Горячая линия Майами

… После случившегося на неделе убийства посла Советского Союза на территории Америки, господина Михаила Яковлевича Костылёва, дипломатические отношения между двумя мировыми державами вошли в фазу крупнейшего кризиса со времён окончания Гавайской войны. … …Президент Америки от демократов, господин Уоренн Уайт прокомментировал слухи о готовящемся введении режима чрезвычайного положения. Рейтинг доверия населения к правительству достиг своего исторического анти рекорда и продолжает падать… ….Деятельность специальной оперативной группы по расследованию террористических актов в Майами столкнулась с серьёзным сопротивлением со стороны жителей города, протестующие окружили здание окружного суда Майами-Дейд, работа администрации полностью парализована… … –Что вы думаете о Мяснике в Маске, мистер Хейдер? –Знаете что, нахуй! Этот парень герой, и мы, простые американцы должны наконец показать охуевшим красным их место! СМИ и левые называют нас фашистами, но разве называть вещи своими именами это фашизм? Мы говорим нет русской мафии, нет преступности, нет беспределу. Мы хозяева этой страны, МЫ!!!... …–Группа радикалов под руководством владельца подпольного магазина “Генерал Бёрнсайд”, бывшего ветерана Сидни Оруэлла Гаррисона совершила налёт на клуб “Вавилон”, принадлежащий русскому бизнесмену Арсению Лебедеву, среди жертв числятся три женщины и один несовершеннолетний. Преступники убиты в ходе перестрелки с полицией. Детали выясняются… Он лежал, обкуренный, на кровати в дешёвом мотеле. Она лежала на нём, играя с чёрными волосами на его голове и груди, прикосновения её тонких губ и голых бёдер не позволяли ему окончательно раскиснуть. –Подумать только, я король сраного Майами…– рассмеялся Отец, закуривая с пипетки тонкую полоску белого сахара и зарываясь в её пышные волосы–…и я здесь, в дешёвом номере, прячусь от жены и каких-то сраных фриков в масках, рушащих всё то что я строил годами! И я сплю со своей телохранительницей, просто блеск! –Вы король Майами, босс, и вы имеете на меня право, вы имеете его на всё– мягко промурлыкала Химико, полуазитка родом из Нью-Йорка, “Розовая Мамба”. Её гладкие руки скользили по лицу Арсения, мягкие, но цепкие. Руки любовницы, руки убийцы! –Ты вообще меня слушаешь?!– вздохнул Лебедев, отстранясь от Химико. Он чувствовал поступающую старость: медленную дисфункцию половой системы, жидкий стул, боли в спине, дряхлый запах, как у папаши. Постоянную усталость как у него же– мне сорок пять лет, а вся моя жизнь обращается в ничто. Я капитан тонущего, мать его, Титаника. И эти ёбаные янки идут за мной по пятам! Он приподнял свою грудь с подушки, и ему стало холодно. Он протянул ладонь к бутылке скотча, но неосторожность отправила дорогое бухло на пол. Химико понимающе улыбнулась, просунула руку в хозяйство Лебедева и взяла его за яйца: –Босс, разве вы боитесь, янки, я думала, что такие, как вы, не боятся ничего?– её пальцы играли с его яичками, перекатывая от подушечки к подушечке. Арсений стиснул зубы, и мрачно вздохнул, глядя на раскиданную по полу одежду. Будь он на десяток лет моложе, телохранительница не была бы столь нагла! Но сейчас его хватало лишь на тяжкие вздохи и новые порции кокаина. –Я боюсь не янки, а себя–сказал он, обмякая в руках Химико. Её гибкое бедро пришло в движение, лёгкими движениями дразня дряблое тело. Её кожа пахла духами Primal Scent. Лебедев закусил сигарету, потребность выглядеть круто, последнее прибежище неудачника–я боюсь, что годы блажи сделали из меня жалкого тюфяка! Я старею, и это хуёво! –Мужчина силён, пока сам верит в свою силу–сказала Химико, до ноющей боли сжав член Лебедева. Он вскрикнул, “сука”, и закусил губу, безуспешно пытаясь отпихнуть от себя любовницу. Химико лишь улыбнулась, наседая сверху–перестаньте жалеть себя, босс, и покажите им их место. Как в старые добрые… –Не будет никаких старых добрых. Уже никогда…–закашлявшись прокряхтел Лебедев. Дорогой халат “Зебра” лёг на сухие плечи. Он проковылял к окну и заглянул вниз. Однажды он увидит незнакомую машину, а в дверь его номера позвонит человек в маске животного! Тогда и придёт конец, или он уже пришёл, раз Лебедев так часто об этом задумывается… –…Тогда меня окружали друзья, а сейчас предатели и лизоблюды. Раньше я был молод и силён, а сейчас я унылый старикан…–пепел сыпался на ковёр, на длинные чёрные волосы и на грудь Лебедева. Его язык соскользнул с сигареты и коснулся шатающегося зуба. Он болел уже третьи сутки– и у меня нет ни одной ссаной идеи, что мне делать… Химико поднялась с постели. Лебедев услышал скрип пола под её ногами, почувствовал её сильное голое тело, прижимающееся к его спине, её руки обхватившие шею и тягучий запах сраных духов. Лебедев повернулся к ней, а она вложила свою грудь в его ладони и прошептала: –Зато знаю я…возьмите меня, босс! Лебедеву внезапно безумно захотелось сделать это. Ударить, придушить, повалить, трахнуть! Ещё секунда и он сорвался бы с цепи, как озверелая псина, но что-то остановило его, напомнило о немощи. И член снова упал, в голову вернулись мрачные мысли. Как некстати зазвонил телефон. Лебедев отступил от Химико, подошёл и взял трубку. На проводе был Карло, Арсений сгорбился и в очередной раз тяжко вздохнул, зная о чём пойдёт разговор. Об этом не должен был знать никто, из игры с чужой кровью не так-то просто выйти на пенсию. –Они готовы гарантировать вам и вашей семье защиту свидетеля и временное жилище в штате Калифорния, за это им нужны имена, адреса складов, всё, что мы можем дать–взволнованно прошипел Карло с другого конца трубки– они предлагают обсудить всё в ортодоксальной церкви Святого Владимира, это… –Я знаю, где это– перебил его Лебедев, потирая лоб, собираясь с мыслями– передай легавым, что я согласен на встречу, но только в присутствие твоих людей. Мы будем там ближе к шести вечера и на своих условиях, ты меня понял?! –Да, босс–коротко ответил Карло и отключился, за что Лебедев был ему безмерно благодарен. Уж если чего и не хочется слушать королю, подписывающему свою капитуляцию, так это комментариев от придворных. Арсений стоял ещё несколько минут, глядя то в окно, то на Химико, изучающую его взглядом и покачивающую бёдрами: –Тебе лучше уехать из города, здесь больше нечего ловить, поверь! –Я работаю на вас, босс, и я буду исполнять свои обязательства, пока в этом есть необходимость – отрезала Химико, натягивая на тело нижнее бельё, джинсы и куртку с розовым пухом. Перед тем, как остатки голого тела скрылись под одеждой, Лебедев приметил на спине Химико полосу шрамов, от лопатки до ягодицы. Они собрали вещи и вышли из номера. Арсения мутило от наркоты, и Химико-сан села за руль. Лебедев не смотрел в зеркало заднего вида, боялся увидеть насмешку или того хуже, жалость на лице телохранительницы. Хуже всего для мужика быть достойным жалости! К счастью, дорога до особняка Отца прошла без слов и взглядов… Стон Агнес под самым ухом и скрип кровати возвращали Джекета в реальность. Они занимались сексом? Да, это порой случается, когда живёшь в одном помещении с девушкой достаточно долгое время. Можно ли считать без малого месяц достаточным временем? Вопрос интересный, но вместо того, чтобы отвечать на него, Джекет крепче прижался к горячему женскому телу под собой, загоняя член во влажную вагину. Дала ли Агнес в благодарность за второе подряд спасение или сама захотела этого? Ну да, конечно, захотела прямо в следующую же ночь, не будь столь наивным, приятель Джеки! Вопросов и впрямь было больше нужного, Джекет старался просто отдаться ощущениям, но голос на границе его сознания не давал покоя. Ощущения были, но не те. Растягивается влагалище, по запрокинутому назад лицу Агнес расползается пятно эритемы. Её влажные волосы раскиданы по постели и спутаны, её ноги скреплены замком за поясом Джекета и трясутся в такт движениям вместе с грудью, а он… …я бью сапогами врага, ломаю его черепушку новыми ударами. По моему телу течёт чужая кровь, я рву его плоть на части, чувствую пульсирующую ярость, ползущую по моим капиллярам. А она… Агнес выгибается навстречу ёбырю и стонет. Она пахнет женским потом, неприятно, но естественно. Её стоны звенят в ушах Джекета, его таз, его тело набирает обороты, а он… …стон боли переходит в крик. Я валю его на пол и достаю длинный нож, влажный от крови на конце. Он кричит: “не надо, прошу “. Я забиваю его словно свинью, методично увеличивая количество дырок в его организме. А он… …тянется к её мягкой и хрупкой шее. Его пальцы царапают её плоть, сжимают горло. Чуть-чуть надавить, и жизнь покинет тело, насколько же легко оборвать человеческую жизнь! Его ладони сжимаются, у костяшек проступают вены, в её приоткрытых глазах отразился испуг. Он видел этот взгляд раньше, бесчисленное множество раз. Голос врача: “вам нужна помощь”, голос бывшей: “ты пугаешь меня, Джекет”. Он приходит в чувство и разжимает пальцы. Агнес глухо хрипит, обвисает на кровати, её пизда выплёскивает жидкость. У неё случился оргазм… Джекет садится на край кровати и тяжело дышит. Он внимательно смотрит на собственные руки. Грубые, испещрённые мозолями и шрамами, руки не знавшие любви, только смерть. Он смотрит в зеркало на прикроватном столике, рядом со шприцом медицинского морфия, но и там видит лицо убийцы. Под ногами звякнула пустая бутылка, в комнате пахло сексом. Но всё было не так, всё фальшиво! –Эй, ты в порядке? –пальцы, а затем ладони, а затем плечи Агнес прижались к его спине. Джекет не стал поворачиваться, ему не хотелось видеть её взгляд. Не хотелось, чтобы она узрела его глаза и холодную тьму за ними. За окном пролетел вертолёт, на мгновение осветив темноту комнаты кондоминиума: кровать, выход в коридор, обнажённую Агнес, фотографию Дилана. Всё кроме самого Джекета. Он сжал губы и затрясся от боли, будто все его шрамы и раны разом открылись и хлынули кровью и гноем. –Я в норме… –Мне так не кажется–сказала Агнес, проворачивая лицо Джекета к себе, седлая его бёдра и обнимая плечи. Её ладонь обожгла его лицо, в ней было сейчас что-то старое и правдивое, как исповедь в церкви–мы умираем в этом городе, Джекет. Майами отравляет наши тела и сердца, как палёная дурь. И эти люди, что звонят тебе, медленно убивают тебя. –Я больше ничего не умею…–шепчет он, глядя в чёрное небо над Майами и такие же чёрные зрачки в глазах Агнес – за всю свою жизнь я научился только насилию. Это единственное, что я могу. Лицо Агнес перекашивает злость. –Неправда, зачем ты лжёшь? –говорит она, второй рукой касаясь шрама на его груди. В жестах и повадках Агнес больше не было страха, и это удивляло Джекета больше всего. Казалось, она просто поняла что-то. Что-то остающееся тайной для него самого– ты не тот, за кого себя выдаёшь? Ты не сраный убийца. Кто ты?! –Я… Звонок в дверь посреди ночи. Излюбленный трюк тайных друзей Джекета. Он встал с кровати, взял в руку пистолет и направился к входу, осторожно выглянув на лестничную площадку. Где-то в другом конце коридора мыл пол уборщик. Не старик Стэнли, а какой-то новый работник. У самой двери Джекета лежала посылка в праздничной упаковке. Пятьдесят благословений не изменяют своим привычкам! –Эй ты…–окликнул Джекет–ты не видел здесь никого подозрительного? Мне надо знать, кто принёс мне эту коробку. Старая швабра продолжила скрипеть по полу и хлюпать мутной водой. Уборщик не поднимал взгляда, пряча глаза за грязными жёлтыми волосами. Будто бы сука и не слышал?! –Эй, я к тебе обращаюсь–вспылил Джекет и ударил по стене. Соседи-хиппи будут жаловаться, но с прошлого раза, когда Джекет не сдержался и избил пару торчков на их “Вечеринке Свободы”, эти пидоры знатно притихли –кто ты чёрт подери такой, я что-то не припомню, чтобы ты здесь работал!? Джекет повернулся к лестнице и наконец заметил: в двух метрах, над ступенями висела листовка со слишком знакомым содержанием: круг и три полосы. “Америка– это песня, которую следует петь хором” –Эй, ублюдок, это ты повесил? Какого хера ты не отвечаешь?! Сейчас три часа ночи, какой нормальный человек моет полы в три, мать его, ночи?–подозрение подожгло фитиль раздражения. Джекет выхватил пистолет, за три шага преодолел расстояние, отделявшее его от уборщика и прижал его к стене, угрожая стволом: –Отвечай или я вышибу тебе мозги, уёбок! –закричал он, сжимая ворот зелёной куртки незнакомца. –С-сэр, прекратите, я п-просто работаю сверхурочно, я ничего не видел–хиляк затрясся и расплакался, его губы задрожали как у маленького ребёнка, он начал заикаться– н-не убивайте м-м-меня, пожалуйста! Джекет просунул пистолет в рот уборщика, положил палец на спусковой крючок и приготовился выстрелить. Слюна капала с губ убийцы, а кровь подступала к рукам, приходя с лёгким покалыванием. КЛИК…Джекет швырнул уборщика на пол, а затем пнул в зад, отчего тот уронил швабру и рухнул в лужу грязной воды. –Убирайся нахер отсюда, вернёшься и домоешь утром– сказал Джекет, вернувшись в квартиру, взяв посылку и закрыв за собой хлипкую, на один пинок, дверь–а лучше просто уходи. Совсем… Щелчок замка. Мне показалось, или этот парнишка давил лыбу сквозь слёзы? Это не могло быть правдой. –ЕЕЕЕЕЕС!– заревел Байкер, от души хлопнув по корпусу игрового автомата. Победный писк устройства смешался с жалобным скрипом панели–видал, чувак? Видал, это же мой сраный рекорд?! Ёбанный Dead Ahead! Ну же, порадуйтесь за меня, амигос! Байкер стоял посреди разгромленного игрового зала компании Donuton Games, принадлежавшей одному из подсосов Отца, босса криминального мира Майами. По полу, рядом с ним, в хаотичном порядке были разбросаны окровавленные тела мёртвых членов мафии. Зачистка помещения от русских бандитов заняла у беглого оператора Благословений чуть больше получаса, оставшиеся пятнадцать минут Байкер провёл в атриуме. Он всегда любил игры с вызовом. Любил всё, что может его испытать! –Спасибо за тёплый приём, миердо!–облизнулся Байкер, вынимая лезвие метательного ножа из глазницы мёртвого охранника– надо будет как-нибудь, повторить, приятель, но сегодня у меня на примете рыбка покрупнее… …на вот пока, за счёт заведения! – Байкер и сунул в карман пиджака мертвеца скомканный билет на “Monty Drive Attraction” и вышел на улицу, перешагнув через выбитое окно и гору битого стекла… ЭТО “ХЭРРИ” ИЗ РУКОВОДСТВА. У НАС ПРОБЛЕМА! В КООПЕРАТИВЕ НА 112 УЛИЦЕ, ЮГО-ВОСТОКА ЗАВАРУШКА! У ОДНОГО ИЗ ЖИЛЬЦОВ ПРОРВАЛА ТРУБА И ЗАЛИЛА ВСЕХ! СКОРО ЗАТОПИТ ВЕСЬ ДОМ… НАДЕЮСЬ, ТЫ РАЗГРЕБЁШЬ ЭТО ДЕРЬМО КАК МОЖНО СКОРЕЕ…И НЕ ОСТОРОЖНИЧАЙ ТАМ…СО ШВАБРАМИ! *щелчок* Туристические районы города- последнее место в Майами, где можно было чувствовать себя относительно безопасно. Глядя на эти жизнерадостные пляжи под вечерним солнцем, на улыбающихся прохожих, подмигивающих девушек в одном бикини и детей с мороженным, бегающих в тени пальм и разноцветных домов, трудно представить себе, какая кровавая бойня бушует в этом месте. Джекету не хотелось об этом думать. До контактного времени оставалось чуть больше сорока минут. Акада стояла на аварийке у заросшего участка пляжа. Джекет сидел на траве, скинув кроссовки и окунув ноги в холодную воду залива Бискейн. В бардачке его автомобиля лежала маска петуха. В багажнике– оружие, на этот раз ножи и биты, арест Сидни Гаррисона лишил Джекета притока новых пушек. На карте отмечены координаты, район Бриккел, 118, дом восемь. Но Джекету не хотелось ехать туда, он сидел и смотрел на море и яхты, бороздящие океан. На горизонте показался атомный гриб. Испепеляющая волна прокатилась по волнам, поднимая колоссальных размеров цунами. Небо окрасилось красным, Джекет чувствовал запах горелой плоти и металлический вкус крови. В воздухе раздались истошные крики и мольбы о помощи. Сзади послышался шелест травы. Лейтенант Дилан Фостер, тридцатитрёхлетний длинноволосый, бородатый человек из прошлого, в одной рубашке-гавайке и рабочих штанах опустился на траву, рядом с Джекетом и сунул ноги в море, не всколыхнув воды. Он посмотрел на бывшего друга в упор, но его образ оставался неразборчив. Джекету было стыдно признаться, но чем больше проходит лет, тем вернее Дилан уходил из его воспоминаний. –Неужели ты хочешь этого, приятель? –спрашивает рыжий засранец, показывая вдаль, на приближающуюся огненную волну. По щеке Джекета катится слеза. Борода усмехается– разве для этого мы брали в руки оружие? Ты помнишь обещание, что ты мне дал? –Его не было… –Оно было, но тебе было удобнее забыть об этом… –Никогда вновь…–вместе произнесли они, и в этот момент видение исчезло. Джекет вновь был один на пустом пляже. Вдали пролетела птица альбатрос. Из машины зашипело радио: –Всем постам, это срочно! В бухте Бэй Харбор обнаружено расчленённое тело в нескольких полиэтеленовых пакетах. По найденному ДНК удалось установить имя убитого, Чарльз Чен, бывший программист сети Phone Hom. Проявляйте бдительность и следите за подозрительными людьми. Отбой! Байкер сидел в баре, напротив здания, принадлежащего телефонной компании “Phone Home Miami Citizen”, обычно сокращаемой до просто “Phone Hom” и внимательно наблюдал за входом. Сотрудники службы шли на работу и с работы. Периодически подъезжали машины, шла разгрузка аппаратуры. Но пока ничего подозрительного! Если это они мочконули бедолагу Чарли, то выглядят они после этого пиздец невозмутимо…. –Ваше пиво- полное дерьмо!–рыгнув, крикнул Байкер. Старик-бармен прошипел что-то себе в ус, но решил не лезть на рожон. И правильно, сука, сделал! Байкер был не в настроении, обычно он не бухал перед зачисткой. В кармане звякнул ключ от Хонды. Красный мотоцикл был припаркован на заднем дворе здания компании, у чёрного хода, на тот случай если основной выход будут пасти легавые. Вместе с ключом от Хонды зазвенели и ключи от квартиры. Мысли о доме заставили Байкера сжать кулаки. Да как эти уроды посмели?! –Продолжается серия пожаров в Овертауне. Экстренная служба Майами доложила об успешной ликвидации очага возгорания в квартире, прямо напротив клуба Ravers, сгоревшего два дня назад. Обнаружены следы умышленного поджога, хозяин жилища так и не был обнаружен–вещал телеведущий со старого шакального телевизора, установленного над барной стойкой. –“Огонь…а эти мудаки из “Благословений” не лишены чувства юмора”– подумал Байкер девять часов тому назад, наблюдая с улицы, как догорает его прежнее жилище вместе со всеми коллекционными постерами и набором ножей. Послание от бывших работодателей было весьма прозрачно: вызов принят! Байкер был взбешён, напуган, но, чёрти его б драли на Гавайях, он никогда ещё не чувствовал себя настолько живым. –Какое же всё таки дерьмовое бухло! –сказал Байкер и поднялся со стула, поправляя рукоятку тесака в вороте розовой куртки… Джекет постучал в дверь на Бриккеле. Это был старый кирпичный многоквартирник: нищая дыра, наполовину притон, наполовину клоповник для латиносов. Он постучал в дверь номер четыре, и ему открыл нанюханный верзила, с мордой настолько отёкшей, что лицо Джекета скривило под маской. Удар ножа, и кровь и вонь брызнули на куртку убийцы. Джекет раздражённо вытер грязь ладонью, но в дополнение испачкал и её тоже. Он вытащил лезвие из шеи мёртвого тела, но затем замешкался… –Сэр, вам сюда нельзя!–проверещал очкарик в голубой рубашке, пытаясь преградить ему путь. Байкер дёрнул его за плечо, швырнул на пол и направился к стойке регистрации Phome Hom. Очкарик выхватил рацию и закричал: “Охрана! “ Конечно, пусть зовёт охрану, пусть всех зовёт… –Эй, чувак! – сказал Байкер, тыкая пальцем в лоб испуганного администратора– как тебе не стыдно, мать твою, вообще-то у Чарли Чена были дети?! Слышите, КАК ВАМ НЕ СТЫДНО БЫЛО ЗАМОЧИТЬ ЧАРЛИ ЧЕНА И СЖЕЧЬ МОЮ СРАНУЮ КВАРТИРУ?! –С-сэр, я не знаю о чём вы. Вы пьяны, и вам нужна помощь, покиньте помещение–сглотнув слюну, сказал администратор, его глаза искали тревожную кнопку. Но шутка в том, что на стойке “Phone Hom” никакой тревожной кнопки отродясь не было. –Что ж, вы правы, вы правы. Ведь всё совсем бессмысленно, да?! Мы ведь просто животные… –расхохотался Байкер, стуча по столу ладонью. Зазвенела кнопка лифта, на первый этаж прибыла охрана. Байкер вновь нахмурился, достал из-за пазухи мясницкий нож и, перепрыгнув через стойку, несколько раз ударил им администратора в живот, отчего тот скрючился, осел на пол и закричал. Кровь брызнула на шлем и ладони Байкера. Он улыбнулся. Щёлкнул кассетный плеер, и Байкер шагнул вперёд… Бандит выпучил глаза и задёргал руками. Джекет надавил ему на горло, перекрывая кислород, и, закрыв глаза, продолжал душить. На полу, рядом с местом расправы и мешками с мусором растекалась лужа крови, оставшейся от толстяка-диллера, убитого минуту назад броском ножа. В очередной раз дёрнувшись, Джекет поскользнулся и вместе со своей жертвой упал на пол. В результате недолгой борьбы, русский наркоман умер, а Джекет, едва живой, поднялся на трясущихся ногах. Он вновь был близок к смерти… Охранник попытался достать пистолет, но Байкер, заметив это, что есть силы размахнулся ногой и отправил жирдяя в нокаут, так что тот выбил дверь за своей спиной и рухнул на пол кабинета документации. Байкер зашёл вслед за ним, поднял его за шиворот, придушил и несколько раз приложил головой о тяжёлый металлический принтер. Сверкнуло лезвие, и на сканер печати угодило пятно. Такое же пятно, но только чернильное выходило в печать ещё минут десять. –Ты стал историей, хоббо–сказал Байкер, выходя из кабинета. На часах было без двадцати восемь… Шаг, контроль правого квадрата– выстрел! Убит! Огонь в дальний правый квадрат. Поражено тело и грудь, противник ликвидирован. Перезарядка и шаг назад! Разворот и огонь по левым квадратам Патроны израсходованы. Бросок дробовика, противник сбит с ног и оглушён, контроль левого дальнего квадрата–чисто. Противник добит! Добыта амуниция. Человек в маске петуха зачистил квартиру и уничтожил наркотики. Очередная миссия оператора “Пятидесяти Благословений” прошла успешно. Джекета мутило от отвратительного запаха говна и медицинского спирта. Ещё никогда раньше ему ТАК не хотелось свалить с места преступления! Под ногами хлюпали человеческие останки и звенели разбитые бутылки. Но… звонит телефон, “Пятьдесят Благословений Америки”. Джекету вновь нужно отправляться в путь… ПЛАНЫ НЕМНОГО ИЗМЕНИЛИСЬ… В ТЕЛЕФОННОЙ КОМПАНИИ РАБОТАЕТ ОДИН ШУТНИК. ПОЧЕМУ БЫ ТЕБЕ НЕ ПОЙТИ И НЕ ПОПЫТАТЬСЯ…ПОГОВОРИТЬ С НИМ “ПО ДУШАМ”. ТЫ ПОНИМАЕШЬ МЕНЯ. СЕВЕРО-ЗАПАД, 342 УЛИЦА. СКОРЕЕ! УЛАДЬ ВОПРОС. В здании “Phone Hom” было тихо. Тихо, не считая визга пожарной сигнализации и редких стонов недобитых сотрудников компании. Директор фирмы попытался спрятаться в своём кабинете и вызвать подмогу, но его дверь оказалась недостаточно крепкой, как и его голова, бумс! Байкер забил его насмерть клюшкой для гольфа. Жирдяй отгрохал себе мини-поле прямо на рабочем месте. Сегодняшний питч был для него последним. Пальцы стучали по клавиатуре. Байкер позвонил, ввёл пароль и подключился к удалённой системе, начав скачивать файлы, на которые указал босс Phone Hom, перед тем как отправиться прямиком в Хель. Объём информации, связывающей Пятьдесят Благословений с компанией был весьма внушительным, перекачка файлов займёт некоторое время. Байкер откинулся в кресле, наблюдая как бледная шкала загрузки неспешно ползёт вперёд. Таймер пошёл… 5% Визжали сирены машин. Джекет выскользнул из аварийного входа многоквартирного дома и сел в заранее припаркованный автомобиль. Заревел двигатель, и Акада, почти с ходу набрав хорошие обороты, помчалась по указанному адресу. За окном мелькали дома и проспекты. Джекет выжимал педаль. 60…90…120 километров в час. Если верить зашифрованному сообщению, дело срочное! И из всех мыслей Джекету не давала покоя одна: кто-то добрался до самих “Благословений”. Лишь это могло заставить их изменить своему до ужаса педантичному подходу. И это шанс! Время–без пятнадцати девять. 10% Полицейский патруль на улице Латинской Независимости, между домами А10 и А23 перекрыл дорогу, проверяя водителей на ношение огнестрела. В последнее время, в связи с ростом криминального насилия, правительство США приняло ужесточение запрета на продажу и хранение оружия. Бывалый офицер Ян Киннес сразу приметил стремительно приближающееся серое пятно. Придурок на GT и так нарушает скоростной режим вплоть до лишения водительских, но при том ещё и наверняка скрывает что-то пожёстче. У старика-полицейского на такое нюх! Он махнул рукой, предвещая большой куш. Хлипкое заграждение разнесло в дребезги, деревянные осколки пробили стекло полицейского автомобиля, сработала сигналка. Киннес упал на асфальт, кашляя дымом и опилками. Он схватился за рацию и закричал: –На Запад с огромной скоростью удаляется машина, Акада GT, она пробила заслон, повышенная опасность! Западным постам, приём… 25% “Это безумие, просто сраный пиздец”–думал Джекет, съезжая на дорогу, ведущую к зданию компании Phone Hom. Таран полицейского заслона ему вряд ли простят. Если в дело не вмешаются его тайные “друзья”, любящие маски животных. Для них важно, чтобы всё прошло идеально. И до поры, до времени Джекет и правда идеальным был. Но сейчас…? Всё больше ошибок, всё больше неверных решений. Джекет ответит за свои деяния. Сегодня, завтра? Но это случится. Джекет чувствует страх смерти, но вместе с тем и желание жить. По мертвенной коже бежали муражки. Секундомер на панели, казалось, ускорял свой ход. Девять часов. 45% Джекет толкнул дверь и вошёл в приёмную компании, по дороге встретив труп выпотрошенного охранника. Кровь с тел на полу начинала подсыхать, убийствам чуть меньше получаса. “Что же за зверь мог сотворить такое?“. Всего лишь кто-то вроде тебя, Джекет! Грязные подошвы Джекета ступали по белоснежному полу. Он вызвал лифт, остановившийся на 3 этаже. Вот оно, там он и засел! Джекет сжал кулаки, его инстинкты обострились, он был животным… 60% 61% Байкер услышал спуск лифта и поднялся с кресла. Полоска загрузки лишь едва перевалила за половину, а оттого боя было не избежать. Байкер знал, за ним пришли ОНИ! Испытание, которого он так долго жаждал, должно было начаться с минуты на минуту. В коридоре третьего этажа раздвинулись створки лифта, тяжёлые шаги гремели по полу, приближаясь к кабинету. Секунда сменяла секунду. Байкер встал посреди зелёного ковра для гольфа и облизнулся, выхватив нож. Сейчас он тоже был животным… 75% –Ты тот, за кем меня послали? – спросил Джекет, стараясь оставаться невозмутимым. А люди редко бывают таковыми, стоя безоружными напротив вооружённого ножом ублюдка, если вы понимаете. С другой стороны, Джекету везло и при худших раскладах. Впрочем, старая армейская привычка– презирать смерть начинала давать сбой. –Я, да…–сказал Байкер, поднимая тесак. Он не верил своим глазам. Наконец-то он убедился, не одному ему в этом городе поступают странные звонки. На границе сознания звучали крики обугленных людей и хрип советского огнемётчика. Байкер не испытывал этого чувства с самих Гавайев. –…а ты мертвец! – заорал Байкер и кинулся на Джекета, взмахнув лезвием у самого его носа. Человек в маске петуха отступил, а затем ударил согнутым локтем по открывшейся, вытянутой руке противника. Байкер закричал от боли и выронил тесак. 83% Джекет размахнулся и занёс кулак для удара по челюсти, но инстинкты Байкера на сей раз не дали осечки, и он увернулся, осуществив бросок вперёд корпусом и сбив противника с ног. Копошение на полу снова не продлилось долго. Джекет чувствовал дежавю. Байкер взял голову противника в захват и воспользовавшись преимуществом в пробивной силе ударил собственным лбом в шлеме по лицу Джекета. Знаменитый Мясник в Маске упал на спину, как мешок с дерьмом. “А сколько понтов вокруг тебя было, куньо, я даже разочарован”. Байкер поднялся с пола и начал с особым энтузиазмом нарушать правило приличной драки– бить лежачего ногами! Рёбра, печень, кишечник, тяжёлые сапоги давили и ломали хлипкую человеческую требуху. Но Джекет почти не чувствовал боли, все усилия его нервной системы сосредоточились на выживании. Кровь отошла в мозги и руки. 90% Он схватил Байкера за сапог, и мудак-мотоциклист потерял равновесие, рухнув прямо на поле для гольфа. Теперь их положение было равным. Джекет встал, подошёл к противнику и схватил клюшку для игры, любезно оставленную мёртвым боссом Phone Hom. Байкер отполз в сторону, поднялся, опираясь на стену и вытащил из кармана ещё один нож. Счастливый бросок! Но промах. Лезвие чертит линию в каком то миллиметре от лица Джекета, вонзаясь в деревянный элемент интерьера за его спиной. Колесо сделало оборот, Джекет вооружён, Байкер безоружен… –Я долго ждал достойного боя, приятель–сказал Байкер, вопреки ситуации сделав шаг навстречу противнику. На часах 21:21, красивое число! За спиной “телефонного шутника” возвышалось большое стеклянное окно –… и ты первый кто продержался дольше пары грёбаных секунд. Ты служил? Да…–улыбнулся он сквозь шлем–…можешь не отвечать, хермано! Я вижу это по твоим движениям. Ты видел тоже, что и я… –Оборона Хило. Ну и что с того? –спросил Джекет, взвешивая в ладонях рукоятку клюшки, на ощущения прикидывая силу, радиус и амплитуду предстоящего удара. 99% –Я был там, мы обороняли какую-то сраную хибару …–Байкер поднял руки, но не для удара. Он поддел края мотоциклетного шлема и сбросил его на пол. Искалеченное, грубо сшитое швами лицо, заросшая челюсть и грязные зелёные волосы, напоминающие тропическую листву. Таким было лицо противника Джекета–…когда я прибыл домой, меня жалели,меня ненавидели, показывали в мою сторону пальцем. Они твердили, все они, как ёбанные попугаи, что мы-ветераны потеряли на войне свою человечность…–он подошёл ещё ближе и теперь его грудь упиралась в подошву клюшки–но я не потерял человечность, я её обрёл. Ибо жрать друг друга- это наша сраная природа! Это то, для чего нас создали, и мы оба видели эту правду там, в жарких джунглях Гавайев…– их глаза встретились, и Джекет заглянул в бездну. А бездна посмотрела в ответ–…а теперь мы принесли её сюда, в города, к этим идиотас, живущим в мире лжи. И наша правда сожжёт их кукольный домик дотла. Мир должен вспомнить, что всем, что в нём есть, он обязан насилию. –Просто сдохни!–сказал Джекет. Его страх отступал на второй план. Гораздо яснее он ощущал, что ненавидит этого человека. Я не хочу, чтобы такой, как он существовал в этом мире! Взмах клюшки и стук кулаков, всё наконец решилось. Байкер упал на пол, наконечник орудия Джекета угодил ему прямо в глаз. Идеальный свинг, Флай зе Грин! 100%, ЗАГРУЗКА ЗАВЕРШЕНА! –Этого…не может быть. Всё не может кончиться так… Джекет размахнулся и ударил ещё раз. Зубы Байкера вывалились из ротовой полости вместе с почти чёрной, нечеловечьей кровью, разъехались швы на лице. О твоей смерти я точно не буду жалеть– подумал Джекет, нанося новые удары. –Давай, убей меня…животное. Как я…сраное животное…– прошептал Байкер, дёргая онемевшими губами. А затем отключился. Джекет занёс клюшку, приготовившись забить последний мяч, но…не стал этого делать. Джекет увидел своё отражение в гигантском стекле кабинета директора. Покрытые кровью руки, разорванная и смятая куртка, маска, почти сросшаяся с лицом. Что ты видишь в зеркале, Джекет? Чем не животное?! –Нет! Клюшка упала на пол. Джекет подошёл к компьютеру, стёр данные, пароли и погасил экран. Сегодня больше не прольётся ни одной капли крови. Всё кончено. Пусть “Пятьдесят Благословений” сами убирают свой мусор, а с Джекета достаточно. В тишине здания раздаётся звон лифта, и убийца покидает место преступления… Байкер лежит на спине и тяжело дышит. Спецназ идёт на штурм “Phone Hom”. В коридорах и на лестницах гремят краткие команды: “Заходи!”, “Чисто!”, “Прикрывай!”, “Противник не обнаружен!” Байкер пытается подняться или хотя бы приоткрыть глаза, но вновь и вновь проваливается в тяжёлый сон без снов… –Алло, кто это? – устало вздохнул Лебедев, подняв трубку телефона. Переговоры с федералами в церкви затянулись. Дядюшка Сэм просит у Отца гораздо больше, чем он сам готов был отдать. “Да кем вы себя возомнили, янки, если думаете оставить мою семью совсем без гроша?” Люди из ФБР не торопились, они знали, что чтобы не случилось, русской мафии придётся пойти на сделку. И чем дольше переговоры, тем слабее позиция Лебедева. –КТО ЭТО?! – повторил Лебедев, теряя терпение. Он сидел один в машине на заднем дворе церкви Святого Владимира. По периметру храма гуляли, в соотношении пятьдесят на пятьдесят, люди мафии и правительственные агенты. Кроме босса в машине не было никого, ему в глаза светило палящее солнце, пробуждая головную и зубную боль. –Вы знаете, кто мы, мистер Лебедев. И что более важно, мы знаем, кто вы. И все ваши шестёрки–ладони Отца запотели, а пальцы предательски дёрнулись. Это ОНИ– вы задолжали нашей стране крупную сумму долларов. Боюсь, вам не отдать её и за десять своих жизней… да и мы берём плату исключительно кровью. Америка–это песня, которую следует петь хором! –Если вам захотелось позлорадствовать, то вы выбрали неправильный момент. Я больше не веду дел в Майами. Игра окончена, можете праздновать свою победу… –Игра будет окончена, когда мы примем такое решение, мистер Лебедев. И я не советую вам…–произнёс человек с того конца провода– прямо сейчас ваша жена и мать находятся в аэропорту Майами. Они ждут рейс на Гавайскую Республику, отбывающий в 17:10. Зал ожидания, рядом с кофейным автоматом, ваша матушка проверяет сумки с багажом. Может мы пошлём кого-нибудь помочь ей?! –Только попробуйте и пожалеете… –Вы сами сказали, что отошли от дел. К чему нам бояться истеричного гангстера на пенсии? Признайте, у вас в этом городе осталось не так уж много влияния. Но мы готовы дать вам фору… –Слушаю. –На неделе к вам на домашний адрес придёт конверт. Да, не утруждайте себя визиткой, мы знаем, где вы живёте. Так вот, в этом конверте будут записаны координаты, по которым к указанному времени прибудет наш оператор, ставший весьма…своенравным в последнее время. В наших и ваших интересах будет избавиться от него как можно скорее. Должно быть вам знакома кличка Мясника в Маске? –Я в деле–коротко ответил Лебедев. На его лице впервые за последние дни появилась искренняя улыбка.