Прощение

День был странным. Казалось, вся крепость замерла, каждый затаил дыхание, будто боясь издать лишний звук своим существованием. О смерти отца Эймонду лично сообщил на рассвете приближённый к Визерису слуга — хранитель королевских покоев. Наверное, любой бы другой сын поспешил к своему отцу, Эймонд же замер и ничего не ответил старому мужчине. Он не был уверен, что почувствовал в этот момент. Через время, когда осознание настигло его, он не дрогнул, но в мыслях снова пронёсся вчерашний разговор с отцом. В коридорах было тихо, слишком тихо. Снаружи, со двора замка, тоже не доносилось никаких звуков. Эймонд не выходил из покоев весь день, уткнувшись в книгу, но к вечеру, по обыкновению взял свой меч и вынырнул в коридор замка. Бродил повсюду, прислушиваясь к обеспокоенному шёпоту слуг. Он всё думал: если застанет вдруг вдовствующую королеву или Эйгона, что он увидит на их лицах? Что они сказали бы ему, а он им? Он не застал ни матери, ни брата. Ему вдруг стало душно и тесно среди этих стен, отчаянно захотелось сесть на коня, доскакать до Вхагар и взлететь далеко вверх, куда-нибудь подальше. Эймонд сдержал себя, вышел во двор замка. Вечером придворные всё же начали потихоньку вяло оживать. В сердцах людей вряд ли была скорбь, но были тревога и страх за будущее. Все кланялись Одноглазому Принцу ещё ниже обычного, наверное, боялись сделать какое-то не такое выражение лица перед сыном умершего короля. Эймонд побрёл мимо пустой тренировочной площадки, дошёл до сада и направился вглубь. Сумерки. Звуки сверчков заглушили мысли, а запах цветов вынудил его вообразить присутствие сестры рядом. Он вздохнул, прислонился спиной к стволу дерева и провёл ладонью сверху вниз по лицу. Звёзды, уже видневшиеся на небе, безмятежно продолжали светить — для них ничего не изменилось. Принц вернулся в свои покои. Омылся, переоделся, приготовился ко сну, но сон не шёл к нему. Эймонд достал из прикроватной тумбы серебряную брошку, заблестевшую под светом одинокой свечи. Большим пальцем он погладил драгоценные камни на крыльях мотылька, затем перевернулся на другой бок, всё так же держа брошь в руке. Глаз его предательски метнулся к стене, за которой скрывался тайный проход. «Нет..» — подумал он и прикрыл веко. Сжал брошку в своей ладони, лежал неподвижно какое-то время. К часу призраков, так и не уснув, он резко выдохнул и поднялся, усевшись. Раздражённо взъерошил свои волосы свободной рукой и встал. Сунул брошь в карман свободных брюк. Натянул чёрную рубаху, сапоги, надел глазную повязку. Нажал на камень и вошёл в туннель. Быстро добрался до покоев сестры, стена сдвинулась перед ним, и он не мешкая вошёл внутрь. Хелейна не спала, в её покоях было светлее, чем в его. Она лежала боком на своей кровати, лицом к Эймонду. Её удивлённые глаза уставились на брата, но она ничего не сказала. Принц сразу же заметил бледность и неуверенное выражение на её лице. Шагнул к кровати один, два раза, пока не приблизился к самому краю. Склонился, оперевшись ладонью и одним коленом на матрас, снова взглянул на лицо сестры, проверяя её реакцию. Она пошевелилась, протянула руку из под одеяла к нему. Эймонд мгновенно сбросил свои сапоги и забрался на кровать Хелейны, когда она уже приподняла покрывало для него. Они лежали лицом друг к другу и не говорили. Взгляды то встречались, то вновь продолжали блуждать. Эймонд нашёл её руку, сначала дотронулся легонько, на пробу, а после, не заметив отторжения, он облизнул свои пересохшие губы и сплёл их пальцы. Её нежная кожа заземлила и успокоила его. Губы Хелейны приоткрылись, явно желая что-то сказать, но, видимо, принцесса не нашла нужных слов. Эймонд смотрел то на её губы, то в её глаза. Свободной рукой достал брошь из кармана брюк и вынул из под одеяла. Мотылёк засверкал от мерцания свечей. — Что это? — тихо нарушила молчание Хелейна, с любопытством рассматривая украшение. — Купил в городе, — хрипло ответил Эймонд, следя за лицом сестры и её заинтересовавшимся взглядом. Хелейна протянула свободную руку к брошке, но не дотронулась до неё, а положила свои пальцы на тыльную сторону ладони брата, в которой он держал мотылька. Она приподнялась, нависла над брошкой, рассматривая. — Для тебя, — уточнил Эймонд. После этих слов она наконец вновь взглянула в лиловый глаз брата, опустила голову обратно на подушку, медленно приняла серебряного мотылька с его ладони. Маленькая улыбка появилась на её губах. — Спасибо, очень красиво, — прошептала она и прижала брошь к своей груди, закрыла глаза. Эймонд долго смотрел на её трепещущие ресницы, пока по ним не стекла слезинка, растворившаяся в простыне. Она не всхлипнула, только крепче прижала к себе подарок брата. Их руки всё ещё были сплетены под одеялом. Он сжал её пальцы и, не раздумывая, начал пододвигаться ближе к Хелейне. Она, услышав шорох и открыв глаза, двинулась к нему навстречу. Уткнулась носом в его ключицы, еле заметно вздрогнула и глубоко вздохнула. Рука Эймонда мягко скользнула по талии сестры, остановившись на её спине. Когда он убедился, что она не возражает, Эймонд сильнее прижал её к своей груди. Запах розмарина и лаванды, и тепло её тела окутали его. Принц судорожно выдохнул.

‌✧‌ ‌✧‌ ‌✧

Первые лучи рассветного солнца окрасили сквозь витраж покои принцессы в нежные цвета. Хелейна лежала на краю кровати, всё ещё держа в руке брошку. Эймонд обнимал её со спины, прижавшись вплотную, лицом зарылся в белоснежные волосы сестры. Хелейна приоткрыла глаза, постепенно просыпаясь. Почувствовала какую-то тяжесть на талии, тепло позади себя и размеренное дыхание на своей макушке. Она тихонько обернулась. «Мы уснули..» — пронеслось у неё в голове. Она аккуратно отложила серебряного мотылька на тумбу, а затем медленно, так, чтобы не потревожить сон Эймонда, перевернулась к нему. Его лицо было необычно умиротворённым и от этого казалось по-мальчишески добрым, даже наивным. Хелейна невольно засмотрелась на брата. Глазная повязка, судя по всему, сползла с его головы во время сна. Обнажённый сапфир в разрушенной глазнице буквально светился под тонкими лучами солнца. Она протянула руку к его лицу, замерла в считанных сантиметрах на секунду, и неуверенно дотронулась кончиками пальцев до его раздвоенной шрамом брови. Нежно провела по ней, затем, едва касаясь, погладила острый кончик шрама на его лбу, спустилась вниз, ласково обводя холодный сапфир и рубцы ниже, на его щеке. Эймонд резко схватил её за запястье. Хелейна от неожиданности шумно вдохнула воздух сквозь губы и замерла, уставившись на брата. Он слегка нахмурился и открыл здоровый глаз. Увидев перед собой сестру, Эймонд сразу расслабил брови и свою хватку на её руке. — Хелейна.. — чуть хрипловато и удивлённо выдохнул он, а после и вовсе отпустил её запястье. — Sȳz ñāqes, — прошептала принцесса. Эймонд коротко промычал в ответ. Они какое-то время просто смотрели друг на друга, — Shijetra nyke, gōntan gaoman mirros pirta? — робко спросила она. — Daor. Īlen sepār pendagon, — тихо ответил Эймонд, отводя взгляд от её глаз. Хелейна вновь медленно и нежно коснулась его щеки своей ладонью, большим пальцем поглаживала его кожу, дотрагиваясь до шрама. Эймонд встретился с ней взглядом, не понимая, чего ему ожидать. Сиреневые глаза принцессы обводили черты его лица. В конце концов она неспешно приблизилась и легонько прижалась губами к уголочку его губ, прямо как он несколько дней назад. Эймонд замер, начав подозревать, что до сих пор не проснулся и сейчас находится в бредовом сне. Ресницы над его здоровым глазом дрогнули. Где-то в коридорах замка, за дверью покоев принцессы, неуклюжая служанка уронила поднос. Отдалённый шум заставил Хелейну вздрогнуть, отстраниться, поспешно подняться и сесть в кровати. Эймонд почти сразу сел вслед за ней. Смотря на тонкие плечи сестры он заметил, что её дыхание участилось. Сглотнул, часто заморгал и отвёл взгляд. В груди у него всё пылало, а пальцы подрагивали. Хотелось дотянуться до неё, прижать к себе и Эймонд заставил себя подняться. Он сел на край её кровати, натянул на ноги сапоги и встал. Вспомнил, обернулся. Хелейна, с румянцем на щеках, держала в руках его кожаную повязку. Не поднимая своих глаз на брата, подползла ближе к краю кровати, у которого он стоял, и протянула повязку ему. Принц стоял не двигаясь, а после внезапно обхватил её лицо ладонями и прильнул к губам с непорочным поцелуем. Повязка выскользнула из её рук и упала на пол у кровати. Она зажмурилась. Он не сдержался, сделал пару небольших мягких движений. Хелейна приглушённо хмыкнула и интуитивно приоткрыла губы. В этот самый момент раздался стук в двери покоев. Эймонд отстранился, поднял повязку с пола, встретился напоследок взглядом с раскрасневшейся сестрой и поспешил к тайному проходу.