Death note

Она больше не могла это выносить. Прошло слишком много времени, а L, похоже, не собирался поднимать этот вопрос первым. Хотя она предпочитала ждать его инициативы, иногда приходилось брать ситуацию в свои руки. В худшем случае он просто скажет «нет». Но если даже не попытаться, останется только сидеть и тихо страдать. Даже долгий душ не утолял её желание надолго. А сейчас, позволив мыслям блуждать, она с удивлением осознала, насколько уже возбудилась. Несколько минут она молча наблюдала, как L поглощает кусок торта, бессознательно сжимая бёдра в тщетной попытке получить хоть какое-то облегчение. Он лишь бросил на неё взгляд, давая понять, что прекрасно осознаёт её состояние. — Что-то не так? — пробормотал он, отправляя в рот очередную вилку с десертом. — Хочешь ещё? — спросил он с набитым ртом, протягивая свою тарелку. Она заметила, как кадык дрогнул, когда он сглотнул. — Или могу принести свежий кусок. Она замолчала, перебирая варианты в голове, затем решилась и поднялась со стула. — И да, и нет, — начала она, медленно приближаясь к нему и расстёгивая по пути рубашку. — Да, я хочу ещё торта... L удивлённо поднял бровь, но успел отправить в рот ещё один кусок, прежде чем она подошла вплотную. — Но нет, мне не нужен свежий ломтик, — прошептала она, наклоняясь к его лицу. Кончиками пальцев она приподняла его подбородок. Его губы слегка приоткрылись в немом вопросе, когда она накрыла их своими. Её язык скользнул в его рот, исследуя зубы. Вкус оказался приторно-сладким — он ещё не успел проглотить последний кусок. Она забрала торт прямо из его рта, откусив немного. Глотая, она смотрела ему прямо в глаза, и его зрачки слегка расширились. Чёрт, это было мощно. И он это знал. — Не уверен, что мне это нравится,— начал он. Она пристально наблюдала за его реакцией, решая, стоит ли продолжать, но он просто наколол на вилку ещё кусочек и отправил в рот. — Хотя... можно попробовать ещё раз. Она снова наклонилась, повторив предыдущее действие. Её язык вновь скользнул по его зубам, мягко посасывая, пока он подносил очередную порцию. Так есть торт было определённо приятнее. Они повторили это несколько раз, превратив процесс в весёлую игру взаимного удовлетворения. В конце она позволила ему доесть последний кусок самостоятельно. Заметив выпуклость на его джинсах, она направилась к кровати. Вскоре он последовал за ней, прижимая к себе и беря инициативу в свои руки. Его поцелуи за последнее время стали немного лучше, хотя всё ещё оставались неуверенными, и ей иногда приходилось подсказывать. Но сейчас он позволил себе быть уязвимым в своём желании. Поцелуи были неаккуратными и сладкими от глазури, но в них чувствовался настоящий голод. Она потиралась о него, ощущая его возбуждение сквозь джинсы. Юбка сегодня была правильным выбором. Он прервал поцелуй, чтобы расстегнуть штаны. Они уже отказались от презервативов — пока только однажды, но учитывая его неопытность и её регулярные проверки, риск казался минимальным. Гормональные контрацептивы тоже делали своё дело. — С момента последних месячных прошло 22 дня, — вдруг заявил он. Иногда он был ужасно прямолинеен. — Если кровотечение ещё не началось, значит, скоро должно. Сейчас ты, насколько я понимаю, наиболее... фертильна. Её щёки вспыхнули, и она закрыла лицо руками. — Если это твой способ вести эротические беседы, L, то мне это категорически не подходит, — пробормотала она сквозь пальцы, выглядывая одним глазом. Он убрал её руки с лица и продолжил: — Я не слепой. Ты наблюдала за мной последние несколько дней. Признаю, внешне я не проявлял столько внимания, сколько тебе, возможно, хотелось. — Он стянул с неё трусики. Головка его члена скользнула по клитору, продвигаясь между складок к входу. Его широко раскрытые глаза встретились с её, и он ясно увидел, насколько она уже готова. Большой палец он на мгновение поднёс ко рту. — Ох... — пробормотал он. — Я явно был недостаточно внимателен, раз ты уже настолько возбуждена. Его руки скользнули к её бёдрам, притягивая к себе. Резкий толчок вырвал у неё стон. Она выгнула спину, принимая его полностью. Напряжение последних дней наконец начало отпускать. L наклонился, вновь находя её губы. Его поцелуи спускались к шее, затем к ключицам, которые он слегка покусывал. Руки скользили по её груди, мягко сжимая, прежде чем он отстранился. Подхватив её ноги для лучшего угла, он вошёл в неё снова. Тихие стоны вырывались из её губ, пока он двигался. Найдя ровный ритм, он неуклонно следовал ему. Она встретила его движения, дотянувшись до его затылка и притянув для поцелуя. Их дыхание смешалось, когда он снова отстранился. Они смотрели друг на друга, пока он продолжал. Тишина между ними сейчас раздражала её меньше, чем когда он полностью уходил в работу. — Я хочу видеть тебя, — прошептал он. Его темп стал немного жёстче, и она застонала. Слишком долго, слишком долго она ждала. Она сжала мышцы вокруг его члена, заставив его дыхание сбиться. Он тихо застонал в ответ, чувствуя, как она обхватывает его. Несколько сдавленных звуков вырвались из его горла, пока он продолжал двигаться. Эти звуки всегда сводили её с ума — единственные моменты, когда он был полностью беззащитен. Его лицо, искажённое удовольствием, тоже восхищало. Кто-то мог сказать, что он похож на выброшенную на берег рыбу, но для неё это было проявлением его человечности. Он наблюдал, как она извивается под ним, изучая каждую реакцию — от вздохов до изгиба спины, от того, как напрягался её живот по мере приближения к кульминации. Это одновременно смущало и возбуждало её. Она знала, что скрыть лицо бесполезно, но всё же попыталась. Его немигающий взгляд, когда они приближались к развязке, заставлял её смущаться ещё больше. Она подняла руку, чтобы прикрыться, но он резко остановил её, прижав к кровати. — Нет, — прозвучало почти как рык, и дрожь пробежала по её спине. Это был приказ. Он терпеть не мог, когда шли против его воли. Обычно она могла бы поупрямиться, но он уже доказал, что без колебаний остановится и вернётся к работе, оставив её неудовлетворённой. Когда она попыталась поднять другую руку, он зафиксировал и её. — Если я могу смотреть на тебя, то и ты посмотри на меня, — прошептал он. Она тяжело дышала, ощущение в животе нарастало. Он отпустил одну руку, позволив ей приподнять его рубашку. Она видела, как напрягался его пресс по мере приближения к кульминации. Вид его члена, входящего и выходящего, возбуждал её ещё больше. Новые стоны вырывались из её губ. Она запрокинула голову, подняв руки над головой. Если он хотел видеть её — пусть. Но маленькая месть была справедлива. Его плоский живот и рельеф мышц сами по себе были нечестным преимуществом. — Я сейчас кончу...— простонала она, впиваясь пальцами в простыни и выгибаясь. Ощущение его внутри достигло пика, и она уже не могла сдерживаться. Она двигала бёдрами, напрягая внутренние мышцы. Волна экстаза накрыла её, и она достигла оргазма. Его толчки стали резче, когда он почувствовал её пульсацию. Он тихо застонал, наблюдая за её лицом. Она почувствовала, как он кончает внутри. Он не отводил взгляда, пока она зажмуривалась, прижимаясь к нему. Несколько его стонов прозвучали, прежде чем он вышел. Ощущение его семени, вытекающего из неё, вызывало лёгкое самодовольство. В конце концов, только она могла соблазнить величайшего детектива в мире. Да ещё и заставить его кончить внутрь — это была честь. Она лежала, наслаждаясь послесвечением, пока L шаркал по комнате. Он намочил тряпку в раковине и вернулся, предварительно приведя себя в порядок — он терпеть не мог неопрятность. Тёплая ткань между ног вызвала у неё улыбку. Он вытирал её тщательно и методично, но бережно. После она сняла трусики, по-детски сбросив их — надевать обратно не хотелось, вдруг ещё вытечет. Ощущение остывшей спермы на белье было отвратительным — холодной и липкой? Нет, спасибо. Она приподнялась, отодвигаясь к изголовью, пока не добралась до одеяла. Забравшись под него, она наблюдала, как L приближается. — Можно мне присоединиться? — спросил он. Казалось, он колебался между работой и её предложением, и она почувствовала лёгкое чувство вины за то, что отвлекает его. — Тебе не обязательно. Я знаю, тебе не терпится вернуться к делам, — ответила она. — Главное — не умереть, но я понимаю твою гиперболу, — сухо парировал он. Он замер у кровати, одна рука в кармане, другой покусывая большой палец. Размышлял. Она протянула руку, приподняв его подушку. Уткнувшись в неё лицом, она вдыхала его лёгкий запах, сохранившийся, несмотря на редкое использование. — Всё в порядке, L. Можешь идти работать. Ты и так достаточно позаботился обо мне сегодня, — пробормотала она в подушку. Его рука опустилась ото рта. Он поставил колено на кровать, затем второе. Подползая ближе, он выхватил подушку у неё. — Нет — был его единственный ответ перед тем, как он обнял её. Она не смогла сдержать улыбку, уткнувшись лицом в его макушку. Её руки обхватили его, прижимая, как плюшевого мишку. Его руки обняли её за талию, а её пальцы нежно гладили его спину. Они заснули в объятиях друг друга.