Поскольку я не смогла остановиться для Смерти (она любезно остановилась для меня)

МИР СМЕРТНЫХ

2026 год

Переулок воняет мочой и отчаянием, окутанный такой темнотой, которая поглощает даже самые смелые лучи уличного света. Рио склонилась над телом молодого человека, его широко раскрытые, немигающие глаза уставились на граффити на кирпичной стене рядом. Кровь растекается под его курткой, её вялая струйка уже темнеет, уже остывает. — Даже не понял, что случилось, а? — шепчет Рио, доставая свой жнецкий кинжал из складок пальто. Дух мужчины смотрит на своё безжизненное тело, сбитый с толку. — Что за… кто вы такая? — его голос дрожит, замешательство в словах едва скрывает панику, подступающую к нему. — Подождите, подождите, это… я… — Мёртв? Да, — огрызается Рио, не потрудившись взглянуть на него. — Нож в рёбра, пробитое лёгкое. Быстро истёк кровью. Даже не доехал до больницы. Она рассеянно крутит кинжал, лезвие ловит тусклый свет мерцающей неоновой вывески наверху. Мужчина пялится на неё, его полупрозрачные руки хватаются за толстовку, словно пытаясь удержать то, чего больше нет. — Но я… я не… я просто хотел вернуть свой бумажник. Тот парень… — Да ему было всё равно, — перебивает Рио. — Ограбление, не повезло, жизнь несправедлива, бла-бла-бла. Давай уже покончим с этим, а? Она вонзает кинжал в воздух, лезвие прорезает саму реальность со звуком рвущейся ткани. Открывается зазубренный портал, бледный свет вырывается наружу нитями, которые жадно тянутся к душе мужчины. Мужчина смотрит в пустоту, его выражение лица колеблется где-то между благоговением и ужасом. — Что это? — Твоя тачка, — коротко говорит Рио, указывая на портал взмахом запястья. — Запрыгивай. — Но вы даже не собираетесь… — вопит он, повышая голос, — …объяснить, что происходит?! Это, знаете ли, довольно важно, леди! Рио стонет, проводя рукой по лицу. — Ты мёртв. Это твоя загробная жизнь. Что тебе ещё нужно, презентация в PowerPoint? Новый голос прорезает мрак, гладкий и приторно-насмешливый. — Обычно она не такая ворчливая, знаешь ли. Рио резко поднимает голову, её глаза сужаются, когда взгляд останавливается на Агате, развалившейся на помятом мусорном баке. Призрак сидит, скрестив ноги, полупрозрачный, но светящийся загадочным ярким светом, жуя ведро… это призрачный попкорн?! Агата взмахивает зёрнышком в воздухе, как дирижёрской палочкой. — Обычно это всё «пора двигаться дальше, жизнь мимолётна, смерть вечна», бла-бла-бла. А это просто лень, — она отправляет зёрнышко в рот и драматично его разжёвывает. Рио хмурится ещё сильнее. — Какого чёрта ты здесь делаешь? Агата откидывается назад, опираясь на локти, совершенно невозмутимая. — Ой, не обращай на меня внимания. Просто призрачно наблюдаю. Понимаешь? Призрак, призрачно, — она кокетливо машет молодому человеку, который теперь смотрит на неё широко раскрытыми глазами. — Привет, сладкий. Мужчина моргает. — Подождите, я могу быть призраком? Это возможно? Тон Рио становится резче. — Не поощряй его. Агата изображает невинность, её губы изгибаются вверх. — Что? Я просто предлагаю альтернативы. У призрачности есть свои плюсы, малыш. Ни налогов, ни старения, ни экзистенциального страха — ну, ладно, кое-какой экзистенциальный страх есть, но это терпимо. К тому же, ты можешь преследовать кого угодно. Тот парень, который тебя ударил? Отличный материал для преследования. Лицо мужчины светлеет, его плечи расправляются. — Это звучит довольно круто. Рио раздраженно поднимает руки. — Нет. Нет, это не круто. Это жалко, и это грязно. Поверь мне, ты не захочешь провести вечность, застряв в мире смертных, прячась по переулкам и старым домам. Просто иди в загробный мир. Агата фыркает. — Игнорируй её. Она просто злится, потому что ничего не может со мной поделать. Рио отказывается смотреть на неё, но её скелетные зубы слышно скрежещут. — Я найду способ. — Конечно, найдёшь, дорогая, — Агата бросает в неё горсть попкорна, хихикая над тем, как зёрнышки безвредно отскакивают от пальто Рио. Молодой человек осторожно делает шаг к порталу, затем колеблется, переводя взгляд с Рио на Агату. — Так, э-э… как там? В загробном мире? Рио потирает переносицу. — Там хорошо. Спокойно. Тихо, — она наконец бросает выразительный взгляд на Агату. — В отличие от некоторых. Агата закатывает глаза, драматично вздыхая. — Не позволяй ей напугать тебя. На самом деле она большая милашка. Очаровательная. Рио кипит от злости. — Я тебе сейчас покажу очаровательную… — она поворачивается к мужчине, кожа на её лице мгновенно тает, обнажая старый, угрожающий череп, её глаза горят огнём полуночного солнца. — Заходи в портал. Сейчас же. Мужчина бледнеет — впечатляющее достижение для того, кто уже мёртв — и спотыкается, направляясь к пустоте. — Ладно, ладно! Господи, просто уберите эту штуку! Портал закрывается за ним с тихим свистом. Рио стоит какое-то время, её плечи напряжены, дыхание резкое. Агата спрыгивает с мусорного бака, её каблуки беззвучно цокают по тротуару. — Ты всегда должна быть такой занудой? Рио не оборачивается. — Ты всегда должна всё портить? Агата наклоняет голову, обдумывая. — Да. Между ними повисает тишина, нарушаемая лишь далёким гулом уличного движения. Прошло шесть недель с той ночи, когда Агата покинула Дорогу, с тех пор как она открылась вечнозелёным теням Рио и отдалась силе самой Смерти. Пять с половиной недель с тех пор, как Агата выбрала трусость призрачного мира и начала свой поход против последних остатков терпения Рио. Наконец, Рио говорит, её голос стал тише, почти смиренным. — Почему ты всё ещё здесь, Агата? Играя с длинной прядью серебристых волос, Агата пожимает плечами с лёгкой ухмылкой, но под ней мелькает что-то более мягкое. — Кто-то же должен держать тебя в тонусе. Рио закрывает глаза и думает, как ей вынести бремя этой вины, этого горя, когда рядом витает призрак памяти об Агате. — Тебе стоило уйти. Облик Агаты мерцает в свете уличных фонарей. — Ты бы скучала по мне слишком сильно.

***

Комната хосписа пахнет синтетической лавандой и чистящими средствами, но у кровати стоят множество фотографии в рамках, открытки, цветы: всякие безделушки, которые естественно накапливаются там, где жизнь была долгой и полной. Рио стоит у изножья кровати, её тёмный силуэт резко выделяется на фоне мягкого золотистого света прикроватной лампы. Пожилая женщина лежит неподвижно, её руки аккуратно сложены на груди, глаза открыты, но ничего не видят. Её дух, однако, не так спокоен. — Это не может быть правдой, — дух указывает на Рио дрожащей рукой. — Разве вы не должны быть… ну, где наш Господь? Почему он не послал ангела? Что это за чёрное? Рио, сжимая свой жнецкий кинжал с энтузиазмом человека, заполняющего налоговую декларацию, вздыхает. — Можешь подать жалобу в справочную службу, но я — это всё, что ты получишь. Женщина щурится. — Вы уверены? Вы не выглядите очень… — она замолкает, подбирая слово. — Святой? — равнодушно подсказывает Рио. — Ну, да. Я ожидала кого-то более… — Бородатого? В тоге? — Да! — Да, мне часто так говорят, — Рио делает вялый взмах кинжалом, открывая знакомый разрыв во вселенной. Сначала портал мерцает темнотой, сквозь его края просачиваются тусклые нити света, словно швы плохо зашитой раны. Пожилая женщина наклоняет голову, не впечатлённая. — Это не похоже на Рай. — Это рядом с Раем, — язвительно говорит Рио. Женщина делает шаг назад, упрямо скрестив руки. — Я, пожалуй, подожду кого-нибудь другого. Может, произошла какая-то путаница. Такое случается, знаете ли. Прежде чем Рио успевает ответить, она появляется. Снова. — Молодец, миссис Ченг. Хорошо иметь стандарты в таких вопросах, знаете ли. Агата устроилась на подлокотнике выцветшего кресла в углу комнаты. — Ох, ради всего… — шипит Рио сквозь стиснутые зубы. — Не обращай на меня внимания, — говорит Агата, сверкнув ухмылкой. — Я здесь только для того, чтобы наблюдать. Продолжай. Женщина моргает в ответ, руки рассеянно ищут её очки на цепочке на шее. — Кто вы? — Контроль качества, — беззаботно отвечает Агата. — Мы проводим выборочную проверку, — она наклоняется вперёд, заговорщически размахивая своим планшетом. — У нас были некоторые жалобы. Рио бросает на неё убийственный взгляд. — У меня есть одна жалоба, и она — большая заноза в моей… — В любом случае, не позволяйте грубому внешнему виду обмануть вас, — ярко говорит Агата. — Она на самом деле одна из наших самых популярных сотрудниц. Лично я думаю, это потому, что у неё фантастическая задница. Пожилая женщина ахает, хватаясь за свои бусы — или, по крайней мере, за призрачную память о них. — Прошу прощения! Голова Рио резко поворачивается к Агате, её глаза сверкают. — Агата. Заткнись. — Что? — невинно спрашивает Агата, пожимая плечами. — Я просто говорю то, о чём мы все думаем. У Смерти есть чем похвастаться. Душа смотрит на них, совершенно возмущённая и слегка заинтригованная. — Ну, я… я не думала, что здесь будет так много лесбиянок. Агата игриво поднимает брови. — Смерть полна сюрпризов, не так ли? Рио щиплет переносицу, бормоча что-то неразборчивое, но, скорее всего, нецензурное. — Игнорируй её, — говорит она сквозь стиснутые зубы. — Давай отправимся в загробный мир, хорошо? Женщина обвиняюще указывает на пустоту. — Это не похоже на жемчужные врата. Где ангелы? Хоры? Э-э… арфы? Терпение Рио, уже и так на исходе, наконец лопается. — Ладно. Хочешь арфы? Я дам тебе арфы. С раздражённым щелчком пальцев портал внезапно вспыхивает ослепительно-белым светом. Комнату наполняет звук тысячи небесных хоров, которые так гармонично поют, что воздух гудит. Лицо миссис Ченг смягчается, её плечи расслабляются. — О… о, вот это уже больше похоже, — она делает шаг к порталу, небесное сияние окутывает её тёплым, неземным светом. — Спасибо, мне… мне теперь намного лучше от этого. Она проходит, портал закрывается за ней с мягким свистом, оставляя комнату снова тусклой и тихой. Агата широко и нахально улыбается, делая пометки на своём планшете. — Браво. Правда. Арфы были хорошим штрихом. Я поставлю… ох, даже не знаю, шесть из десяти. Баллы за талант. Рио поворачивается к ней, сжимая руки в кулаки по бокам. — Как долго ты ещё собираешься здесь торчать, Агата? Агата пожимает плечами, соскальзывая с кресла и неторопливо направляясь к Рио. — Столько, сколько я нужна парню. Он медленно учится. На этой неделе мы осваиваем древнее искусство развязывания себя на костре. Классические ведьминские навыки 101. — Ты нужна своему парню, — резко отвечает Рио. — Николас ждёт тебя. Ухмылка Агаты угасает, её взгляд мечется в сторону. — Я не готова, — наконец говорит она смущённо. — Ещё нет. Рио просто долго смотрит на неё, её маска невозмутимости была идеальной для любого, кто не был Агатой Харкнесс. — Тогда не беспокой меня, пока не будешь готова.

***

— Я просто спрашиваю, ты не думала о том, чтобы ходить с трезубцем и рогами? — Я не Дьявол, Агата. И даже если бы была, как это успокоило бы только что умершую душу? — Кто сказал, что это для мёртвых? Я заслуживаю немного зрелища время от времени. — …так как мне, типа, больше здесь не быть? Потому что для меня эти отношения слишком токсичные. — Сворачивай в разрыв во времени и пространстве справа от тебя, а у жемчужных врат поверни налево, не пропустишь их. — Круто, ну, э-э, здорово поболтали, наверное? Надеюсь, вы, ребята, сможете разобраться в своих отношениях. — Тут не в чем разбираться!

***

— Я не пойду через эту… эту штуку! Произошла ошибка! — Могу открыть другой, если хочешь. Что-то более… подземное. — Оу, как зловеще, мне нравится. — Я этого не заслуживаю! Я ничего плохого не сделал, я опора общества. — В смерти нет секретов. Ты прекрасно знаешь, что сделал. — Эти девочки пришли ко мне, они хотели этого, и если они говорят что-то другое, они врут… АХ! — Агата, да что же это такое. — Что? Он гораздо удобнее в форме человеческого кренделя. Смотри, ты можешь просто… — Ты что, только что зашвырнула душу в пустоту? — В точку, детка.

***

— Ну… как у него дела? — Как у кого дела? — У кого, по-твоему? — Не знаю. Как там поживает твоё домашнее чудовище? — Он сейчас ругается со своим парнем. Что-то насчёт хранения секретов, не знаю, это очень в духе школы Деграсси. — О боже мой, эта отсылка старше меня. — Эй, мисс Пишу-смс-за-рулём, замолчи. Взрослые разговаривают. Ну? — Ну? — Рио. — Почему бы тебе не пойти и не узнать самой, Агата?

***

На могиле Агаты Харкнесс цветут бессмертные цветы. Экзотические экземпляры, неслыханные виды, бутоны, которые никак не должны расти в пригородных условиях Вествью. Но они всё равно растут. И они никогда, никогда не вянут. Рио следит за этим. Дом заколочен, признан непригодным для жилья с тех пор, как она была здесь в последний раз. Погода значительно потеплела, обещая яркое лето. Хотя Рио этого не заметила бы. Она не чувствовала тепла с тех пор, как Агата поцеловала её. Она тихо движется по саду, осматривая их последнее поле битвы на предмет любого намёка на магическое вмешательство. Не каждый день погибает такая ведьма, как Агата Харкнесс. Земля здесь хранит воспоминания о той ночи. — Ну что, чего мы такие угрюмие? — Неужели нет ничего святого, чего бы ты не захотела коснуться? — устало говорит Рио, впервые за своё долгое, долгое, долгое существование чувствуя себя необъяснимо истощённой. — Эй, это моя могила, — раздражённо отвечает Агата, откидывая назад свои длинные серебристые волосы. — Хотя мне нравится, что ты с ней сделала. — Ничего себе, — голос Рио ослабевает. — Спасибо. — Ой, да ладно, — дразнит Агата. — Ты предпочла бы валяться здесь одна, без меня? — Без антропоморфного тумана, который напоминает мне о худшей ночи в моей жизни? — безэмоционально отвечает Рио. — Ты права, о чём я только думаю? Агата закатывает глаза. — Послушай, сейчас бестелесность очень в моде. — То есть, мне мало того, что я должна нести знание о том, что ты выбрала какое-то… отклонение, — кипит Рио, — вместо всех тех лет, что мы провели вместе. — Подросток — не отклонение, — вмешивается Агата, редко проявляя раздражение. — Ты получила свою душу в ту ночь, баланс не может забрать и его тоже. Рио продолжает, как будто она ничего не говорила: — Какое же это удовольствие, что ты здесь вместо неё, когда ты издеваешься над её душой, над её памятью! Ветер усиливается с каждым словом, опасно закручиваясь в соответствии с её настроением. Но Агата не из тех, кто отступает перед гневом Рио. — Ты же не могла ожидать, что я уйду тихо. Ты ведь знаешь меня, Рио. — Я никогда не ожидала, что ты уйдёшь! — рычит Рио в ответ. Призрак пялится на неё. — Что случилось с «всё заканчивается, Агата»?! Разве это не девиз твоего драгоценного священного порядка?! — Я бы нарушила его для тебя! — голос Рио хриплый, как завывающий ветер, как рёв самих океанских волн. — Я нарушала его! Снова, и снова, и снова. А ты просто оставила меня… — Оставила тебя? — хихикает Агата от раздражения, а не от веселья. — Я только и делаю, что держусь рядом с тобой, а ты только и делаешь, что ноешь по этому поводу! — Ты — не она, — наконец говорит Рио, её ярость покидает её так же быстро, как и появилась. — Ты не моя Агата, ты… запоздалая мысль. Копия копии копии. Но из-за того, что ты здесь, она не может быть там, она не может быть с Ники, она не может простить меня. — Я — не она, — медленно, опасно начинает Агата. — И никогда не была ни ею, ни запоздалой мыслью. — Все призраки такие, — настаивает Рио. Это, кажется, только ещё больше её злит. — Может ли запоздалая мысль коснуться тебя? — обвиняет она, протягивая к Рио руки, которые едва сохраняют свою форму, но всё же каким-то образом (каким-то образом) Рио чувствует их прикосновение к своей коже, более холодное, чем она помнит, но твёрдое, желанное. — Может ли запоздалая мысль обнять тебя? Целовать тебя? — призрак Агаты прижимается губами к ладони Рио, глядя ей в глаза с открытым вызовом. — Я не какой-то обычный полтергейст, Рио. Я — Агата, блядь, Харкнесс, и я решаю, когда уйду от тебя. Не ты, не баланс, а я. Рио чувствует, как сморщенный кусок угля, который она называет своим сердцем, ноет от тихого, осторожного желания. Ей хочется вырвать его ногтями, ей хочется кричать на призрак Агаты (на саму Агату?), чтобы она не давала ей этой ложной надежды. — Ты — не та, — шепчет Рио, слегка нахмурившись. — Я знаю тебя, и это… я не чувствую тебя так же. — Я — не та, — соглашается Агата. — Но то, что я новая, не значит, что я не твоя. Руки Рио сжимают руки Агаты, и это не то же самое, это не то прикосновение, которое она запечатлела в самых глубоких уголках себя, но это и не не Агата. — Я же говорила тебе, милая, — продолжает Агата с улыбкой, её высокомерие ослепительно, как солнце. — Я предупреждала тебя, что буду преследовать твою жопу всю вечность! Ты не можешь винить меня за то, что я выполняю обещание. Рио полностью замирает. — Ты помнишь. Это не должно быть возможно. Это не может быть возможно. Души не могут помнить пустоту, как это может Рио. И всё же. — В смерти нет секретов, — Агата очень нежно прижимается губами к щеке Рио. — Я встречусь с Николасом, когда буду готова. Я сделаю из Подростка ведьму, достойную моих учений. Я буду тенью следовать за тобой, когда мне захочется услышать, как ты произносишь моё имя этим восхитительно расстроенным тоном… — Агата. — Вот именно, — её улыбка радостно становится шире. — Я раскрою каждый секрет, который даёт мне эта форма, и буду злоупотреблять каждым из них. И в любой момент этой загробной жизни, как бы долго она ни длилась, я буду твоей. Даже когда я не твоя. Необходимо учитывать последствия, результаты того, что уникальное призрачное существование Агаты значит для Рио, для вселенной, для естественного порядка вещей. Это может нарушить всё. Это может привести к катастрофе. Агата — одна из самых могущественных ведьм, когда-либо ходивших по Земле, и она тренирует чудовище, рождённое из Магии Хаоса, ради всего святого. Нет прецедента тому, какими силами она может всё ещё обладать в этой форме, какой хаос она может сеять. Это требует тщательного изучения, это требует быстрых и решительных действий… Рио всё равно. Рио не может не быть всё равно. Рио обнимает женщину, которую любит, притягивает её, пока каждый дюйм их тел не прижимается друг к другу. Смерть встречается с Агатой Харкнесс в поцелуе, который затмевает все мысли, кроме одной: Всё заканчивается, кроме них.