Пламя

Разговор в кабинете у старосты деревни, который она вроде как и не должна была слышать, но ей позволили, сильно удивил её, заставив задаваться вопросами, на которые она не могла получить ответы. Допустим, и Рэй, и Майя были мастерами стихий, и если полагаться на её знания о сюжете, то Ние достанется сила воды Майи, потому как у неё сила отца, иначе бы почему он стал помогать ей с тренировками? Также родители, видимо, хотели, чтобы она научилась каким-нибудь базовым навыкам, которым учат в школе, прежде чем отдать её в монастырь. Вот последнее её действительно удивляло. Что значит обещана монастырю? Какой нормальный родитель просто так отдаст ребенка не пойми куда? Да ещё и в таком юном возрасте? Или Гин что-то не понимала? Вероятно, да. И, может, тут в какой-то степени другой менталитет. Ну, во всяком случае, вероятно, попасть в монастырь куда лучше, чем в приют, верно? По крайней мере, Гин было куда проще представить, как она ведет аскетичный образ жизни монаха-ниндзя, чем приютской сироты. Если конечно тот монастырь был тем же самым, что она запомнила из мультика. Хотя... Что-то она не помнила, чтобы кто-то из них вел аскетичный образ жизни и в принципе походил на монаха или истинного ниндзя. Возможно, в сериале не акцентировали на этом внимание? До их попадания в храм Мира, как иногда называли тут монастырь Кружитцу, оставалась пара дней. Письмо должно было ещё дойти дотуда, а сам монах ещё должен был дойти сюда. Гин старалась делать всё, чтобы они с Нией не отсвечивали. Лаоши был довольно вредным и вспыльчивым человеком, пусть и отходчивым, его жена была его полной копией. Поэтому Гин старалась не нарываться. Помогала госпоже Си во всем, успокаивала Нию часами напролёт, чтобы старик Синго не разозлился из-за её истерики. Да, он тоже не любил детей, как и она, но в этот раз Гин просто не могла уйти, сказав, что это её не касается. Как никак, она была ответственной. Поэтому, наполнив себя терпением целого мира, успокаивала сестру всеми правдами и неправдами. Пара трав в пиалу с водой, которую легко подогреть – и через пару минут ребенок успокаивается и засыпает. Разумеется, на последний способ она решилась не сразу, да и не в первый же день до него додумалась, но во время особо сильных истерик все же использовала такой чай. Госпожа Си даже если и догадывалась о паре пропавших листиков с кустов в огороде, то молчала. Это были всего лишь травы и Ние они не вредили. Единственное, она переживала, что их использование может увеличить время принятия потери родителей, но нет, её страхи оказались напрасны. К концу их пребывания в доме лаоши истерики сократились и Гин только и могла, что иногда ловить взгляд покрасневших от слез глаз. Разумеется, Ния все ещё плакала, от такой травмы очень сложно отойти, но она больше не пиналась и не брыкалась, пытаясь разрушить все вокруг. Правда, теперь почему-то отказывалась спать одна. Когда пришёл Ву, в его глазах Гин не видела ничего кроме сочувствия. Он не думал, что всё сложится так, он не хотел этого и ему было жаль его друзей. Возможно, он бы и оставил этих детей здесь, но вряд ли их ждало бы что-то хорошее, к тому же, пророчество должно было свершиться. Даже боясь повторить свою прошлую ошибку, Ву предложил двум девочкам стать своими ученицами. Ву сразу предупредил, что дорога до монастыря будет небыстрой, потому с собой стоит взять только необходимое. Вернувшись ненадолго в кузню, Гин действительно взяла не много: пару своих комплектов одежды и вещи Нии. Это, наверное, единственное, что может им понадобиться в ближайшее время. Дорога до храма Мира и вправду была неблизкая. Часа три они точно шли до самой горы, изредка делая короткие привалы, потому как они с Ни-эр всё ещё были детьми. А вот когда начались ступени на гору... Гин не уверена, что прошла хотя бы треть, прежде чем присоединилась к Ние, что сидела на руках у Ву. Сидя на руках у монаха, она вспоминала всё, что помнила о храме ниндзя из сериала. Выходило негусто: гора была всего одна, растительности там было мало, сам монастырь находился выше облаков, а в горе были стойла для драконов. Потом вроде бы храм сожгли, и ниндзя жили на корабле, о котором Гин помнила ещё меньше. Но сейчас, вертя головой и не боясь из-за этого споткнуться, Гин видела целое скопление гор разной высоты со множеством выступов, зелень, где особо выделились сакуры на самых пиках, парочку водопадов. И все это были горы, что были явно ниже той, на которую они взбирались по лестнице. Когда же они прошли облака, которые частично мешали им видеть ступени, то Кай заметила, что сквозь белую вату всё-таки торчат некоторые горы и деревья на них. Но даже тогда они всё ещё поднимались. Храм Мира оказался куда больше, чем Гин помнила из сериала. Он и вправду был шестиугольным, выполненным в азиатском стиле, но был куда как массивнее и величественнее. Три этажа, каждый из последующих был меньше по периметру. Когда же огромные врата распахнулись, она смогла увидеть большой внутренний двор с золотой статуей китайского дракона. – Это монастырь Кружитцу, – произнес Ву, когда отпустил их на каменные плиты двора. Ния умилительно тёрла глаза кулачком, задремав на руках монаха до этого, в то время как Кай слушала, – Вы будете жить здесь и тренироваться, чтобы стать ниндзя и обучиться технике Кружитцу. Если вы ещё не сильно устали, я могу провести вам экскурсию по храму, после чего вы ляжете спать. Гин, подумав, не стала отказываться. Первый этаж делился на два крыла, между которыми был небольшой зал, скрытый от входа перегородкой. В правом крыле находились комната мастера Ву, такая же пустая комната, явно спальня, библиотека со свитками, зал медитаций, туалет с ванной комнатой, в левом же крыле - кухня со столовой, две пустые комнаты и та же ванная с туалетом. Второй и третий этаж не использовались из-за ненадобности. Ву решил поселить их в правом крыле, просто потому, что так ему было ближе, если с ними что-то случиться. Ния также заранее решила отказаться от раздельных комнат, твердо предупредив старика, что будет спать с Кай. Не то, чтобы он собирался разделять двух детей, но Гин было забавно смотреть на его удивленное лицо, когда Ни-эр ему это говорила. Засыпать на новом месте было странно и необычно. Пустая и просторная комната в какой-то степени давила. Помнится, в прошлой жизни, когда Гин была ещё ребёнком, она не любила ночевать нигде, кроме дома, потому что ей было неуютно. Во взрослой жизни эта проблема у неё исчезла. Но сейчас... Возможно, её просто пугало будущее. Она ведь не хотела влезать в канон и становиться частью сюжета, но мир решил по-другому и вот, ей пять и она в монастыре. И самое смешное, что она даже не знает, так и должно быть, или что-то в биографии её героя пошло не так? В конце концов, Гин не заметила как заснула под сопение Нии и гул ветра за бумажным окном. *** Никто их в первые же дни в храме гнать на тренировочную площадку, ясное дело, не стал. Ву прекрасно понимал, как тяжело двум маленьким детям, совсем недавно лишившимся родителей, приходится. Да и самой Кай было как-то не до тренировок в тот момент. Потеря опоры в юном возрасте – та ещё проблема и травма. Гин и до второй жизни её имела, о чем прекрасно знала, просто в этой, до этого замечательной и светлой жизни, она словно разрослась, позволяя окунуться в страх и отчаяние за себя, сестру и их будущее. То, что она не плакала при госпоже Си, лаоши и Ние не значило, что она этого не хочет. Очень даже хочет свернуться калачиком в углу и плакать от чувства бессилия. Она просто себе этого не позволяла там, в деревне, не позволит и сейчас. Ну, может самую малость. У неё ведь были какие-никакие планы на жизнь, которые даже не рушили знания о будущем каноне. Кай думала, что всё обойдется, у неё будет выбор, в конце концов, неизвестный сюжет ещё та-а-ак далеко. А выяснилось, он куда ближе, чем ей казалось до этого. И доказательство этому – туалет, в котором она рыдала, закусив губу и не издавая ничего, кроме тяжелых вздохов, стены монастыря, которые её теперь окружали и за которые она не могла выйти без сопровождения. Не то, чтобы это место Гин совсем не нравилось, просто осознание того, что канон ближе чем она думает, пугало. Так уж много она не помнила, кроме большой змеи, но и этого хватало. Как она теперь будет жить? Гин хотела себе жизни полной свободы и благ, где она сможет заниматься любимым делом. Вряд ли храм мира способен на это. Вряд ли её введут в курс дела и скажут о том, что её ждет в будущем. Как же сильно, черт возьми, она ненавидела неопределённость, а ведь теперь её жизнь именно из этого и состояла. Неизвестный монах, возможность стать ниндзя, непонятки с образованием и в целом пониманием, куда она пойдёт дальше. С родителями у неё хоть какая-то конкретика была. А тут... Тут её брали страх и непонимание, как действовать, отчего-то при воспоминаниях о тех днях в деревне хотелось плакать. Ей ведь даже не было кому выплакаться. Хотя, даже будь, она бы не пошла. Кай не осуждала тех, кто мог выражать свои негативные эмоции на людях, но это касалось только других. Себя за такое она почти презирала, потому старалась этого избежать. К тому же, она не хотела, чтобы Ния чувствовала себя ещё более уязвимо, чем сейчас. Гин чувствовала за сестру ответственность и вовсе не хотела, чтобы она узнала о том, что и её старшая сестра тоже была подавлена и растеряна. Кай не хотела выглядеть слабой и разбитой, показывать настоящие эмоции слишком откровенно. И ей никто не мог помешать утопать в своей гордости. Даже Ву. Он, как позже оказалось, был куда более лучшим наставником, чем опекуном. Он не замечал очень много, совершал крохотные, но ощутимые ошибки, оставлял детей одних, не понимая, что это не тот способ, который подошёл бы детям. Было заметно, что опыт в воспитании у него если и был, то совсем крохотный. И утешать он тоже не умел, но не Кай его и в этом осуждать. Ния слушала её, вероятно, только потому, что они сестры и испытывают одно горе на двоих. Она ела с ней, спала, просила не бросать во время очередного наплыва слез, который уже нельзя было остановить травами. Ния хотела к Майе, хотела к Рэю, хотела домой, там где почти жарко от кузни и нет стен и огромных ворот, что мешают видеть дальше территории храма. Ей было странно и страшно каждый день видеть чужого человека рядом. У неё осталась только Кай. Кай, которая медленно старалась выводить Нию из этого состояния неумелыми шагами. Получилось у неё только через полтора месяца после прибытия в монастырь. *** – Чай обычно разливает самый младший, – тихо говорил Ву, наблюдая за движениями второй своей ученицы. На удивление, она хорошо управлялась с чайным сервизом и не забывала ни одно из правил этикета церемонии, – Сначала его подают старшим и так далее по убыванию. Если бы здесь была Ния, то чай разливала бы она. – Ей всего три, – отвечала Кай, не спеша продолжая церемонию, – Вряд ли бы она сделала это правильно, ничего не разлив. – Верно. Сначала ей стоит подрасти для этого, – он кивает, медленно поднося пиалу с напитком к себе и принюхиваясь. Хорошо. Медленно отпивая, он произносит после, глядя на перистые облака рядом с беседкой, – Весна скоро закончится. Ву не стал сообщать девочке о том, что и она слишком мала для чайных церемоний. И он, по правде говоря, даже не знал, зачем вообще решил провести её с ребёнком, пусть и умным. Кай тоже перевела взгляд с сервиза вперед, где за пределами небольших ограждений беседки, простиралась пропасть. Вид был завораживающий: они сидели на одном из выступов, на котором располагалась ближайшая к монастырю беседка, и все это было на уровне облаков, в то время как на виднеющихся вершинах были видны разные растения, а где-то совсем далеко слышался шум водопада. Это был один из немногих случаев, когда Гин покидала пределы стен храма Мира. Но то, что весна скоро закончится, видно не было. Местный климат несильно отличался от её деревни. – Мы скоро начнём обучение? – в лоб поинтересовалась Кай, помня, что в этом апреле она должна была попасть в первый класс. – Тебе уже не терпится? – усмехнулся Ву, скрывая облегчение от того, что хотя бы одна из учениц, вероятно, легче переносит потерю родителей. Ему не хотелось смотреть на их страдания. – Я не против начать, – на самом деле её в какой-то степени утомляли дни без занятий и всего подобного. Ей казалось, что можно уже и начать, не тратя время впустую. Малая часть её дня была занята, в то время как остальная была наполнена скукой. – Что ж, тогда приступим завтра, – произнес Ву, отслеживая реакцию второй ученицы. Не показав видимого недовольства, она кивнула. *** Обучать её начали стандартному набору предметов, которые для неё не были так уж сложны. Язык, каллиграфия, математика, география, база биологии и история. И если математика это ещё ладно, то вот остальные предметы были, в какой-то степени, в новинку. Ей повезло в том, что свой опыт из прошлого она сохранила, иначе бы вряд ли запоминала все так же быстро. Впрочем, трудностей пока не было, потому что это был уровень первоклассников. Ей нужно было просто запоминать, учить и тренировать навыки письма. Гин не собиралась показываться вундеркиндом или быть супер продуктивной, как многие из фанфиков про других попаданцев, поэтому подходила к учебе пусть и тщательно, но без излишнего трудоголизма. Она не хотела потом разбираться с чужими ожиданиями. Так же Ву вернул физическую нагрузку, начав с растяжки и выносливости, укрепляя тело. Кай старалась не отлынивать, выполнять всё на совесть, после каждой тренировки валяясь без сил. Мастер созидания говорил, что когда она сможет справиться с необходимой нагрузкой без того, чтобы потом лежать и только лежать на площадке, то он добавит ещё и уроки с мечом. Но пока что, да и ближайшие недели тоже, Кай вряд ли осилит это. Тренировки со стихией были совершенно особенными, выделяющимися на фоне остальных её занятий. Хотя бы потому, что они проходили вне стен храма. Для них Ву сопровождал её на соседнюю гору, где был небольшой пустырь, на котором можно было не опасаться что-то сжечь. Именно там Ву сначала изучал возможности и пределы сил Гин, а потом и помогал тренировать контроль. В основном, Кай кропотливо окружала себя водоворотом пламени, кружащего вокруг неё. Она должна была концентрироваться на нём, чувствуя каждую искру. Чем больше силы – тем сильнее должен быть контроль. Когда же они выяснили, что сила растет даже без желания самой Кай, то эти тренировки несколько увеличились. Как поняла Гин, мастер Ву ужасно опасался того, что её сила навредит всем вокруг, включая её саму. – Сила откликается на эмоции, – голос мастера был четким, несмотря на то, что стоял он за пределами огненного урагана, – Но у большинства мастеров проявление своей стихии вызывает трудности, для этого нужно прилагать усилия. Именно поэтому связь эмоций и дара не так опасна для них, это просто не касается их в такой степени, как тебя. Но бывают и те, кому призыв стихии даётся просто, – Гин вздохнула, понимая, что это о ней, мысленно радуясь, что в действительности ребенком не является. Иначе бы как пятилетка смог понять все слова Ву? – Таким тяжелее всего не вредить окружающим, держать силу в узде. И если ты не хочешь навредить своей сестре и себе, ты должна учиться и становиться сильнее. Для них обоих было ясно, что с каждым днем сил у неё прибавляется, а если контроля не хватит... Может, до одного момента Кай и не опасалась потерять контроль над огнём, но когда в первый раз он перестал на мгновение слушаться из-за сильной злости, которая оглушала... Медитация и упражнения на филигранное управление каждой искрой стали одной из фиксаций Гин. Она старательно избегала вещей, которые бы могли вызвать у неё сильные эмоции и училась избавляться от них без вреда для себя и окружающих. Для Нии, которая теперь ещё и скучала по Кай, Ву достал со второго этажа маленький телевизор, к которому можно было подключить диски, да и сам он показывал пару каналов. Так младшая Смит менее болезненно переносила начало обучения Кай. Когда в её руки снова попал меч, Гин почти обрадовалась, если бы не понимала, что ниндзя из неё, скорее всего, выйдет ужасный. Она боялась сражений, в опасных ситуациях и под действием адреналина всегда действовала неправильно и пыталась убежать, спрятаться. Она не любила боль, которая сопровождает всех воинов, включая ниндзя. Но Кай не хотела расстраивать мастера Ву, который так много сделал для них. Она могла хотя бы попытаться, верно? Отрабатывать удары, подбирать их комбинации для боя и менять их при необходимости, иногда действуя наобум. Похвала мастера на уроках владения мечом для неё ничего не значила и не говорила. Он ведь имел в виду, что база у неё неплохая, удары отработаны, но по их спаррингам ведь нельзя определить, как она будет действовать в настоящем бою. Через пару недель Кай заметила уже знакомую с прошлой жизни проблему – она боялась разочаровать старших. Когда она только поняла это, то не придала этому особого значения. Ну, в прошлом же это не мешало ей отлынивать, верно? Вряд ли что-то измениться. Но когда она застала саму себя за третьим часом отработки ударов меча, когда у неё тряслись руки и ноги, а по телу разливалась слабость, то поняла, что её проблема перешла на новый уровень. Тренировки утром, в середине дня и вечером. Кай и представить себе не могла в прошлом, что когда-нибудь действительно будет так жить. Просто не представляла, что её жизнь будет наполнена только обучением, умственным или физическим, разбавленным бытом и общением всего лишь с двумя людьми. Она не заметила, как стала любить свой образ жизни, чувствовать в нём некий комфорт. Она просто следовала правилам ниндзя, смирившись, что станет им. На данный момент её жизнь устраивала её, она просто старалась не думать о будущем. *** Кай очень любила Нию и не собиралась этого отрицать. Она не была привязчивым человеком, на самом деле. В её близком кругу было сложно закрепиться, а если это происходило вынужденно, то Гин сразу же относилась к тому человеку хуже, чем следовало. Она была одиночкой и интровертом, который плохо ладил с людьми. Компании больше чем три человека уже выводили её из себя, заставляя напрячься, её социальная батарейка быстро садилась. В какой-то степени, помня канон, Кай готовилась к тому, что её узкий круг общения однажды насильно пополнится, но сейчас не об этом. Ния была сестрой Гин, и она даже мысленно так считала, привыкнув к тому, что она Смит, дочь четы Смит. Они не чужие люди, в них одна кровь. Они семья, причем единственная друг у друга. Кай уже давно присматривает за ней, Ния растёт у неё на глазах, меняется. Гин каждый день смотрит как она перебирает инструменты, собирает какие-то детальки, которые не пойми откуда взяла. Она видела начало её тренировок, помогала ей разбирать их, переводила слова Ву, их смысл для сестры. Ния доверяла ей, это было заметно невооружённым взглядом. Оттого знать, что Ния является мастером воды и молчать при этом, было ещё больнее. Кай любила свою силу, относясь к ней крайне щепетильно. Она почти что понимала её, чувствовала как живую внутри себя. И если бы ей никто не говорил о ней, из-за чего она на протяжении многих лет не могла открыть её, она бы как минимум расстроилась и держала обиду. Это стало бы предательством для Кай. Но, вот шутка судьбы, сейчас Смит-старшая именно этим и занимается. Просто смотрит каждый день, как Ния тренируется у столба, бегает, отжимается, просит показать огонь, который ей нравится и который Кай даже не пытается скрыть от неё. Ву этому сопротивлялся, боясь за них обоих, но ничего не мог сделать, ещё до него будущая мастер воды всё знала. Когда-то в порыве вины и самобичевания Кай спросила у Нии, хотела бы она тоже иметь силу стихий. Она знала, что вне зависимости от ответа младшей, правду не скажет, но отчего-то все же полюбопытствовала. – Ну... – задумчиво протянула Ни-эр, раскладывая тогда футон в комнате Гин, – Может быть? Я не знаю, Ка-эр... Я видела, как часто и долго ты тренируешь контроль над ней, и думаю, что я бы не смогла столько сил тратить на это. Кай тогда подумала, что, вероятно, для стихии воды столько усилий не нужно. Вода не огонь. Кай было уже восемь. Она была прилежной ученицей монастыря и мастера Ву, старательно пытаясь оправдать его ожидания. На следующий год её должны были начать учить технике Кружитцу. Ние было шесть и она не демонстрировала и проблеска силы, о которой даже не догадывалась сама. Ей с каждым днём было всё труднее смотреть сестре в глаза из-за стыда. – Мастер Ву, – однажды не выдержала она, – Ни-эр же мастер воды, да? – лицо сына Первого Мастера Кружитцу лишь на секунду стало удивлённым, после чего он кивнул, – Так почему бы мне не рассказать ей об этом? Если она будет знать об этом, то сможет раньше... – Жизнь не терпит спешки, Кай, – перебил её Ву, – Твой случай – большая редкость, которая чаще всего заканчивается трагедией. Нам повезет, если сила в ней окажется каплей, но пробуждение реки ребенок уже не удержит. Всему своё время, не беги быстрее времени. Кай вздохнула. Да, возможно, ей стоило услышать это вот так прямо ещё раз. В конце концов, Ния не она, ей всего шесть, её жизнь встанет под вопросом при всплеске силы. Стоит подождать тех самых шестнадцати-семнадцати, самого распространённого возраста пробуждения. После этого разговора душа Кай успокоилась. *** Перед своим девятым днём рождения Кай решила поднажать и всё же осилить выпускные экзамены. Да, она не хотела торопиться, она сама долгое время жила под слоганом «поспешишь – врагов насмешишь», но получилось как получилось. Вероятно, дело было в том, что Кай уже когда-то закончила десять классов, многое знала и для неё не было такой уж проблемой догнать пусть и изменённую, но всё ещё школьную программу. Она никуда не спешила, потому как, в общем-то, ей не было куда. Образование в монастыре значило домашнее обучение, которое давало право сдать школьные экзамены когда угодно: хоть в пять, хоть в сорок лет. Поскольку наставник обещал Кай после девятого дня рождения начать обучение приёму Кружитцу, она решила, что будет лучше, если к тому времени она уже не будет усиленно заниматься школьными заданиями. Сдавать она решила язык, математику, что тут были обязательной базой, и географию с историей. Местные ландшафт и зверюшки её занимали, и она с большим удовольствием читала о них. История была похожа больше на сборник легенд, чем на ту же хронологию из её прошлого мира. И то, и другое было очень интересным. Единственное, что увлекало её больше – каллиграфия и заготовка чайных листьев, составление сборов. Но увы, таких экзаменов не было. Литературу этого мира она сдавать тоже не могла – она состояла из однотипной романтики и каждая книга была похожа на предыдущую. И это ещё с условием, что в прошлом мире было тоже самое, но в меньшей степени. Только в современной литературе её, Кай, времени появились другие жанры, разбавляя уныние книг. Но современные романы в экзамен тут пока ещё не входили, так что она решила взять историю. Получила она заслуженные «пятёрки» по языку и истории с географией, последняя чуть не стала «четвёркой», к слову, как и математика, которая в этом мире была куда легче, чем в прошлом. Удивительно высокие результаты, особенно для той, кто в прошлой жизни учился на «тройки-четвёрки». Возможно, дело было в отсутствии интернета и увлечённости культурой мира. Так же, пока она узнавала об образовании учеников монастыря, узнала и о другом. Например, откуда они берут деньги. Служители храмов в этом мире, оказывается, являются кем-то вроде отдельной части государственной системы. В том смысле, что государство и лично императорская семья спонсировали все монастыри и храмы. Мастера, монахи, ниндзя, ученики – все официальные жители храмов были кем-то вроде части культуры страны и мира, что было почетно, и являлись отдельной кастой Ниндзяго, как, например, полиция или врачи. Они находятся на особом счету и имеют некоторые поблажки и льготы. Как, например, в образовании. Также, не имея работы, они получают средства на существование, в зависимости от возраста – сумма меняется при совершеннолетии – и заслуг в чем-либо. Благодаря этому она так же узнала, что верхушка правительства и все интересующиеся знают о том, что Ву является сыном создателя мира, и для них это что-то естественное, жить рядом с почти-что потомком бога, ведь это было нормой их мира. Но также разбираться с любыми мировыми катастрофами, в которых были замешаны силы стихий, монахи, артефакты и остальная дребедень, должен был мастер Ву, или хотя бы писать отчёты и пояснения для императорской семьи. Отчитывался напрямую перед шишками страны, к слову, только монастырь Кружитцу, по причине того, что он шёл от создателя мира. Некоторые особо верующие люди на праздниках все ещё отправляют молитвы именно к нам, думая, что от нас они как-то попадут к создателю мира. Ниндзя монастыря Кружицу были кем-то вроде воинов-хранителей мира, по инициативе Ву, в то время как страна была их поддержкой в разных вопросах. В процессе разбора бумаг Кай даже нашла то самое пророчество про зеленого ниндзя, которое писалось на старом языке. Один возвысится над другими четырьмя стихиями и победит тёмного повелителя, все дела... Кай, как знающая, кто будет этим самым избранным, не удивилась и вернула свиток обратно. Ещё ведь не время, так? Здесь, на ей радость, всё ещё жило три человека, а не табор. *** Примерно за пару дней до своего дня рождения, Кай получила неожиданное задание от мастера Ву – подобрать оружие для Нии. – Железо точит железо, – попивая чай, произносит мастер, но Гин мерещится, что за пиалой он просто скрывает лисью улыбочку человека, довольного своей находчивостью, – Сестра закаляет сестру. Думаю, ты сама должна подобрать ей оружие, ведь ты как никто понимаешь её. Ния, уже давно тренирующая просто своё тело и не имеющая оружия, вознамерилась его получить, чтобы не отставать от сестры. За совместной трапезой она заявила о своём желании сначала Ву, который почти сразу переложил это задание на Кай. Глядя на загоревшиеся глаза младшей сестры, она могла только думать, что мастер ей за что-то мстит. Но за что? Или, может, ей следовало демонстрировать менее ответственный и взрослый характер? Да, точно. Как жаль, что уже ничего не исправить. Призадумавшись, Гин вспомнила, что её сестра имеет неожиданно большую силу удара, возможно даже превзойдёт её в этом когда-нибудь, а так же комфортно себя чувствует, когда между ней и противником средняя дистанция. Сила, верткость, отличный захват... На радость, младшая сестра не имела «главного» оружия, уметь использовать которое она обязана, как сама Кай, поэтому имела широкий выбор. – И что это? – скорее удивленно, чем возмущенно спрашивает Ния, когда сестра даёт ей в руки два сая и один веер, гарды которого были деревянными, а полотно полностью чёрным. – Сай и тэссен, – отвечает ей Кай, – Ты же хотела настоящее оружие? Вот оно. Первыми двумя ты можешь лишить противника оружия, если правильно вывернешь ему руки, например. Тэссен же тоже может выбить из рук противника что-либо, дезориентировать и ещё много чего. Ближняя и средне-дальняя дистанция. – Ты считаешь, они мне подойдут? – с детским энтузиазмом вопрошает Ния, сжимая в руках оружие. – Ну... Для катаны или посоха тебе не хватает роста, множество метательных предметов, как кунаи и сюрикены, тебе не нравятся, к тому же ты любишь бить руками и ногами, так что маленькое оружие тебе подойдет лучше всего. Но если подрастёшь, можешь поменять, в этом нет ничего страшного. В карих глазах сестры блестят искры радости, и сразу, как Кай договаривает, на неё налетает маленький ураган счастья. – Спасибо, спасибо, спасибо! – быстро тараторит Ния, сжимая сестру в объятиях, – Я обещаю, что буду осторожной и не буду действовать бездумно! Ты не пожалеешь, что выбрала и дала мне оружие! Гин как-то даже и не сомневается в ответственности младшей сестры. *** Кай из сериала помнила, как исполняется Кружитцу. Несложный приём, который на экране должен был казаться мощным. Её он, увы, тогда не впечатлял. Она просто не могла всерьёз воспринимать эту технику, потому что представляла, что внутри неё человек вращается как балерина. В какой позиции стоят ноги? Вместе или одна поднята под определённым углом? Как держать руки? Но на все её вопросы Ву отвечал «как угодно». В смысле: – Кружитцу - это вихрь энергии мастера стихии, или использование капли той, что находится вокруг, если человек не обладает даром, – объяснял сын создателя мира, глядя на свою ученицу, которая испытывала нездоровую страсть к конкретике, – Расположение и ног, и рук совсем не важно. Важно, как расположена ты, твои тело и воля вместе. Ты должна с помощью специальной тренировки научиться всем движениям, после чего тебе останется лишь понять и исполнить. Гин лишь могла сказать, что эти слова входили в тройку тех, которые за долгие четыре года она не смогла понять. Ничего это ей не объяснило, короче говоря. Разбирая его речи и смотря за действиями, она поняла, что все, кто владел Кружитцу, так или иначе проходили или изучали те движения, которые должен совершить человек на площадке, специально созданной для обучения Кружитцу. Буквально, ты тренируешь не силу, выносливость или стихию, а подсознательно разум и тело, чтобы при случае оно вспомнило и просто... Смогло. Что. За. Бессмыслица. Комплекс тренажёров на специализированной площадке даже не был самым сложным из всех, которые имел подвижный двор монастыря. Кай с легкостью прошла его раз, второй, третий. Это ничего не дало. К исходу, черт возьми, месяца прохождение по несколько десятков раз этой площадки стало рутиной. Сначала физические тренировки, потом кэндзюцу, въевшаяся спец. площадка, контроль стихии... Нет, Кай была недовольна своим результатом только первые две недели. Потом медитации и привычки взяли своё, и от негативных эмоций она отстранилась. Ещё контроль потерять ей из-за этого не хватало. – Не всё сразу. Вода камень точит, – Кай хмыкнула почти весело от слов мастера Ву. Уж кем-кем, а водой она не была точно, о чем они оба знали, – Труд важнее таланта. Тебе просто нужно больше времени, никто никогда не ожидал, что ты справишься быстро. Быть ниндзя - это долгий и упорный труд. Впереди ещё множество испытаний, это только начало, никогда не забывай об этом. Кай, на самом деле, хотела бы забыть про единственную огромную змею, что она помнила из всех серий мультсериала, и про будущее, полное опасности и лишений, честно говоря, тоже вспоминать не любила, пусть и делала это регулярно. – Какой самый долгий срок, во время которого человек не мог выполнить Кружитцу? – будто невзначай интересуется Кай. Результат её действительно интересовал – по нему она оценит себя. – Год, – отвечает Ву, зная, что его ученице до этого ещё далеко, и это может её приободрить. Кай улыбнулась. Да, пожалуй, все ещё не так плохо у неё. Все же прошло только чуть больше месяца с начала тренировок, всё ещё впереди, даже змея-переросток. Тогда она ещё не знала, что Кружитцу у неё не получится даже спустя три года. *** О том, как начинали свою деятельность ниндзя из сериала она не знала ничего. Помнила только, что первый эпизод начинался с того, что они уже были ниндзя, которые уже вроде как победили кого-то сильного, а потом обленились. Но лично Кай начала с того, что ей вручили костюм ниндзя. Неожиданно, в абсолютно случайный вечер, когда чайная церемония уже закончилась и она читала в гостиной очередные записи одного из нескольких сотен бывших мастеров стихий. Ей было двенадцать, когда её посчитали достойной того, чтобы выходить из храма в амплуа ниндзя огня. Костюм был совершенно не похож на тот, который помнила Гин из сериала – вырвиглазно ярко-красный, с непонятными для неё деталями и рисунком дракона, капюшоном, похожим на мешок, закрывающим всё лицо, кроме прорези для глаз. В её представлении костюм ниндзя, которые вообще-то должны быть скрытными и незаметными, обязан выглядеть по-другому. Не так... броско. Костюм, который она получила, подходил под её представления: тёмно-алая ткань была насыщенной, но из-за темноты цвета неяркой, плотной, но эластичной. Штаны на резинках с несколькими карманами были удобными, и внизу были чуть шире обычной длины, в то время как верхняя часть костюма представляла собой укороченное, боевое кимоно с воротом, шедшим в бок, в лучших традициях Азии, широким поясом, длинными рукавами, которые к запястьям тоже становились шире, но при этом не теряли своей практичности и удобности в бою. Вместо странного мешка на голове, который был в мультике, у неё под вырезом кимоно была подкладка, которая шла вверх и закрывала шею и нижнюю часть лица. Капюшон тоже имелся, и он был чуть более свободным, чем маска, как раз подходящим для её пышных волос. На спине имелся чёрный символ монастыря Кружитцу, в то время как по краям рукавов, вороту и поясу тянулся силуэт языков огня, намекая, какой именно стихией обладает ниндзя. Тоже чёрный. Обувь в комплекте не шла, поэтому Кай могла выбирать то, в чем ей было удобнее. – Твои боевые навыки достаточно хороши, чтобы ты могла выйти и получить опыт в реальном бою, – говорит мастер Ву, когда она неверяще осматривает костюм, – Нападения скелетов не редкость, самураев не всегда хватает. Что ж, да. Возможно, ниндзя из сериала и вправду могли таким способом получить настоящий боевой опыт. Но у Гин всё ещё была одна проблема: – Я не владею Кружитцу, – никакого волнения, печали или злости в голосе не было, просто констатация факта. Кай уже смирилась, просто продолжая пытаться. Кай начала в девять, Ния – тоже. Сейчас ей было двенадцать, у неё был идеальный контроль над силой, вроде как неплохая реакция, скорость и сила, мечом так же махать могла. Но четыре года не дали результат, в то время как Ния за месяц плотных тренировок превзошла старшую в Кружитцу, хотя, откровенно говоря, превосходить там было нечего. Она словно не понимала чего-то важного, главного, что мешало ей. Три года ежедневных лекций мастера Ву, сопровождаемых демонстрациями, не помогли ей. Она могла создать с помощью огня вихрь вокруг себя, напоминающий Кружитцу, но это было совершенно не то. Она должна была задействовать тело, но правильно у неё никогда не получалось. Сама же Кай не испытывала по этому поводу большого разочарования, считая, что и без главной фишки ниндзя ей нормально. В самом деле, сила её стихии вполне может компенсировать это. Но продолжать проходить специальную площадку Кружитцу каждый день она не перестала. Вдруг поможет? *** Одной из возможных причин, почему у неё все никак не может получиться Кружитцу, вероятно, является излишнее усердие. По крайней мере, так считал Ву. Сама Кай, честно говоря, не считала, что так уж усердно тренируется. Да, возможно, по сравнению с прошлой жизнью и её сорока минутами в день на спорт, количество тренировок сейчас – это небо и земля, но сравнивать было бы глупо. Её две жизни сильно отличались друг от друга, в прошлом – она школьница, которая в свободное время занималась писательством, старалась быть хорошей дочерью и при этом заниматься спортом и правильно питаться, несмотря на скорый выпуск из школы и экзамены. В этой – девочка-сирота, которая живет в храме и тренируется почти каждый день, чтобы стать ниндзя и выжить в будущем многократном конце света. У её жизней разные обстоятельства и ситуации, сравнивать попросту глупо. Это было даже заметно, когда она выходила в бой, пытаясь защитить деревни или простых путников от скелетов или других разбойников. Ей было страшно атаковать в лоб, она действовала из тени, пряталась и скрывалась. Возможно, гражданские и мастер Ву считали, что она просто хороший ниндзя, который никогда не забывает быть скрытным, но... Откровенно, они ошибаются. Кай здраво оценивала свои боевые навыки, они были неплохи, но ей сначала было нужно набраться опыта реальных боев, а не спаррингов с сестрой или мастером. Она даже спустя месяцы вылазок из храма всегда была напряжена, когда приходилось сражаться за целую деревню с несколькими десятками скелетов. Поэтому где Ву разглядел у неё излишнее усердие, она не знала. Вот стресс, это да. В её жизни его стало слишком много, и она пока не могла привыкнуть к сражениям, от этого даже её тренировки стали менее эффективными. Но говорить о своём страхе она не считала нужным. Когда мастер Ву сказал ей, что страх у ниндзя – это нормально, но нельзя дать ему овладеть собой, нужно учиться бороться с ним. И Гин боролась. Ощущала, как ноги во время секунд передышки в бою сводит судорогой, слабеют от страха руки, но продолжала громить скелетов, ломать чужие кости и сжигать, резать плоть монстров, которые тут, однако, были. Но даже Ния поддержала наставника в том, что Кай нужен отдых. Якобы, она совсем не отдыхает, просто не замечает этого. Чувствовала ли себя так Гин? Сложно сказать. Ей нравилось то, что она делала: тренировки, самообразование, быт в храме – всё это приносило ей удовольствие. Даже на бои с скелетами и ими подобными она шла не из под палки. Понимала, что надо. Но Ния слишком хорошо могла строить глазки и убеждать, поэтому в один из дней они вернулись домой, в кузню. Запертая тяжёлыми замками, покрытая пылью, но знакомая и пустая. Для чего они там были? Ву решил, что кузнечное дело её родителей – то что нужно для перетрудившейся юной ниндзя тринадцати лет. И отправил её учиться этому делу по записям отца в их старом доме, который они не посещали с пятилетия Кай. Сначала Гин не особо поняла, чем ей это поможет, ведь она никогда не думала об том, что вернётся сюда и решит встать на место Рэя. Но постепенно, отмывая столы и другие поверхности кузни от многолетних слоёв пыли, находя тетради с записями родителей и последние материалы, что остались после их пропажи, Кай начала находить в этом что-то расслабляющее. Особенно когда она, изредка поглядывая на крупный почерк отца в своей тетради, начинала что-то делать за кузнечным столом, а под навесом у входа за поставленным столиком сидела Ния и делала различные задания из школьной программы. Возможно, было в этом что-то умиротворяющее. Но, черт, она правда не вернулась домой, чтобы продолжить дело отца! Может, когда-нибудь, но не сейчас. Прекратите ходить к ней с заказами, у неё не так много времени на это, она всё ещё ниндзя монастыря Кружитцу! *** Для Ву, однако, неспособность его старшей ученицы использовать Кружитцу тоже не была большой проблемой и препятствием для того, чтобы она вышла за пределы храма Мира как ниндзя. Да, она не овладела главной техникой, но она была сильна, и это было решающим фактором. Смотря на то, как Кай расправляется со скелетами в деревне, которую когда-то покинула вместе с сестрой, он убеждался в правильности своего решения. Правильная техника меча, грамотная стратегия и тактика, выверенные удары, стихия действовала, не вредя гражданским, полностью подконтрольная мастеру огня. Скрытность у старшей Смит так же была на уровне, – после долгих боев с ним было бы странно иметь другой результат, – помогая обезвреживать врага и не прибегать к более масштабным боевым действиям. Ей редко когда требовалась помощь в бою, она быстро учитывала свои ошибки. Также, несмотря на явную склонность к жестокости, что была и у его брата, Кай следовала его словам и не калечила противников слишком сильно, если они были людьми и не было большой необходимости. За четыре года сражений со скелетами, разбойниками и другими опасными созданиями, что нападали на деревни, Смит вполне была готова к тому, чтобы войти в свиту зеленого ниндзя и начать свой долгий путь к сохранению баланса в мире. Ему осталось только набрать остальных ниндзя. Что-то он слишком отвлёкся на обучение своих второй и третьей учениц.