Моло. Пролог.
23 августа 2025 г., 14:24
Гнев нависает, словно свинцовые тучи, а в ночи раздается горький плач.
Издалека доносились едва слышные звуки музыки. Фу Няньюй пристально вглядывался в темноту в конце длинной улицы за воротами. Внезапно позади него раздался громкий крик:
— Няньюй! Няньюй! Скорее! Кто-то похитил Даньдань!
Пронзительный крик госпожи Фу Ню Чжиин, словно гигантский молот, вдребезги разбил туман в сознании Фу Няньюя. Он тут же бросился домой и последовал за супругой на задний двор. На заднем дворе росло вековое старое дерево софоры. Фу Няньюй широко раскрыл глаза — на ветке старой софоры сидел на корточках человек, облачённый в черный плащ. Большая часть его лица была скрыта капюшоном, лишь пара зловещих темно-зеленых глаз пристально смотрела на него, а из горла доносилось хриплое, прерывистое дыхание.
На руках у незнакомца крепко спала Фу Дань.
Фу Няньюй громко крикнул:
— Отпустите мою дочь!
Прокричав это, он бросился к дереву, но не смог на него взобраться. В отчаянии он отступил на шаг назад и вдруг почувствовал странный, незнакомый аромат.
Человек в чёрном плаще внезапно стремительно рванул с места и, оттолкнувшись от высокой старой софоры, перемахнул через стену. Фу Няньюй на мгновение остолбенел, а затем бросился к воротам и выбежал на длинную улицу, но незнакомец с его дочерью уже бесследно исчез.
На длинной улице ещё долго раздавались звуки горьких женских рыданий, раздирающих душу, постепенно растворяясь в ночи...
***
Пятнадцать лет назад я ушёл отсюда. Один. Пятнадцать лет спустя я вернулся. Всё так же один. Этот старый родовой дом все эти годы держал меня в плену воспоминаний. Каждая его деталь связана с двумя людьми — двумя детьми с прекрасными улыбками. Я протягиваю руку, и воспоминания переплетаются в моем сознании, а сухость в глазах постепенно сменяется давно забытой влагой. Ваньсян... сестрёнка... я вернулся. Когда я произнёс её имя, уголок моих губ дрогнул, и в сгущающихся сумерках ночи моё лицо исказилось свирепой, почти звериной гримасой.
