Магия для бедных и обиженных

Обещание Риас висело в сознании Андрея туманным щитом, приглушающим остроту отчаяния. Да, был шанс. Но шанс этот пахнет серой и сделкой, на которую он не имеет права подписывать Машу. Вечное служение? Даже милой, пафосной демонессе с синдромом главной героини мелодрамы? Нет. Он должен найти другой путь. Он метался по городу, не в силах усидеть дома. Его взгляд, обострённый магией и тревогой, скользил по вывескам, искал намёки, знаки, любую зацепку. И город, этот безумный урбан-оракул, отвечал ему. На одном из рекламных щитов, вклинённых между рекламой пива и кредитов, он увидел её. Девушка с под чёрным бантом, и пронзительными янтарными глазами. Блейк Беладонна. В сверкающих украшениях и с флегматичнм взглядом, она рекламировала какую-то ювелирную коллекцию. Андрей замер, смартфон в его руке сам поднялся и щёлкнул. Итак, не только Янг. Мир RWBY просачивался в Москву, как вода сквозь трещину в дамбе. Но сейчас ему было не до разгадок межпространственных аномалий. Его внимание привлекло другое — очередное странное послание, нацарапанное мелом на асфальте у подъезда очередной серой пятиэтажки. СКУЧАЕТЕ ПО ДОМУ, КОТОРОГО У ВАС НИКОГДА НЕ БЫЛО? Агентство«Ностальжи» вернёт вам тёплые воспоминания о детстве, которого вы не помните! Первая травма— бесплатно! Телефон:попатка суицида путём прыжка со второго этажа. Рисунок изображал улыбающийся домик с падающей с неба головой вместо солнца. Андрей уже не фыркал. Он изучал их. Эти объявления были ключами. Как тот, что подарил ему пространственный карман. Он присмотрелся, впитывая абсурдный смысл, но сейчас его мозг был слишком перегружен, чтобы разгадывать новые головоломки. Отчаявшись искать артефакты, он сосредоточился на единственном реальном маяке. Янг. Он закрылся в своей комнате, зажёг свечи и, вложив в заклинание весь остаток сил и всё своё отчаяние, нашептывал её образ, её сиреневые глаза, её имя. Магия отозлась — тонкой, едва заметной нитью, потянувшейся куда-то вглубь спальных районов. Нить привела его к неприметной двери в подвале старого дома, рядом с продуктовым магазином. Над дверью виделась неоновая вывеска: «Резонанс». От всего места веяло лёгким магическим вибрациями, смешанными с запахом пива и сигарет. Андрей сделал глубокий вдох и толкнул дверь. Его встретил приглушённый гул голосов и музыка, которую он не узнал. Бар был небольшим, уютным и тёмным. И за стойкой, с бокалом какого-то ярко-розового коктейля в руке, была она. Янг Сяо Лонг. Она что-то оживлённо рассказывала бородатому мужчине в косухе, жестикулируя свободной рукой. Мужчина смеялся, качая головой, и положил на стойку крупную купюру. Чаевые. Андрей подошёл и занял свободное место у края стойки. Янг повернулась к нему, и в её сиреневых глазах мелькнула искорка узнавания. Но не страха. Скорее — настороженность и готовность к бою. — Ну, привет, — сказала она довольно агрессивно, поставив перед ним подставку для бокала. — Надеюсь, сегодня обошлось малой кровью. Её тон был лёгким, но в нём чувствовалась стальная нить. Андрей усмехнулся, снимая плащ. —Пока что день выдался относительно бескровным. Обычно, меня пытаются принести в жертву ближе к полуночи. Он чувствовал мандраж. И браваду. Глупую, нервную браваду, которая всегда выручала его в самые неловкие моменты. —Меня зовут Андрей. Для слуг и врагов — Дарт Левс. Со слугами, правда, пока туговато — есть один кот, но он не рчень исполнительный. Уголки губ Янг немного приподнялись. Андрей возликовал - всё не так плохо, как казалось. —Впечатляет. А документы, гражданство, знание местных законов? — спросил он, не в силах скрыть удивления и даже восхищения. — Как ты всё это провернула? Янг рассмеялась, и это был искренний, заразительный звук. —О, это была спецоперация. Я обошла несколько заведений, пока не нашла то, где хозяин сам за стойкой стоит. Убедила его, что я совершеннолетняя и выпью столько «Клубничных рассветов», сколько захочу. Андрей смотрел на неё, заворожённый. Эта девушка из другого мира устроила дебош в баре, чтобы получить работу. —И? — выдавил он. — И выпила. А потом сказала, что денег нет, но я могу отработать. Пару дней поработала на подхвате — ну, чаевые и, увеличившийся в три раза, средний чек сами за себя говорят. — Она кивнула на стеклянную банку, наполненную купюрами. — Хозяин оказался не дурак. Сказал, что комната над баром его, и я могу там жить. В общем, я устроилась. Она улыбнулась, вспоминая, и эта улыбка была такой ясной и жизнерадостной, что Андрей на секунду забыл, зачем пришёл. Он просто смотрел на неё, на этот кусочек чужого, солнечного мира, затерявшийся в московской подвальной тьме. Ему быстро удалось взять себя в руки, отведя взгляд. — Ты, официально, самая безбашенная девушка, которую я знаю. Мне нужно… поговорить с тобой. Налей мне чего-нибудь крепкого. Текилы, что ли. Разговор предстоит не из лёгких. Янг наклонила голову, её глаза блеснули озорно. —Текила закончилась. Будь джин-тельменом, выпей джина. Он рассмеялся, даже не пытаясь сдержаться. Этот дурацкий каламбур был сказан с такой харизмой и очарованием, что воздеёствовал как ментальная атака. —Прекрати, ладно? — сказал он, всё ещё улыбаясь. — Ментально на меня не воздействуй. Я уже заметил — рядом с тобой чувствуешь себя неестественно хорошо, а мои психические щиты это игнорируют. Янг смягчилась, окончательно убедившись, что перед ней не монстр, а измотанный, запутавшийся парень. —Ладно, ладно. Тогда без ментального воздействия. Откуда ты меня знаешь? В прошлый раз ты назвал меня по имени. Андрей вздохнул, вспомнив Риас и её экзистенциальный кризис от просмотра аниме. —Это… очень длинная и странная история. Как-нибудь расскажу, но она может сломать твоё восприятие реальности. Лучше просто считай меня. — Можешь не рассказывать, если не хочешь, — пожала плечами Янг, наливая ему джин с тоником. — Так зачем пришёл? Не только же ради моих каламбуров. Андрей снова засмотрелся на неё, на игру света в её волосах. —Чтобы увидеть тебя, — выпалил он и тут же смутился, почувствовав, как краснеет. — То есть… в смысле… мне нужна помощь. Янг покачала головой, но улыбка не сошла с её лица. —Тебе стоит перестать пронзать меня взглядом. Я ведь too Yang to die. Он снова неловко хохотнул, но затем его лицо стало серьёзным. Он рассказал ей всё. О Маше. Об аневризме. О шести днях. О том, что только пробуждённая аура может спасти её. Янг слушала, и её улыбка постепенно угасала. Она смотрела на него с лёгким подозрением. —Ты хочешь, чтобы я поверила, что человек, устроивший кровавую баню в пентхаусе, теперь, неожиданно, озаботился спасением всех и вся? Как я могу знать, что это не ловушка? И что ты не виновен в том, что я здесь оказалась? Я не мессия, чтобы бросаться на помощь каждому, о ком слышу. Андрей не стал оправдываться. Он просто смотрел на неё, позволяя ей видеть свою усталость, своё отчаяние, всю свою наготу души без прикрас. Он говорил тихо, но убедительно, объясняя, что Маша не имеет отношения ни к чему из этого, что она просто случайная жертва. В конце концов, его искренность пробила её защиту. Она вздохнула. —Ладно. Я сделаю это. Но если аура будет бессильна, то ко мне никаких претензий. Договорились? Облегчение затопило Андрея, такое сильное, что у него задрожали руки. Он кивнул, не в силах вымолвить слова. — Моя смена почти закончена, — сказала Янг, снимая барный фартук. — Переоденусь и идём. Янг вернулась через мгновение. На её руках красовались массивные браслеты. Андрей сразу понял — это её оружие, «Эмбер Селика», замаскированное под аксессуар. Лёгкая пронзительная грусть кольнула его: она всё ещё не доверяла ему. И кто мог её винить? Он был для неё кровавым незнакомцем из кошмарного трипа. Это логично, это разумно. Но всё равно — больно. Они вышли из бара «Резонанс» в прохладный московский вечер. Воздух повис на паузе, густой и напряжённый. И эту паузу разорвали они. Тени у подъезда ожили. Несколько фигур в тёмных, дорогих, но неброских пальто двинулись на них с неестественной, скользящей скоростью. Их лица были бледными и бесстрастными, а глаза отсвечивали в темноте, как у хищников. Один из них раздал указания: — Мага взять живым, он нужен князю. В случае затруднений ликвидировать. Свидетелей ликвидировать после задержания цели. Исполнять! Андрей не почувствовал в них людей. Жизненная сила внутри их вен была будто сшита из разных ласкутов и не резонировала с их телами, которые не излучали тепла и, судя по отсутствию дыхания, были мертвы. Он понял, что они - вампиры. Андрей почувствовал ледяной укол в груди — камень Ньярлатхотепа шевельнулся, и в сознание просочился шёпот, сладкий и ядовитый: «Положи конец их извращённому существованию. Их смерть даст силу. Их агония откроет тебе путь. Убей их всех». Янг мгновенно встала в боевую стойку, её взгляд метнулся с нападавших на Андрея. На секунду в её глазах вспыхнуло предательское «я так и знала». Но затем она увидела, что незнакомцы игнорируют её, их внимание было приковано к нему. Это была не её засада. — Держись сзади! — крикнула она, и её браслеты с щелчком преобразовались в грозные перчатки-дробовики. Соблазн был огромен. Шёпот камня обещал власть, лёгкость расправы, конец всех проблем. Но он видел настороженность в глазах Янг. И видел свой шанс — шанс не быть для неё монстром. «Не сейчас. Не перед ней». — Принято! — крикнул он ей в ответ, и его голос прозвучал с непривычной для него самого собранностью. — Нелетальная работа! Он ринулся в бой, но не с яростью, а с холодной концентрацией. Он не метал молний и не рвал плоть. Вместо этого по его взмаху руки из асфальта взметнулись багровые энергетические цепи, опутавшие первого нападавшего. Другого он ударил сжатым кулаком телекинетического импульса — тот отлетел в стену с глухим стуком, но поднялся, лишь пошатываясь. Янг, работая на опережение, била прицельными выстрелами из «Эмбер Селики» по конечностям, стараясь обездвижить, а не убить. Её движения были стремительны и точны, будто танец. Андрей решил поэкспериментировать. Он включил своё Проявление, «Шрамы». Его взгляд скользнул по бесстрастным лицам вампиров. Какая боль может быть у этих неживых существ? И тут его осенило. Тоска. Тоска по солнцу, по вкусу пищи, по теплу человеческой крови, которая уже никогда не будет их собственной. По жизни, которую они потеряли. Он сконцентрировался на этой догадке, вложив в неё всю силу своего восприятия. И на груди одного из вампиров проступил светящийся шрам — старый, тускло мерцающий. Андрей мысленно дёрнул за него. Вампир застыл как вкопанный, его лицо исказилось гримасой не физической, а глубочайшей душевной муки. Он завыл — тихо, по-звериному. Его собственная вампирская сила на мгновение померкла, подавленная этой внезапно ожившей тоской. Янг, видя это, воспользовалась моментом и точным ударом сапога вырубила его. — Это твоё проявление? — крикнула она Андрею, уворачиваясь от атаки другого. — Что из себя должна представлять твоя личность, что у тебя столько способностей? — Не только Проявление! — отозвался он, уворачиваясь от когтистой лапы. — Магия! Я ёбанный волшебник! ХАХАХАХАХАХА! Большинство нападавших, получив отпор и отступили, растворившись в тенях. Один остался лежать без сознания от удара Янг. Бой стих. Янг, тяжело дыша, подошла к поверженному вампиру и наклонилась, чтобы проверить пульс на шее. В этот момент вампир рванулся с нечеловеческой скоростью. Его когти блеснули, целясь ей в горло. Сработал рефлекс охотницы. Громовой выстрел «Эмбер Селики». Попадание в голову. Не было крови. Не было крика. Был лишь тихий, сухой шелечок, и тело вампира рассыпалось в горстку пепла, который тут же разнесло ветром. Янг замерла, смотря на свои руки, на дымящиеся стволы. Вся её жизнерадостность, вся её яркость померкла в один миг. Её плечи опустились, лицо стало замкнутым и каменным. Она не плакала. Она просто стояла, погружённая в тихий, стоический ужас от содеянного. — Эй... — тихо сказал Андрей, приближаясь. — Янг. Это была самооборона. Он пытался тебя убить. Она молчала, не глядя на него. Её аура, обычно такая яркая, казалось, сжалась и потемнела. Отчаяние заставило его мозг лихорадочно искать выход. И он вспомнил. Фото. Он почти рывком достал смартфон. —Смотри, — его голос прозвучал резко, почти отчаянно. — Я забыл тебе сказать. Ты не одна попала в этот мир. Я увидел сегодня утром и сфотографировал. Он сунул ей перед глазами экран с рекламным объявлением. Янтарные глаза Блейк Беладонны смотрели на них с электронного щита. Янг медленно подняла взгляд. Сначала он был пустым, затем в нём появилось недоумение, а потом — слабый, но настоящий луч света. —Блейк... — прошептала она. — Здесь? Как?... — Не знаю, — честно сказал Андрей. — Но она здесь. И мы найдём её. Обещаю. Это не вернуло её улыбки, но ледяная скорлупа вокруг неё дала трещину. Она кивнула, снова обретая хоть какую-то опору. Она была тронута его попыткой помочь, его готовностью принять её даже после того, что она сделала. Хоть он и сделал то же самое на её глазах, но он гражданский, который терял голову от адреналина и безумно смеялся, что-то выкрикивая. Она была охотницей, обучающейся в академии, которая привыкла к постоянным угрозам своей жизни. Это была её вина. А он не осудил. Они молча двинулись дальше, к больнице. Андрей шёл впереди, его воля, как щит, расчищала путь. Он ловил на себе взгляды медперсонала, и его голос, низкий и властный, звучал в их сознании: «Вы нас не видите. Вам нечего нам сказать. Это не те дройды, которых вы ищите. Идите по своим делам». Люди замирали на мгновение, глаза стекленели, и они отворачивались, погружённые в свои мысли. Они вошли в палату 307. Заплаканный Коля сидел у кровати, держа за руку бледную, спящую Машу. Он вздрогнул, увидев их. —Андрей? Вы... как вы... что вы тут делаете? — его голос сорвался на шёпот. Янг, не говоря ни слова, подошла к кровати. Её лицо было серьёзным. Она положила ладонь на лоб Маши и закрыла глаза. Золотистый свет, мягкий и тёплый, окутал её руку и перешёл на тело девушки. Маша вздохнула глубже, её лицо порозовело, а на мониторе, отслеживающем её состояние, почти ровная линия внезапно ожила, показывая уверенный, здоровый ритм. Маша открыла глаза. Они были ясными и осознающими. —Коля? — тихо произнесла она. — Что случилось? Голова так болела... а теперь нет. Коля, рыдая, обнял её, прижимая к себе так, будто хотел защитить от всего мира. Его удивление и перед сверхъестественным утонули в волне облегчения и любви. Андрей смотрел на это, и его сердце сжалось от странной, горькой радости. Он сделал это. Он спас её. Но, глядя на их объятия, он почувствовал себя абсолютно лишним. Чужим на этом празднике жизни. Он опустил голову, измотанный и опустошённый. Тёплая рука легла на его плечо. Он поднял глаза и встретился взглядом с Янг. Её сиреневые глаза были серьёзны, но в них не было осуждения или отвращения. —Идём, — тихо сказала она. — Ты сделал всё, что мог. И даже больше. Он кивнул, позволив ей вывести себя из палаты. Он спас Машу. Но цена этого спасения — ещё одно кровавое пятно на душе Янг — вдруг показалась ему непомерно высокой. Тишина в лифте больницы была оглушительной. Андрей прислонился к холодной металлической стенке, чувствуя, как дрожь отступает, оставляя после себя свинцовую усталость. Янг стояла рядом, смотря в пол, её пальцы бессознательно сжимали и разжимали складки платья. — Спасибо, — хрипло проговорил Андрей, ломая молчание. — Я… я не знаю, что бы без тебя делал. Янг медленно подняла на него взгляд. В её сиреневых глазах не было прежней лёгкости, лишь глубокая, усталая серьёзность. —Не благодари. Я сделала то, что должен был сделать любой охотник. Помочь. — Она отвела глаза. — Просто… я не думала, что в этом мире мне придётся… — Она не договорила, снова сжав кулаки. Лифт диньгнул, открываясь на первом этаже. Они вышли в безлюдный ночной холл. Андрей почувствовал, как на него снова давит груз ответственности. Он не мог просто так отпустить её. — Эй, — он осторожно коснулся её локтя. — Ты… куда теперь? — В бар, — безразлично ответила Янг. — У меня завтра смена и надо выспаться. — Тебе не надо оставаться одной, — сказал он твёрже, чем планировал. — После всего этого. Она наконец посмотрела на него, и в её взгляде мелькнул знакомый огонёк. —А что, предложишь свою компанию? Будешь сидеть у стойки и хмуриться на всех посетителей, отпугивая чаевые? — Может быть, — он позволил себе лёгкую улыбку. — Или буду защищать тебя от назойливых поклонников. Своим грозным взглядом. К его удивлению, Янг коротко рассмеялась. Это был сдавленный, уставший звук, но всё же смех. —Ладно, герой, только не смотри в зеркало, иначе и от себя защитишь. И купим чего-нибудь сладкого. Они вышли на улицу. Ночь была тихой, и только далёкий гул машин нарушал тишину. Они купили мороженное в первом попавшемся круглосуточном магазине. Продавец проводил их, помятых и растрёпанных, лукавым взглядом. Они шли молча, но это молчание было уже не напряжённым, а скорее уставшим, почти мирным. Андрей чувствовал, как камень в его груди потихоньку остывает, его шёпот затихает, уступая место простой человеческой усталости. Возле подвала с вывеской «Резонанс» Янг остановилась. —Ну, вот я и дома, — она повернулась к нему. — Спасибо. За… ну, за всё. И за мороженное. — Янг, — он сделал шаг вперёд. — Эти… те, кто на нас напали. Они могут вернуться. Она пожала плечами, но в её глазах промелькнула тень беспокойства. —Я справлюсь. — Я знаю, — он сказал искренне. — Но… позволь мне помочь. Обменяемся номерами. На всякий случай. Если что-то случится, или… или если я достану звонками агенство, где работает Блейк и выпрошу у них её номер телефона, или что-то подобное. Янг изучала его лицо несколько секунд, а затем кивнула. —Ладно. Дай свой телефон. Он протянул ей смартфон, и её пальцы быстро пробежали по экрану. —Готово. — Она вернула ему телефон. — Только не звони среди ночи с дурацкими вопросами о смысле жизни. — Обещаю, — он улыбнулся. — Только с если мне понадобиться срочная консультация по составлению каламбуров. Она снова коротко рассмеялась и, повернувшись, исчезла за дверью в подвал. Андрей ещё несколько минут стоял на пустынной улице, глядя на тусклый свет, пробивавшийся из окон бара. Чувство опустошения медленно сменялось чем-то другим. Не спокойствием, нет. Но своего рода… определённостью. У него была цель. Сначала — убедиться, что с Янг всё в порядке. Потом — найти Блейк. А ещё… он посмотрел на контакты в телефоне, на номер, подписанный просто «Янг». У него теперь был её номер. Он глубоко вздохнул и зашагал домой. Дома его ждала тишина и Вельзевул, развалившийся на его подушке с видом полного собственника вселенной. Кот приоткрыл один глаз, увидел Андрея и издал звук, полный презрительного удовлетворения. — Да-да, я вернулся, — пробормотал Андрей, скидывая плащ. — Не скучал. Он повалился на кровать рядом с котом, не в силах даже раздеться. Перед глазами снова проплыли картины ночи: испуганное лицо Янг, пепел вампира, слёзы Коли, улыбка Маши… и сиреневые глаза, в которых он, кажется, увидел нечто большее, чем просто готовность к бою. Он достал телефон и ещё раз посмотрел на номер. Просто «Янг». Он улыбнулся и закрыл глаза. Впервые за долгое время он заснул почти сразу, и его сны были не о боли и одиночестве, а о мороженном, бабочках и золотых драконах, рассеивающих тьму.