Death note

– Если у вас есть вопрос, лучше просто задать его, чем тратить большую часть времени на суету и молчать. – L нажал несколько клавиш на ноутбуке, и лёгкое постукивание пальцев резко контрастировало с его низким монотонным голосом. Любому другому он показался бы резким и бессердечным, возможно, даже раздражённым её внутренним разочарованием, но она знала его достаточно хорошо – или обманывала себя, думая, что знает – чтобы понимать: на самом деле он был довольно мягким. Будь это кто-то другой, он бы её проигнорировал. Она поджала губы и ещё немного подумала над вопросом, который боялась задать. Наконец, поняв, что он всего в одном шаге от вызова Ватари, произнесла: – Возможно, это глупый вопрос. – Если это так, – тихо пробормотал L, – я обязательно вам сообщу. Он снова забарабанил по клавиатуре, и стук клавиш создавал напряжённую атмосферу. В этот момент его можно было почти возненавидеть. Для него большинство вопросов, вероятно, были пустяками – лишь повторением наблюдений и закономерностей, которые он видел ежедневно. Скорее всего, он уже по одной её реакции догадывался, что она собирается спросить. Она вздохнула и смирилась с ужасом предстоящего унижения. – Ладно... Я красивая? Иногда от L не знаешь, чего ожидать. Да, порой он напоминал механическую работу компьютера – сплошные алгоритмы и двоичный код, но были и такие моменты, когда можно было поклясться, что он был так же загадочен, как и преступления, которые он раскрывал. То есть, она никогда не узнавала ответа заранее, но L знал. Он всегда знал. И каков был его ответ? Он продолжал печатать, но искоса взглянул на неё, и в его взгляде было больше раздражения, чем удивления. Вот так. – Красивый, как и большинство других прилагательных, – дело субъективное. – Он склонил голову набок и поднёс большой палец к губам, рассеянно пожевав его, продолжая смотреть на неё. Тёмные, зловещие глаза впились в её. Они были широко раскрыты и немигающие, но даже когда она смотрела на него, едва могла разглядеть отражение в этих тёмных омутах. –У меня нет мнения об эстетике. И это могло бы быть всё. Ещё до того, как она начала заискивать перед L, она знала, что он предпочитает форму функции. Он был практичным и прагматичным, часто выбирая одежду, которая соответствовала бы его сенсорным предпочтениям, вместо того чтобы гнаться за модой. Для него сама идея вещей, созданных исключительно ради новизны и красоты, была далеко за пределами его понимания. Вопреки своим желаниям, она подтолкнула его. – Ладно, а как насчёт меня? Ты считаешь меня красивой? – голос её к концу слегка дрогнул. Внешность — это не всё, она это знала, но для неё это было важно. Её тело... Иногда казалось, что оно ей не принадлежит, словно вещь, которую нужно лишь содержать в чистоте и порядке, но никогда не считать чем-то привлекательным. Кем она была, как не сосудом для души? Мешком с мясом и костями? Да, красота — не всё, но она жаждала, чтобы её признавали как человека, которого можно желать. Разве все остальные не хотели того же в определённой степени? На этот раз она привлекла внимание L. Впервые за час его руки резко зависли над клавишами в нерешительности, а затем снова опустились. Хотя его взгляд оставался пустым, по яркому свету экрана было видно, что он выглядел... растерянным. Возможно, даже встревоженным? Она не знала, как описать выражение его лица, но оно было куда лучше, чем альтернатива — нетерпение. Тихим, ровным голосом он произнёс её имя. В бурном хаосе чувств она нерешительно ответила: Да? – Это деликатная ситуация, да? Она кивнула, слишком подавленная и потерянная в своих мыслях, чтобы ответить словами. – Прежде чем я отвечу, я хотел бы, чтобы вы ответили на мой вопрос. – Он поднял руку, успокаивая её, и если присмотреться, можно было увидеть, что он относится к этому разговору серьёзно. Хотя его голос оставался прежним, а поза – всё такой же сгорбленной, словно он всё ещё был погружён в работу, его манера держаться — неестественно напряжённая и настороженная — говорила о том, что он услышал её беспокойство и постарается всё исправить. – Как говорится, красота в глазах смотрящего. Любой может сказать вам, что вы красивы. Более того, любой может с таким же успехом сказать, что вы уродливы. У всех разные стандарты. Так почему вас это должно волновать? Каждый может сказать что угодно, так зачем вообще слушать? Его слова ошеломили её, а потом накрыла волна негодования и ужасающая мысль, что L всё равно. Он, наверное, решил, что она глупая и слишком эмоциональная. Зачем она вообще спросила? А почему она спросила? – Это потому что это ты— воскликнула она. L был так ошеломлён её внезапной вспышкой, что чуть не упал со стула, но она не обратила на это внимания. Она вскочила и подошла к нему вплотную, нарушив его личное пространство. – Мне всё равно, что думают другие, я просто хочу знать, что думаешь ты! Ты важен для меня, поэтому я и спрашиваю! L моргнул. – Ага. И это всё, что он хотел сказать? Неудовольствие, должно быть, было написано у неё на лице, потому что он поспешно начал подбирать слова, которые наилучшим образом удовлетворили бы её. – Ты не красива и не уродлива. Когда я смотрю на тебя, я вижу кого-то важного для меня. Эстетика и общественные стандарты не определяют, кто ты. – Он протянул руку, движение было неловким, но ему удалось легко, словно перышко, коснуться её плеча. Несмотря на свою обычную неприязнь к физическому контакту, он не отстранился. Ради неё он был готов отбросить свои сомнения, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. – Твоя внешность для меня не имеет значения. Твоя компания гораздо ценнее. На несколько секунд его лёгкая хватка усилилась, а затем он резко отпустил её, вернув руку на колено. Она застыла в оцепенении, а потом почувствовала, как на её лице расплывается улыбка. – Пожалуйста, могу я теперь сосредоточиться на работе?. – Его голос по-прежнему был монотонным, но в нём слышались нотки, наиболее близкие к нытью, которые она когда-либо от него слышала. В ответ она кивнула и, уважая его границы, слегка взъерошила ему волосы в знак ласки. Он испуганно замычал, но она лишь ухмыльнулась в ответ. Если L ценит её такой, какая она есть, то почему мнение других должно иметь значение?