Меч и корона

Всё вокруг завертелось со скоростью орка, бегущего за бесплатной кеглей пива. Уже на следующий день Лололошка переехал в казармы гвардейцев, а ещё через два окончил экспресс-курс по защите императорской особы. Пытаясь уместить в голове план дворца, новые правила этикета и перечень своих обязанностей, он не переставал себя чувствовать так, будто это скоро закончится. Словно всё: новая должность, странное поведение Его Высочества, весёлый Вальдхар, прыгающий вокруг, который теперь будет его напарником — одна большая шутка. Ну не может ситуация складываться настолько идеально, где-то должен быть подвох, просто Лололошка ещё не понял, где именно. Сейчас, вот-вот, скоро с лиц окружающих исчезнут эти притворно-дружелюбные улыбки, и тогда сказка закончится. Добрая крестная-фея а-ля принц вспомнит о его проступке, верный друг-Вальдхар воткнёт нож в спину, и весь дворец вдоволь насмеётся над глупенький человечком, который думал, что хоть что-то может пройти гладко. Но этого не происходило. Они так же спокойно выдали ему гвардейскую униформу, без происшествий отправили в отставку Рэга, и вот Лололошка вступил на свою первую смену. Вальдхар, крутившийся рядом всё это время, пообещал, что это кажется странным и сложным только на словах, в деле всё гораздо проще, и ему хотелось верить. Тем не менее, расслабиться всё равно было не так легко, ведь ему предстояла новая встреча с принцем. Во дворце никогда не было тихо: вечно кто-то сновал по коридорам, то тут, то там слышались приглушённые разговоры, с улицы доносилось пение птиц. Лололошка давно к этому привык, но сейчас ощущал эти звуки чересчур остро. Даже самые мелкие шорохи заставляли вздрагивать, он постоянно был напряжен. У него всегда был не самый глубокий сон, но сейчас, пожалуй, это перешло все границы. Лололошка четко решил для себя: либо сегодня ему удастся заполучить ответы, либо он забудет об этой ситуации и перестанет изводить себя. Это всё равно бессмысленно. Вальдхар вел его за собой по коридорам. Лололошка, конечно, уже выучил дорогу, но совсем не возражал, предпочитая уйти в свои мысли. Возле двери в покои Его Высочества их ждали двое других гвардейцев. До этого они пересекались, Лололошка помнил эти лица, но сказать уверенно, как их зовут, не рискнул бы. Смена караула прошла легко, и те два бедолаги с довольными лицами пошли отдыхать. На следующие двенадцать часов охрана принца — не их проблема. Как только те скрылись за углом, Вальдхар протянул руку, и постучал в дверь три коротких раза, заставив Лололошку немного приподнять брови. Его Высочество выдал ему какое-то поручение, или он так каждый раз делал? Если второе, то их отношения были даже ближе, чем Лололошка до этого думал. Через несколько секунд дверь открылась, и в коридор высунулась макушка эльфа. — Привет! — принц ухватился руками за дверной проём и провис на них, наклонившись вперёд. — Вальд, постой тут, хорошо? Прости, я просто хочу поговорить с Лололошкой наедине. Наследник престола спрашивает разрешение у стражника. Ага. Так ещё и прощения просит за то, что в покои не пускает. Ясно. Хотя, если честно, ничего не ясно. Какой, однако, интересный принц. “Вальд” на секунду завис, а потом легко ответил: — Конечно, всё хорошо, — он оперся спиной о стену и скрестил руки на груди. Эграссель сделал приглашающий жест и вернулся назад, оставляя дверь открытой. Лололошка бросил немного скептический взгляд на Вальдхара (который ответил ослепительной улыбкой) и зашёл следом, сделав мысленную пометку не удивляться больше ничему. Внутри всё было точно так же, как и в прошлый раз, хотя не то, чтобы Лололошка тогда сильно всматривался. Сейчас же он решил не пренебрегать такой возможностью. Первым делом, по привычке, его взгляд выцепил возможные пути отступления: три огромных окна на противоположной от двери стене (которую, к слову, Лололошка по умолчанию одним из таковых не считал, потому что там стоял Вальдхар, способный перегородить путь), за одним из них просторный балкон. Не то, чтобы в этих подсчетах была хоть какая-то необходимость, но так он ощущал себя в большей безопасности, если это вообще было возможно наедине с принцем. Покои оказались поистине огромными: весь дом, в котором Лололошка жил когда-то давно, был меньше. Сильнее всего его внимание привлекли полки с книгами. Разнообразных учебников и трактатов там, казалось, были сотни. Если бы он мог взглянуть хотя бы на несколько из них… — Интересно? — вдруг раздался голос принца. Лололошка уже почти успел забыть, что находится в комнате не один. Он вернул взгляд к Эграсселю, который до этого возился с какими-то бумагами, пытаясь собрать их в ровную стопку где-то в углу стола, чтобы не мешали, а теперь просто стоял и смотрел на него. — Насколько я понял, в тот день ты читал книги по инженерии? — тем временем решил не дожидаться ответа Его Высочество. — Мне не было видно, какие именно ты держал в руках, но та секция посвящена именно ей. Лололошка напрягся. Да, вот оно, эта тема. Тем не менее, у него и мысли не было умолять принца на коленях о милости или робеть в нерешительности. Он посмотрел на Эграсселя прямо, как, пожалуй, не позволял этикет, но тот не выказал ничего против, а у Лололошки всегда были проблемы с послушанием. — Что Вы со мной сделаете? Его Высочество улыбнулся ему тепло и искреннее. Лололошка даже не знал, что эльфы так умеют, про эльфов из королевской семьи и говорить не стоит. — Я? Ничего, — на недоверчивый взгляд принц спокойно добавил. — Почему я должен тебя наказывать за стремление к знаниям? Какой простой и до жути правильный вопрос. Только вот им задавались далеко не все эльфы. Это было… удивительно. Эграссель был удивительным. Наконец-то, Лололошка понял, почему все так восхищались этим принцем. Так легко рассуждать о вещах, которые подобным ему никогда и в голову прийти не смогли бы… Возможно, его коронация и правда сможет что-то изменить в империи? Эти мысли вызвали у Лололошки улыбку. У него впервые появилось желание поклониться эльфу не потому что так нужно, а потому что он его правда уважал, и противиться этому не было совершенно никакой нужды. — Стой! Зачем ты… Не стоит. Эграссель заставил его остановиться посреди поклона, и это заставило Лололошку только сильнее заулыбаться. Он не выпрямился, оставаясь в этой странной, слишком неуважительной для того, кто стоит перед наследником престола, позе, а только поднял взгляд, ловя ответный от Эграсселя. Это тоже нарушало все правила этикета, если кому-то до сих пор было интересно. Точно не этим двоим. — Ну что Вы, Ваше Высочество… — начал было Лололошка с сарказмом, как его опять перебили. — Эграссель. И это заставило его снова зависнуть. Что? Безусловно, он знал имя наследного принца, но сейчас это напоминание значило… — Зови меня Эграсселем, когда рядом никого нет, хорошо? Не считая Вальда. Лололошка так и стоял наполовину согнутый, с приоткрытым из-за незаконченной фразы (и явного шока) ртом. Он себе там пообещал больше ничему не удивляться, да? Извините уж, но это переходило все доступные его великому разуму границы. — Эгра… Эграссель, — Лололошка будто попробовал это имя на вкус. Вышло глухо и сбивчиво от шока, но достаточно странно и… приятно? В основном, конечно, странно. Теперь принц тоже улыбался. — Мне кажется, так гораздо лучше. Не думаешь? Лололошка сейчас вообще не думал. Он смог только неуверенно кивнуть, едва ли различая окружение. Сейчас в его голове это имя дробило сознание, проникало по буквам даже в самые дальние уголки черепной коробки, громко заявляя: теперь я тут живу. А главное, что с этим как-то нужно было мириться. — Может… выровняешься? Не думаю, что так стоять очень удобно. После этих слов сознание Лололошки снова заработало. До него вдруг дошло, что пауза сильно уж затянулась, и это заставило Его Высочество чувствовать себя некомфортно, если судить по его виду. А какой самоубийца захочет смущать принца, правда? Поэтому он встал ровно,продолжая открыто смотреть в глаза Его Высочества. Никто из них не отводил взгляд, и предыдущая пауза, вызванная коротким замыканием в голове Лололошки (сказали бы они, если бы развитие мира позволяло им знать такие термины), сменилась на новую, теперь, пожалуй, комфортную для обоих. Вот так стоять и рассматривать лица друг друга было… необычно, но определенно не настолько же сильно, как называть наследника престола по имени. Лололошка водил взглядом по лицу Эграсселя, изучая каждую линию, и кожей чувствовал, что принц занят тем же. От чего-то казалось, что это самое родное лицо, которое он когда-либо видел, и это ощущение не вызывало отторжения. Оно ему нравилось. Тут, словно вспомнив о чём-то, Его Высочество вздрогнул и отвел взгляд, кашлянув в руку. “Только самоубийца захочет смущать принца” — его же мысль несколькими секундами ранее, да…? Что ж, Лололошка не отрицал свою склонность к самопожертвованию, поэтому не собирался ограничивать себя в удовольствии посмотреть с первых рядов на смущенного Эграсселя. На губах появилась довольная улыбка. — Кхм, ты… так вот. Книги, — в оправдание принца, самообладание тот себе вернул очень быстро. Полезно для будущего правителя, пожалуй, его должны были учить держать лицо. — Я не смог разглядеть, какие именно были у тебя в руках. Я это уже говорил, да? Так что просто взял на свой вкус что-то в похожей тематике. Лололошка немного глупо моргнул. — Если тебе не понравится что-то из этого, ничего страшного, у каждого свои интересы и приоритеты. Ты в любой момент можешь взять что-то из моей личной библиотеки или попросить меня принести из дворцовой. У щедрости этого эльфа вообще был предел, серьезно? Он вел себя так, будто они просто ради шутки поменялись одеждой, и принц тут на самом деле Лололошка. Но, в любом случае, от такого предложения отказаться было невозможно. Ему не просто так пришлось тайком прокрадываться в библиотеку: лучшие книги и первоклассное образование было доступно только эльфам, остальные расы могли надеяться лишь на их милость, и чаще всего она не превышала мелких подачек. Это было больше, чем огромное одолжение. Лололошка склонил голову, помня, что положенные этикетом поклоны этот принц не жалует: — Благодарю, Ваше… — ошибка. Он споткнулся о титул, боковым зрением успев поймать как резко нахмурился его благодетель, — Эграссейлество… …Выкрутился, ничего не скажешь. Менять ногу, когда уже начал делать шаг, вообще никогда не было хорошей идеей. Лололошка был уверен, что у него сейчас выражение лица глупее некуда. Принц, собственно, тоже был в полнейшей растерянности. Первые пару секунд. А потом засмеялся так, что веселье полностью окутало комнату. Лололошка был удивлен, что такое пространство вообще реально заполнить хоть чем-то. Сначала он почувствовал густой стыд, но чем дольше Эграссель смеялся, тем сильнее смеяться хотелось и ему самому. Уже через десять секунд он всё-таки присоединился, и теперь стены удерживали внутри покоев наследного принца в два раза веселья. Лололошка давно так беззаботно не смеялся. — Ха-ха… Можно, конечно, и так, но ты точно уверен? Очень странный титул, — смог, наконец, выдавить из себя Эграссель. — Думаете? Мне казалось, что я точно где-то его уже слышал. — Стесняюсь спросить, где? — В учебнике. Где-то между броуновским движением и вторым законом Элика Вендити. — Пх-ха… Да, припоминаю. Точно. — Определенно. Они посмотрели друг другу в глаза и снова рассмеялись. Это было очень глупо, но никого из них это совершенно не волновало, ведь, эй, нести настолько откровенную чушь с очень важными лицами вообще-то невероятно смешно, ясно? — И всё же, ты обладаешь нескудным запасом знаний. Я догадывался, но теперь у меня есть повод спросить. Ты где-то учился? — решил вернуться к более серьезным темам Эграссель. — Нет. — Серьёзно? Откуда тогда всё это узнал? Ты бы не успел вычитать настолько много в дворцовой библиотеке. — Как Вы можете так беспощадно недооценивать мою способность к скорочтению? — наигранно обиженным голосом сказал Лололошка. За этот маленький диалог Эграссель успел присесть на стул и пригласить гостя жестом устроиться на соседнем. Он надеялся на долгий разговор, потому что этот человек жутко его интересовал. — Прошу прощения за своё поведение, — в голосе не было и тени раскаяния, если честно. — Я родом из деревни на западе. Не сильно маленькой, но там всё равно не было даже намека на образовательные учреждения, она же человеческая, — начал Лололошка, присаживаясь. — А когда попал в гильдию и оказался в городе, сразу прирос к местной библиотеке. За год я успел перечитать там, кажется, всё: от философских трактатов до сказок. — При этом работая наёмником? — приподнял брови Эграссель. Он, конечно, не был знаком со всеми тонкостями этой профессии, но всё равно знал, что они могут и по несколько недель не возвращаться домой, если заказы были связаны с охраной экипажей, направляющихся в дальние края. — Конечно. Просто я там бывал чаще, чем дома. Эграссель округлил глаза. Настолько удивительное стремление к знаниям… — А в дворец ты поступил на службу… — …потому что мне было мало знаний, которые я получил там, а с коллекцией книг в местной библиотеке не сравнится ничто в стране, — закончил за него Лололошка. — И ты… не побоялся? — Быть пойманным? Ну, я ведь уже, и всё закончилось, вроде, очень даже хорошо. Эграссель поджал губы. Это было скорее увиливанием, чем ответом, и Лололошка тоже должен это прекрасно понимать, не настолько он глуп. А ещё он знал, что и Эграссель не дурак. Читай: “Это не стоит того, чтобы озвучивать вслух”. Правда очень проста: Лололошка был готов к последствиям, и это, если честно, немного тревожило. Он собирался рисковать жизнью ради новых знаний? Как… к этому вообще стоило относиться? Его сложно было назвать самоубийцей. Скорее всего, у Лололошки был план, не полез же он куда не следует, надеясь на удачу, да? Да…? Даже если так, жить ему хотелось. В тот вечер, даже можно сказать ночь, пусть и было темно, но Эграссель смог явственно разглядеть в его позе и рваных движениях испуг. Он тогда допоздна засиделся в библиотеке. Ничего необычного, такое происходило неоднократно. Все во дворце уже привыкли, что если у них не получается найти принца, значит им стоит идти именно туда. Эграсселю нравилось оставаться наедине с книгами и свечами, поэтому он отпускал личную стражу, и читал, пока не начинал засыпать прямо на столе. Было что-то в этом сокровенное и личное. Иногда он даже представлял, что на соседнем стуле сидит автор книги в руках, и сам рассказывает обо всём, что там написал. Эграссель любил тщательно подбирать воображаемые голоса для великих мыслителей прошлого, вспоминая какие-то факты из их биографии, которые помогли бы ему с этим. Ещё реже он превращал монолог писателя в диалог, в котором сам принимал активное участие, дискутируя с математиками, философами и биологами. Это было его сокровенной игрой, о которой он никому никогда не рассказывал. Во-первых, звучало, честно говоря, странновато: взрослый эльф сидит и разговаривает с выдуманными друзьями, а, во-вторых, Эграссель прекрасно понимал, что стоит рассказать кому-то, и это перестанет быть тайной, а, значит, и перестанет быть настолько захватывающим. Когда он засобирался обратно в покои, луна давным давно уже заняла своё место на небе. Мысли вяло перемещались, поддаваясь усталости, да и шёл Эграссель медленнее обычного. Он вспоминал, какие у него завтра должны быть встречи, прикидывал, что можно было бы почитать в следующий раз, и пытался понять, не закончилась ли уже смена Вальда. Вдруг, проходя мимо рядов, Эграссель замедлился. До его острого слуха донесся еле различимый шелест листов бумаги. Неужели, кто-то тоже в такое время до сих пор находился в библиотеке? Вряд ли это был управляющий: он обязан денно и нощно следить за входом, чтобы не пропустить никого мимо себя. Все помощники давно разошлись, а прислуге тут делать было нечего. Сознание взбудоражилось, любопытство навострило уши, а желание поспать поспешно ретировалось. Эграссель не уйдёт отсюда, не выяснив, кто там. Он старался подойти как можно тише, пусть и сам не понимал до конца, почему. Не хотелось выглядеть так, будто его цель — бесшумно подглядеть, но было безумно интересно посмотреть, чем на самом деле занимался этот кто-то. Эграссель прекрасно знал, как на него реагируют окружающие, и в остальном ничего не мог сделать с официозностью, а сейчас выслушивать приветствия, смотреть на поклоны и отвечать на лесть совершенно не хотелось. Возможно, если бы он остановился и подумал об этом на пару мгновений дольше, то не повел бы себя так по-детски, но сделайте скидку на то, что он очень хотел спать, договорились? Из-за стеллажей показалась невероятно интересная картина: человек — ушей в темноте было не видно, но по росту можно было сделать соответствующий вывод — стоял к нему боком, держа в руках книгу. Он упирался лбом в одну из полок, прижав верх книги так же к ним, чтобы было удобнее держать одной рукой, потому что вторая была занята подсвечником. Рядом лежало ещё несколько учебников разной толщины. Видимо, Эграссель мог даже не стараться быть скрытным: ночной гость был настолько погружен в текст, что игнорировал вообще всё вокруг. Свет свечи немного освещал лицо, но большая его часть не проходила дальше съехавших на нос очков, так что черты почти не проглядывались. Зато прекрасно было видно форму: её силуэт сложно с чем-то перепутать. Тяжелый, бронированный верх, который сильно увеличивал плечи и к тому же, по словам Вальда, был не очень уж удобным, и облегченный низ, с висящим на поясе мечом. Даже не имея возможности увидеть опознавательные знаки дворцовой стражи, Эграссель ничуть не сомневался, что этот парень был именно оттуда. И вот это удивило его гораздо больше. Многие слуги во дворце, да и за его пределами, не были обучены грамоте, а даже если и были, то редко самостоятельно интересовались науками. Им было важнее выполнить хорошо свою работу, не кончавшуюся никогда, чтобы получить деньги и не вылететь на улицу, чем заниматься бесполезными вещами, которые в обычной жизни им вряд ли пригодятся. И это были эльфы: люди, орки, дворфы и так далее даже подумать о возможности развиваться не могли. Да, их иногда обучали чтению, письму и математике в столице, даже некоторые провинциальные школы и академии брались за такое, но чтобы прийти во дворец… нет. Эльфы всегда были слишком высокомерны и жадны, чтобы делиться своими знаниями с кем-то другим, поэтому в святую святых, великую дворцовую библиотеку, ни одну другую расу не пускали. Точнее прямого запрета никогда не было, но если такой смельчак объявлялся, управляющий просто разворачивал его на входе, докладывал, куда надо, и того больше никогда не подпускали к резиденции императора. И нет, всё не доходило до такого, чтобы даже слугам был заказан проход в библиотеку, если у них уши недостаточно острые, только вот Эграссель задерживался тут уже не в первый раз, и прекрасно знал, что внутри неё по ночам патрулей не было. Без необходимости. Это значило только одно: стражник пробрался неведомым, но очень вряд ли честным, способом. Эграссель решил всё-таки подать признаки своего присутствия, поэтому сделал ещё несколько шагов, выходя из-за стеллажа уже полностью, топнув достаточно громко, чтобы его обнаружили. Интересный стражник буквально подпрыгнул на своем месте, чуть не выронив книгу вместе со свечой, тем самым не слабо перепугав и самого Эграсселя. Пожара им тут не хватало! Дворцовая библиотека не зря была лучшей: в ней собраны тысячи книг, многие из которых имели историю в не одну сотню лет. Оригиналы древних фолиантов, первые издания великих литературных шедевров… — Сторожно! — Эграссель подпрыгнул вместе со стражником и поспешно сделал несколько шагов вперёд на случай, если будет необходимо подхватить свечу, но парень в ответ на это лишь отшатнулся, попятившись назад. — Прости, я не хотел тебя напу… Ему не дали договорить. Страж быстро захлопнул книгу и сунул её в просвет на полке. Он явно перепугался не на шутку, пусть его голос и не дрогнул. — Простите, что помешал. Я увидел упавшую книгу и решил поднять. Извините, мне нужно возвращаться к работе, приятного отдыха, — потом глубоко поклонился и удалился с невероятной скоростью. Даже учитывая их разницу в росте, казалось, что в один его шаг помещалось несколько шагов принца. — Но ты не… помешал… — Эграссель попытался остановить этого интересного человека, но просто не успел. Стоя вот так вот в проёме между стеллажами и смотря вслед убежавшему стражу, он вдруг почувствовал себя до ужаса глупо. Да, правда, что только было в его голове? Сам ведь прекрасно понимал, что делают с подобными нарушителями, так зачем полез и напугал человека? Тот ведь не мог не знать. И пошёл ведь на риск ради… а ради чего, собственно? Видимо, Эграсселю уже не удастся это узнать. Жаль. Нет, правда, это огромное упущение. Он выдохнул и развернулся, снова направившись к выходу. *** Выпрыгнув через окно в коридор, Лололошка постарался спокойно выдохнуть. Эта ночная встреча совершенно не входила в его планы. Он прекрасно знал, что очень сильно рискует, нарушая правила и насмехаясь над всеобъемлющим эльфийским высокомерием. Кто ж знал, что в этой чертовой библиотеке и правда настолько поздно будет сидеть какой-то идиот! Блеск! Ему оставалось надеяться, что тот парень не разглядел в темноте лицо , а значит не сможет указать на определенного стражника. Ещё лучше было бы, если бы этот эльф оказался не самым добропорядочным гражданином империи, и просто решил бы не заморачиваться. Правильно, лучше не лезть ему не в своё дело, своих мало? Хотя, судя по тому, что он уже подошёл к Лололошке в библиотеке, в чужой жизни этому пацану копаться было не лень. Чертовы аристократы, вот им нечем заняться! Он правда старался держаться, исправно выполнял работу, заводил новые знакомства, тренировался, и у него не так уж плохо выходило. Как минимум, Лололошка уже знал несколько личностей, которые с удовольствием окажут ему разного рода помощь в опасной ситуации. Быть хорошим другом — тяжелое искусство, но оно открывало многие двери. Последние несколько месяцев у него проходили одинаково: подъём по-раньше, тренировка, общение с другими слугами, работа, работа, общение, работа, сон. Это начинало надоедать. Окружающие его раздражали, физическая активность не приносила обычного умиротворения, а однотипная работа заставляла скучать. Ему катастрофически не хватало в этом всём умственной нагрузки, и это было огромной проблемой. Лололошка понимал, что лезть в библиотеку ещё рано. Он не обзавелся достаточным количеством связей, а его положение вообще было ниже плинтуса. Слишком маленькие шансы выкрутиться, если вдруг что-то пойдёт не так. На этой мысли Лололошка продержался ещё полторы недели. И сдался. Целенаправленно он, конечно, план не готовил, потому что оставался при своём мнении, но каждый раз, патрулируя рядом с библиотекой, неосознанно просматривал возможные пути проникновения. “Вон та лесенка хуже просматривается, и стража там появляется редко, так что можно будет вечерком незаметно здесь пройтись, чтобы попасть в это крыло” “Так” “А зачем мне вечерком попадать в это крыло?” “...” “Ну, я же так, на всякий случай, да?” “Да?” Очевидно, что нет. “Куда я лезу…?” — но было уже поздно об этом думать, когда он запрыгивал в приоткрытое окно библиотеки. Внутри была своя, невероятная атмосфера. В той единственной библиотеке, где удалось побывать Лололошке, было совершенно по-другому. Да, там витал такой же запах, присутствовало то же чувство умиротворения, но не было настолько невероятной помпезности. Дворцовая библиотека поражала своими масштабами и красотой. На несколько секунд Лололошка даже замер, разглядывая окружение, но быстро отмер, вспоминая, что пришел не на экскурсию. То есть, фактически, на неё, но не совсем. Он знал, что, скорее всего, тут уже никого не было, слишком поздно. Аристократы, которые составляют подавляющую часть посетителей, в такое время предпочитали заниматься чем-то более интересным. Тем не менее, было бы очень хорошо, чтобы никто даже не заподозрил, что в этой библиотеке когда-то был посторонний, поэтому Лололошка старался передвигаться вообще без единого шума, что у него, собственно, выходило достаточно хорошо. Он шагал мимо забитых от пола и до невообразимо высокого потолка полок, проводя по ним рукой. Столько знаний, столько невероятных литературных шедевров… И всё это могло достаться лишь избранным, родившимся в правильной семье и с правильной формой ушей. Отвратительно. Лололошка остановился возле нужной полки. Конечно, он ненавязчиво, чтобы никто ни о чем не догадался (или сделал вид, что не догадался, потому что добрый и отзывчивый новичок уже успел втереться к нему в доверие), выяснил планировку библиотеки. У него не было столько времени, чтобы обойти всё, а по-другому без чужой помощи найти что-то здесь было невозможно: книг правда было слишком много. Лололошка поставил себе очень жесткие рамки, чтобы не поддаться желанию остаться в этом месте на несколько суток к ряду без вылазок. Сегодня он только смотрит, так скажем, примеряется. Возможно, полистает что-то быстренько, но не больше двух книг. И пробыть тут Лололошка может не больше полутора часов. Всё складывалось идеально, он был просто счастлив. Ради того, чтобы хотя бы взглянуть на один из учебников Виндуша по инженерии многие человеческие ремесленники готовы были отдать всё, что у них есть, и Лололошка не был исключением. А что теперь? Он стоит и читает уже третью главу его известнейшего пособия по последним достижениям в области бытовых приборов, которое буквально пестрит смелыми идеями по облегчению жизни обычных граждан, что вызвало кучу споров в своё время. Эту идиллию прервал молодой эльф, и вот Лололошка уже спешит как можно быстрее убраться из библиотеки. Это было слишком близко. Знал же, что риски неоправданны! Теперь всё его нахождение во дворце и даже жизнь были под огромной угрозой, прост о потому что ему не хватило выдержки! Черт!