Мамина игрушка: фембой в алых путах.

Воздух на кухне Узумаки был густ от сладковатого пара поднимающегося от сковороды, где румянились золотистые блины. Наруто стоял в дверном проеме, его пальцы вцепились в косяк. **Тревога**, липкая и холодная, обволакивала грудь, сжимая легкие. **Телефон.** Где он? Гостиная была **пуста**, лишь пылинки танцевали в утренних лучах. Он метнулся к кухне. Там, у плиты, царила **Кушина.** В простом хлопковом платье, но с такой **непоколебимой осанкой**, будто она облачена в мантию королевы. И там – на краю столешницы, **вне зоны брызг раскаленного масла, но намеренно выставленный напоказ,** лежал **его телефон.** Безмолвный свидетель и орудие ее власти. *Он здесь! Надо взять... но как?* – мысль пронеслась вихрем. Сердце колотилось, как пойманная птица. Он видел вчера лишь один экран – **ее искусно составленное приглашение** Хинате в «Лунного Кролика». Все остальное в переписке было **стерто, как нежелательное свидетельство.** Эта **безмолвная тайна** грызла его изнутри острее любого ножа. Он подошел **бесшумно,** со спины. Обвил руками ее **тонкую, но сильную талию,** прижался лицом к теплой спине, сквозь ткань вдыхая знакомый запах ее кожи, смешанный с ванилью. Его руки **поползли вниз,** под подол платья. Пальцы нащупали **твердый, пульсирующий бугор** под шелковистой преградой трусиков. Он начал **ласкать** его – круговые движения, легкое надавливание большим пальцем, ощущая, как плоть **отвечает на прикосновение,** становясь еще тверже, горячее. **Кушина** издала **низкий, протяжный стон,** звук глубокого удовлетворения, но ее голос был **нарочито досадливым:** — Мммф… Мой ангельский фембой… Чувствуешь, как он жаждет твоих ласк? Какая досада… **Времени – песок сквозь пальцы.** Блины вот-вот подгорят, а меня ждут в больнице. — Она **ловко перевернула** последний золотистый блин. — Но раз уж ты так **настойчиво** требуешь утренней… *дани*… Она **резко развернулась** в его объятиях. Ее глаза **пылали** – в них смешались **необузданная похоть и абсолютная власть.** Одной сильной рукой она **толкнула его вниз, на колени.** Перед его лицом теперь выпирал **недвусмысленный, мощный контур ее члена,** отчетливо проступающий сквозь тонкую ткань платья. Второй рукой она **задрала подол выше бедер,** обнажая гладкую кожу, и **закинула одну ногу ему на плечо,** прижимая его лицо к своей паху. Шелк трусиков **обжигал** губы Наруто, пропитанный ее возбуждением. **Кушина** (голос **опустился на октаву, стал повелительным, как указ:** — Сними их. **Зубами.** Покажи, как преданный фембой служит своей госпоже. **Наруто** (дрожа всем телом, но **послушно** приник губами к эластичной резинке). Он **ухватился зубами,** оттягивая ткань вниз. Движения были **неуклюжими, унизительными.** Трусики сползли, застряв у ее колен. Он **склонил голову,** прижав лоб к ее голой ляжке чуть выше колена – **немой жест подчинения и поклонения.** **Кушина** (довольно **хмыкнула,** погладила его по волосам, затем **крепко сжала их в кулак):** — Хороший мальчик. Теперь… **открой рот.** Широко. Прими положенное вознаграждение. Она **направила** свой **огромный, влажный от возбуждения член** к его губам. Наруто **послушно разжал челюсти.** Кушина **ввела** его глубоко, **до самого основания, касаясь задней стенки глотки.** И началось. Она не ждала его инициативы. Она **полностью контролировала** процесс. Руки, вцепившиеся в его волосы, **диктовали безжалостный ритм:** глубоко, быстро, почти с жестокостью. Наруто **захлебывался,** слезы застилали взгляд, слюна стекала по подбородку, но он **старался изо всех сил** – обхватывал губами, водил языком по напряженному стволу, по жилкам. Его **унижение сплеталось с острым, запретным возбуждением,** заставляя слабо подрагивать. Кушина **громко стонала,** ее бедра **судорожно дергались,** вбивая член глубже в его горло. — Да… вот так… Глотай глубже… Мой послушный, прекрасный мальчик… — ее голос был **хриплым, срывающимся от нарастающей волны.** Она **забыла** о блинах, о времени. Ее движения стали **яростными, неистовыми.** Она **использовала** его рот, как **инструмент для собственной ярости и наслаждения,** глубоко, резко, срываясь на дикий крик. Наруто чувствовал, как все ее тело **напряглось в тетиву,** как **зачастил пульс** в члене, наполняющем его горло. **Кушина** (с **пронзительным, животным воплем):** — ДААА! ВСЕ! ПРИМИ ВСЕ, ЧТО Я ДАРЮ! **Горячие, густые струи** хлынули в горло Наруто. Он **захлебывался, давился,** но **принуждал себя глотать.** Кушина **продолжала** его **трахать,** даже на пике оргазма, размазывая последние липкие капли по его щекам, носу, векам. Затем **грубо оттолкнула** его. Наруто **рухнул** на кафельный пол, откашливаясь и задыхаясь, лицо и шея **залитые ее семенем,** слипающиеся волосы падали на лоб. **Кушина** (тяжело дыша, **удовлетворенная, но мгновенно собранная):** — Идеально… Но время, малыш, время неумолимо! — Она **схватила** со стола **последний, уже остывший и слегка подгоревший блин.** Подошла к Наруто, все еще сидящему на полу в луже собственной слюны и ее спермы. **Грубо, без тени нежности, вытерла** его залитое лицо **блином,** как грязной тряпкой. Затем **сильно засунула** этот липкий, пропитанный спермой блин ему в рот. — **Ешь.** Ты это заслужил. Пока Наруто, **с отвращением, смешанным с глухой покорностью,** жевал отвратительную массу, Кушина **потянулась** к стопке чистых блинов для себя. **В этот миг!** Наруто, словно пружина, **рванулся** к столешнице, **схватил телефон** и **помчался** к своей комнате, спотыкаясь на слабеющих ногах! **Кушина** (лишь **едва заметно приподняла бровь,** в голосе – **скрытое любопытство,** но не гнев): — Ого. Наглец зародился. Наруто **влетел** в комнату, **захлопнул дверь** (абсурдный жест – он знал, что замок ничего не значит). Он **лихорадочно** трясущимися пальцами открыл мессенджер. **Переписка с Хинатой… БЫЛА ПУСТА!** Только **вчерашнее** ее первое сообщение и **ее же** (нет, **Кушинино**) приглашение на свидание. **Все остальные сообщения – исчезли без следа.** Безупречно чисто. **Ни единой зацепки.** Он **стукнулся лбом** о холодную стену в **немой, бессильной ярости.** **Стук.** В дверь. **Легкий, ритмичный, как отсчет времени.** Непреклонный. **Кушина** (голос **спокойный, ровный, но с ледяной сталью внутри):** — Наруто. Открой. **Завтрак ждет.** Я не намерена есть в одиночестве. И ты **еще недостаточно** силен, чтобы красть у меня вещи. **Наруто** (сжал кулаки, ощущая **всю бесплодность сопротивления).** Он **медленно открыл** дверь. **Кушина** стояла с **подносом:** тарелка аккуратно сложенных блинов, кувшин с сиропом, две дымящиеся чашки чая. Ее лицо – **абсолютно безмятежное,** будто утреннего насилия и не было. — За столом. — Она **прошла** мимо него, **уверенным шагом,** и поставила поднос. Он **послушно** опустился на стул. Кушина **разлила** чай, **положила** ему на тарелку несколько блинов. Затем… **взяла его за руку** и **усадила к себе на колени,** как **маленького ребенка или драгоценную куклу.** Он **застыл,** ощущая ее **теплоту, силу и скрытую угрозу** под собой. **Кушина** (взяв кусочек блина, обильно смазанный медом, **ласково поднесла** ко рту Наруто, голос **вдруг потеплел, стал мягким, почти колыбельным):** — Ну-ну, открывай ротик. Не хмурься, а то завтрак не пойдет впрок. Как дела в академии? Готовишься к тому экзамену по сосудистой хирургии? Ты же волновался. **Наруто** (ошеломленный **абсурдностью** момента, **механически открыл рот,** принял блин). Жевал, почти не чувствуя вкуса. **Раздвоенность** парализовала разум. Он **пробормотал** что-то о сложностях с анастомозами. **Кушина** (кивая с **материнской заинтересованностью, кормила** его следующими кусочками, расспрашивая **о Кибе, о новом преподавателе, о планах на субботу).** Голос был **мелодичным, заботливым.** Наруто, **опьяненный** контрастом и **вынужденный** отвечать, **автоматически** взял кусочек блина с сиропом и **потянулся** ко рту Кушины. **Кушина** (улыбнулась **тепло, приняла** угощение, медленно жуя): — Ммм, восхитительно. Спасибо, малыш. А у меня вчера интересный случай был в ординаторской... — Она **делилась** **будничными** деталями работы. Потом спросила, как будто между делом: — А Микото? Она не звонила? Говорила, что хотела тебя навестить. **Наруто** (втягиваясь в **сюрреалистичный ритуал,** **кормил** ее снова, его рука все еще дрожала): — Н-нет… не звонила. А ты… та поездка в Онсэн? Ты ведь хотела отдохнуть… Они **сидели:** **Наруто – на коленях у матери,** **кормящие** друг друга **блинами,** обсуждая **мелочи быта.** На лице Наруто **засохшие белые разводы.** Под платьем Кушины – **только голая кожа.** Воздух был **насыщен запахом меда, масла, чая и незримой жестокости,** приправленной показной нежностью. **Кушина** (проглотив последний кусочек, **внезапно** переменилась). Вся **сиюминутная теплота** испарилась. Взгляд стал **острым, пронизывающим, как скальпель.** Она **протянула руку** перед Наруто ладонью вверх. Голос **упал,** стал **тихим, низким, не допускающим дискуссии:** — **Ничего не забыл, Наруто?** Он **вздрогнул всем телом.** Игра в счастливый завтрак **завершилась.** Он **посмотрел** на ее открытую ладонь, потом **в ее глаза** – в **бездонные, холодные глубины** тотального контроля. **Последние искры сопротивления погасли.** Он **достал телефон** из кармана и **положил** его на ее ладонь. Холодный пластик на теплую кожу. **Кушина** (сжала телефон, легко подняла Наруто со своих колен, поставила на пол): — Посуду. До блеска. Вечер – свободен. **Полностью.** В десять – жду в гостиной. Специальный урок. Потребуется твоя **абсолютная концентрация и готовность к восприятию.** Не опаздывай. Она поправила складки платья, ее взгляд скользнул по его испачканному лицу – в нем мелькнуло **мимолетное, хищное удовлетворение.** — Не трать силы на догадки. Все станет ясно в положенный час. Будь готов. Не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла из кухни. Четкий, мерный **стук каблуков** по коридору, **щелчок** входной двери – звуки ее ухода. **Наруто замер** посреди кухни. Сладкий запах блинов смешивался с **приторно-горьковатым привкусом ее семени** на губах. *"Специальный урок... в десять... Будь готов..."* Слова висели в воздухе **тяжелым, леденящим предзнаменованием.** Что она задумала? Почему полночь? Даже свидание с Хинатой завтра казалось теперь далекой и незначительной бурей перед лицом этой **ночной бездны неизвестности.** Страх сжал горло **железными тисками.** Он медленно подошел к раковине, где громоздилась грязная посуда – **первое послушное действие** в ожидании десяти часов.