Tempting The Sugar Mommy

Рюджин, словно пойманная в клетку из предвкушения, нервно мерила шагами тихую комнату, утопающую в мягком свете свечей, нежной мелодии и рассыпанных лепестках роз. Черён, Юна, Жизель и Ниннин, сдерживая улыбки, наблюдали за этим редким для нее проявлением трепетной суеты. — Куда мне поставить эти цветы? — взволнованно спросила Рюджин, в отчаянии проводя руками по волосам. — А мой костюм? Кто-нибудь его видел? И вообще, он мне идет? Черён, не выдержав, усмехнулась, качая головой. — Рюджин, успокойся! Посмотри на себя! Ты — ходячий нервный узел! — Она рассмеялась, легонько подталкивая ее локтем. — Неужели ты так взволнована из-за предложения? Рюджин судорожно вздохнула. — А вдруг… а вдруг Йеджи не будет готова? Вдруг она не захочет выйти за меня замуж? — Она вновь провела рукой по непослушным волосам, и тень тревоги омрачила ее лицо. Юна, скрестив руки на груди, ободряюще улыбнулась ей. — Да брось, Рюджин! Йеджи без ума от тебя! К тому же, у вас общий ребенок! Ты правда думаешь, что она скажет «нет»? Ниннин и Жизель поддержали ее, игриво поддразнивая. — Расслабься, Рюджин! Это твой большой вечер, и она скажет «да», — заверила Ниннин с лукавой улыбкой. Когда приближался вечер, и комната преобразилась в романтическую гавань, Юна и Черён отправились за Йеджи, которая, ничего не подозревая, оставалась дома. Они обменялись заговорщицкими взглядами и, с напускной серьезностью на лицах, приблизились к ней. — Йеджи, ты должна пойти с нами. Прямо сейчас, — сказала Юна, стараясь придать голосу оттенок скорби. Сердце Йеджи тревожно екнуло, почувствовав их настойчивость. — Что случилось? — Это… это Рюджин, — прошептала Черён тихим, дрожащим голосом. — Она попала в аварию. Нам нужно немедленно отвезти тебя к ней. Йеджи в панике прижала руки ко рту. — Нет… Где она? С ней всё в порядке? Пожалуйста, отвезите меня к ней! Пока машина неслась к месту, где должно было произойти предложение, глаза Йеджи наполнились слезами, а в голове вихрем проносились самые мрачные картины. Она судорожно сжала руки, пытаясь унять охвативший ее страх. Когда они наконец прибыли, Юна взяла ее за руку и произнесла: — Йеджи, прежде чем ты увидишь Рюджин, тебе нужно надеть эту повязку на глаза. Йеджи нахмурилась и отшатнулась. — Ты серьезно, Юна? Мне нужно ее увидеть! Где она? Черён нежно положила руку ей на плечо. — Доктор настоял, Йеджи. Пожалуйста… просто доверься нам. Йеджи с трудом сглотнула, ее разум все еще терзался от страха, но она подчинилась их просьбе, позволив им завязать ей глаза, пока они вели ее по мягко освещенной дорожке. Нежные звуки оркестровой музыки, доносившиеся издалека, создавали чарующую атмосферу, но Йеджи, чьи мысли были поглощены тревогой, была слишком сосредоточена на том, чтобы поскорее добраться до Рюджин. Наконец, она услышала голос Рюджин — низкий, хрипловатый шепот, от которого по телу пробежали мурашки. — Йеджи… Теперь ты можешь снять повязку с глаз. Дрожащими руками Йеджи сорвала ткань, и от открывшегося зрелища у нее замерло сердце. Рюджин стояла перед ней на одном колене, ее глаза влажно блестели, но в них читалась непоколебимая любовь. В ее руках покоилось кольцо, а позади нее огромный плакат сиял светящимися словами: «Выйдешь за меня?» Йеджи ахнула, ее глаза расширились от смеси неверия и всепоглощающей радости. — Рюджин… всё это… было ради предложения? Рюджин тихо рассмеялась, ее собственные эмоции переполняли ее, когда она заговорила: — Йеджи, я хотела, чтобы это было незабываемо. Ты значишь для меня всё. Ты — мое сердце, мой дом, мой мир. Ты подарила мне любовь, которая изменила меня навсегда, и я не хочу прожить и дня без тебя. — Она сделала глубокий вдох, ее голос дрожал от волнения. — Хван Йеджи, ты выйдешь за м… Но прежде чем она успела закончить, Йеджи бросилась к ней и заключила ее в крепкие объятия, прильнув губами к губам Рюджин в страстном поцелуе, который был ее ответом. Их поцелуй становился все глубже, полнее обещаний и страстного желания, их эмоции были настолько ощутимы, что собравшиеся не могли не почувствовать остроту момента. Когда они наконец оторвались друг от друга, щеки Йеджи горели, а глаза сияли от счастья. — Да, Рюджин, — прошептала она, улыбаясь сквозь слезы. — Я выйду за тебя. Навсегда. Вокруг них раздались восторженные аплодисменты, когда друзья и родственники приветствовали их, празднуя их любовь. Родители Рюджин, Лиа, Рюсок и Дживон, сияли от гордости, а Чэвон крепко обняла Йеджи. Тихая музыка продолжала звучать, и Шин и Йеджи вновь слились в поцелуе, мир вокруг них словно перестал существовать, пока они крепко прижимались друг к другу, растворившись в своей любви. Перспектива их новой жизни, которую они собирались начать вместе, казалась реальнее, ярче и значимее, чем когда-либо. Пока Рюджин и Йеджи танцевали в мягком золотом свете, наслаждаясь радостью своей помолвки, Лиа наблюдала за ними издалека. Она стояла перед зеркалом, и в ее взгляде смешивались недоверие и гнев. Глядя на свое отражение, она горестно пробормотала: — Йеджи этого не заслуживает… Она не заслуживает Рюджин. — Ее взгляд упал на едва заметный живот Йеджи, и разочарование лишь усилилось. Не в силах сдержать свои эмоции, Лиа, громко топая, вышла из ванной. Слабый звук разочарованного возгласа Лии донесся до Йеджи и Рюджин, когда они танцевали вместе. Йеджи остановилась, бросив взгляд через плечо. — Это была Лиа? Мне кажется, я слышала ее голос… Может, нам стоит проверить, все ли с ней в порядке? Рюджин нежно положила руку ей на плечо и ободряюще улыбнулась. — Я пойду, любимая. Тебе не стоит слишком много двигаться — ты же знаешь, с ребенком и все такое. Позволь мне разобраться, — мягко сказала она, целуя Йеджи в лоб. Йеджи улыбнулась ей в ответ и кивнула, а Рюджин отправилась на поиски Лии. Войдя в ванную, она увидела Лию, сидящую на полу в полубессознательном состоянии. Ее щеки пылали, а глаза были затуманены от выпитого и обиды. Увидев Рюджин, Лиа протянула к ней дрожащую руку, ее голос был тихим, но невнятным. — Рюджин… пожалуйста… Оставь ее. Выбери меня вместо нее. Я могу дать тебе всё, чего она никогда не сможет. Выражение лица Рюджин стало серьезным, когда она поняла, что Лиа сильно пьяна. Она наклонилась, стараясь держать дистанцию, но в то же время показывая беспокойство. — Лиа, ты в своем уме? Ты пьяна. Лиа подалась вперед, приблизила свое лицо к лицу Рюджин, ее намерения были очевидны, когда она попыталась сократить расстояние между их губами. — Я могла бы сделать тебя счастливой, Рюджин, — прошептала она, ее голос дрожал от отчаяния. — Просто оставь ее… Рюджин отстранилась, слегка повысив голос. — Лиа, прекрати! Я никогда не оставлю Йеджи! Она любовь всей моей жизни, и я не предам ее! Услышав шум, в дверях появился Рюсок с встревоженным выражением лица. — Всё в порядке, Рюджин? — спросил он, заметив состояние Лии. Рюджин посмотрела на него и кивнула. — Да, но мне кажется, Лие нужно вернуться домой. Она… сейчас не в себе. Рюсок вздохнул, помогая Лие подняться на ноги. — Пойдем, Лиа. С тебя на сегодня хватит, — твердо сказал он, направляя ее к двери. Когда они пробирались сквозь толпу гостей, Лиа обернулась, и в ее голосе послышались горькие рыдания. — Ты никогда не будешь счастлива, Йеджи! Запомни это! Ее слова эхом разнеслись по комнате, вызвав недолгое молчание. Рюсок поспешно вывел ее, а Дживон, его жена, подошла к Йеджи и Рюджин, поклонившись в знак извинения. — Мы ужасно сожалеем об этом инциденте. Ей… не всегда удается совладать со своими эмоциями, — сказала Дживон со смущенной улыбкой. Йеджи выдавила из себя улыбку и понимающе кивнула, хотя этот момент ее явно встревожил. Позже тем же вечером, когда гости разошлись, она присела на край кровати, задумчиво нахмурив брови. Рюджин заметила отстраненное выражение ее лица и села рядом, обнимая ее за талию. — Что у тебя на уме, любимая? — мягко спросила Рюджин, притягивая Йеджи к себе. Йеджи закусила губу, ее пальцы нервно чертили круги на коленях. — Я просто… волнуюсь, Рюджин. А вдруг Лиа действительно попытается нам навредить? Она была так зла… и была так уверена, что мы не будем счастливы. Рюджин нежно взяла руку Йеджи в свою и ласково поцеловала ее в запястье. — Йеджи, послушай меня. Никто, а уж тем более Лиа, не сможет встать между нами. То, что есть у нас, намного сильнее этого. Я всегда буду защищать тебя и нашу семью. Йеджи посмотрела на нее снизу вверх, и легкая улыбка тронула ее губы. — Ты права… Мне не стоит так волноваться… Но если она что-нибудь предпримет? Рюджин нежно погладила ее по щеке, ее взгляд был полон любви и ободрения. — Тогда мы встретим это вместе. Но не позволяй ей лишить нас счастья, которое мы построили. Она наклонилась вперед, ее губы коснулись губ Йеджи, и она прошептала: — Ты и наш ребенок — это всё для меня. У Йеджи перехватило дыхание, ее сердце бешено колотилось, когда она почувствовала тепло Рюджин рядом с собой. — Обещай мне, Рюджин, — прошептала она едва слышно. Рюджин нежно поцеловала ее, ее голос был мягок и полон любви. — Я обещаю, Йеджи. Я всегда буду оберегать тебя. Их поцелуй становился всё более страстным, и в нем ощущалась сила их любви и обещания будущего, которое они построят вместе. Когда они крепко прижались друг к другу, внешний мир исчез, оставив только тепло и силу их связи, которая вела их вперед. Расхаживая взад-вперед по своему кабинету, Рюсок с беспокойством взглянул на свою жену Дживон. — Дживон, — тихо сказал он, — я не знаю, сколько еще смогу терпеть поведение Лии. То, что она устроила на вечеринке по случаю помоловки Рюджин и Йеджи, было унизительно. Ей нужно преподать урок. Дживон вздохнула, качая головой. — Я знаю, Рюсок. Мне это тоже не нравится, но она всё-таки наша дочь. Возможно, ей просто нужно немного понимания. Взгляд Рюсока стал жёстче, он опустил глаза, затем, с колебанием, заговорил: — Дживон… тебе нужно кое-что знать. Пожалуйста, не сердись, но я нанял частного детектива, чтобы он следил за Лией. Глаза Дживон удивлённо расширились. — Частного детектива? Рюсок… Ты серьёзно? — Да, — выдохнул он, голос отяжелел словно камень. — Что-то с ней не так. И этот браслет… браслет Рюджин, фамильная реликвия, что должна была быть на ней, если она — наша Джоанна. У Лии его нет. Почему же? Дживон закусила губу, в глазах — отражение боли и сомнений. — Рюсок, я отчаянно не хочу верить в это… Но если есть хоть малейшая тень сомнения, что она не наша дочь, значит, пришло время докопаться до истины. Вместе. Если это не Джоанна, мы найдем настоящую. Где бы она ни была. В ладонях Дживон он ощутил тепло надежды. — Спасибо, Дживон. Мы пройдем через это вместе. В тот же миг мелодия телефона разорвала тишину. Сообщение от следователя: ключевое место, где останавливалась Лиа. Взгляд Рюсока встретился с встревоженным взглядом жены. — Это оно, Дживон. Я должен проверить. Возможно, там таится ответ. Дживон кивнула, её лоб избороздили морщины беспокойства. — Будь осторожен, любимый. Позвони, как только узнаешь что-нибудь. Спустя мгновение Рюсок уже затаился в тени уличного фонаря, неподалеку от дома Лии. До его слуха донеслись обрывки разговора. Сквозь приоткрытое окно он слышал голос Лии, беседующей с Джэ, мужчиной, которого она представляла как друга семьи. — Фу, — презрительно фыркнула Лиа, в голосе — неприкрытое раздражение. — Рюсок и Дживон такие любопытные! Вечно лезут не в свое дело, мнят себя всезнающими. Хорошо, что они не мои настоящие родители. Мне нужны только их деньги. И скоро они станут нашими. Джэ зловеще усмехнулся. — Моя девочка, Лиа. Ты — лучшая дочь, о которой мужчина может только мечтать. — В его голосе прорезалась ледяная расчетливость. — И не забывай о плане по саботажу Йеджи. Как только мы избавимся от Рюсока и Дживон, мы выследим твою сестру. Сердце Рюсока рухнуло в бездну. Значит, она не наша… Она просто использовала их. Рука задрожала, когда он потянулся к телефону, с отчаянным желанием услышать голос жены. Но прежде чем он успел нажать на кнопку вызова, оглушительный удар обрушился на его затылок. Ослепительная боль пронзила его, и мир померк, когда он, спотыкаясь, пошатнулся вперед. — Ты не разрушишь мои планы, Рюсок.