Проклятие поместья Малфой

Глава 1 Наши дни… Кто такой Драко Люциус Малфой.Это смесь потрясающего парфюма, грации, аристократичных манер, конечно же особенного цвета платиновых волос, а ещё безупречного вкуса и то что по моему мнению портит весь образ это надменный и вечно недовольный вид. Ох, конечно же я не интересуюсь его жизнью и уж тем более не слежу, читая газеты и слушая сплетни, которые разносятся, о завидном холостяке, с невероятной скоростью. Однако именно из-за этих бесконечных кулуарных разговоров я и посвящена во все детали его несомненно интересной жизни. Боже, так больше не может продолжаться, я должна изгнать его из своих мыслей, ушей, пресекать все разговоры о нем и вообще постараться забыть. Кто я и кто он? Ну конечно же, я теперь тоже имею кое-какой вес в Британском Магическом мире но все равно, большую часть времени ощущаю себя все той же грязнокровкой, просто со статусом ветерана войны. Просто вслушайтесь в это слово! Я женщина тридцати лет и уже героиня войны. А он? Бывший пожиратель который благодаря мне и Гарри Поттеру был оправдан на суде Визенгамота, и теперь ведущий аристократично, разгульную жизнь, наслаждаясь ей и мелькая во всех заголовках газет. Ну конечно же как и подобает настоящему аристократу в новостных лентах он появляется не один. Каждый раз рядом с ним оказывается какая-нибудь разодетая или наоборот полуголая красотка, которая выглядит так, будто сорвала джекпот. Как жаль, что каждая свято верит в то, что именно она будет той самой единственной и неповторимой. Ну а я? А мне остаётся только смотреть, ведь я не обладаю никакими качествами чтобы попасть в высший свет, да и не очень-то и хотелось. Все мои способности заключались в поглощении информации, быстрой обработке, чтении умных книг о заклятиях, древней магии и различного вида артефактов. Больше всего меня конечно же прельщает борьба с темными проклятиями и изучение родовой магии. Война закончилась очень давно. И мы все еще пытаемся изменить этот мир. Священные двадцать восемь так и остались неприкасаемые и все еще отказывались менять уклад своей жизни, однако изменения неустанно стучались в их двери. Самой большой проблемой оказывалась родовая магия древних семейств. Большинство из них были рады новым порядкам и с удовольствием бы женились по любви и заново строили бы свои жизни не обращая внимания на статус крови, однако влияние старшего поколения все еще имело вес. В свою очередь старшее поколение тоже было бы не против обрести или вновь примириться с потерявшимися или свободолюбивыми родственниками но и на них оказывала свое воздействие родовая магия. Из громких примеров таких событий оказалось дело Теодора Нотта. Юное поколение, быстро адаптировалась к новым реалиям жизни, и Тео был не исключением. Старший Нотт был приговорен к поцелую дементора, миссис Нотт передав бразды правления своему сыну, как только ему исполнилось восемнадцать, уехала во Францию, чтобы забыть весь кошмар войны и дать юному Тео, очистить от грязи их фамилию. С чем надо сказать младший Нотт прекрасно справлялся, открыв несколько программ для помощи маглорожденным детям при поступлении в Хогвартс.Тео стал активным пользователем магловских изобретение и регулярно посещал не магическую часть Лондона. Однажды Теодор Нотт изрядно перебрав в каком-то баре, решил избавиться от старинного барахла в своем поместье и обставить все с помощью маггловской техники. Оказалось, что один из предков Нотта наложил на поместье чары, которые не позволяли избавляться от старинных реликвий и не пропускали в дом определённое количество маггловских вещей. После того как слизеринец вышвырнул все барахло из своего поместья и каким-то образом обставил все современной техникой, магия поместья сошла с ума, все двери дома были запечатаны и не пропускали никого кроме домовых эльфов. Отделу тайн пришлось взяться за это дело, и чудесным образом спустя две недели удалось ослабить магию, открыть для Тео двери в его собственный дом. Тео был один из первых кому я помогла и после этого у нас завязалась даже своего рода дружба. Каждый четверг мы ходим с ним пить кофе и болтать просто ни о чем. Собственно этим, я, Гермиона Джин Грейнджер, сейчас и занимаюсь, работаю в отделе тайн и изучаю родовую магию и ее влияние. Раньше отдел Тайн занимался исключительно изучением магических феноменов, проклятий и предсказание. Но с участившимися случаями, взбесившихся древних поместий пришлось открыть небольшое подразделение, которое специализировалось на изучении родовой магии, и которое возглавила я — героиня войны. Собственно поэтому, я и интересуюсь жизнью чистокровных волшебников, ожидая что кто-нибудь обязательно влипнет в интересную историю. И поскольку с каждым днем количество обращений в наш отдел растёт, и мы работали почти со всеми чистейшими семьями, было странно, что до сих пор никто из семейства Малфоев не обратился к нам. И это наталкивало меня на не самые приятные мысли, о том, что до сих пор есть те, кто не хочет принимать новые общественные устои. Следующий дом который мне пришлось спасать от родовой магии стал дом на площади Гриммо, как оказалось с ним тоже было все не просто, особенно это касалось портретов рода Блэков. После того как Гарри и Джинни поженились и переехали туда, несколько портретов неустанно орали о чистоте крови и о том что эти двое были недостойны жить здесь. Тогда Поттеру тоже пришлось обратиться к нам в отдел чтобы мы помогли и ему, конечно это сделало моему отделу лучшую рекламу и мы перестали боятся, того, что спрос на наши услуги закончится. Мы расширили нашу сферу услуг и стали заниматься не только поместьями но и всем, на что оказывала влияние родовая магия. Лишь одно оставалось неизменным — мое странное увлечение, которое началось в период послевоенного времени, в тот момент когда мы с Гарри давали показания в защиту Драко Малфоя. Тогда несколько дней нам пришлось тесно сотрудничать, чтобы правильно преподнести факты в суде. И хотя к нему никого не пускали, в первый и последний раз я воспользовалась своим статусом и добилась трех встреч. В первую нашу встречу я увидела в нем загнанного в угол зверя, который хотел покусать и сделать больно абсолютно всем без исключения. Наш разговор прошел тяжело, но не так как я ожидала. Мне пришлось долго доказывать и объяснять ему, что я просто хочу ему помочь ничего не требуя взамен. Второй раз я вернулась через три дня, дав ему достаточно времени чтобы все обдумать, однако в его словах все еще чувствовалось недоверие и иногда проскакивали чувство обреченности, будто он делал мне одолжение, но не верил в то, что все получится. Третий раз я вернулась почти перед самым судом.Войдя в дверь его камеры, которая кстати говоря выглядела, очень мрачно, я увидела как в его взгляде промелькнуло облегчение, всего лишь краткий миг, но именно тогда я поняла, что он ждал меня. Наш разговор и в этот раз был сложным, однако очень продуктивным, и в нем уже не было столько обреченности. Тогда я подарила ему надежду — я поняла это, и хотела ему доказать, что не ошибаюсь. Именно в те дни, я впервые увидела, что кроме нахальства, злобы и надменности у него были очень обширные знания отнюдь не уступающие моим, он был прекрасный стратег который помог залатать все дыры в речи которую я готовила для его защиты, и ещё он очень обаятельно, черт побери, улыбался. Выстроенная нами речь и очень грамотная работа адвоката их семейства, конечно же сделали свое дело, Визенгамот признал его и Нарциссу Малфой невиновными, наложив лишь запрет на передвижения за пределы Англии. После заседания, нам с Гарри не удалось увидеть их, так как в тот день были запланированы ещё разбирательства, которые требовали присутствия Гарри Поттера. Спустя несколько дней я получила записку с совой в которой было всего лишь несколько слов: «Ты дала мне надежду — а я возведу для тебя целый мир, достойный этой веры.» Что я испытывала в этот момент? Какие чувства таились в моей душе? Я не смогла разобраться до сих пор. Что значили его слова? Что он хотел этим сказать? Значит ли это, что между нами было что-то взаимное? Или он просто в очередной раз посмеялся надо мной? А может наши понятия о мирах в корне были разными? Боже, разговоры, мысли и определение чувств определённо не были моей сильной стороной. Я не смогла ответить, не знала и не понимала, что должна сказать, просто вложила пергамент в свой ежедневник и убрала в стол. Об этой записке я не сказала ни кому. И вот прошло уже почти семь лет, но я все еще жду. Чего? Сама не знаю… Но та самая надежда все ещё жива. И о ней никто не должен узнать… Это был мой маленький секрет, я хранила его в своем сердце и лишь старый кусочек пергаментв так и остался лежать в моем ежедневнике. Я не могла определить что же я чувствовала. Говорить о том что это любовь я бы точно не стала, но возможно симпатия или увлечение больше подходило для определения моих чувств. Каждый день приходя в отдел первое что я делала, это наливала себе кофе и садилась читать газеты, и каждый раз сердце прыгало от радости когда я не находила информацию о помолвке или о женитьбе. Еще не все потеряно говорила я себе, и ждала. Чего же я ждала, я не могла объяснить даже самой себе. Наверное в глубине души я надеялась на его обещания изменить мир, или принести хоть какую-то пользу обществу, однако кроме как о его разгульной жизни больше ничего не знала, и честно говоря это отзывалось чувством разочарования. Кроме того что я была начальником отдела по устранению родовой магии, я пыталась продвинуть несколько программ которые бы помогали нашему обществу. Первой моей программой была еще в Хогвартсе стало Г.А.В.Н.Э. однако я быстро поняла, что это введение больше портит жизнь, многие домовые эльфы просто не понимали чем еще они могут заняться и куда тратить деньги. К тому же как я выяснила позже, не все относились к домовым эльфам жестоко, большинство эльфов работали на поместья многие и многие поколения, и исполняли не только тяжелую работу но и нянчили не одно поколение чистокровных детей. Поэтому мне пришлось отступиться и оставить в покои устоявшиеся традиции. Однако мне все равно хотелось принести что-то новое в этот мир. Поэтому я разработала две уникальные программы помощи маглам пострадавшим во время войны с Волан-де-Мортом и вторую в помощь волшебникам оказавшимся под воздействием родовых проклятий. Отдав программы на утверждение в министерство магии, я и думать про них забыла, погрузившись в работу отдела, как вдруг оказалось что два моих проекта не только одобрены но и уже получили огромное финансирование от анонимного добродетеля. До сих пор не знаю кто этот человек, но я ему настолько благодарна, что бесконечно готова ему поклоняться. Сколько бы я не пыталась узнать кто он, ничего не помогало и никто даже не хотел об этом со мной говорить, все настаивали на том что я должна радоваться а не играть в сыщика. Единственное, что мне удалось узнать, так это то что было и так очевидно, он был богат и поддерживал меня и новый мир. Не сумев ничего узнать, впервые в жизни я готова была признать поражение, в бессильной ярости я мерила комнату шагами. Меня не столько раздражало, что я не способна узнать кто это, столько то, что впервые в у меня даже нет ни одной зацепки и я вынуждена оставить поиски. С этими мыслями я прошла в сторону своего рабочего стола и плюхнулась в кресло, закрыв глаза, представила, чтобы я могла сказать этому человеку при встрече. В голове замелькали картинки с образами, я пыталась представить его или возможно ее, хотя мне почему-то казалось что это он. Мне наверное даже хотелось бы, чтобы это был он. Высокий, светловолосый с серыми как ураган глазами, широкими плечами… Ну вот опять, и вот так всегда, как только мне хотелось представить кого-то из мужчин обязательно появлялся он. Замотав головой я попыталась прогнать наваждение, и с грустью подумала о том, кто, решил поддержать мои проекты, действительно ли он готов поменять весь мир и подарить надежду? Хотелось бы верить… — Мисс Грейнджер! К вам посетитель, — голос моей секретарши раздался из приоткрытой двери. Бывшая подружка Рона, Лаванда Браун теперь работала у меня секретарем, и нужно сказать что вполне себе неплохо справлялась, да нет, даже отлично, если бы не она я бы просто обросла бумажками. Она как настоящая фея разгребала эти горы бумаг, со огромной скоростью сортируя их в стопки. Мы не были близкими подругами зато как коллеги сошлись просто прекрасно. Лаванда обладала теми качествами, которые мне удалось оценить лишь став руководителем. Она была шустрой, умело собирала сплетни и последние новости и конечно же превосходно делала бумажную работу избавляя меня от нее. У нас с ней был прекрасный симбиоз: она ограждала меня от бумажек, принося на подпись лишь важные, я же, зная ее любовь к тусовкам и походам по разным барам в пятницу, отпускала с работы ее в обед. Нам хорошо работалось вместе, и я была благодарна высшим силам за то, что именно она стала моим секретарем. Иногда когда выдавалось свободное время, она приходила с горячим кофе и двумя круассанами в мой кабинет и мы подолгу болтали сидя в моем кабинете. Мне было необходимо знать все сплетни которые витали вокруг чистокровных, особенно те что касались их магии. — Здравствуйте, Мисс Грейнджер, — на пороге стоял опрятный мужчина, сложно было определить его возраст, но густые, седые усы на его лице заставили меня предположить что ему было лет шестьдесят он был не очень высокого роста но весьма уверенный в себе. Выразительные большие глаза, лукаво смотрели на меня, ожидая моего ответа. — Здравствуйте, эм….сэр, — начала я, понимая, что он не представился и я не имею вообще никакого представления о том кто он. — О, вы можете обращаться ко мне Джефф Блэкхилл, а впрочем зовите меня просто Джеф, я прибыл из Шотландии, мне порекомендовали вас как лучшую в изучении родовых проклятий, мое дело не терпит отлагательств и я бы очень хотел, чтобы после нашего разговора вы немедленно отправились со мной. — Вот как, — наконец я стала понимать что происходит, — присаживайтесь Мистер Блэкхилл и рассказывайте чем наш отдел может вам помочь. Мистер Блэкхилл начал свой рассказ издалека, с момента образования его поместья. Когда-то род Блэкхиллов славился своей чистокровностью, богатством и влиянием. Их семья была почитаемой в обществе к ним прислушивались и в небольшом прибрежном графстве Кинкардиншир все, от мала до велика знали их семью. Они зарекомендовали себя честными, добрыми и милосердными. Их поместье находилось в маггловской части, и во времена инквизиций, это сыграло с ними злую шутку. То и дело инквизиторы пытались забрать одного из членов их семьи. И хотя в Шотландии инквизиция не была организована по образцу испанской или римской борьба с ересью и колдовством все равно присутствовала. Но все изменилось в 1700 когда магия была уголовным преступлением. Семье Блэкхилл нужно было бросить поместье и убираться в магическую часть страны, но судьба распорядилась иначе. Изабель самая младшая на тот момент дочка, влюбилась в одного человека, который осуществлял приговор над ведьмами. Семья осуждала ее выбор и не только потому что Дафф был маглорожденных, причина их нелюбви крылась в том что он был одержим тьмой, считал что магии не место в их мире, что волшебство не должно являться частью его мира. Он стал палачом, тем кто лишал возможности рассказать людям о волшебстве и чудесах. Люди жили в то время очень бедно, и сердца наполнялись тьмой. А те безумные волшебники решившие подарить свет людям, пытаясь рассказать и показать им волшебство часто оказывались на костре или гильотине. Хотя Блэкхиллы чтили чистоту крови и были весьма влиятельны, их мировоззрение строилось на добре и уважении. Темная магия была для них чужда, ее применение в их поместье было под запретом. Они верили, что поместья чистокровных это не просто камень это нечто, способное чувствовать, впитывать эмоции, влиять на семейное настроение. Вера в это привела к тому что Блэкхиллы решили сохранить свое поместье в первозданном виде, светлом, освещенном сияющим солнечным светом и чистом — не оскверненным черной магией. Однако все изменилось с приходом Даффа. Несмотря на их любовь Изабель и Дафф выглядели довольно странной парой — рыжая с веснушками девушка и с большими зелеными глазами и рядом с ней абсолютно мрачный, всегда одетый во все черное и немногословный Дафф. Бель- так звали девушку родные и близкие, была очень прелестной и милой девушкой, а еще доброй и заботливой. У Бель была сочувствующая всем душа, от котенка до ребенка она готова была помогать всем без исключения, спасать всех кого могла. Дафф казался ей именно тем кто может спасти ее, он казался ей большим и сильным, смелым и всемогущим, готовым умереть за нее. Они познакомились волей случая, она помогла старушке собрать продукты в корзину а он поймал того кто сбил старушку и притащил его извинится. Ну точнее он не собирался никого ловить, однако молодой воришка сбив старушку и пробегая мимо, сам врезался в него. Когда Дафф подошел, Бель протягивала старушке последнее яблоко выпавшее из корзины, и взглянула на него. Она знала чем он занимается, знала что он тот, кто казнил бы ее, но вопреки всему ничего не могла с собой поделать. Она посмотрела в его глаза, они были под стать ему настолько черные будто в них таилась сама тьма, однако она смогла разглядеть там грусть и сожаление и Бель с ясностью пронзила мысль, что она будет тем человеком который проведет его тьму к своему свету. Даффу казалось что само солнце спустилось к нему в ладони, казалось что ничто в мире не может сиять ярче чем свет исходивший от этой девушки. Он испытывал лишь одно чувство смотря на нее — благоговение. Ему было странно, что Бель отвечала ему взаимностью, они были противоположностями но их с немыслимой силой тянуло к друг другу. Свет и Тьма. Бель не сказала ему что она волшебница, решила утаить и промолчать до тех пор пока они не поженятся, она была уверена что он примет свою жену любой. Родственникам не удалось переубедить Изабель, она была непреклонна, хотела выйти за него замуж и прожить счастливую жизнь в поместье. Ее мечтам не суждено было сбыться. За два дня бракосочетания случилось нечто такое, чего не могли представить даже древнейшие предки. В тот день Изабель Блэкхилл собиралась свидание, наверху, в своей спальне. Ее спальня была богата украшена роскошными произведениями искусства, живыми цветами а еще солнечным светом, который разливался в ее комнате словно жидкое золото окрашивая стены и мебель в нежно желтый цвет. Освещая комнату, лучи нежно касались ее волос, мягко подсвечивая их так, что казалось по ее голове водопадом спускается золотая река. Она ждала Даффа, сегодня он впервые должен был посетить поместье Блэкхилл. Она очень волновалась, в последние дни Дафф ходил сам не свой, они мало виделись и тем более разговаривали. Но сегодня за несколько дней до свадьбы ее отец наконец-то разрешил посетить ему поместье. У Бель было два старших брата и она после замужества спокойно могла покинуть родовое поместье переехав в дом мужа. Время пробило полдень, Дафф опаздывал, Бель старалась гнать плохие мысли, но сердце было не на месте. Спустя час ожидания Бель уже собиралась начать искать его, но в этот самый момент ворота поместья с силой распахнулись и она увидела его, он скакал к парадному входу на вороном коне. Спустившись вниз Бель остановилась у лестницы ожидая его и в этот момент двери распахнулись и перед ней предстал он — страж тьмы. Так называли их в городе, тех кто не просто охотился на ведьм, а убивал с особой жестокостью, никто никогда не видел их, но последствия после них были ужасными. Как только он переступил порог дома, поместье содрогнулось, и по белому мрамору поползли черные полосы, словно черная магия потекла по венам поместья заражая его своей тьмой. Отец вышел вперед и велел братьям спрятать Бель и спрятаться самим. Никто не знал сколько длился бой, никто не слышал ни единого звука сражения. В тот день остался в живых лишь один из братьев, которого нашли спустя два дня на побережье. Он постоянно плакал и твердил что теперь особняк и земли вокруг него заражены тьмой и род Блэкхилл больше не сможет нести свет и чистоту, больше он не смог объяснить ничего. Спустя много лет старший брат Бель все-таки нашел в себе силы женился и смог возродить род Блэкхилл однако до конца жизни он твердил, что свет покинул их поместье и теперь здесь правит — тьма. Однако это никак не проявилось ни спустя год, ни спустя десять и даже сто лет. Лишь только белый мрамор так и не смог очистится от своих темных прожилок. Но около семи лет назад стали происходить странные толчки похожие на землетрясение, кроме семьи живущей в поместье никто этого не ощущал. К тому же люди раньше любившие приходить к ним в гости вдруг стали отстраненные, стали реже заходить, а сам особняк как будто стал на тон темнее своего обычного цвета, отчего прожилки стали выглядеть зловеще. И вот совсем недавно в поместье стали происходить довольно странные вещи, жители поместья вдруг стали меньше улыбаться, чаще хмурится, угрюмое выражение лица стало появляться все чаще. А теперь по поместью ходят страшно представить целых пять Стражей смерти. В семейных архивах мы нашли сделанное фото Изабель и Дафа за несколько дней до содеянного им. — Пожалуйста Мисс Грейнджер, — уже просто умолял он, — вы должны поехать со мной, никто не знает как образовалось это проклятие, почему именно сейчас он проявилось, но нам всем жутко, находясь в поместье мы все понимаем и осознаем, но ничего не можем поделать с собой, словно изменилась суть поместья а вместе с ним и наша. Мне страшно чем все это может закончится. Листая дневники нашего прапрапрадедушки, старшего брата Бель, я нашел несколько моментов которые меня взволновали, но я все равно никак не могу найти логичный ответ. Первое в одном из дневников он написал следующее — он дал мне старинную тетрадь в твердой обложке, действительно похожую на дневник. —И Свет стал Тьмой. И в битве той, Все пало предо мной Пока есть Тьма, Жива и я , но буду здесь Чужая я. Следующий дневник который он мне протянул выглядел еще более потрепанным, будто его никогда не выпускали из рук. -Это его последний дневник, записи в нем он вел до самой смерти. -прокомментировал мистер Блэкхилл, увидев мой изумленный взгляд. Он полистал его и открыл для меня нужную страницу. Страница выглядела жутко, кажется на нее попали все самые отвратительные жидкости этого мира, хуже всего выглядели капли крови. Ей была подчеркнута каждая строчка написанная ниже. Сгорит в костре поместье Хилл Лишь Черный Страж воскреснет вновь Спасаться быстро нету сил. Исправит все любовь . Прямая инструкция к спасению. Я задумчиво посмотрела на мужчину, в его глазах плескалась паника, вероятно его чувства были правдивы, однако что-то не давало мне покоя. Я спокойно улыбнулась ему и спросила: -В чем проблема Мистер Блэкхилл? Прямая инструкция по снятию проклятия, найдите любовь, влюбитесь и научите этому свою семью, ответы были у вас все время, и вы должны были неустанно заботится о том чтобы это светлое чувство не покидало вашу семью, особенно если как вы все время такие добродетельные. -Нет мисс Грейнджер, вы не понимаете! Мы не знаем подробностей той ночи, да что там говорить до прошлого месяца мы даже не знали о проклятии. С того самого момента, мы ни на секунду не переставали нести добро в этот мир. Это заложено в самой сути нашего существования. Но что-то изменилось и это то о чем я не могу догадываться. Прошу вас, Гермиона, мне очень нужна ваша помощь. Взамен, я могу вам предоставить информацию по одному известному поместью которое наверняка вас заинтересует, но только после того как разберемся с моим. Хитрый старикашка знал на что давить, знает что я интересуюсь слухами вокруг поместей.Знать бы что я получу что-то ценное а не очередную пустышку или то что я и так уже знаю. — Я не могу быть уверена в том что ваша информация будет актуальной к тому моменту. Так что я думаю ваше предложение ничего не стоит. Однако я помогу вам, к тому же у меня уже есть несколько идей. — Думаю что та информация которой я хочу поделиться будет актуальна еще некоторое время- вкрадчиво сказал он, черты его лица изменились, стали жестче, добрый мистер пропал — однако конечно же вам решать хотите ли вы знать что-нибудь о Малфой-мэноре или нет. До свидания мисс, дату отправления я пришлю вам с совой. Чертов старикашка, нужно признать, что это все что я хотела знать, хотя бы крупицы информации о мэноре и не только о нем.