3. Книги
6 августа 2025 г., 22:04
Гермиона
День первый.
С началом нового дня пришло чувство растерянности — она не знает, чем себя занять. Давно у неё не было нормального отпуска.
Обсудив все детали проживания в коттедже, она пришла к выводу, что в этом доме было всё, чего только можно было пожелать. Драко ушёл, на прощание пообещав проведать её через пару дней.
Оставил Гермиону одну.
Совершенно одну.
Первое, что она начала искать — удобную одежду. И каково же было её удивление: стоило только подумать об этом, и, когда она открыла один из вещевых шкафов, то обнаружила там леггинсы и несколько удобных магловских джемперов. Свитшот цвета шалфея и пара чёрных штанов — мягких и гладких, словно масло, — казались отличным началом отдыха.
Заняться было нечем, но Гермиона всё же попыталась соединиться со своим офисом по каминной сети. Однако связь оказалась запертой — с камина доносился лишь приглушённый голос Гарри, повторяющий одно и то же под лёгкий мотив. Неужели это Beach Boys?
Aruba, Jamaica, ooh, I wanna take ya
Bermuda, Bahama, come on pretty mama…
— Ты в отпуске, ты в отпуске, ты в отпуске… — фальшиво напевал голос лучшего друга, разносящийся из камина.
Довольно впечатляющее заклинание. И Гермиона была уверена: Гарри сейчас невероятно горд собой, что смог наколдовать грёбаный автоответчик.
Вытянувшись всем телом, девушка зевнула — усталость накрыла её с головой. Вся энергия ушла на раздражение и стресс, который она испытала за эти дни, оставив лишь изнеможение. И впервые за долгое время она порывалась не схватиться за кофе. Может, Гарри был прав: возможно, сон действительно то, что ей необходимо.
Она плюхнулась на гостеприимный матрас, и древесный аромат сразу же обнял её, затягивая в сон. Раз уж она в отпуске, почему бы не вздремнуть немного?
Когда она проснулась, то почувствовала, как по щеке стекает слюна. Гермиона несколько минут вглядывалась в пространство, прежде чем осознание того, где она, вернулось. Из окна лился розовый свет заката — она проспала весь день.
Приготовив кружку ромашкового чая, Гермиона вышла на улицу, присаживаясь на крыльцо коттеджа. Наблюдала, как садится солнце, как сумерки сменяют золотые оттенки.
Она размышляла. Ребёнок. Наполовину Рон, наполовину Джульетта. Он должен быть прекрасным малышом.
Кружка с чаем стала её якорем, за который она ухватилась двумя руками. Рано или поздно ей придётся встретиться с ними. Хотя Джульетта должна была уйти в декрет всего через несколько недель. Знай бы Гермиона, что ребёнок от её мужа, вряд ли бы подарила девушке то магическое успокаивающее кашемировое одеяло. От абсурдности всей ситуации она фыркнула в чашку с чаем.
Это место успокаивало: воздух был чистым и тёплым, наполненным звуками сотни лягушек, стрекотом стрекоз и воркованием горлиц.
Окрестные деревья шелестели первозданной, природной магией — такой, что могла быть лишь в месте, не тронутом остальным миром. Она подозревала, что под этой цветущей землёй переплетаются разные силы. Её внутренняя магия ещё никогда не ощущала такого покоя, согревая кожу изнутри.
Она оставалась снаружи, пока луна не поднялась высоко в небо, а звёзды не засияли в своей чистой, немеркнущей яркости.
День второй.
Вздохнув от досады, Гермиона решила почитать. Раньше это бы смогло утолить её мысли хотя бы на пару часов. Но сейчас, стоя перед коллекцией книг Драко, она не могла даже выбрать, что почитать.
Она водила пальцами по корешкам, закусив губу и пытаясь понять, как такой блестящий и методичный человек, как Драко Малфой, мог оставить свою библиотеку в таком хаосе.
— Ни по алфавиту, ни по названию, ни по автору, ни по жанру, ни по размеру. Форме, цвету… — бормотала она, сжимая зубы.
Никакой логики! Почему «Руны и ритуалы: исследования магии символов» стоит рядом с потрёпанным экземпляром «Грозового перевала»?..
Хотя количество магловской литературы, особенно на дальней полке, приятно удивило. Но Гермиона просто не могла оставить книги в таком беспорядке. Доставая классику Бронте, она мягко провела пальцами по золотым буквам на обложке, с трепетом открывая её.
И замерла.
На первой странице проступил аккуратный магический текст:
«Прочитано Драко Малфоем. 26 июня 2005 г.»
Всего чуть больше года назад.
Страница за страницей — на полях ровный, изящный почерк. Она не могла оторваться. Наугад открыв один из разворотов, она почувствовала, как сердце забилось чаще.
«Если всё прочее сгинет, а он останется — я не исчезну из бытия; если же всё прочее останется, но не станет его, вселенная для меня обратится в нечто огромное и чужое, и я уже не буду больше её частью.»
Эти строки всегда вызывали в ней глухую, ноющую тоску — чувство, которое она списывала на романтический вымысел, на фантазии женщин о мужчинах и ничего более. Но, прочитав аккуратно выделенную цитату, Гермиона невольно прижала руку к груди, словно пытаясь удержать внутри волнение, в которое трудно поверить.
«Быть любимой так… Я не могу этого постичь. Я жажду этого больше всего. Если бы только она могла увидеть меня и знать, что я вижу в ответ всю её.»
Она резко захлопнула книгу и сунула её обратно на полку. Это было слишком личным, слишком откровенным. Детали его сокровенных мыслей, будто написаны специально для неё. Неужели он действительно так легко ей всё это доверил?..
Взяв следующую книгу, Гермиона поняла: они были расставлены в зависимости от даты прочтения. К её облегчению, пометки в книге о рунах оказались не такими интимными, хотя не менее прекрасными.
И вдруг его библиотека стала для неё бесценным сокровищем, словно он доверил ей не просто бумагу да чернила, а что-то гораздо большее.
Ей хотелось вдохнуть эти книги, как воздух, чтобы они наполнили её кровь жизнью и прогнали прочь то чувство, что годами терзало её.
Она хотела узнать всё.
И решила начать с самого начала.
***
Драко Второй день Два дня — достаточно ли этого времени, чтобы Гермиона освоилась? Мысль о том, что она в его доме, спит в его постели, читает его книги, ест его еду... Чёрт. Он годами мечтал стать тем, кто сможет обеспечивать и заботиться о ней. Особенно с тех пор, как на восьмом курсе она ходила по замку — измученная, носящая на себе шрамы, но всё ещё относившаяся к слизеринцам так, словно они заслуживают чего-то большего, нежели презрение. Аренда безликой, хотя и вполне удобной квартиры в Косом переулке, была мизерной платой. Драко знал о магии коттеджа, куда поселил Гермиону. Когда-то он сам смог излечиться там после пребывания в Азкабане. Первым делом он, по совету Поттера, отправился за её полужмыром, хотя изначально хотел дать ей ещё хотя бы один день наедине. Но его нетерпение как всегда взяло верх. Квартира Гермионы оказалась пуста к его облегчению. А рыжий зверь встретил его у двери, обвиваясь вокруг ног — совсем не то поведение, о котором предупреждал Гарри, утверждавший, что «этот кот ненавидит всех, кроме Грейнджер, и склонен к яростным, шипящим припадкам». — Кому не понравится такой дружелюбный малый? Ты просто отлично разбираешься в людях, ведь так, Живоглот? — спросил Драко, ставя переноску на пол. Кот залез в неё, вовсе не раздумывая, словно доверял и разрешал вести себя куда угодно. — Для такого замечательного зверя лишь лосось и креветки на ужин. Пошли, тебе понравится в коттедже. Теперь, стоя на территории дома с переноской в руке, Драко был готов вновь увидеть её. Втайне надеясь, что Гермиона не откажется от небольшой прогулки — экскурсии к его любимому месту, которая наверняка поднимет ей настроение. Странно стучать в собственную дверь. Но в воздухе витает успокаивающая магия, та, которую всегда излучала его бабушка, и это слегка смягчает тревогу. Если Гермиона здесь — значит, она в безопасности. А это главное. — Грейнджер! Я привёз кое-кого, открой… Дверь распахивается — и вот она: с розовыми щеками, сияющими глазами и волосами, собранными в большой пучок на макушке. Мелкие кудряшки выбились и касаются её лба. Ему нравится видеть её такой — естественной, совсем не похожей на ту женщину, которую привык видеть мир. — Прости, я… О, Глотик! Она опускается на колени, торопливо открывая переноску, и Драко сглатывает, наспех обращаясь к окклюменции, возводя щиты, чтобы не выдать своей реакции на то, что Грейнджер сейчас стоит перед ним на коленях. — Мой хороший, мама должна была забрать тебя раньше. Ты вёл себя хорошо с Малфоем? — она прижимается щекой к мурлыкающему коту, переводя взгляд на Драко. — Спасибо, — шепчет она. — Я ещё была не готова вернуться домой. — Без проблем, Грейнджер. Я не вовремя? Могу зайти позже… — О нет, конечно, заходи. Я как раз читала твои книги. «Это то, чего ты хотел», — напоминает себе Драко. «Ты собственноручно показал ей библиотеку, потому что хотел, чтобы она наконец-то поняла, что ты не просто её охрана». — И… нашла что-то интересное? — спрашивает Малфой, мысленно перебирая свои книги, гадая, какая бы могла её заинтересовать первой. — Они все потрясающие, Драко. Я уже просмотрела пару экземпляров. Внутри он гордо расправляет плечи от того, что она снова назвала его по имени, хотя сам не двигается. «Это уже второй раз, любимая». — Ты никогда не думал сменить профессию из мракоборца в писателя? Твои заметки в книгах глубже самого текста, а если и нет, то как минимум дополняют его с поразительной проницательностью. Твой стиль… он как поэзия. Жар растекается по его лицу. Он проводит рукой по волосам в попытке прикрыться и скрыть румянец, который, как он знает, слишком заметен. Проклятые гены Малфоев. — Высокая оценка от Золотой Девочки, — отвечает он, пытаясь вернуть хоть каплю искры её медовым глазам. И это срабатывает на мгновение. Потом в ней снова что-то гаснет. — Да, только в последнее время я чувствую себя всё менее достойной этого титула. Уже не в первый и даже не в миллионный раз Драко представляет, как накладывает на Рональда Уизли кровавую порчу. Он никогда не любил этого типа — с самой первой встречи. Но дело было не только в этом. Ещё в школе его бесило, как Рон выезжал за счёт Гермионы, а иногда и Гарри. Уизли и двух слов связать не мог, но ему приписывали помощь в победе над самым тёмным волшебником всех времён. Безумие. Но теперь… теперь это стало личным. Этот кретин достиг новых глубин идиотизма, отпустив её, изменив ей! Ни один достойный мужчина никогда… Да как вообще можно уйти от богини во плоти, современной Афины? Нет, этот ублюдок не заслуживал ни её боли, ни тем более любви. А как тот ворвался в Аврорат, требуя от него ответов о женщине, которая больше не была его женой! В тот момент Малфой едва сдержал ярость. Единственным ответом стал его ледяной тон: — Полагаю, тебя больше не касается, где находится госпожа Министр. Хотя, конечно, ты можешь приписать это к своим заслугам. Удар был пустяком. А вот смотреть, как Поттер арестовывает своего лучшего друга, можно считать проявлением справедливости. Драко возвращается в реальность, выныривая из воспоминаний, и протягивает Гермионе руку ладонью вверх. — Тогда позволь мне отвести тебя туда, где ты снова засияешь.
