним издеваются, он никогда в жизни не испытывал такой эйфории. Ему пока не удавалось достичь своего максимального уровня счастья, но он уверен, если будет проводить с ними больше времени, то начнет чувствовать себя еще лучше. Однако через некоторое время большая часть внимания переключилась на Чую, Дазай не возражал, старший тоже заслуживал внимания. И вот теперь Дазай сидит на подоконнике и наблюдает, как Чуя общается с членами Агентства и он даже не осознавал что улыбается, пока не почувствовал, что у него болят щеки, для него это в новинку. Он действительно не мог осознать или даже поверить, что это отношения, которые он создал сам. Что он сам дошел до этого этапа в своей жизни, сам выбрал светлую сторону, сам в процессе сумел улучшить жизнь Чуи и Акутагавы, дав им друзей, которые не полагаются на их силу и не преклоняются перед их статусом, друзей, которые заботятся о них просто потому, что они были самими собой; это, должно быть, самое прекрасное, чего Дазай когда-либо достигал за всю свою жизнь. Он слышал, что, по-видимому, он также помог Ацуши, за которым охотились из-за его способности, которую тот не мог контролировать, поэтому по просьбе Дазая он присоединился к Агентству. Теперь Дазай понял, почему он почувствовал такую сильную связь с ним, когда встретил юного мальчика-тигра. Дазай сделал все это сам, он создал эту жизнь для себя. Он очистил свои грязные руки мылом собственного изготовления. — Гордишься собой, да? Мини-я, — Дазай посмотрел в сторону и увидел себя взрослого, сидящего на офисном стуле за столом Ацуши с довольной ухмылкой на губах. — Да, так и есть, я не думал, что заслуживаю счастья или чего бы то ни было, — Осаму засмеялся, а затем повернулся, чтобы посмотреть на небольшую группу людей, смеющихся вместе с Чуей, в какой-то момент к ним присоединился и Накахара. Дазай заметил, что тот не смотрел на толпу, его взгляд был прикован к Накахаре, он улыбнулся смеющемуся рыжему, и взъерошил волосы Кенджи, который хихикал как сумасшедший. Осаму отвел взгляд от небольшой толпы, которую он называл семьей, и посмотрел на себя в юности, ухмылка на его губах превратилась в нежную и очень выразительную улыбку. — Каждый заслуживает будущего, включая тебя.
