Закулисье звезд

Благотворительный вечер в роскошном отеле "Беверли Хиллз" сверкал огнями и ослеплял блеском бриллиантов. Гермиона чувствовала себя не в своей тарелке, словно ее забросили на другую планету. Она, выросшая в простой семье, привыкшая к тихим вечерам с книгой, оказалась в окружении голливудских знаменитостей, влиятельных продюсеров и акул бизнеса. Она не понимала правил этой игры. Не знала, как себя вести, о чем говорить, кого избегать. Чувствовала себя неловко в своем скромном платье, среди дам в откровенных нарядах от кутюр. Ей казалось, что все смотрят на нее свысока, оценивая и осуждая. Она оглядывалась по сторонам, пытаясь найти знакомое лицо, когда вдруг почувствовала чье-то прикосновение к своей руке. Это была Беллатриса. В этот вечер Беллатриса выглядела сногсшибательно. На ней было длинное черное платье с глубоким декольте, которое подчеркивало ее стройную фигуру. Ее черные волосы были уложены в элегантную прическу, а на губах играла загадочная улыбка. Она была воплощением голливудской роскоши, иконой стиля и красоты. — Ты в порядке? - спросила Беллатриса, глядя на нее с беспокойством. Гермиона покачала головой.  — Я чувствую себя неловко. Я не понимаю, что здесь происходит. Беллатриса усмехнулась.  — Это всего лишь благотворительный вечер, Гермиона. Просто расслабься и получай удовольствие. — Легко сказать,  - проворчала Гермиона. — Не волнуйся, - Беллатриса сжала ее руку. — Я буду рядом. Я покажу тебе, как здесь все устроено. И Беллатриса сдержала свое слово. Она взяла Гермиону под свое крыло, представляя ее нужным людям, оберегая от назойливых поклонников и объясняя неписаные правила этого мира. Она познакомила ее с влиятельными продюсерами, успешными режиссерами и известными актерами. Она научила ее, как себя вести, как говорить, как выглядеть, чтобы произвести нужное впечатление. Она рассказала ей, кто есть кто в голливудской иерархии, кого следует избегать, с кем нужно дружить. Она раскрыла ей секреты этого мира, показала его темные и светлые стороны. Гермиона была поражена ее знаниями и влиянием. Она видела, как люди меняются в лице при виде Беллатрисы, как они стараются угодить ей, заслужить ее расположение. Она понимала, что Беллатриса - не просто актриса, а влиятельная сила в этом мире. Беллатриса не только представляла ее нужным людям, но и оберегала от назойливого внимания поклонников. Гермиона, привыкшая к скромной жизни, была удивлена тому, сколько людей узнавало ее на улице, просило автографы и фотографии. Беллатриса умело отсеивала назойливых поклонников, вежливо, но твердо отказывая им в общении. Она создавала вокруг Гермионы своеобразный щит, защищая ее от посторонних глаз. Они провели вечер вместе, танцуя под звуки живой музыки, смеясь над шутками и делясь сокровенными мыслями. Гермиона почувствовала себя более уверенно и расслабленно в компании Беллатрисы. Она поняла, что она не одна в этом незнакомом мире, что у нее есть поддержка и защита. Ближе к концу вечера Гермиона, чувствуя себя более раскрепощенной, выпила несколько бокалов шампанского. Алкоголь ударил ей в голову, и она почувствовала себя более смелой и раскрепощенной, чем обычно. Она начала шутить и смеяться, рассказывать забавные истории и общаться смелее с Беллатрисой. Она почувствовала, как ее внутренние барьеры рушатся, освобождая ее от стеснения и неуверенности. Беллатриса наблюдала за ней с улыбкой, наслаждаясь ее раскрепощенностью. Ей нравилось видеть Гермиону такой веселой и беззаботной. Она знала, что алкоголь оказывает на нее такое влияние, и ей это нравилось. В какой-то момент Гермиона потянула Беллатрису на танцпол и начала танцевать с ней в медленном танце. Они двигались в такт музыке, прижавшись друг к другу телами. Гермиона чувствовала тепло Беллатрисы, ее дыхание на своей шее, ее руки на своей талии. Она закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Ей казалось, что она находится в другом измерении, в мире, где существует только она и Беллатриса. Но их идиллию прервали вспышки фотокамер. Папарацци, как стая голодных волков, окружили их, снимая каждый их шаг, каждое движение, каждое выражение лица. Гермиона открыла глаза и посмотрела на Беллатрису. Она увидела в ее глазах смесь раздражения и беспокойства. — Ты знаешь, что завтра будет в газетах, - прошептала Гермиона ей на ухо. Беллатриса пожала плечами.  — Мне все равно, - ответила она, и в ее голосе прозвучала усталость. — Пойдем отсюда. Они вышли из отеля под ослепительными вспышками фотокамер. Папарацци кричали им вслед, задавая вопросы, пытаясь спровоцировать на комментарий. Беллатриса молча открыла дверь шикарного кабриолета и помогла Гермионе сесть внутрь. Она села рядом и завела машину. Они уехали, оставив папарацци позади. Гермиона чувствовала себя немного виноватой за то, что привлекла к ним столько внимания. — Прости, - сказала она. — Я не хотела этого. Беллатриса улыбнулась.  — Не глупи. Это их работа. Они просто делают то, что должны делать. Они ехали по ночным улицам Лос-Анджелеса, наслаждаясь тишиной и покоем. Гермиона смотрела в окно, наблюдая за проплывающими мимо огнями. — Куда мы едем? - спросила она. — К тебе домой, - ответила Беллатриса. — Тебе нужно отдохнуть. Когда они подъехали к дому Гермионы, Беллатриса остановила машину и заглушила мотор. — Спасибо за вечер, - сказала Гермиона. — Мне было очень весело. — Я рада, что тебе понравилось, - ответила Беллатриса, улыбаясь. Гермиона посмотрела на Беллу черными, блестящими от выпитого шампанского, глазами.  — Ты красивая, - прошептала она, не отрывая взгляда. Беллатриса сглотнула, чувствуя, как ее щеки заливаются краской.  — Спасибо, - пробормотала она, избегая взгляда Гермионы. Гермиона внезапно притянулась к ней и поцеловала ее в щеку. Поцелуй был легким и нежным, но он заставил Беллатрису вздрогнуть. — Спокойной ночи, - сказала Гермиона, отстраняясь от нее. — Увидимся завтра на съемках. Она вышла из машины и быстро пошла к своему дому. Беллатриса смотрела ей вслед, чувствуя, как ее сердце начинает бешено колотиться. Что это было? Проявление пьяной смелости? Или что-то большее? Она чувствовала, что Гермиона начала видеть ее не только как актрису, но и как женщину. И это пугало ее. Она завела машину и уехала, оставляя Гермиону одну. Она знала, что ей нужно все обдумать, принять решение о том, что делать дальше. С одной стороны Грейнджер сама все делает, а ей надо лишь подыграть, а с другой это уже не выглядит как «пиар роман» — Сука, - сказала Блэк и нажал на педаль газа.

***

Андромеда прислала короткое сообщение: "Нужно поговорить. Завтра, "Кафе Флора", утром. Будь." Тон был безапелляционным, не терпящим возражений. Беллатриса вздохнула. С сестрами никогда не было легко, даже когда они пытались быть добрыми. Придя в "Кафе Флора", она обнаружила, что Андромеда там не одна. За столиком, спиной к входу, сидела Нарцисса. Двойной удар. Беллатриса на секунду пожалела, что вообще пришла. Андромеда приветливо улыбнулась.  — Белла, присаживайся. Знаю, ты не в восторге, но нам нужно это обсудить. Беллатриса не стала тратить время на любезности.  — Какого хрена вы меня сюда вызвали?- выпалила она, садясь напротив сестер. Нарцисса молча положила перед ней газету. Первая полоса пестрела фотографией: Беллатриса и Гермиона, танцующие в объятиях друг друга на благотворительном вечере. Заголовок кричал: "Блэк Снова Влюбляется? Сенсационный Роман Голливудской Дивы!" Беллатриса бросила газету обратно на стол.  — И что? Это всего лишь пиар. Мы работаем вместе. Нужно подогреть интерес к фильму. Нарцисса смерила ее холодным взглядом.  — Пиар, говоришь? А девочку не жалко? Она молодая, наивная. Ты ей голову морочишь, а потом бросишь, как использованную игрушку. — Не лезь не в свое дело, Цисси, - огрызнулась Беллатриса. — Гермиона - взрослая девушка. Она знает, что делает. — А ты уверена, что она знает, во что ввязывается? - настаивала Нарцисса. — Ты - Беллатриса Блэк. У тебя репутация. А она - всего лишь восходящая звезда. Ты используешь ее ради своей выгоды. — Я не нуждаюсь в ваших советах и нравоучениях, - отрезала Беллатриса. — Я сама разберусь, что мне делать. И не лезьте в мои отношения с Гермионой. Андромеда вздохнула.  — Белла, не кипятись. Мы просто волнуемся за тебя. И за Гермиону. Мы знаем, как ты можешь быть. Ты часто принимаешь импульсивные решения, о которых потом жалеешь. — Ты могла бы быть счастливой, - тихо сказала Нарцисса . — Ты могла бы найти себе достойного мужчину, создать семью, родить детей. — Заткнись, Цисси, - прорычала Беллатриса. — Мне плевать, что вы обо мне думаете. Я живу так, как хочу. Я счастлива так, как есть. Нарцисса презрительно фыркнула.  — Счастлива? Да ты сама себе не веришь. Ты просто убегаешь от себя и боишься столкнуться с правдой. Беллатриса резко встала из-за стола.  — С меня хватит. Я не собираюсь выслушивать ваши бредни. Делайте что хотите, думайте что хотите. Мне все равно. А теперь простите, у меня дела. Она бросила на сестер презрительный взгляд и вышла из кафе, оставив их в недоумении. На улице Беллатриса почувствовала прилив ярости. Как же она ненавидела эти семейные посиделки, эти вечные нравоучения и осуждения. Они всегда пытались контролировать ее жизнь, указывать, что ей делать и с кем быть. Она живет своей жизнью, по своим правилам. И ей плевать, что они об этом думают. Она направилась к своей машине, чувствуя, как внутри нее нарастает желание увидеть Гермиону. В ней она видела тепло, поддержку, любовь. Она позвонила Гермионе. Привет, Беллатрис!  Привет, ты на съемках? Нет, ещё собираюсь   Я заеду за тобой. Да не стоит) Это не вопрос, Грейнджер.  Хорошо, минут 10 мне осталось Скоро буду.