Репарация

Гортензия - символ неожиданного дара: щедрость, появляющаяся без повода.

Инструкция по сборке гортензии:

Возьмите лист бумаги - неяркий, но переливчатый: бледно-голубой, с отливом в лиловый или молочный розовый.

Сложите множество маленьких лепестков - похожих, но ни один не повторяет другой. В этом её гармония: в различии.

Соедините их в шар - плотный, будто задержавший дыхание. Он держит форму только потому, что не боится рассыпаться.

Добавьте короткий стебель - кажется хрупким, но именно он несёт всю тяжесть пышной головы. Можно слегка припудрить лепестки перламутром.

Почему именно так: гортензия - это про чудо, которое приходит без приглашения.

      Гермиона Грейнджер задыхалась от волнения. Закрыв глаза, она откинула голову на стену подвала, окрашенного в безумный розовый цвет, и крепче прижалась к мужчине, который оказался рядом и целовал её в губы, а казалось что… везде. Никогда в жизни её так не мурашило.       Все случилось неожиданно - девушка спустилась в подвал, поскольку занималась инвентаризацией алкоголя. Дело было скучное, она его оттягивала с самого утра, но потом поняла, что дальше уже никак. К тому же понимала, что Дофин-то наблюдает за её работой после того эмоционального, непродолжительного увольнения. Ей стоило показать себя как можно лучше, потому, нехотя взяв папку и планшет, маленькая рысь спустилась вниз по длинным ступеням, в который раз спрашивая себя - какого черта грязнокровка со своей белой подружкой среди ночи красили стены. Но спустя минуту это все оказалось не важным. Сначала она увидела его.       Драко.       Он стоял спиной и, кажется, выбирал себе бутылку вина. Дурацкий розовый был приглушен светом ламп, которые отбрасывали тени и в них Дофин казался холодным, далеким силуэтом. К тому же мужчина опять, блядь, вернулся к образу белого латифундиста, поскольку напялил очередные светло-серые брюки и идеально белую рубашку. Будто эти цвета скрывали его грязную кровь. Такую… неожиданно для неё манящую.        - Если интересует мое мнение, - почти промурлыкала Гермиона, удерживая дистанцию, - я бы посоветовала Saumur-Champigny. Оно чуть выше.        - Простовато для меня, - не оборачиваясь, бросил Драко.        - Нуууу, нет, оно только сначала кажется спокойным… но если присмотреться, в нем есть кое-что дерзкое, почти опасное. Такое, что может вскружить голову, если слишком увлечься. - Ухмыльнулась девушка, поскольку говорила никак не о Каберне Фран урожая 2018 года, никак не о нем. В Сомюре рос виноградник и поопасней.       Не успела что-то добавить, как Драко резко развернулся. Одной рукой закрыл дверь и прижал её к стене. Он ничего не спросил, не прокомментировал и не съязвил. Просто взял этот поцелуй, так же легко, как обещал взять её, а Гермиона не возражала, наоборот, охотно приоткрыла рот, впуская его язык. Так они целовали минуть пять, заводясь все сильнее. Рука Дофина нетерпеливо выдернула её рубашку и забралась под ту. Он стиснул её грудь сквозь лифчик и маленькая рысь податливо заурчала, а потом пальцы чуть оттянулись и его. Секунду. Гермиона почувствовала как те ласкали кожу, растирая сосок. Она прикусила ему губу. Её затрясло и девушка проклинала себя за ложь о девственности. Если бы не те слова, Драко бы трахнул её. Ведь трахнул бы. Прямо здесь. Задрал бы юбку так же просто, как лифчик.       Боже.       Она ничего и никого сильнее не хотела, чем… этого. Понимала, что все неправильно, но что могла сделать, пока Драко был здесь, с ней. И целовал, заставляя забыть обо всем. Сквозь шум в ушах Гермиона слышала жизнь казино. Как переговариваются коллеги, как шутят, кто-то даже начал спускаться в подвал, но это лишь сильнее заводило. Особенно, когда ручка скрипнула, но Дофин хорошо закрыл дверь и человек - это оказался Рон - лишь выругался. Гермиона глухо застонала. Ей понравился минутный страх быть застигнутой.       В следующую секунду завибрировал телефон. Гермиона вспомнила о Гарри. Они должны встретиться на заднем дворе казино. Но её любимый казался таким далеким и нереальным, что девушка даже не дернула рукой. Все, что ей было нужно - это губы и руки этого чертового грязнокровки. Но оказалось, что телефон - его. Нехотя отстранившись, маркиз бросил взгляд на экран, скривился, но поднял трубку к уху и мягко, на французском, сказал: - Слушаю.       От его акцента девушка едва не потеряла голову. Пока Драко разговаривал, Гермиона воспользовалась моментом свободы. Она подошла ближе. Прижалась щекой к его плечу, позволяя губам ненадолго коснуться его шеи, чуть расстегивая верхнюю пуговицу рубашки, чтобы почувствовать тепло. Затем маленькая рысь прикусила ему кожу. Там, где билась голубая венка. После - провела языком.       Мужчина улыбался.       Но как только девушка осмелела и опустила свои цепкие пальцы ниже, желая провести ладонью сквозь брюки, Драко ловко поймал её металлической рукой. Сначала предупредительно зашуршали механические пальцы, а через секунду её запястья - оба - оказались в ловушке. Правда, в этот раз Дофин контролировал свою силу. Продолжая беседу, он не сводил взгляда с Гермионы. И поднял свою и её руки так, что ей пришлось аж привстать на цыпочки. Она вся вытянулась как скрипичная струна.       Дофин спрятал телефон и сделал шаг вперед, заставляя Гермиону вжаться в стену. Теплые, живые пальцы скользнули под юбку. Девушка сглотнула от предвкушения, но ничего не происходило. Он только едва-едва коснулся её трусиков и… всё.        - Какого… - нахмурилась Гермиона.        - Видишь ли, девочка, в эту игру можно играть вдвоем. Не только тебе меня доводить до белого каления.        - Но….        - Я больше не коснусь тебя. Ни разу. До момента, пока не выиграю. Ты должна таким образом тоже очень хотеть…. - он наклонился к её уху, - моей победы. Очень хотеть. Очень. Сильно.        - Я уже…        - Нет. Ты еще не знаешь, что такое сходить с ума от желания. Не волнуйся. Я научу тебя этому, - кажется, Драко наслаждался тем, что, наконец, отобрал у неё инициативу. И владел ситуацией. Ситуацией и ей. Да, Дофин все так же сходил с ума по рыси, но и она теперь тоже должна была томиться. Его хищным инстинктам это не просто нравилось, его так все еще больше заводило. Как адвокат, мужчина умел быть терпелив ради шикарного результата. - Ты еще пожалеешь, что ввязалась в это.        Он сжал её руки на мгновение сильнее, а потом мягко отпустил. Гермиона с напряжением наблюдала за каждым его движением. Дофин шагнул к полке с бутылками, выбрал ту, которую она ему советовала и покрутил её в руках, словно проверяя аромат еще до пробки.       - Запиши на мой счет, - сказал он тихо, с легкой улыбкой, - и будь очень внимательна в инвентаризации.       Он снова оглянулся на Гермиону, и в их взгляде застыла короткая, но насыщенная пауза - напоминание, что игра только начинается.        - И, мисс Грейнджер, - вдруг резко сменил маркиз тон на деловой, - зайдите ко мне через два часа. Обсудим Ваше дело.       А после Драко Малфой стал подниматься по лестнице, оставив её в темноте. Одну. Дрожащую от всего, что произошло. Девушка прикусила губу, что еще хранила вкус поцелуя и впервые за все время ей захотелось сделать с собой то, что раньше она себе разрешала, только думая о Гарри. Захотелось исследовать себя, представляя как это делал бы чужак с грязной кровью. Но впереди у неё была еще длинная инвентаризация. Потому, вздохнув, она окинула взглядом подвал и нескончаемый ряд бутылок. Вспомнив, что её ждет Гарри, достала телефон и написала очень быстро “Прости. Не могу выйти. Люблю”, после чего стала считать бутылки.       ***       За окном медленно лил дождь, превращая прерию в размытое серебристое полотно. Лужи отражали серое небо, и казалось, что мир замедлился, но Дофин сидел в кабинете с удивительно легкой улыбкой на лице, хоть поцелуи в подвале произошли уже часа полтора назад. А он все еще ощущал странное, почти шальное удовлетворение. Такое, что даже по-мальчишеские взъерошил свои молочно-белые волосы.       Он сделал глоток пряного кофе, приготовленного в дрипе - густой, насыщенный, с легкой дымной ноткой, которая идеально подходила к его настроению. Эти упаковки купил в Нью-Йорке, чтобы лишний раз не спускаться в казино. Дофин любил такие моменты: когда все вокруг казалось серым и промозглым, а он - в своей стихии. Наблюдая за прерией, омытой холодом, понимая почему мама так все это любила и в серебряной дымке видел её призрак. Сердце не болело.       Сегодняшний день складывался удачно. Две встречи были за спиной, одна из которых с его аудиторами и результаты полностью его удовлетворили. Баланс казино все еще оставался далеким от идеального, но Дофин чувствовал, что нащупал решение, как привести цифры в порядок, не нарушая закона. К тому же в его графике нашлось место для pro bono. Сразу два дела, которые приносили не деньги, а удовольствие. Адвокат ощущал себя в струе. Ему было важно продолжать заниматься юриспруденцией.       На выходные он собирался в Нью-Йорк - повидать Эльзу, чтобы она не скучала и не унывала. Но, конечно, главной причиной этого странного, почти приподнятого настроения было другое. Дофин наконец взял под контроль ситуацию с маленькой скво. Он понимал, что их будущий секс - это не расплата за взятое дело, но с другой стороны это была хорошая конечная точка, на которую оба согласились и теперь играли друг с другом в кошки мышки. Точнее, Драко играл, а девочка подчинялась. Потому что и в этом у неё не было опыта.       А будет.       Его аж в жар бросало от предвкушения, что он сам её подготовит, всему научит, а потом возьмет. Обуздает эту дикую рысь, приручит и… что ж, его ждала горячая зима. В постели кондоминиума будет не холодно. Азарт и жажда близости даже стирали его сомнения, связанные с матерью. Теперь Гермиона была клиенткой, потому видел её Дофин совсем в ином свете.       Он сделал еще один глоток кофе. Горький настолько, что язык свело, но улыбка не потухла. Драко просто подумал, что вот так шикарно получит девственницу. Не просто заплатит секретами за какую-то чужую, пусть и невинную красотку, а возьмет ту, которая понравилась не только тем, что невинна. Просто это скорее было бонусом. Или джек-потом. Смотря, как рассматривать ситуацию.        Драко подтянул планшет, поскольку тот высветил письмо от Скьяп. Он ожидал скан обновленного брачного договора Его Чести и мгновенно отреагировал, но вместо документа там оказался вложенный ролик. В строке с подписью мелькнула ехидная заметка: «Потешу твои кинки, пока ты играешься в примерного мальчика».       Он рассмеялся, снова сделал глоток кофе, ощущая аромат пряной корицы. Запустив ролик, хмыкнул: на экране были двое - молодая девушка, переодетая горничной и мужчина в костюме. Сюжет был прост, банален и стар как его замок во Франции. Пока девица сметала пыль, наклоняясь так, что и мужчина, и Драко все видели, Дофин подумал, что эта подъебка так в стиле Эльзы. Лучшая решила немного подразнить его, напомнив о его слабостях к переодеваниям и к элементам ролевых играх. Горничная, казалось, намекала на его положение в казино и легкий контроль. Спасибо, хоть не нашла порно с девицей в школьной клетчатой юбке, зная теперь о его слабостях.       Правда, у него кинк был на другую одежду. Длинные, шикарные платья, а не барахло из секс-шопа, но для шутки годилось.       Драко с интересом наблюдал пару секунд, но ничего принципиально нового для себя не заметил, хоть глубину минета, как всякий неглупый мужчина, оценил. Когда горничную уже поставили на колени и задрали юбку, Дофин нажал на паузу. Низкопробную, грубую порнушку тоже не любил. Уже достал телефон, чтобы отправить Скьяп сообщение, что у неё сильно испортился вкус, как в кабинет постучали и через секунду появилась Гермиона. Выглядевшая так строго и собранно, будто не скулила ему “пожжжаааалуйста” два часа назад. Её рубашка была идеально отглажена и заправлена, а волосы зачесаны в высокий хвост. Со спрятанными татуировками да длинными рукавами, рысь выглядела недоступной.       Вот такой бы он её взял, да. На такое переодевание у него вставало. Где все было закрыто от запястий до колен. А не на короткие платья, где любой порыв ветра обнажал все.       Гермиона вошла в кабинет тихо, почти как тень, и остановилась у стола, а потом сделала небольшой шаг к креслу, словно дожидаясь разрешения сесть. Драко не сказал ни слова, лишь кивнул, и она села, сохраняя позу прямую и собранную, ничем не выдавая их особые отношения. Её взгляд был внимателен, руки сложены на коленях, дыхание ровное. Ему это понравилось. Что девочка знала границы и не зарывалась. Сейчас был рабочий момент. И она с таким настроением и пришла. Чуть настороженным даже.       - Как идет инвентаризация? - Своим привычным, деловым тоном спросил Драко.       Гермиона тихо отчиталась, перебирая детали по списку: расход, остатки, несоответствия. Каждый её ответ был точен, но при этом словно сдержанно проверял его реакцию. Драко кивал, иногда задавая уточняющие вопросы, словно наслаждаясь тем, как она держится и при этом не теряет самостоятельности. В будущем из неё будет толк, да.       - Мое дело, мсье Дофин. Что Вы думаете о моем деле? - спросила она в конце, глаза внимательно смотрели на него. Видно, что ей нелегко это далось.       Драко ответить не успел, потому что стационарный телефон зазвонил, громко разрезая теплую, почти интимную тишину кабинета. Мужчина нахмурился, поднял трубку и быстро проговорил несколько слов. Его взгляд стал холодным:       - Черт побери этих клиентов… Побудь здесь десять минут, я сейчас вернусь.       Он аккуратно положил трубку на держатель, бросил последний взгляд на Гермиону и шагнул к двери, открывая её, чтобы выйти в коридор. В воздухе оставалась легкая вибрация его присутствия, и Гермиона улыбнулась. Рон был хорошим другом. Все разыграл по нотам. Он займет Дофина не меньше, чем на пятнадцать минут, потому девушка могла обыскать его кабинет. Девушка была довольна собой, ведь сумела придумать лучший способ обыскать его стол без лишних подозрений. Охрана, вероятно, спросила бы, почему она входит в кабинет одна, а так все выглядело естественно: её пригласили. Грязнокровка сам дурак, что оставил её без присмотра.       На такой низкий поступок её толкнуло, как маленькая рысь думала, некое благородство. Желание близости с Драко было настолько острым и противоречивым, что каждый её шаг к делу Гарри сопровождался тихой паникой. Чем сильнее она желала его, тем больше пыталась от этого дистанцироваться, избегая соблазна. Потому искала другие пути решить задачу Гарри, не снимая юбки и не нарушая собственного контроля. Ей казалось, что это лучше и по отношению к себе, и по отношению к Драко, который с каждым днем все больше впечатлял её как человек, хотя бы за то, что взял её дело и держал его под контролем.       Гермиона, в виду юности, не понимала, что обыск его кабинета и возможная кража бумаг были в сто раз хуже, чем любой секс по договоренности, ведь это было низким предательством. И еще она не знала: если бы здесь было что-то действительно стоящее, Дофин не оставил бы её одну ни на минуту, поскольку не доверял никому.       Гермиона подняла глаза и огляделась, внимательно оценивая пространство. Сейфа здесь не было, это она уже знала. Девушка начала быстро рыться в столе, но обе тумбы оказались пустыми. Каждое движение было осторожным и точным, её руки и взгляд работали синхронно, словно она делала это много раз. Дальше девушка приступила к папкам на столе. Внутри были только графики, смены сотрудников, сметы на ремонт - ничего секретного. Она не ожидала, что ей повезет. Просто могла вычеркнуть кабинет из списка и думать как проникнуть в его кондоминиум.       И тут её взгляд упал на планшет Драко. Осторожно коснувшись экрана, она слегка хмыкнула - надо же, техника не была заблокирована. Каков дурак!       Её глаза расширились, когда на экране высветилось видео. Это было порно с горничной. Не совсем то, чего она ожидала. С одной стороны, Гермиона удивилась тому, чем Драко занимался на работе; с другой - тихо ругнулась про себя. Закрыть видео и полезть в почту означало бы выдать себя. Времени оставалось мало, и Гермиона решила все равно использовать ситуацию себе на пользу. Извлекать максимум из ничего - вот чему научил её папочка-шериф.       Она достала телефон и сделала снимок экрана - чтобы потом найти это порно в сети. Если обычный обыск не даст нужной информации, у неё хотя бы останется материал, чтобы понять, как Драко любит в постели. Ведь ей нужно будет удовлетворить его.       Гермиона аккуратно положила планшет на место, убедившись, что экран повернут и не выдает ничего лишнего. Села на кресло, расправив спину и сложив руки на коленях. Когда Дофин вернулся в кабинет, она выглядела абсолютно невинной, словно только что пришла обсудить рабочие вопросы.       Он вошел, слегка нахмурившись, в глазах читалось раздражение, но голос был ровным:        - Прости, давай поговорим завтра утром? Я уделю тебе час, ладно?       Явно Рону удалось придумать нечто такое, что загрузило Драко Малфоя. Как девушка и просила.       - Конечно, мсье Дофин, - ответила Гермиона покорно. Поднялась. Он же подошел к столу, поднял планшет и естественно, тут же открылся незакрытый ролик. Девушке стало любопытно, как мужчина поведет себя, но тот даже не смутился. Секунд пять смотрел на экран, затем перевел взгляд на Гермиону. Она не пыталась скрыть, что заметила всё. Даже покраснела, ощущая себя слишком одетой. - Вам нравятся… переодевания? - Она спросила лишь бы задать вопрос сквозь тишину. Драко, успевший позабыть о низкопробном порно, закрыл то и кивнул:        - Обожаю. У меня просто кинк на костюмчики горничных, - легко пошутил он и открыл поле для письма, как бы показывая, что время вышло. Гермиона закрыла за собой дверь. Что ж, не зря она сфотографировала видео. Совсем не зря.       ***       Сонная после ночной смены, Гермиона сошла не на той остановке в Бартлсвилле и, сверившись с навигатором, дошла до нужного квартала. Унылая вывеска нужного магазина сияла глухо: «открываемся через 30 минут». Девушка тихо простонала - возвращаться в Похаску смысла не было. Придется ждать. Рядом теплилось крошечное кафе. Там она купила водянистый, паршивый кофе, устроилась за угловым столиком и, поджав ноги под стул, подавила зевок.       Вчера вечером, в комнате для администраторов, у неё было всего полчаса на ужин. Гермиона надела наушники и быстро нашла видео, фото которого имела в телефоне. Пока смотрела в быстрой перемотке, в голосе её звучал ответ Драко, состоящий из емкого: “обожаю”. Покачивала ногой, немного нервничая. Порно, по логике, должно было завести, но она была далека смотреть его в развлекательных или возбуждающих целях да и предпочитала что-то более женственное. Потому просто изучала, пытаясь понять как этим всем воспользоваться. Драко Малфой оказался максимально закрытым человеком, потому любая крупица информации о нем просеивалась сквозь решето возможностей. Гермиона искала выгоду во всем. Закрыв ролик, в котором довольный мужчина кончил на лицо горничной, поняла, что если ему так нравилось - ей стоит все отлично запомнить и... отрепетировать. На всякий случай. Чтобы знать, что делать, если они дойдут до постели. Ей не нравилась эта идея, но лучше запомнить все идеально… и потренироваться, чем снова думать как лучше все провернуть. А как репетировать без «реквизита»?       Она перевела взгляд в сторону витрины магазина для взрослых, на двери которого висела табличка «Closed». Подумала, что кто-то другой счел бы странным её пустую личную статистику: до двадцати одного года у неё не было ни игрушек, ни экспериментов. Она не покупала вибраторы, вагинальные шарики и прочие штучки. Но что тут странного? До недавнего времени ей хватало собственных рук, и близость с мужчиной вообще случилась не так давно. Она и побаивалась что-то в себя пихать, а для остального была слишком… смущенной. Только секс с Гарри её немного раскрепостил, но на их этапе ей хватало того, что они имели. Пока Гермиона слишком упивалась процессом, чтобы думать как разбавить тот горячими штучками и вот ей нужны были… тренажеры прямо сейчас. Чтобы наедине повторить все позы, часть из которых были для неё новыми.       Потому перед ней вставала практическая задача - купить себе реквизит. И как бы она не смущалась заходить, понимала, что заказывать онлайн - слишком рискованно. Отец обычно не рылся в её покупках, но изредка всякое бывало. А делать запас в Похаске, где каждый знает каждого, - тоже. Для всех осейджей Гермиона должна была остаться невинной хорошей девочкой шерифа, а не той, которая собирается практиковать позы из порнушки, чтобы ублажить белого хозяина казино. Потому выход был один - магазинчик в Бартлсвилле, где никто не свяжет её имени с покупкой.       Гермиона сделала еще глоток горького кофе, снова взглянула на запертую дверь и невольно покраснела, чувствуя, как внутри просыпается смесь нетерпения и мандража. Она не совсем представляла как зайти и сделать нужный заказ. Потому, быстро допив остывший напиток до последней водянистой капли, поднялась, чувствуя, как в животе растет нетерпеливое напряжение. Чтобы сбросить волнение, она медленно прошлась кварталом - короткие незнакомые улицы Бартлсвилла пахли мокрым асфальтом и хлебной коркой из утренних пекарен. Когда вернулась, над дверью магазина уже светилась зеленая вывеска «OPEN». Она была рада, что сможет быстрее покончить с этим всем и смущена одновременно.       Гермиона толкнула легкую стеклянную дверь, и над головой звякнул колокольчик.       Магазин оказался совсем крошечным - тесный квадрат, где каждый сантиметр был заставлен полками и вешалками. Свет от неоновых ламп делал пространство чуть резче, чем хотелось бы. Вдоль стен стояли манекены: один - в блестящем латексном комбинезоне, другой - в кружевном белье с маской на глазах, третий - в костюмчике медсестры. От них веяло чем-то откровенным и слегка вызывающим, и Гермиона на секунду пожалела, что зашла. На низких витринах лежали коробки с аксессуарами: цветные упаковки с мягкими силуэтами и абстрактными надписями, флаконы с ароматными маслами и гели в аккуратных тюбиках. Чуть в глубине - целая полка вибраторов разных форм. Девушка сглотнула, ощущая мокрые ладони.       На звук колокольчика повернулся консультант и Гермиона тяжело вздохнула, потому что им оказался паренек её возраста, который расставлял под стекло разноцветные коробки с презервативами.       - Что нужно, красотка? - весело спросил он, ни капли не смутившись.       Гермиона почувствовала, как жар заливает лицо. Решила начать с того, что звучит менее рискованно:       - Мне… э-э… нужен костюм горничной, - выдохнула она, стараясь говорить уверенно. С видом той, которая ну прямо каждое утро начинала с похода в секс шоп. Даже задрала нос и встретилась взглядом с продавцом.       Парень скользнул по ней быстрым оценивающим взглядом, прикидывая размер.       - Есть два варианта, - с легкостью произнес он, указывая на вешалки. - Тут юбка короче и в комплекте чулки. А вот в этом еще шапочка и передник. Выбирай, что нравится тебе. Ну или не тебе.       Он понимающе подмигнул, пока Гермиона мучительно вспоминала видео - никакой шапочки там не было. Только многослойная юбка и черные чулки на подвязке. Она торопливо ткнула пальцем в первый комплект.       - Этот.       Пауза повисла, и она, чувствуя как ладони вспотели, добавила еще тише:       - Мне еще вибратор нужен.       Парень даже не моргнул:        - У нас шикарный выбор, - деловито ответил он. - Какой размер, форма, цвет, тип зарядки? Хотите виброяйцо или именно вибратор? Ага, а какой? Анальный, вагинальный, совмещенный для двойного проникновения?       Вопросы посыпались легко и профессионально, а Гермиона вдруг ощутила, что слова застряли в горле: растерянность смешалась с неуместным смехом, и сердце забилось.        - Мне бы что-то более… хм…. классическое.        - О, без проблем, - парень подошел к полке и выбрал розовый, очень анатомически реалистичный вибратор в прозрачной коробке и вернулся. - Он из силикона, это очень практично, ведь материал гипоаллергенный. Видите, форма слегка выгнутая, так лучше достает до точки G. Все натуралистично, видите, тут и головка есть, и даже венка. Впрочем, если хотите ощущения поярче, возьмите ребристый или…ой, у нас сейчас двадцать процентов скидки на Rabbit! - И, бросив коробку на стеклянную витрину, продавец пошел к вибраторам и вернулся с зеленой игрушкой с небольшим отростком.       Гермиона, хоть и алая, все же заинтересовано посмотрела. Она понимала зачем эта небольшая штучка. Видимо, для стимуляции клитора. Нельзя сказать, что ей было уж совсем все равно.        - Самая ходовая модель, мисс. Тоже силикон, но еще и водонепроницаем. Здесь два моторчика, потому вибрации могут быть одновременно разными. Моей девушке дико нравится, позволяет продлить удовольствие, а не сразу… ну сами знаете, - весело тараторил парень, - еще он с подогревом, вообще кайф. И им можно управлять еще и с телефона, потому партнер будет в восторге. Кстати, в нем еще есть крутая функция Lovense Remote - можете синхронизировать вибрации с любимыми песнями или звуками. Шик, правда. Длина 21 сантиметр, то есть шикарное проникновение.        - Хорошо, беру, - пискнула Гермиона, потому что ей хотелось побыстрее забрать покупку. Забрать и одновременно еще и протестить, потому что все, что говорил парень и смущало, и… Боже, подогрев и стимуляция клитора? Наверное, она кончит за секунду.       Парень кивнул и начал спрашивать нужны ли ей смазки, специлальные средства для ухода и батарейки. Гермиона на все кивнула. Когда парень запаковал покупку, то вдруг строго посмотрел на неё.        - Он не для анального секса. Я обязан предупредить. Если нужно, то…       Гермиона хотела сказать, что не нужно. А потом она подумала, что этот кролик это скорее для удовольствия, ей же надо было тренироваться. Плюс в том видео был…разный секс.        - Да, дайте что-то отдельно. И не навороченное, понимаете? - Она смущалась сказать нужное слово.        - Обычный фаллоимитатор? Без вибраций?        - Именно, - проклиная его болтливость, кивнула девушка. Консультант не поскучнел. Полминуты и он принес ей фиолетовую, полупрозрачную игрушку на присоске.        - Максимально реалистичный. Натуралистичный рельеф способствует более яркому удовольствию. Видите, у него тут целая венозная система, а вот эта головка позволит плавное проникновение. Он классно подходит и для вагинальной стимуляции, и для анальной, - бойко тараторил парень заученные фразы, пока Гермиону трясло от самого ощущения того, что она может чему-то позволить проникнуть в… - а вот эта присоска поможет насладиться процессом в любом месте и любой позе.        Как бы девушке не было стыдно, она понимала - да, эта штука, правда, то, что нужно. Но и от кролика отказывать не стала. Попросила два. В конце концов, почему нет. Потом поколебавшись, спросила:        - А есть что-то… ну…знаете… если в том…анальном сексе… еще не…        - Аааа, вам нужно что-то деликатное, понял, - догадался продавец. Она была тут не первая такая. - Тогда фаллос не пойдет. Давайте подберем вам пробку? Какую-то небольшую, но качественную. Минутку. Хм…        Он задумчиво прошелся вдоль целой эскпозиции игрушек для анальной стимуляции, словно оценивая, а потом победоносно достал металлическую, но отливающую зеленым и фиолетовым. Чем-то по цветопередаче та напоминала протез Драко. Не лучшая ассоциация.        - Видите, в отличие от других, у неё не такой острый носик, потому легче войдет. Но при этом форма достаточно широкая, потому удовольствие Вы получите однозначно. Она удобно фиксируется между ягодицами. Кстати, металл держит температуру и будет еще лучше, просто нагрейте или охладите до нужной температуры. Но если Вы новичок, возьмите еще смазку, будет приятнее.        - Хорошо, - выдохнула Гермиона, сдаваясь. Парень, ощущая в ней клиента, складывал товар в темный пакет без лого и рассказывал ей о других предметах. Отчего спустя пятнадцать минут девушка вышла еще и с вакуумным стимулятором сосков, вагинальными шариками и даже симулятором орального секса для женщин. Последний был особо любопытен, ведь Гарри еще ни разу не… не делал этого, а ей было стыдно попросить, хоть очень-очень хотелось попробовать.       Страшно довольная и возбужденная одновременная, девушка подумала, что это будет веселый тест-драйв. Потому что на минуту она позабыла о задании и была простой, любопытной молодой девушкой, которая хотела узнать больше о себе и возможностях своего тела. Садясь в автобус, Гермиона предвкушала пару часов сна, а потом… что ж, хорошо, что отца дома по ночам не бывало.       ***       Вечер опускался на резервацию с неизбежностью, продиктованной природой. Небо над домами наливалось густым алым, и даже сухая трава за окном казалась медной. Босая Гермиона вернулась с улицы, где только что собрала для завтрака желтые томаты, и без спешки прошла на кухню шерифского дома и удовлетворенно вздохнула, ощутив теплый пол - отец уже включил подогрев.       Спустя пару минут на плите весело шипело тесто - девушка жарила панкейки, позволив себе редкую слабость. Столько калорий она себе обычно не прощала, но настроение было удивительно хорошим, к тому же после ночной смены Гермиона проспала почти весь день, потому панкейки были неким “завтраком”. Сладкие ароматы масла и теплого теста наполнили пространство и холодный вечер тоскливо поскреб в окно, но девушка не обратила на то внимания. Переворачивая панкейки, она не сводила взгляд со своего телефона. Она снова смотрела то самое видео, в этот раз куда медленнее. Это был уже третий такой её просмотр с момента пробуждения и вся игривость ролика для неё исчезла. Теперь это было почти пособие. Наверное, никто еще так глубоко не анализировал примитивную порнушку. Девушка делала паузы, перематывала, в заметках отмечала время каждого нового действия, как если бы готовилась к экзамену. Страница её блокнота была испещрена записями, вроде “минет - семь минут”, “сидя/сверху - пять”, “колени/сзади - три минуты”... У неё было не так уж много опыта, потому она делала ошибку и смотрела порно позабыв, что обычно нельзя было ориентироваться на профессиональные ролики, в них правды было не больше, чем в желтой прессе.       Забравшись с ногами на высокий стул, Гермиона ела горячие панкейки прямо руками, густо полив их обожаемым кленовым сиропом. Теплая сладость липла к пальцам, но она не замечала. Лоб невольно хмурился. Что-то в ролике её обеспокоило: инициатива там полностью принадлежала горничной. Чем дольше она анализировала, тем отчетливее понимала - вот проблема, потому что рысь так себя вести не привыкла. У них все в постели решал Гарри - как, сколько и прочее. Она лишь подстраивалась под него и для неопытной девушки это было спасением, в ролике же горничная, хоть была по сути под своим хозяином, ублажала его весь ролик - становилась на колени, ласкала, прогибалась, предлагала себя, когда вертела бедрами или шептала грязные, вульгарные фразочки. На фоне всего, что та говорила, теперь те смелые реплики в казино казались ей невинными. Вот кто знал как завести мужчину и дать ему то, чего он желал.       Поэтому Гермиона и решила начать с малого. Зафиксировать время и отрепетировать. Гарри брал её либо поставив на колени, либо укладывая на спину. У неё не было еще практики сверху или… она опять вздохнула. Снова чертов анальный секс. Этот фрагмент как раз снова мелькнул на экране и девушка покачала головой. Почему-то её не тянуло на эксперименты, но что поделать.       Она доела медленно, как будто тянула время, потом тщательно вымыла руки - не просто сполоснула, а намылила дважды, смывая липкий соус и крошки. На всякий случай. Записную книжку и телефон положила в карман толстовки, поднялась по лестнице и тихо провернула ключ в замке. Отец редко заходил в её комнату, да и уехал до утра, но привычка перестраховываться была сейчас сильнее здравого смысла.       Сердце колотилось, когда она опустилась на колени у кровати и стала разбирать покупки. Выбрала себе игрушку Rabbit и пробку. Сегодня посекундно репетировать не собиралась, скорее хотела лишь чуть-чуть потестировать. Дать себе привыкнуть к этому всему. Сходила в ванную и с купленным спреем помыла оба приобретения, поскольку дико боялась занести себе какую-то бактерию. Вернувшись в спальню, стащила с себя одежду, стараясь не смотреть на отражение в зеркале. Обычно Гермиона не была столь целомудренной - рысь знала, что красива и потому перед душем, например, могла покрутиться перед зеркалом. Не стыдилась она своей наготы и перед Гарри, наоборот, часто ощущала себя привлекательней без одежды, но сейчас ей было немного не по себе. Девушка нырнула под одеяло, как в убежище. Там, в темной тишине, наконец выдохнула. Нащупала своего “кролика”, включила и тот завибрировал у неё в руке, мигая лампочкой. Убедившись, что все работает, она отключила и с минуту просто лежала в темноте. Чувствуя свое тело, как никогда. Взволнованно дыша, Гермиона смотрела в потолок, по которому ползли еще алые лучи заката. Неспешно, облизнув пальцы, девушка опустила те к одной груди и неспешно стала растирать сосок. После Драко вышло не так уже и успешно, но все равно приятно. Так девушка настраивала себя, давала чуть-чуть расслабиться.       Ничего преступного она же делать не собиралась. Да сколько раз наедине уже ублажала себя пальцами и задыхалась? Сейчас просто будет немного иначе, потому что это будет тренировка. Специфическая, но ведь как иначе ей набрать форму. Конечно, она могла взять видео, приехать к Гарри и достигать совершенства с ним, но это так кощунственно - репетировать измену со своим парнем, на любимом человеке тестировать как надо ублажить грязнокровку. Да и ей все так же не хотелось падать настолько низко, чтобы одновременно спать и с одним, и с другим. Пусть хоть что-то будет минимально правильным.       Она снова взяла телефон, не переставая делать круговые движения большим пальцем вокруг ареола соска. Затем посмотрела на экран, сделала вздох и остановилась, закончив “разминку”. Запустила ролик. В полутемную комнату вошла темноволосая горничная в костюме теперь один-в-один как у Гермионы. Только в отличие от актрисы, девушка не напялила тот, он ждал своего часа в нижней тумбе. Девушка уже знала, что вступление - то есть плохая актерская игра - будет три минуты и тридцать секунду. Ровно столько нужно будет горничной, чтобы вытереть пыль, нагибаясь в короткой юбке так, что её хозяин, читающий книгу на диване, обратит на неё внимание и та подойдет поближе, позволяя ему шлёпнуть её. Все это скучное вступление сама Гермиона потратила на то, чтобы взять свою игрушку и тоже запихнуть под одеяло. Силикон приятно скользнул по животу. Она зажала вибратор между коленей и почему-то сгорала со стыда. Это все казалось… не таким, как нужно.       Наконец, горничная опустилась на колени и расстегнув молнию, приступила к минету. Гермиона наблюдала пристальнее. Она часто ублажала Гарри орально, тот был любителем, но настолько профессионально у неё не выходило. Быстро поставив видео на паузу, девушка наклонилась и достала из пакета фалоиммитатор, на разжимая колени, где удерживала свою еще бездейственную игрушку. Обхватив его рукой, она раскрыла рот и стала повторять за актрисой, запоздало подумав, что ей и это стоило помыть, но уже было поздно. В конце концов, она не собиралась пихать его в себя сегодня, потому, наверное, не страшно.       Она старательно делала все, что и на экране. Не шибко выходило. Поставила на паузу. Откинула одеяло, отбросила вибратор и села на колени. Поставив фалоимитатор на тумбочку, она ухмыльнулась - тот издал тихий “чмок”. Присоска сработала. Теперь это была более похожая поза, она могла повторять движения и ртом, и руками.       Видео снова ожило. Гермиона не ощущала себя глупо. Точнее, сначала ощущала, а потом… потом она сделала глупость. Представила, позволила себе на секунду представить, что все это - по-настоящему. Что в своем кабинете сидит строгий Драко. В темных брюках, черной рубашке и свитере на застежке. Представила себя на коленях перед ним и… у неё будто разряд побежал под кожей - так сильно она возбудилась и активно задвигала головой. Ей настолько захотелось услышать как невозмутимый мужчина довольно кряхтит, как актер в видео, что энтузиазм захлестнул её. Языком она ощущала разрекламированную “венозную” имитацию на игрушке. И, правда, это добавило реализма.       Семь минут прошло быстро. Горничная, задирая юбку и глядя в глаза мужчине, медленно осела на него сверху и застонала от удовольствие. Все повторять за ней Гермиона пока не собиралась. Её снова захлеснул стыд и она юркнула под одеяло. Нащупала в темноте вибратор, нажала кнопку, развела колени. Прикосновение и…        - Ооо, - выдохнула она. Ощущение было… потрясающим. Одним из лучших в жизни, по правде. Вибрация, соприкоснувшись с клитором, разнеслась, кажется, по телу, по душе и по всем скрытым желаниям. Девушка тяжело задышала, на секунду позабыв о горничной и её хозяине. Гермиона Грейнджер наслаждалась возможностями приобретения, ощущая как дрожат колени. Потом, спохватившись, осторожно толкнула тот в себя. С первого раза не вышло, тело сопротивлялось, но она привыкла к этому в сексе с Гарри. Ни разу не была заведена аж так, чтобы скольжение было мягким. Чуть-чуть повозившись и даже чуть всхлипнув от боли, Гермиона преодолела собственное сопротивление и внутри неё все сжалось вокруг приятных вибраций.       Она застонала уже громче, потому что тот мягкий, подвижный отросток её “кролика” уперся в клитор. Теперь Гермиона получала двойную стимуляцию. Не выдержав, девушка отбросила телефон и закрыла глаза. Плевать ей было на порнушку, маленькая рысь сосредоточилась на том, что ощущала. Клацая кнопкой, она тестировала разные режимы, пока не выбрала тот, что ей понравился больше всего - тот, где вибратор дрожал в своем ритме, а “ушки” то затихали, то нарастающе разгонялись, заставляя её выгибаться.       В эту минуту, исследуя себя, она думала, каждую блядскую секунду думала о Драко Малфое. Не знала почему, но видела только его перед темнотой. Бледного, высокого, строго. Это он ласкал её. Он доводил до исступления. Он дарил эти ощущения. Беспомощно стирая пятки о простынь, Гермиона очень хотела чтобы сейчас был именно Дофин. Чтобы он нажимал кнопки. Или чтобы увидел её такой. Обнаженная и извивающаяся, бесстыжая в момент наслаждения, наверное, девушка бы не показалась ему котенком.        - Драко, - заскулила она, добавляя свои пальцы. И через секунду затихла, задохнувшись от орзагма, который никогда не испытывала ни в постели, ни наедине с собой. Это было нечто совершенно иное. Сердце колотилось, как бешеное. Оно аж делало больно, кажется, ударяясь о ребра. - Ебать. Вот это да.       Девушка лежала еще минуту, ощущая пока все утихнет. Потом вытащила вибратор. Её мышцы все еще сокращались и игрушка вышла с сопротивлением, сделав ей больно. Не нужно было иметь много опыта запихнуть ту в себя, а вот безболезненно извлечь… что ж, ей предстояло научиться быть бережнее к своему телу.       Не смотря на легкий “ох”, Гермиона все равно расхохоталась. Ей все еще было стыдно, оглушительно стыдно, как было после того, как позволила себе больше обычного, но тело было легким и невесомым. Откинув одеяло, девушка отправилась в душ, а после достала костюм горничной и стала примерять тот. Обернувшись, полюбовалась своим изображением в зеркало. Подошла поближе. Её глаза сияли. Она снова подумала о мужчине, которого представляла и ей захотелось чтобы Драко тоже потомился так, как сама. Хмыкнув, Гермиона Грейнджер достала телефон. Временно закрыла свое “тренировочное” видео и, расшнуровывая корсет, стала делать снимки…       ***       Ночь в казино распускалась, как темный цветок. Зал дышал азартом: мягкий золотой блеск ламп отражался в полированном дереве столов, в стекле бокалов, во влажных глазах тех, кто то ли надеялся, то ли уже сдался. Над всем этим лениво скользил густой дым - от сигар, от сигарилл - тонкими прядями под потолком.       В эту какофонию мелодичным ужом пролез джаз - саксофон глухо стонал, контрабас отбивал ритм, барабанщик высекал искры. Песня победы и поражения мурлыкающим голосом темнокожей исполнительницы в платье с блестками. У рулетки кто-то срывал крупный куш, поднимая руки в немой крик, а в соседней нише мужчина в мятых рукавах проигрывал до белых костяшек пальцев и продолжал ставить. Шулеры прятали карты в рукавах, крупье с улыбкой хищника улавливали каждую дрожь воздуха.       Один из официантов, работающий здесь, кажется, всю жизнь лавировал между столами с напитками. Он договаривался, закрывал сделки, шептал кредитные лимиты в уши клиентов, подсовывал контракты тем, кто еще верил, что ночь будет долгой. Казалось, это его стихия: праздник денег, потерь и коротких триумфов.       И вдруг у всего персонала казино пошел холодок по спине. В дверях возник Драко. Он не предупреждал Рональда Уизли о том, что будет сегодня. Дофин никогда не приходил в эти часы: его появление в рабочее время всегда означало бурю. Черный костюм сидел безупречно, тень от лацканов резала лицо, будто кадр из нуар-фильма. Он шел неторопливо, мягко, как хищник в собственном логове.       Игровой зал, еще секунду назад гудящий, ощутимо притих. Драко не взглянул на покерный стол, где шел разгар партии. Прошел мимо - шаги глухо тонули в ковре. Выбрал отдельный столик, тот, за которым не играли, только стояли, будто на посту. Металлический протез блеснул в приглушенном свете, когда он замер, подперев подбородок.       Серые глаза Драко прищурились - холодно, внимательно, так, что казалось: он видит каждую фальшь, каждое движение фишек, каждое сердцебиение в этом зале. Взгляд хозяина, которому не нужны слова, чтобы напомнить, кто здесь держит мир за горло.        - Лаванда, Черный Негрони и блюдце оливок, - бросил он подбежавшей официантке, - и пусть мне его принесет Дин, - Драко бросил быстрый взгляд на паренька, который секундой ранее подсказал очередную ставку, но так незаметно, что никто не заметил. Почти никто. Дофин вырос в казино и знал как здесь все устроено.       Драко поднял голову, его взгляд прошел по залу, затем мягко, но безапелляционно указал пальцем в сторону коридора. Администратор, Ли, появился уже через мгновение - подтянутый, с короткой стрижкой, на лице пробежала тень беспокойства, как только он заметил хозяина.       - Ли, - сказал Драко тихо, ровно, как выносится приговор. - Какая сегодня выручка?       Ли потряс на планшете цифры, слова торопились из него, голос чуть дрожал: - Мсье Дофин... сегодня - меньше, чем обычно. День выдался вялый, несколько крупных проигрышей, по столам откат был...       Драко не дал ему договорить. Его лицо оставалось невозмутимым, но тон стал холодным, как хрусталь: - Плохо. Мало. - коротко, как удар по столу. - Объясни, почему недобор и кто тут расслабился. Я помогу собраться.       Ли попытался что-то оправдать: кадровая смена, новые дилеры, поздний приход пары игроков. Но Драко уже видел картину иначе - мелочи, которые складываются в убыток. Он не стал превращать это в публичное представление, но цепкие, режущие замечания посыпались одно за другим: про нерегламентированные скидки, про неплотный контроль за компами, про разрешение «друзьям» сесть за закрытые столы. Каждое слово было точкой в обвинительном акте. Ли становился бледнее и бледнее.       В этот момент к столику подошел Дин с подносом. Поставил перед Драко черный негрони и маленькую тарелку с оливками. Драко не позволил парню отойти. Пригвоздил того взглядом.       - Еще раз кому-то подскажешь - и вылетишь отсюда, - бросил он негромко.        - Я не... - промямлил Дин, глаза расширились.        - Все чаевые, что тебе дали клиенты за длинный язык, - прервал его Драко, - в общий котёл. Поделишься с девочками и, не приведи Господь, утаишь хоть цент - я узнаю. Мало не покажется. Свободен.       Слова звучали мягко, но внутри каждого была сталь: в зале все поняли, что это не угроза, а гарантия исполнения. Дин кивнул, цвет с лица не сходил, а Драко сделал глоток - горькая нота негрони разлилась по рту, напоминая о том охуительном поцелуе с Гермионой. Снова посмотрел на зал: хозяин, наблюдающий за своей территорией, вернул контроль без крика, но с железной хваткой. Показал своим щенкам, что все-то он знает и контролирует.       Серые глаза Драко по-прежнему скользили по залу, будто высматривая следующий изъян. Он сделал короткий знак пальцем, и к нему почти бегом подошел сухонький мужчина в безупречно выглаженном жилете - контролёр, отвечающий за выдачу фишек. Тот держался с показной невозмутимостью, но в движениях чувствовалась нервозность. Всем им здесь было что скрывать. Маркиз был уверен, что будь вечером здесь мисс Грейнджер и у неё бы нашлись изъяны. Её бы он тоже вызвал и выругал. А потом еще раз. Наедине. Даже наказал бы плохую девочку.       Интересно, как малютка наебывала его? Подсказывала нужным гостям или мухлевала со сдачей?       - Сколько фишек в остатке? - спокойно спросил Драко.       Мужчина торопливо протянул планшет, но этого оказалось достаточно: взгляд хозяина зацепился за цифры и задержался. На секунду его отвлек телефон. Драко бросил быстрый взгляд. Там мелькнуло имя Гермионы. Он досадливо посмотрел на контролера, желая теперь от него отделаться:        - Все придержанные фишки отдай Ли, - голос Драко стал режущим, без единой лишней ноты. - Он занесет мне их в кабинет. Завтра пересчитаю и всё вычту из зарплаты. В следующий раз будешь честнее.       Контролёр побледнел, что-то начал мямлить, но Драко уже не слушал - легкий жест металлической руки, экран ожил. Сообщение.       На суровом, холодном лице промелькнула тень - не улыбка, но намёк на неё. Маленькая рысь прислала ему снимок. Оставшись один, Дофин провел пальцем по экрану, и картинка раскрылась на весь дисплей. Не студийный кадр, а явно сделанный наспех - от этого только более дерзкий. В объектив попал край мягкого кресла, на нём - колени, сведенные вместе, так что тень от лампы ложилась диагональю по коже. Чулки - тонкие, черные, с матовым отливом - заканчивались чуть выше середины бедра, резинка впилась в кожу узкой полосой. Юбка сдвинута вбок на пару сантиметров, как будто героиня кадра села небрежно, и легкая складка ткани открывала ровно столько, чтобы воображение дорисовало остальное.       Ни лица, ни лишних деталей - только эта игра света и контуров, намёк, который говорил громче любого откровения и подпись: «Вам так нравится, мсье Дофин?»       Значит, котенок решила играть в ответ. Он не коснулся её в подвале, чем зарядил и девочка решила отплатить. Довести его. Что ж. Мужчина сделал медленный глоток черного негрони, горечь апельсина и вермута обожгла язык, и только после этого написал властное: «Выше».       В этом был и вызов, и приказ, и легкое нетерпение. Пусть покажет на что способна. Пока телефон молчал, Дофин подозвал Лаванду снова. Девушка приблизилась почти неслышно, но плечи у неё выдавали напряжение. Драко не сомневался - и этой есть что скрывать, но не всех же ругать сегодня. Маркиз выудил из внутреннего кармана пару купюр и положил на поднос.       - За хорошую работу, - коротко бросил он вдобавок к щедрым чаевым. - И, будь добра, принеси мне стакан воды со льдом.       Девушка моргнула, кивнула и поспешила исчезнуть в гуле музыки. Дофин поддел зубами оливку, медленно прожевал и в этот момент экран телефона снова ожил. Быстро. Видимо малютка не юзала фильтры, чтобы сделать себя красивее да и зачем? Молодость была лучшим украшением.       Новый кадр открылся мягким движением пальца.Чулки исчезли. На теплом фоне лампы - изогнутая спина, вся в россыпях тату-«пятен», похожих на следы рысиной шкуры; они тянулись по лопаткам и исчезали ниже, под юбкой. Они что у неё и на ягодицах были, Господи Боже?       Одна рука поднята вверх - собрала волосы, чтобы обнажить шею; на талии - тонкая цепочка, мерцающая крошечными огнями.       Драко коротко цокнул языком, словно невольно.Красиво. Опасно красиво. И…недостаточно.       “Повернись”.       Пока ждал ответ, положил телефон на столик и еще раз посмотрел на фото. Представил, когда доберется, наконец, до Гермионы, как поставит её на колени, как эта спина прогнется и он сможет пройтись ладонями между лопаток, как хищник, точащий когти. Это все будет принадлежать ему, потому Драко не сходил с ума и не томился. Теперь он это знал, потому был в прекрасном настроении. Эта легкая игра не столько возбуждала - он был слишком взрослый, чтобы завестись от пары картинок - но как бы показывала - Гермиона хочет ему отдаться. Очень хочет. А значит было можно.       Парвати - пиарщица казино - возникла почти бесшумно - легкий аромат жасмина, блеск лака на ногтях, алые губы. Она склонилась чуть ближе, чем позволялось обычным сотрудникам, и томным голосом спросила:       - Не желаете компании, мсье Дофин?       Драко медленно повернул голову, уголок губ приподнялся в ухмылке. О какой компании речь понял сразу, был не маленьким. Но ему хватало того, что было в телефоне. Он не разменивался и вел свою увлекательную игру с другой.       - Давно в моём казино торгуют собой? - ледяным тоном поинтересовался Дофин. Улыбка мгновенно сошла с лица Парвати. Словно порыв ветра, её уверенность исчезла; она коротко кивнула и растворилась в полутьме зала, будто её и не было. На деле, Драко мог быть чуть мягче, но не здесь, не в резервации. Он желал отсечь всех от себя невидимой полосой. Он был для них белым господином и хозяином, точка. Только одной девушке удалось приблизиться на ту дистанцию, что маркиз позволил.       Телефон снова завибрировал. Дофин бросил взгляд - новое сообщение. Экран вспыхнул, и он с интересом стал изучать.       Теперь она стояла. Снимок захватывал её от ключиц до колен: тонкая талия, обвитая уже знакомой цепочкой, мягкие тени, которые играли на изгибах тела. Волосы, собранные наверх, открывали чистую линию шеи. Но главное она скрыла под белым фартуком горничной: узкая полоска белого полотна прикрывала грудь и живот, дерзко контрастируя с черными чулками. Завязки тянулись за спину, подчеркивая каждый поворот. Драко почувствовал, как едва заметное напряжение разошлось по плечам. Вот это уже было любопытно. А еще чуть-чуть забавно. Кажется, его фразу о видео девочка восприняла всерьез и прикупила костюмчик горничной. Что ж, кажется ему пора было тогда обзавестись кинком на такой тип переодеваний.        «Сними его».       Он не столько хотел, чтобы Гермиона разделась, сколько подчинилась ему. А еще проверял - да как же далеко маленькая рысь зайдет. Её грудь Драко уже видел и был не прочь полюбоваться еще. Пока ждал ответ, залпом выпил воду, что давно принесла Лаванда, а Дофин не заметил так был увлечен игрой.       Кто-то уронил поднос. Драко пронзил официанта тяжелым взглядом. Никто не расслаблялся.       Телефон снова завибрировал. Он медленно посмотрел на экран. Последнее фото. Она послушалась.       На снимке был смелый план: фартук исчез, и перед ним - очертания её груди, тонкие линии татуировок, которые плавно уходили вниз, длинные изящные пальцы стискивающие мягкую кожу. Она ласкала себя и показывала как. Дофин теперь улыбался по-настоящему. Потому что внутри разлилось удивительное тепло от этого всего. Он получил не возбуждение, хоть снимок, конечно, был шикарным.       Она прислала ему себя. Всю себя. И Драко ответил почти ласковым “хорошая девочка”. Похвалил её. Но большего пока не потребовал. Прелесть любой игры была в том, чтобы вовремя ту закончить. В благодарность Гермиона Грейнджер прислала ему последнее фото, на котором тонкие пальцы были между чуть разведенных коленей.       “Сладких снов, мсье Дофин”       “Хорошо развлечься, котенок”.       “...и Вам”       Он хрипло рассмеялся. Девочка думала, что не удержится и подрочит на её фотографии. Не понимала, что его куда больше заводил сам процесс, чем содержание. К тому же не хотел отдавать ей инициативу, потому знал, что придет в кондоминиум, примет ледяной душ и сядет собирать Хогвартс и дальше. Потому что в ожидании была своя, особая прелесть. Но тут Дофин посерьезнел - наконец, человек, ради которого он пришел в казино явился.       Им оказался высокий, возможно излишне худой - видит Бог, Драко знал причину этого - молодой парень не старше двадцати трех. Он не отличался от многих молодых людей своего возраста. Его волосы по-пижонски, как и у Дофина когда-то, были зачесаны назад. Одет тот был в джинсы и черную рубашку, а глаза, глаза паренька были презрительно сощуренные. Словом, правда, вполне себе обычный юноша, если бы не одно “но”. Точнее два. Его зрачки имели необычную, вертикальную форму, а воротник рубашки - белую колорадку. Не самый частый гость в казино. “А вот и святая инквизиция”, - иронично подумал Драко Малфой и сам подошел к адмонитору ордена иезуитов.        - Ваше Преосвященство, - не смотря на юность парня, маркиз обратился к тому так, как не обратился бы ни к кому. На бледных губах скользнула странная, змеиная улыбка.        - Маркиз. Далеко же ты забрался от своей семейной часовни.        - Хорошо хоть не от родового склепа, - мрачно пошутил Драко, который не сомневался - иезуит знает о нем все. Включая маленькую, дурную, но такую непреодолимую тягу к смерти. - Как долетели?        - Турбулентно, - равнодушно отозвался инквизитор, оглядывая казино. Затем лениво протянул, - ну, и как тут дела?        - Вашими молитвами. Будут. Если договоримся.        - Мои молитвы стоят дорого.        - Естественно. Сыграем? - Предложил Драко и они вдвоем, только вдвоем, сели за покерный стол. Переглянулись. Дофин не спешил звать дилера. Он ждал. - Если святые не слышат молитв, нужно заручиться помощью кого-то влиятельней.        - Если твой святой не слышит молитву - выходит в окно, маркиз, ты не в фаворе, - пожал плечами иезуит и заказал бокал безалкогольного вина. Видимо, рак победить ему не помогли все лекари Святого Престола. Кто знает, может потому и совет был таким резким? Его святые тоже отвернулись от него.        - Но я хороший католик. Церковь не раз оказывала услуги моему роду.        - Разберемся. Пока давай сыграем. Затем посмотрим, - вздохнул инквизитор, когда к ним подошел рыжеволосый дилер и стал тасовать. - Надеюсь, в твоем казино играют честно.        - Не важно как играют в моем казино. Главное, что я всегда играю честно, - отрезал Драко и иезуит чуть вскинул брови. Честность была слишком редким качеством, чтобы в неё верить.       На следующее утро Гермиона проснулась рано. Несколько минут смущенно пялилась в потолок, вспоминая все, что натворила прошлой ночью. Чувство гордости смешалось со стыдом. Она медленно села на кровать и взглянула на свою зеленую пижаму: шорты и рубашка на крупных пуговицах. Сплошное целомудрие. Все игрушки были спрятаны, и только телефон хранил её тайну. Казалось, будто ничего не произошло, но щеки её алели. От всего. И от “репетиции”, и от того, что она рискнула подразнить Дофина, а тот взял и ответил ей!       В доме было тихо. Тишина, казалось, сама дышала вместе с ней.       Гермиона спустилась на кухню, сварила кофе, накинула свитер и вышла на крыльцо. Туман легкой вуалью приклеился к босым ногам, холодя их, но девушка замерла - на лестнице стоял огромный букет розовых и голубых гортензий, такой, что казалось, он мог заполнить весь двор. Она оцепенела.       Сердце её забилось сильнее. Гермиона точно знала кто их прислал и за что. С ума сойти. Медленно подошла. Между цветами лежала записка, на которой было написано одно единственное слово от руки:       «Спасибо».       Гермиона вздохнула, улыбка невольно расплылась на лице. Как бы рано она не проснулась, Драко Малфой встал еще раньше. Чтобы привезти ей цветы.       ***       Похаска, 1995.       Начало июня, жара стояла такая, что даже воздух дрожал над прериями. Люциус, выйдя из машины, поморщился и тяжело вдохнул - этот зной, смешанный с пылью, действовал ему на нервы. Казино в резервации было для него гениальным решением с точки зрения налогов и контроля за потоками, но бог ты мой, какой же здесь климат.       Он задержался у машины, глядя на невысокий домик Нарциссы. Честно говоря, идти туда не хотелось: куда заманчивее было бы направиться сразу к Беллатрисе, где ждали огонь, страсть и то самое безумие, по которому холодный аристократ тосковал уже две недели. Но Нарцисса была его невестой и приличия требовали, чтобы он явился именно сюда. Белла подождет до вечера.       Натянув выверенную улыбку, Люциус зашагал по аллее, обсаженной кустами роз. Здесь хотя бы благоухало, смягчая сухой дух прерии, и лепестки чуть напоминали ему европейские сады. С Нарциссой нужно было обсудить свадьбу, назначенную на сентябрь, и её переезд. В глубине души он и сам не был уверен, что хочет забрать девушку во Францию: жена на расстоянии тоже подходила бы удобнее, спокойнее. Но слишком долго оставлять её в Похаске было рискованно - кто-нибудь мог открыть ей глаза и показать, что её жених далёк от безупречной верности. Та же Беллатриса. А в его планы не входило лишиться возможности получить деньги и избавиться от капо раньше срока навсегда.       Он вошел в дом, где гудел кондиционер, разгоняя духоту. Цисси, как обычно, не выбежала ему навстречу, и это показалось Люциусу странным. Он позвал её, но ответа не последовало. Однако девушка явно была дома - у веранды стоял её желтый велосипед.       Маркиз заглянул на кухню: в красной тарелке лежали зеленые помидоры, и больше там не было ни души. Цисси нашлась в гостиной. Свернувшись калачиком на диване, она лежала под прохладным потоком воздуха и дышала тяжело, будто каждое движение давалось с трудом. Вид у неё был настолько болезненный, что Люциус по-настоящему встревожился: не лишиться бы желанных денег раньше срока.       Он опустился рядом. Нарцисса открыла глаза и слабо улыбнулась: - Ты приехал. Я так скучала.       - Что с тобой? - голос его прозвучал непривычно хрипло.       - Нам нужно поговорить, - прошептала она.       Люциусу стало не по себе. В груди кольнул страх: неужели эта девочка все поняла? Узнала о его визитах к Белле и потому слегла от тоски? С неё станется.       Нарцисса, тяжело переводя дыхание, попыталась подняться. Её тонкие пальцы вцепились в край дивана, плечи дрогнули и, собравшись с силами, она медленно села. Легкая бледность не скрывала сияния в глазах. Девушка посмотрела прямо на него, и вдруг её губы тронула счастливая дрожь.       - Люциус, я… я беременна! Четвертая неделя, - выдохнула она так, будто доверяла ему величайшую тайну. Хотя почему “будто”? Так же оно и было.       - Что? - он едва сумел скрыть ошарашенность.       - Ты… ты не рад? - испугалась Цисси.       Узнав о беременности, она ощутила себя самой счастливой на свете, хоть была слишком молодой дабы думать о материнстве, но тест словно перевернул весь её мир и сделал все еще прекрасней. Пусть её мучил жуткий токсикоз, Нарцисса не ощущала болезни - только бесконечное счастье и нетерпение поделиться с любимым. В её простом, девичьем представлении все складывалось идеально: она любила, он любил, скоро будет свадьба, а теперь и ребенок. Разве могло быть что-то прекраснее?       Но лицо жениха не озарилось радостью и девушка встревожилась. Вдруг в мире белых аристократов все не так:        - Это… это плохо, да? - прошептала она, будто боясь услышать ответ.       Люциус с минуту смотрел в её темные глаза.       Плохо? Да это была катастрофа.       Он вовсе не планировал с Цисси реальный брак. Точнее, конечно, собирался жениться, но видел это скорее как mariage blanc. Не в том классическом смысле, где супруги не ложатся в постель, нет, он уже взял её, робкую и податливую, но и не в смысле настоящего брака, полного страсти, взаимного желания и, тем более, детей. Она мало его заводила, в постели была робкой и пугливой, ему было с кем спать и без Нарциссы.       Для него это должна была быть сделка. Он женится, получает доступ к её капиталу, а через пару лет - втихую разводится. За это время он утроит своё состояние, поделит честно половину и оставит её обеспеченной. Цисси была стартом, удобной возможностью, но никак не судьбой. Он не думал её обворовывать - лишь взять средства на время, как трамплин. Даже планировал вернуть половину из всего, что заработает. Девочка должна была выйти из брака раза в два богаче, чем сейчас.        Но дети? Никогда. Это не входило в его расчеты. Куда? Она была индианкой. Разве ему, потомку древнего рода, нужен ребенок такой крови? Их брак должен был быть быстрым и затем, с годами, рассматриваться как прихоть, не более. А Нарцисса уже была беременна. Когда он так проебался?       И все же что-то в нём дрогнуло. Потому что теперь это было свершившимся фактом. Она уже носила его ребенка. В нем всегда жила жажда наследника - продолжателя рода, сына, которому можно передать титул, замок, сады и холодное величие фамилии. Мысль о собственном ребенке когда-то будоражила его воображение, но это должно было случиться в идеальных условиях, с женщиной, достойной его крови и положения. С правильной женой, выбранной тщательно, чтобы её родословная и статус не оставляли пятен на гербе. Нарцисса в его планах была лишь ступенью, а не матерью будущего наследника. Но теперь… Она уже понесла. И это изменило всё.       Он не мог даже помыслить об аборте: сама мысль казалась кощунством. Ребенок уже существовал - его кровь, его плоть, его будущее. Какая разница, что мать была слишком юна, что её происхождение не соответствовало аристократическим меркам? Отныне она носила его ребенка, и это возвышало её выше любых предрассудков. Люциус ощутил, как привычная холодная расчетливость дает трещину: деньги, сделки, планы развода - все это отодвигалось на второй план. Перед ним сидела не просто девочка, а женщина, которая подарит ему наследника. И это имело значение куда большее, чем он хотел признать.       - Это не плохо, Цисси. И не хорошо. Великолепно - вот как это, - наконец произнес Люциус, и его голос зазвучал твердо, как клятва. - И ты - великолепна. И наш будущий маркиз тоже.       - Думаешь, это будет мальчик? - слабо улыбнулась она, с надеждой всматриваясь в его лицо.       - Уверен, - ни на миг не усомнился Люциус. Кто же еще?       - И не будет проблем со свадьбой? Ты маркиз, и тебе не положено…       - Обвенчаемся раньше, - просто решил мужчина, - Цисси, я забираю тебя уже сейчас. Не хочу, чтобы мой ребенок рос на территории резервации. Пусть он будет ближе к предкам.       - Но здесь тоже его предки, - тихо возразила Нарцисса.       Люциус осёкся. Слова попали в цель. Она была права. Полукровка. Их сын будет полукровкой. Тень сомнения на секунду тронула его мысли, но он тут же отогнал её, сжав зубы. Нет, он даст ребенку такое воспитание, что эта кровь сотрется из памяти, растворится в блеске титула и древности имени.       - Конечно, - мягко сказал он и накрыл её ладонь своей. - Но будущему маркизу нужно быть в своих имениях. *** Вот Гермиона и повзрослела, а Драко повеселел. Молодцы они, правда? Правда, знаю. А у меня сегодня важный день, так что лучи поддержки мне. Ваши отзывы меня будут прекрасно отвлекать от нервов. Кнопку «Жду проду» тоже не забываете, ок? Мерси