Лабиринт
30 августа 2025 г., 11:47
Всех остальных ангелов и демонов, что уже состязались, приглашали посмотреть на состязания остальных: они сидели на трибунах вокруг огромного магического шара, в котором находились участники. В их первый раз место для состязания и суть соревнования выбирали преподаватели, чтобы новички примерно понимали, что здесь нужно делать и что выбирать.
Парни зашли в магический шар, который изнутри казался отдельным миром: потолка не было, над ними простиралось голубое небо, а вокруг тянулись стены из густой листвы. Не успев ничего сказать, сверху раздался голос:
— Добро пожаловать на ваше первое состязание, Элионис и Лиорэн. Игра называется «Лабиринт». Правила просты: вы должны добраться до центра лабиринта и забрать шар вашего подопечного. Тот, кто сделает это первым, получит право первым повлиять на него. Но будьте осторожны: в лабиринте много ловушек и обманок, которые могут сбить вас с толку. Не ведитесь и будьте аккуратны. Удачи.
Сразу после этого из одной из стен каждого парня открылся проход, и оба поспешили внутрь.
На деле, Феликс был очень хорош в лабиринтах — с детства он любил подобные загадки и испытания, — но ему мешали ловушки и насекомые, которых он боялся. Хёнджин порой слышал его стоны и крики, когда ангел в ужасе убегал от пауков или колоний муравьёв. Это было забавно.
— Ангелочек, тебя там преследуют монстры или что? — с усмешкой крикнул Хёнджин.
— Не твоё дело, не отвлекай, — отозвался Феликс.
Хёнджин тоже натыкался на ловушки и несколько раз падал в пропасти. Благо крылья были на месте, и падать приходилось недолго. Вдруг послышался сильный шум: листья зашуршали, какие-то стены начали двигаться, и он резко остановился.
Феликс, услышав звук, нахмурился, но не видел, что происходит.
— Что это за шум? — крикнул он куда-то в сторону.
— Стены меняются, — лениво пояснил Хёнджин.
— Что? — Феликс чуть не взвыл от досады: он почти дошёл до центра, а теперь всё начиналось заново. Хёнджин только усмехнулся его реакции.
Вскоре ангел увидел впереди сияющий шар — заветная цель была совсем близко. Сердце радостно ёкнуло, и он ускорил шаги, но вдруг позади раздался резкий хриплый вскрик и звук падения.
— Чёрт… — донёсся голос Хёнджина, глухой и болезненный.
Феликс резко обернулся. Шар был почти рядом, но звук прозвучал слишком правдоподобно, чтобы его игнорировать. Он бросился назад и в одном из поворотов увидел Хёнджина: тот лежал на земле, его тело было зажато толстыми корнями, одно крыло придавлено, и из-под тёмных перьев сочилась густая алая жидкость. Дыхание у демона было прерывистым, лицо побледнело.
— Лиорэн? — обеспокоенно ахнул Феликс, подбегая. — Что случилось?
— Ловушка… крыло… если я пошевельнусь — оно переломается, — прохрипел Хёнджин, стиснув зубы, будто терпя жуткую боль. – Помоги...
Феликс на секунду замер. Победа была почти в руках. Но он не мог бросить соперника, пусть даже демона.
— Держись, я помогу, минуту... — выдохнул он и схватился за корни, пытаясь разжать их.
Они были скользкими, словно дышали, и пахли сыростью. Ангел изо всех сил пытался их разорвать, чувствуя, как сердце бешено колотится от страха. На секунду ему даже показалось, что кровь на перьях потеплела и коснулась его пальцев.
Но едва он приложил больше силы, хватка неожиданно ослабла и исчезла, будто её никогда и не было. Хёнджин легко встал на ноги, абсолютно целый, ни следа раны. Крыло сияло чистотой, без малейшего пятна.
Феликс остолбенел.
— Ну что, ангелочек, клюнул? — усмехнулся он, подмигнув.
Прежде чем Феликс успел что-то сказать, Хёнджин рванул вперёд и схватил магический шар. Он подкинул его в руке, играя, как кот мячиком.
— Спасибо за помощь, — насмешливо бросил он. — Но в следующий раз лучше думай, кому доверяешь.
Феликс сжал кулаки, чувствуя, как сердце неприятно сжалось. Горечь поражения была сильнее любой ловушки в этом лабиринте.
Снаружи, на трибунах, демоны громко засмеялись, ангелы переглянулись, кое-кто тихо вздохнул.
— Ты проиграл, Элионис, — лениво произнёс Хёнджин, глядя прямо ему в глаза. И было ясно: он наслаждается не победой, а именно его поражением.
Феликс молчал. В его взгляде было тихое, упрямое обещание: в следующий раз всё будет иначе.
Когда стены лабиринта растворились, и парни оказались снова под куполом шара, шум трибун усилился.
Демоны, не сдерживая хохота, кричали что-то вроде:
— Ангелочек клюнул, как птенец!
— Лиорэн, это было ахуенно!
Кто-то даже свистнул, хлопнув в ладони. Они наслаждались не столько самой победой, сколько тем, как она была добыта — грязно, но эффектно.
Ангелы же переглядывались, их лица оставались серьёзными. Один из старших наставников нахмурился и произнёс, едва слышно:
— Его доброта сыграла против него.
Другой тихо возразил:
— Нет, это его сила. Он помог, даже рискуя.
Феликс уловил эти слова, и именно от этого стало ещё хуже. Он не знал, что больнее: насмешки демонов или тяжёлые взгляды ангелов, будто его поступок был чем-то… неправильным. Разве доброта должна причинять боль?
Хёнджин же только довольно усмехнулся, подбросив шар в руке и ловко поймав его, словно играясь.
Один из наставников-ангелов поднялся с места и твёрдым голосом произнёс:
— Элионис, ты поступил так, как и должен был поступить ангел. Ты не отвернулся от того, кто нуждался в помощи, даже если это был соперник.
Феликс вскинул взгляд, в его глазах мелькнуло удивление.
— Но ведь я проиграл… — тихо ответил он.
— Ты проиграл состязание, — наставник сделал паузу, его голос стал мягче, — Но выиграл в другом: ты сохранил то, ради чего мы вообще существуем. И это гораздо выше, чем победа в игре.
С этими словами многие ангелы согласно закивали, кто-то даже улыбнулся с гордостью. Феликс почувствовал, как неприятный ком в груди чуть растворился.
А вот демоны, наоборот, разразились новым смехом.
— Какая трогательная сцена! — выкрикнул кто-то.
— Состязание не место для жалости, ангелочек!
– Ещё немного и он начнёт раздавать обнимашки
Джисон встал со своего места и повернулся к демонам:
— Элионис хотя бы не повёл себя как инфантильное существо, потому что не смог победить честным путём. А вашему дружку пришлось жульничать, чтобы выиграть!
— Ты на Лиорэна не гони, нимб не жмёт? — ехидно ответила демоница. — Сядь на своё место и закрой рот.
— Что ты сказала, овца?! — у Хана закипела кровь. Он подвернул рукава кофты и двинулся к демонице. По трибунам пронёсся гул: зрители напряглись, но старшие быстро вмешались, успокоили Хана и посадили на место.
Хёнджин только лениво улыбнулся, прижимая шар к груди. Он наслаждался этим контрастом между ангелами и демонами.
***
Когда все уже прибыли в свои общежития, шум раздавался как в Инфернарии, так и в Аурелионе: ученики бурно обсуждали каждое соревнование, победы и проигрыши. — Я считаю это несправедливо! — злился Минхо, плюхаясь на мягкую кровать. — Как можно быть самым последним? Я не видел ни одного соревнования, это нечестно... — У Джисона спроси, он же одним из первых был, — отозвался Феликс, переодеваясь в домашнюю одежду. Через мгновение дверь распахнулась, и в дверном проёме показался Хан Джисон. — Чуваки, мне так обидно, что мало кто видел, как я выиграл в футболе у соперника! — прошёл вовнутрь и сел на кровать Минхо. — Счёт 9:1! Я просто Бог… нет, я круче Бога! — Но ты же плохо играешь в футбол… — тихо добавил Минхо. — Оказывается, есть кто-то, кто играет хуже меня! Представляете? Я само совершенство, превосходство, идеальный мужчина! — сразу после этих слов разлёгся на чужой кровати. Минхо фыркнул и покачал головой: — Вот это наглость… 9:1? Хан, не перебор ли? Феликс только улыбнулся уголком рта, слегка покачав плечами: — Ну, хоть кто-то сегодня доволен собой. Минхо бросил на Джисона взгляд, полный лёгкой зависти, а потом вздохнул и плюхнулся обратно на кровать. — Ладно, твоя радость, просто не забудь, что через два дня у нас ещё пара состязаний. Феликс усмехнулся про себя, но мысли его были уже где-то в другой плоскости — о том, как прошло личное состязание и о Лиорэне.***
В Инфернарии стоял самый настоящий гвалт. Кто-то азартно пересказывал каждую мелочь из состязаний, другие мерялись громкостью смеха. Лиорэн, откинувшись в кресле, лениво вертел в руках яблоко и наблюдал за всеми. Ему даже не нужно было влезать в разговоры, он знал, что через пару минут речь в любом случае пойдёт о нём. — Ты видел этого ангела? — спросил один из демонов. — С мордашкой, как у фарфоровой куклы. — Кукла-то кукла, — лениво протянул Лиорэн, щёлкнув косточкой яблока, — только глупая. Даже додумалась вытащить меня, вместо того чтобы шар схватить. Но где-то на краю сознания всплыло лицо Элиониса — веснушки, будто россыпь солнца по коже, и упрямый блеск в глазах. Лиорэн поморщился. Это выражение не вязалось с образом «фарфоровой куклы». На миг ему вдруг вспомнилось нечто другое: поездка со своей группой, давным-давно. Тогда он, ещё совсем мальчишка, остался в ущелье один, когда мост подломился под ногами. Все смеялись, кто-то крикнул: Сам выбирался бы, раз такой умный! — и только один из ангельских наставников протянул ему руку. Тогда Хёнджин впервые ощутил, что помощь может быть не слабостью, а силой. Мысль кольнула, совсем чужая, будто не его собственная: А если бы кукла не помогла, выиграл бы я сам? Он тут же отогнал её, вонзив зубы в яблоко сильнее, чем нужно.***
Утро выдалось куда менее шумным, чем накануне. После первого дня состязаний многие выглядели усталыми, но в воздухе витало оживлённое ожидание: сегодня обещали подвести итоги и объявить, что ждёт их дальше. В большом зале, где собирались все ученики и наставники, царил лёгкий гул голосов. Ангелы сидели на одной стороне, демоны — на другой, и лишь тонкая светящаяся линия по полу разделяла их. Старший-ангел первым поднялся на кафедру. Его голос прозвучал спокойно, но твёрдо: — Первый день показал нам, что вы способны действовать в условиях неожиданностей. Кто-то проявил силу, кто-то смекалку, кто-то — выдержку. Но это лишь начало. — И не забывайте, — подхватила старшая-демон, поправляя очки, — здесь побеждает не тот, кто самый быстрый или самый сильный. Важнее — умение повлиять на выбор вашего подопечного. Победа в состязании лишь инструмент. По залу прошёл лёгкий ропот. Многие явно ожидали, что победа в играх даст больше прямых преимуществ. — Сегодня и завтра состязаний не будет, — продолжил старший-ангел. — Это дни для подготовки. Послезавтра же вас ждёт второй раунд, и теперь условия выбираете вы. Феликс слушал внимательно, скрестив руки на груди. Его взгляд то и дело невольно скользил к другой стороне зала, где сидел Лиорэн. Демон, казалось, ничуть не волновался: лениво откинувшись на спинку скамьи, он вертел в пальцах какой-то блестящий амулет, словно это было самое интересное в мире. — Феликс, — негромко произнёс Минхо, наклоняясь к парню, — ты в порядке? — В порядке, — коротко ответил он, хотя внутри всё ещё горчило от вчерашнего поражения. Джисон же, наоборот, явно не мог усидеть. — Ух, послезавтра будет огонь! — возбуждённо зашептал он. — Может, мне снова футбол выпадет? Я готов показать ещё раз, кто здесь бог футбола! — Ты бог неловкости, а не футбола, — буркнул Минхо, и по ангельской стороне зала прошёлся тихий смешок. На стороне демонов тоже не обходилось без шуток. — Интересно, что выберет наш герой, — с ухмылкой сказал кто-то, кивнув на Хёнджина. — Наверное, арену с зеркалами, чтобы любоваться собой, пока играет. В конце собрания наставники лишь напомнили: день свободен, но лучше использовать его с умом — тренировки, подготовка, изучение заклинаний. Каждый знал, что в следующий раз уже не получится отшутиться: второй раунд обещал быть сложнее и серьёзнее.
