Death note

L сидел в своей характерной позе на краю стула, переплетя пальцы, пристально глядя на мониторы перед собой. Штаб-квартира оперативной группы была тускло освещена, мерцающие экраны отбрасывали голубоватый оттенок на всю комнату. Он провел бесчисленное количество часов, изучая улики, собирая улики и пытаясь опознать Киру, но неуловимый преступный гений продолжал ускользать от него. L не успокоится, или, по крайней мере, он отказывался успокоиться. Его основная задача состояла из двух вещей: уберечь свою девушку от любой опасности и поймать Киру человека, известного тем, что убивает тех, кого он считает морально недостойными жизни. Так много преступников погибло. Его разум лихорадочно перебирал варианты, он прослеживал и возвращался к разгадке, соединял и разъединял точки. Его подозрения часто возвращались к одним и тем же людям, но без конкретных доказательств он попадал в сводящий с ума круг домыслов. Ему нужны были доказательства, что-то осязаемое, что могло бы привести к аресту. Гложущая неизвестность не давала ему уснуть, лишая покоя, в котором нуждалось его тело. Когда время приблизилось к раннему утру, взгляд L, налитый кровью и усталый, упал на койку, где спала его девушка. Ее присутствие было редким утешением в его жизни, успокаивающей силой среди хаоса. Она слегка пошевелилась, ее дыхание было глубоким и ритмичным, не обращая внимания на смятение, бушевавшее внутри него. Он прошептал её имя, его голос был едва слышен. Он не ждал ответа; ему просто нужно было услышать ее имя, что-то, что вернет его к реальности. Она тихо застонала, ее глаза распахнулись, чтобы встретиться с его взглядом. – Хмм... что? – пробормотала она хриплым от сна голосом. Было ясно, что она не рада, что ее разбудили, но она все равно попыталась сосредоточиться на нем. L колебался, его разум балансировал на краю пропасти. Он знал, что то, что он собирался спросить, может разрушить хрупкий мир, который они имели, но он больше не мог сдерживать этот вопрос. – Ты предашь меня? – спросил он. Девушка моргнула, её сонливость сменилась замешательством. – О чём ты говоришь? – спросила она, приподнимаясь на локте. – Зачем ты спрашиваешь о чём-то подобном? – добавила она. Взгляд L не отрывался от неё, выискивая малейший намёк на обман, хоть малейший проблеск вины. Но он видел лишь беспокойство, её широко раскрытые и серьёзные глаза в тусклом свете. – Я думал... – начал он ровным, но с напряжением голосом, – о Кире, о людях, которые могут быть способны на такое. И мне пришло в голову, что... я не знаю, могу ли я ещё кому-нибудь доверять... -печально сказал он. Она полностью села, накинув одеяло на плечи, с растрепанными волосами. – L, ты же меня знаешь, – тихо сказала она, и ее голос прозвучал как бальзам на его измученные нервы. – Мы столько всего пережили вместе. Как ты вообще можешь думать, что я тебя предам? – спросила она, хотя прекрасно знала, что у L есть полное право ей не доверять. В конце концов, он возглавлял расследование и, следовательно, был заклятым врагом Киры. Он должен оставаться бдительным, это всё, что он может сделать, чтобы обеспечить свою безопасность. – Я больше не знаю, что думать, – признался он, и его тон выдавал глубину его внутренней борьбы. – Я просто... не могу позволить себе совершать ошибки. Ты же знаешь, – вздохнул он. Это был последний разговор, который он хотел вести с ней, несмотря на то, что его нужно было обсудить. Девушка протянула руку, накрывая его руку своей. – Послушай меня, — твёрдо сказала она, её прикосновение успокоило его. – Я не Кира. Я бы никогда не причинила вреда тебе или кому-либо ещё. Ты должен в это поверить, – почти умоляла она его. Если они хотят заморозить свои отношения из-за этой незначительной неурядицы, пусть так и будет, но она уверена, что это только навредит им. Взгляд L смягчился, буря в нём на мгновение утихла от её слов. Он хотел верить ей, цепляться за надежду, что хотя бы часть его жизни осталась нетронутой тьмой Киры. – Я хочу верить тебе, – тихо сказал он, но я не могу потерять бдительность. Даже ради тебя, – буднично сказал он. – Мне жаль... Девушка глубоко вздохнула. Затем она выскользнула из-под тёплого одеяла, и её босые ноги с дрожью коснулись холодного пола. Стоя рядом с ним, она смотрела на него сверху вниз. Его сгорбленная фигура была омыта жутким свечением компьютерных экранов. Наклонившись, она нежно поцеловала его в лоб, её губы задержались там на мгновение, прежде чем она провела руками по его непослушным чёрным волосам. – Тогда ты можешь хотя бы пойти в постель? – мягко спросила она. Ночь тянулась слишком долго, и первые лучи рассвета скоро пронзят мрак. L пожал плечами, его плечи едва заметно поднимались и опускались. « – Не знаю, – ответил он отстранённым тоном, не отрывая взгляда от мониторов. Девушка тихонько жалобно заскулила, её беспокойство за него вырвалось наружу. Она обняла его сзади, нежно притянув к себе. – Пожалуйста? – прошептала она, уткнувшись носом в изгиб его шеи. – Тебе нужно отдохнуть. Совсем немного... L чувствовал тепло ее дыхания на своей коже, успокаивающее давление ее тела на свою спину. На мгновение он позволил себе замереть, чтобы ощутить тяжесть ее беспокойства и глубину ее привязанности. Он взглянул на нее, затем на настенные часы, цифры слегка расплылись в его усталом взоре. Его взгляд вернулся к ней, встретившись с ее умоляющими глазами. – Хорошо, – наконец сказал он, и в его голосе послышалось неохотное смирение, а затем он едва заметно улыбнулся. – Но пять минут — это всё, что тебе дано.