Шерше ля фам

Александра проталкивалась сквозь толпу у входа, взглядом выискивая Джоану. Та, конечно же, сидела у бара, смеясь и уже облокачиваясь на какого-то незнакомца неблагоприятного вида, как на старого друга. Гамильтон тихо выругалась. Вытаскивать Джоану из камденских клубов стало её полноценной работой со второго курса. Она уже направилась к подруге, когда зал разрезал резкий луч света, и толпа расступилась так, что её взору открылось неожиданное зрелище. В центре двигалась Джефферсон. Создавалось впечатление будто музыка следовала её движениям; не она подстраивалась под ритм, но он слушался её; и даже свет подчинялся ей. Люди вокруг расходились перед ней, не осознавая, что попали в зону её притяжения.  Александра застыла. Прекрасно. Последнее, что ей сегодня было нужно. Неизвестно как Тесса Джефферсон почувствовала появление конкурентки, но она посмотрела в сторону Гамильтон, и их взгляды встретились. Лицо Джефферсон озарила диковатая улыбка, которая в свете зеленого и фиолетового казалась особенно опасной. И прежде чем Александра успела моргнуть, та уже пробиралась к ней, разрезая толпу. - Не сейчас, - сквозь зубы бросила Гамильтон, двигаясь к бару. Но сильные пальцы сомкнулись на её запястье раньше, чем она успела отойти на хоть сколько нибудь значительное расстояние. И в следующее мгновение она тоже оказалась на танцполе.  Заиграл новый трек. Джефферсон сделала какой-то жест диджею и послышался звук перемотки. - Now what? - громко сказала Джефферсон, явно наслаждаясь тем, как неловко Гамильтон пыталась скрывать растерянность.  - Что? - вырвалось у Александры. - We’re taking control. We get what we want. We do what you don’t Гамильтон заметила краем глаза телефон и хорошо знакомую ей куртку, подозрительно стабильную среди подрагивающей в ритм толпы. Гарри Кросвелл. Здесь всё-таки были журналисты. Оставалась доля секунду чтобы решить - подыгрывать Джефферсон в её спектакле «скандально известные главы муниципального совета нашли общий язык» или же всем видом показать, что они не вместе.  Александра резко выпрямилась, собираясь отдёрнуть руку, но в тот момент, когда бас снова ударил, Джефферсон притянула её за запястье ещё ближе.  - Dirt and glitter cover the floor… Она провела ладонью по воздуху, будто и вправду разбрасывая блёстки. Александра чувствовала как громкая музыка бьет по ушам. Сердце, предательски подчиняясь басу, ускоряло ритм, но разум сопротивлялся - она не собиралась становиться частью этого спектакля. И тут же Гамильтон осеклась - она уже его часть. - We’re pretty and sick, we’re young and we’re bored. - Достаточно, - выдохнула она, но звук утонул в басах. Гамильтон дёрнула руку - и на этот раз сумела вырваться. - До встречи в совете, Джефферсон - кинула она и рванула сквозь толпу, разрезая её не хуже соперницы несколькими минутами ранее. Она не сразу нашла Лоуренс у барной стойки, а когда заметила её, поняла, что не стоило медлить. Тот подозрительный тип уже слишком близко пододвинулся к её подруге. Гамильтон схватила Джоану за локоть - та удивлённо ойкнула, расплескав половину бокала. - Пошли. Сейчас же, - процедила Александра. - Вы - Александра Гамильтон? - непринужденно поинтересовался тот самый тип. И не дождавшись ответа, продолжил, - Я читал о вас, - и кивнул в сторону Джефферсон, уже вернувшейся к своим танцам. - Впредь не читайте таких газет, - резко ответила Гамильтон и оглядываясь, повела подругу к выходу. Едва они вышли на свежий воздух, Джоана начала приходить в себя.  - А это та самая твоя подружка о которой писали в новостях? - заплетающимся языком спросила Лоуренс. - Эта та самая стерва, из-за которой у меня ежедневно отмирает в два раза больше нервных клеток, чем у среднестатистического человека - буркнула Гамильтон, не признаваясь даже себе в том, что это была не вся правда. _______________________________ В тексте используется песня Kesha - Blow