Адская неделя

Итэр взглянул на сестру с полностью расслабленным, но слегка раздраженным и еще не до конца проснувшимся взглядом. Однако ничего не сказал. Он только глубоко, как-то обреченно вздохнул, понимая, что его отказ ничего не решит. — Похуй… — махнул он рукой. Сяо, сидевший рядом на диване, лишь слегка повернул голову в сторону Итэра. Его взгляд скользнул по его расслабленным плечам, по руке, которая так небрежно махнула, и что-то в его собственной напряженной позиции чуть смягчилось. Он не произнес ни слова, просто кивнул, коротко и почти незаметно, будто принимая это негласное перемирие с неизбежным. Со стороны кухни раздался громкий, раздраженный вздох. — Похуй, говорит. Какой удобный подход, — прошипел Скара. — Значит, мы все теперь должны просто махнуть рукой на этот цирк? Кадзуха поставил кружку на стойку, его глаза с любопытством пробежались от раздраженного Скары к безмятежному Итэру. — Иногда махнуть рукой – не слабость, а мудрость, — заметил он тихо. — Принять то, что нельзя изменить, как принимают погоду. Не пытаться остановить дождь, а просто раскрыть зонт. — Сейчас твой зонт по твоей заднице пройдется, если не замолчишь, — огрызнулся Скара, но в его голосе уже не было прежней ярости, лишь усталое ворчание. Он сдавался, и это бесило его больше всего. Ху Тао, наблюдая эту сцену, всплеснула руками от восторга. — Видишь, Люмин? Я же говорила! Команда мечты! Итэр – наш философ принятия, Сяо – молчаливый… кто-то там, Скара – гремучая смесь сарказма, а Кадзуха... наш персональный поэт-озорник! Люмин покачала головой, но улыбка тронула уголки ее губ. Вздохнув, она заговорила: — Ну что, похоже, расселение завершено. Кто голоден, могу разогреть вчерашнюю пиццу. В одной из коробок немного осталось. Или... — она посмотрела на Ху Тао, — мы можем заказать что-то нормальное. Тао с театральным возмущением всплеснула руками: — Предательница! Моя яичница была шедевром! — Шедевром кулинарного терроризма, — пробормотал Скара. В воздухе повисло хрупкое, но прочное соглашение. Протесты стихли, сменившись молчаливым признанием факта. Они оставались здесь. Все вместе. На неделю.

***

Воскресенье

19:34

Люмин с Ху Тао ушли гулять час назад, как заметил Итэр. Но правда ли «просто» гулять? Или нарочно дали им больше пространства и времени на друг друга? Итэр не знал, но ему было даже спокойнее. Теперь в квартире стало тише… почти. Если, конечно, не считать оров Скары, к которым Итэр уже даже вроде как успел привыкнуть, а Кадзуха… Кадзуха стал «укротителем бури». Итэр слабо улыбнулся при этой мысли. Сяо сидел на другом конце дивана в привычной напряженной позе, но не такой закрытой, как раньше. Она была почти смирившейся. Почти. На кухне раздался очередной взрыв голосов: — Я ТЕБЕ СКАЗАЛ, НЕ ЛЕЗЬ! — ревел Скара. — Но ты же сам хотел попробовать, — спокойно парировал Кадзуха. — ЭТО НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ СТОЯТЬ У МЕНЯ ЗА СПИНОЙ, КАК ПРИЗРАК! — Я просто передаю соль. — ПЕРЕДАВАЙ ИЗ ДРУГОЙ КОМНАТЫ!

———

Сяо томно вздохнул, устремив взор на Итэра. — Они... — он запнулся, подбирая слово, — ...громкие. Итэр не встретил его взгляд, поглощенный развернувшейся сценой на кухне. Но на слова Сяо он кивнул, хихикнув, и инстинктивно подвинулся ближе, просто чтобы лучше слышать его. — Да, — усмехнулся он. — Но за ними… смешно наблюдать. Интересно. Сяо, хмыкнув, не спеша подвинулся в сторону Итэра, отзеркаливая его же действие – всего на несколько сантиметров, но в его мире это было почти признанием. Мол, да, так будет лучше.

———

Кадзуха, наконец, отступил, оставив Скаре пространство, но не выпуская соль из рук. — Ладно, держи, — он протянул ему солонку. — Но если пересолишь – вини только себя, пожалуйста. Скара выхватил ее, не глядя и бормоча что-то невнятное под нос. Потом добавил громче: — Отойди на метр. Минимум. Кадзуха мягко улыбнулся, но послушно отступил, не отрывая взгляда от «шеф-повара». — Как скажешь. Скара швырял щепотки соли в кастрюлю с таким видом, будто минировал вражескую территорию. Пересоленная вода бурно захлопала. — Вот бля... Кадзуха, стоя ровно в метре, как и требовалось, прикрыл рот рукой. Но плечи его предательски дрожали. — Ты... специально? — он постарался не выдать смех в своем голосе, однако тот все же дрогнул на последнем слове. И Скара без внимания это, естественно, не оставил: — ЗАТКНИСЬ!

———

— Дебилы, — вполголоса произнес Сяо, неожиданно резюмируя ситуацию. Но в его тоне не было привычной жесткости. Скорее... что-то близкое к усталому снисхождению. Он откинулся на спинку дивана, слегка наклонив голову в сторону Итэра. — Если Скара взорвет кухню – спрячемся у тебя в комнате.

———

Кадзуха, наконец, не выдержал и рассмеялся – тихо, но искренне, делая шаг ближе. — Ладно. Давай я... — НЕТ! — Скара перекрыл его, хватаясь за мирно лежащий на разделочной доске нож. — Ты подошел на десять сантиметров ближе! Нарушил зону! Кадзуха поднял руки в мнимой сдаче, но глаза смеялись. Он вновь сделал шаг назад. — Прости, генерал. Больше не повторится.

———

— В нашей, — тихо поправил Итэр, тоже откинувшись на спинку дивана. — Мы же с этого дня официально в одной комнате живем, — зачем-то пояснил он, казалось бы, очевидное. Его указательный палец начал немного постукивать по локтю, выдавая некую нервозность, смешанную с непривычным смущением от собственных слов. Сяо замер на секунду, услышав «в нашей». Под ребрами сердце странно екнуло, хотя выражение его лица осталось нейтральным. — ...Да, — наконец выдавил он, будто это слово далось ему с трудом. — Если только Скара не спалит ее первым. Его тон был ровным, но уголок губ дрогнул – почти что намек на улыбку.

———

Скара, тем временем, яростно размешивал содержимое кастрюли, будто пытался утопить в ней Кадзуху заочно. — ПОЭТ! — рявкнул он, не глядя. — Перец где?! Кадзуха, не двигаясь с места, вздохнул: — В пизде на гвозде. Скара с неподдельным изумлением бросил на него взгляд, замерев. — Чего?.. — В полуметре от тебя, — Кадзуха указал на настенную полку перед Скарой, игнорируя его ошарашенный вид, словно это не он только что заговорил на понятном ему, Скаре, языке. — ...А.

———

Итэр слегка наклонил голову в сторону Сяо, но взгляд все еще был устремлен в зону кухни, в которой стояли два дуралея. — Как думаешь, что будет в следующие шесть дней? — он бросил мимолетный взгляд на Сяо, фыркнув. — Если вот такое уже в первый день происходит. Сяо прищурился, все еще следуя взгляду Итэра. Два дуралея на кухне действительно представляли собой зрелище: — Будет то же самое, — он хмыкнул, подпирая подбородок ладонью. — Только Скара станет громче, а Кадзуха – невозмутимее. В его голосе сквозила редкая для него доля сарказма без злости.

———

Кадзуха, наблюдая, как «вернувшийся в истинный облик» Скара яростно швыряет в кастрюлю перец, мягко покачал головой: — Гнев – как волна без берега… Бьется в скалы, но не находит выхода… Скара вновь застыл, затем резко развернулся, озарив свое лицо, искаженное гримасой ярости: — БЛЯТЬ, ТЫ ОПЯТЬ ЗА СВОЕ?! — Просто наблюдение, — Кадзуха улыбнулся, на всякий случай отступая ровно на шаг, чтобы сохранить дистанцию, если «буря» решит начать двигаться в его сторону.

———

Сяо провел рукой по лицу, будто пытаясь стереть усталость от этого безумия. — Шесть дней… — пробормотал он, устремив взор в потолок. — Бог мой… Надеюсь, у Тао беруши имеются. — Мне казалось, к орам Скары ты давно привык, — губы Итэра растянулись в легкой улыбке. Сяо резко фыркнул, отводя взгляд в сторону, будто пойманный на чем-то. — Привыкнуть к этому идиоту невозможно, — в углу рта дрогнула едва заметная тень улыбки. — Просто научился не обращать внимания. Итэр не ответил. Просто прищурил глаза, вглядываясь в фигуру Скары, который на кухне сейчас выглядел как обезьяна с гранатой. И он пытался понять и представить, каким образом Сяо научился обделять вниманием эту обезьяну. — ...Хотя, признаться, с появлением «поэта» он стал орать в два раза чаще, — добавил Сяо почти на грани слышимости. Глаз его дернулся, когда с кухни донесся очередной вопль: — ПОЭТ, БЛЯТЬ, НЕ ПОДХОДИ! Я СЕРЬЕЗНО! За этим последовал мягкий, но довольный смешок Кадзухи. Скара на это огрызнуться не успел – входная дверь распахнулась с таким грохотом, будто ее выбили полицейским тараном. — МЫ ВЕРНУЛИСЬ! — оглушительно объявила Ху Тао, влетая в прихожую с пакетами в каждой руке. Ее темные хвосты растрепались от ветра, а щеки с носом порозовели от холодного дыхания поздней осени. Люмин вошла следом, куда более степенно, но с тем же количеством пакетов, которые весело шуршали в ее руках. — Набрали еды на неделю вперед, — пояснила она, снимая обувь и оставляя ее у стены подле двери. — Тао чуть не скупила весь магазин. Скара, уже успевший перевести кулинарную войну в режим хмурого перемирия, взглянул на пакеты с подозрением: — ...Че вы там набрали? Если опять вашу «адскую лапшу», как месяц назад – я съебусь. Ху Тао, не обращая внимания на его тон, с триумфом вытащила из пакета огромную упаковку чипсов: — Сюрприз! — Нет… — пробормотал Сяо, зажмурившись, как будто бы это могло спасти его от ужасного известия. — Да! — сверкнув зубами в улыбке, воскликнула Тао. Итэр, наблюдавший за этим, невольно рассмеялся – тихо, стараясь не выдать себя, но искренне. Хаос вернулся. И теперь у него есть чипсы. Скара обречен. Сяо – тоже. А Итэр и Кадзуха... Ну, они хотя бы не одни в этом безумии. — Всю неделю мы будем питаться чипсами и… — Итэр перевел взгляд на Скару. Сглотнул. Медленно отвел глаза, посмотрев на девушек. — И то, что мы сварганим сами?.. — продолжил он уже тише, словно осознавая, что это может быть не самым лучшим вариантом. Скара, услышав это, резко развернулся, ткнув указательным пальцем в сторону Итэра: — Ты что, предлагаешь мне ГОТОВИТЬ для всех?! Кадзуха, стоявший рядом, покачал головой: — Голодный зверь опасней бури... — ЗАТКНИСЬ, ПОЭТ! Ху Тао, тем временем, уже насыпала гору чипсов в миску, совершенно игнорируя апокалиптическую атмосферу, словно она была не в курсе, что происходило вокруг: — Расслабьтесь! У нас же есть доставка! Люмин вздохнула, подходя к стойке. Она принялась доставать из пакета нормальные продукты, которые, вопреки указаниям Тао в магазине брать всякую вредятину, все же купила, сжалившись над их желудками: — Или я могу что-то приготовить.

***

20:40

Люмин и Ху Тао, к всеобщему удивлению, действительно собрали на столе что-то съедобное – пасту с соусом, свежий овощной салат и даже нормальный хлеб. Без соли на три ведра, без подгоревших краев. Чудо. — Ну что, падальцы, жрите, — процедил Скара, тыкая вилкой в свою порцию, будто проверяя, не заминирована ли она. — Жри молча, гиена, — ответила Тао, не отводя глаз от своего блюда. Кадзуха, сидевший рядом, аккуратно пододвинул к Скаре стакан воды: — На случай, если вдруг окажется... слишком вкусно. — ТЫ МЕНЯ ЗА КОГО ДЕРЖИШЬ, ПОЭТ?! Сяо и Итэр молча ковыряли еду, изредка перекидываясь взглядами – усталыми, но с каплей странного понимания.

***

После ужина Ху Тао с торжествующим видом водрузила ноутбук на стол. — КИНОМАРАФОН! — объявила она, хлопнув в ладоши. — Нет, — синхронно ответили Сяо и Скара. — ДА! Началась битва за места на диване. Жестокая, беспощадная, безумная. Закончилась она, к счастью, без жертв. Скара, рыча, втиснулся в угол дивана, пригрозив: «Кто присядет рядом – убью», но Кадзуха невозмутимо устроился в полуметре от него, с улыбкой, которая не выражала ничего, кроме полного спокойствия. Ху Тао плюхнулась между Люмин и Итэром, заботливо сгребая всех под один плед. Сяо, стиснув зубы, занял последний свободный угол, но когда Итэр случайно задел его плечом – не отодвинулся. Потому что некуда было.

***

Фильм шел еще только двадцатую минуту, когда: — Ху Тао, блять, хватит комментировать каждую сцену! — рявкнул Скара. — А ТЫ ХВАТИТ ЖРАТЬ МОИ ЧИПСЫ! — ЭТО ОБЩИЕ ЧИПСЫ, СУКА! Кадзуха тихо вздохнул, прикрыв глаза: — Даже в тишине... — ЗАТКНИСЬ! — мгновенно перебил его Скара, не желая слышать ничего и никого, кроме своих собственных мыслей. Сяо закрыл лицо руками, словно это могло помочь ему справиться с этой шумихой. Итэр старался не оглохнуть. — По тебе белые стены в дурке плачут, не думаешь?.. — прошептала Люмин, глядя на Скару с легкой усмешкой. — А по тебе тогда кто?! — прошипел тот, бросая молнии на блондинку взглядом, как будто она была его личным врагом. — Пока что еще только валерьянка, наверное, — Люмин только плечами пожала. К середине фильма, к всеобщему удивлению, воцарилась полная тишина, прерываемая только диалогами из экрана ноутбука. Даже Ху Тао, комментировавшая каждое действие и каждое слово героев, залипла, замолчав. Даже, господи, Скара, до этого вечно орущий из-за нехватку места и на Тао, не обронил ни слова. Только хруст чипсов да шипение энергетика в его рту свидетельствовали о его существовании здесь. Когда фильм закончился, а на экране начали мелькать финальные титры, Итэра словно осенило: — Кстати… О вещах вообще подумал кто-нибудь? Мы все взяли всего на одну ночь, но… — он медленно перевел взгляд на Ху Тао, — …кое-кто решил взять нас в заложники на неделю. Тишина после фильма взорвалась, как только Итэр озвучил очевидное. — О, блять, — первым выдал Скара. — У меня даже зубной щетки нет, сука! Ху Тао, развалившаяся на диване, лишь махнула рукой, будто это было несущественно: — Так ты же сегодня запасной щеткой клыки свои драл! — У меня НЕ БЫЛО выбора! Кадзуха аккуратно прикрыл ладонью рот, отвернувшись, но плечи его предательски дергались. Сяо, не говоря ни слова, поднялся с дивана, скинув с себя плед, и направился к двери, игнорируя недоуменные взгляды присутствующих. — Ты куда? — нахмурился Скара, почти на рефлексах поднявшись за ним. — За вещами, — коротко бросил Сяо, уже доставая ключи от машины, которые еще утром бросил в карман штанов. — О, значит, я не один гений тут! — воскликнул Скара, но тут же насторожился. — Своей тачкой едешь? Сяо кивнул, не оборачиваясь, словно не желая тратить время на лишние разговоры. — Тогда я с тобой. Хоть бензин не потрачу. — Значит, все со мной. — ЧТО?! Сяо остановился, повернулся, бросив на Скару острый взгляд, не оставляющий места для возражений: — Все. Кроме Ху Тао. — А почему она остается?! — Ты мне ее предлагаешь в багажник закинуть, умник? Ху Тао лишь рассмеялась, помахав им вслед, словно прощаясь с детьми перед уходом в школу: — Ладно, ладно! Не тратьте время и возвращайтесь быстрее!

***

Черный седан стоял на парковке, выхватываемый из темноты желтоватым светом фонарных столбов. Ноябрьский пронизывающий ветер кружил на заиндевевшем асфальте сухие опавшие листья и рвал дыхание, когда компания из пяти человек выскользнула на улицу. Сяо щелкнул по центральной кнопке блокировки на ключах, бросив короткий взгляд на Итэра: — Садись вперед. Итэр, на мгновение застыв в ступоре, но затем только коротко кивнул. С одной стороны, сзади давить никто не будет. Но с другой… — ЭЙ! — Скара тут же взорвался. — А как же я, блять, твой лучший друг?! …с другой – Скара. — Ты орешь. Он – нет, — спокойно ответил Сяо, открывая дверь с водительской стороны. — Я тебя понял, сука. Кадзуха, идущий чуть впереди Скары, мягко подтолкнул его за локоть к двери: — Гнев – плохой спутник в дороге... — ЗАТКНИСЬ, ПОЭТ! Люмин, закатив глаза, втиснулась между Скарой и Кадзухой, тут же оказавшаяся прижатой ими обоими. Двигатель заурчал, печка начала дуть из дефлекторов сперва прохладным, потом уже теплым воздухом, наполняя салон уютом. Или его подобием. Сяо, стиснув зубы, тронул с места, и машина рванула вперед. Скара, притихший на заднем сиденье, вдруг процедил: — ...Ты, кстати, даже не переоделся. — А тебе какая разница? — Просто забавно. Будто ты так запаниковал, что даже думать об этом не стал. Сяо намеренно резко нажал на педаль тормоза, заставив Люмин и Кадзуху покачнуться, но удержаться, а Скару врезаться лбом в подголовник водительского сиденья. — ГАНДОН! — вырвалось у него, заставив рядом сидящую Люмин громко цыкнуть и заткнуть ладонями уши. Итэр с Кадзухой синхронно прыснули в кулак, каждый отвернувшись к своему боковому окну. — Значит, со мной все чувствуют себя защищенными, — парировал Сяо, незаметно дернув уголками губ. Скара на это внезапное остроумие с ответом, к сожалению или к счастью, не нашелся. — Сначала, я так понимаю, к твоему дому? — задал вопрос Итэр, вернув взгляд вперед в лобовое стекло. — Потом…? — он не договорил, оставив продолжить фразу Сяо. Сяо плавно переключил передачу, заговорив: — Сначала я, — короткая пауза, словно он обдумывал свои слова. — Потом вы с Люмин, — взгляд в зеркало заднего вида, на Скару. — Потом эти двое. Скара фыркнул, по-царски развалившись на сиденье: — Охуенный маршрут. Особенно последний пункт. Кадзуха, прочистив горло, неожиданно выдал сухо и без намека на поэзию: — Зато не пешком. Тишина в салоне повисла на секунду-другую. — ...Блять, — Скара медленно повернул голову к Кадзухе. — Ты опять в нормального превратился? Кадзуха лишь слегка приподнял бровь, будто это было обычным делом: — Может быть. Сяо, неожиданно для всех, вставил беззлобно: — Хоть один адекватный на заднем сиденье. Люмин фыркнула, откидываясь на подголовник, словно это было не первое ее замечание за вечер: — Ну спасибо, козел. — Обращайся, коза, — сухо парировал Сяо, не желая отступать. — Я смотрю, ты сегодня в ударе, — усмехнулась блондинка. Сяо на сей раз колким ответом ее не удостоил.