The Cowboy/Ковбой

Прошла почти неделя с тех пор, как Кейтлин встречалась с той светловолосой женщиной, а Вай так и не удалось выяснить, о чём шла речь на той встрече. Более того, начинало казаться, что Кейтлин старается её избегать, что лишь усиливало недоверие Вай. Последние дни на неё взвалили куда больше обязанностей, и времени на то, чтобы учить «городскую штучку», почти не оставалось. Как будто нарочно, наставничество над Кейтлин взял на себя Вандер. Он говорил, что они осваивают обязанности управляющего. Что бы это ни значило, Вай оставалось только снова погрузиться в привычную рутину. Если бы не растущие подозрения, она была бы в восторге. Но вместо этого Вай оказалась в милях от ранчо, хмуро вбивая столб в землю с куда большим усердием, чем требовалось. Она шумно выдохнула, сняла шляпу и вытерла пот, стекавший по виску. Ближе к вечеру, она уже почти шесть часов торчала на этой линии. Но стадо на прошлой неделе разнесло изгородь именно там, где она проверяла её вместе с Кейтлин — так что работа явно была неотложной. — Так ты тепловой удар схлопочешь, — раздался за её спиной насмешливый голос. Вай усмехнулась и обернулась к сестре, сидящей в седле своей любимой лошади — Шиммер. Та скрестила руки на луковице седла и с ленцой наблюдала за работой Вай. — Может, тогда мне хоть перерыв разрешат, — фыркнула Вай, подняв над головой тяжёлый железный трамбовщик и со звоном опустив его на очередной шатающийся столб. Паудер закатила глаза и принялась разглядывать ногти. — Перерыв у тебя будет разве что в больнице. Серьёзно, Вай, сегодня жара — хоть в ад спускайся, — сбавь темп. — Эй, если бы ты слезла с коня и помогла, может, риск для меня был бы поменьше, — с добродушной усмешкой отозвалась Вай, снова вытирая пот со лба. Сестра выгнула бровь, чуть прищурив глаза. — Может, если бы ты поговорила о том, что тебя гложет, вместо того чтобы срывать злость на изгороди, вероятность свалиться замертво была бы куда меньше, — парировала Паудер. Вай тяжело вздохнула, опустила инструмент на землю и стащила перчатки. Запихнула их в задний карман, чувствуя, как ноют и потеют ладони. Нужно признать, без них было приятно. Вдруг её накрыла неожиданная слабость: на миг закружилась голова, колени будто подломились. Может, она и правда перегнула палку. — Воды, — прохрипела она, кивнув на флягу, привязанную к седлу Паудер. Голубоволосая протянула её, и Вай сделала долгий глоток тёплой жидкости, после чего выплеснула остатки себе на лицо. Простонала от облегчения, когда прохлада промочила рубашку и хоть немного сбила жар. — Шик, — сухо заметила Паудер, но, похоже, немного расслабилась, увидев, что Вай наконец сделала паузу. — Да, этим я и знаменита, — фыркнула та, снова нахлобучивая шляпу на мокрые волосы и опускаясь прямо на землю рядом с Шиммер, которая спокойно щипала траву. Паудер склонилась к ней сверху в ожидании, и Вай недовольно пробормотала, разминая ноющее плечо, массируя затёкшие мышцы. Сестра всегда умела видеть её насквозь, какой бы грубой Вай ни прикидывалась, — к её великому раздражению. Она знала: без разговора назад на ранчо её сегодня не отпустят. — Ладно, — сдалась Вай. — Уже пару недель меня не покидает странное чувство, будто что-то должно пойти наперекосяк. Без особой причины, просто… в голове словно что-то зудит, понимаешь? Паудер кивнула, не перебивая её. Вай глубоко вдохнула, игнорируя собственное напряжение, и продолжила. — Всё стало хуже, когда появилась Кейтлин. Я тогда сразу подумала: её внезапное появление ничего хорошего не сулит. Ну серьёзно, Кирамманов тут не было с тех пор как… чёрт, как тот пацан погиб лет двадцать назад, наверное. И вот она здесь, уверяет, что ей нужно научиться «быть ковбоем»? — Вай фыркнула, пнув носком сапога пучок травы. — Странно. И ещё эта дамочка, с которой она вчера встречалась — что это вообще было? Ничего хорошего не выйдет, если наш босс начнёт заигрывать с какой-то большой агрокомпанией, плевать как Вандер пытается это оправдать. Не знаю, Паудер, у меня ощущение, что всё тут скоро изменится. И явно не в лучшую сторону. Сестра молчала довольно долго, и единственным звуком между ними был свист ветра в траве. Вай вздохнула, наслаждаясь тем, как он освежает лицо. Сердце наконец-то начало биться спокойнее, и головокружение, что накрыло её минуту назад, постепенно отпустило. — А это разве плохо? — наконец пробормотала Паудер, и, когда Вай подняла на неё взгляд, в её глазах читался целый клубок противоречий. — Что? — Да брось, Вай. Ты правда хочешь торчать здесь вечно? Загонять себя почти до смерти ради чего? Я знаю, сколько тебе платят в «Рокинг Бар» — гроши. Им будет всё равно, оставить тебя или уволить. Для них ты заменимая. — Паудер… — глухо выдавила Вай. — Я серьёзно! — не унималась сестра. — Мы почти всю жизнь провели здесь, и что у нас есть в итоге? У меня — точно ничего. Ты выдрессировала для них столько лошадей, а всю прибыль Кирамманы прикарманили. У тебя ничего нет, Вайолет. — У меня есть ты, — парировала Вай. — У тебя есть Экко. А у нас обеих есть Вандер. Мне не нужны вещи, чтобы быть счастливой. — Это другое, и ты знаешь это. Мы семья. Семья последует за тобой куда угодно. А ты сама разве не хочешь чего-то большего? У тебя настоящий дар с лошадьми, а ты позволяешь этим богатым ублюдкам из Пилтовера забрать себе всю славу — и все деньги! — Дело не в деньгах… — глухо выдохнула Вай. — Я знаю, Вай! — уже кричала Паудер. Она спрыгнула с Шиммер и присела так, чтобы оказаться с Вай на одном уровне. — Я знаю, что не в этом дело. Но это не значит, что ты должна довольствоваться таким. Ты стоишь большего, чёрт возьми, да и я тоже. У меня диплом по ветеринарии, ради бога. Через пять лет я не хочу быть здесь, Вай. И думаю, ты тоже не должна этого хотеть. Вай не ответила, мрачно перебирая в руках пучок травы, который только что выдернула из земли. Этот разговор был для них далеко не первым — и уж точно не последним. Паудер всегда мечтала открыть собственную практику, и Вай, конечно, поддерживала её всем сердцем… но была одна гадкая часть души, которая хотела удержать сестру и никогда не отпускать. Она не хотела, чтобы Паудер ушла с ранчо, ведь тогда за ней последовал бы Экко. А судя по тому, куда всё катилось, вскоре Вандера на посту управляющего заменит «законная наследница» Рокинг Бар Рэнч — Кейтлин Кирамман. И тогда Вай останется совсем одна. Она не могла уйти, потому что не умела ничего, кроме этого, — не знала, как быть кем-то ещё, кроме как ковбоем. — Ладно, — наконец прохрипела она, отбрасывая траву и встречаясь глазами с сестрой. — На сегодня с забором хватит. Паудер печально усмехнулась и слегка покачала головой, но больше не стала спорить. Вай поднялась на ноги, отряхнула штаны и протянула руку сестре, помогая подняться. Та приняла её и тоже встала. Вай немного расслабилась: если бы сестра действительно злилась, она бы отмахнулась. — Всё ещё собираешься на тот аукцион? — спросила Паудер, снова запрыгивая в седло Шиммер. — Чёрт, совсем вылетело из головы. Спасибо, что напомнила, — заметила Вай и поднесла пальцы ко рту, свистнув Криттеру. Тот пасся довольно далеко, но вскинул голову, услышав звук, и двинулся к ней. — Почему бы тебе не взять Кирамман? — вдруг предложила Паудер, застигнув Вай врасплох. — Эм… А с чего бы это? — Пусть сама посмотрит, как тут всё устроено, — небрежно пожала плечами сестра. — Ты же вроде как должна ее ввести в курс дела, обучить основам. Криттер наконец подошёл, всё ещё жуя пучок травы. Вай дружески хлопнула его по плечу, а затем запрыгнула в седло, нагретое под солнцем за прошедшие часы. Она окинула сестру подозрительным взглядом, не понимая, к чему та клонит. У Паудер была известная неприязнь к семье Кирамман, по множеству причин, и Вай никак не могла взять в толк, почему та вдруг стала поощрять её добровольное общение с одной из них. Впрочем, слишком уставшая, чтобы копаться в мыслях дальше, она пришпорила Криттера пятками и направила его обратно к ранчо. — Может, и возьму, — крикнула она на ходу, проезжая мимо Паудер, которая тоже тронула Шиммер с места в галоп. Они мчались наперегонки по равнине, смеясь во весь голос. Ветер хлестал так сильно, что Вай пришлось придерживать шляпу, чтобы та не слетела. Вот оно, какая должна быть жизнь, решила она. Ветер, кони и её сестра — все вместе, несущиеся домой к ужину. Она и представить не могла, что может быть лучше.

***

Спустя несколько часов, после горячего душа, переодевшись, Вай стояла у двери Кейтлин. Она чувствовала себя неловко — словно подросток, собравшийся впервые пригласить девушку на свидание и боящийся, что дверь откроет её отец. Что за глупое сравнение, одёрнула она себя, качнув головой. И дело было вовсе не в том, что она нарядилась особенно тщательно — на ней были всего лишь чистые джинсы и белая рубашка, заправленная за пряжку её любимого ремня. Она выбрала самую менее грязную пару сапог, пригладила волосы гелем, убрав их с лица, и водрузила сверху свою лучшую чёрную шляпу. — Чёрт, — пробормотала она себе под нос, осознав, что совершенно случайно принарядилась ради другой женщины. Может, это всё-таки солнечный удар. Неважно. С виду она выглядела обычно, Кейтлин даже не обратит внимания. Она пыталась отложить в сторону этот странный клубок эмоций, подняла руку и трижды постучала в дверь. В голову внезапно закралась мысль снять шляпу, пока ждала — но она её отогнала. Это было бы уже чересчур, это сделало бы момент чем-то большим, чем он есть на самом деле. А на самом деле — всего лишь две женщины, идущие на аукцион скота посреди глуши. Абсолютно ничего романтичного. Она даже не спросила у Кейтлин, хочет ли та идти — просто пришла к ней на порог… Дверь распахнулась, оборвав её лихорадочный поток мыслей. Кейтлин стояла в дверях, небрежно опершись о косяк и с лёгким недоумением разглядывала Вай. На ней были спортивные штаны и до безобразия короткий топ. Вай пришлось приложить немало усилий, чтобы взгляд не скользнул к открытому животу — чересчур уж он был подтянутый. В горле предательски застрял ком, и она откашлялась. — Эм… здравствуй? — поздоровалась Кейтлин, заглядывая за её спину, будто проверяя, одна ли она пришла. У Вай в груди кольнуло неловкое чувство: похоже, Кейтлин уже готовилась к спокойному вечеру. — Привет. Знаю, я не спрашивала, — торопливо заговорила Вай. — Я только что с пастбища, времени не было. В общем… я еду сегодня на аукцион в город, говорят, там будут лошади. Хочешь со мной? Кейтлин моргнула от неожиданности, её взгляд пару раз скользнул сверху вниз по фигуре Вай, задерживаясь на непривычно аккуратном виде ковбоя. На миг Вай показалось, что она заметила лёгкий румянец на скулах женщины. — Ладно, — неожиданно согласилась Кейтлин. — Только если ехать не верхом. Вай нервно хохотнула: — Эм… нет, конечно. Я на грузовике, надо же прицепить трейлер — мало ли, если с чем-то вернёмся. Она замялась, перебирая пальцы, — уж слишком остро ощущала, насколько не в своей стихии находилась сейчас. — Слава богу, — рассмеялась Кейтлин. — Я только-только перестала чувствовать боль после езды на Герти, а прошло уже несколько дней. Заходи, можешь подождать на диване, пока я что-нибудь накину. Вай почтительно склонила голову и сняла шляпу, входя в хижину, а затем закрыла за собой дверь, пока Кейтлин торопливо скрылась в спальне. Она осторожно присела на край дивана, вертя шляпу в руках. Её взгляд скользнул по хижине — ни следа уюта, ни фотографий на стенах, ни беспорядка на столах. Если не считать стопки бумаг и книг на кухонном столе, жилище Кейтлин мало чем отличалось от собственного. Вай вдруг стало грустно: её дом, в котором она жила уже много лет, был столь же пуст, как и у той, кто поселилась здесь всего пару недель назад. — Ладно, — голос Кейтлин вырвал её из задумчивости. Вай обернулась, посмотрела на женщину. Не прошло и пяти минут с тех пор, как та скрылась в спальне, но теперь Кейтлин выглядела так, словно только что сошла с обложки модного журнала — по крайней мере, в глазах Вай. На ней было обтягивающее платье синего и белого цветов, едва доходившее до середины бедра. Воротник плотно облегал шею, а рукава из белой воздушной ткани доходили до локтей, повторяя отделку подола. Под платьем виднелись чулки, заправленные в кожаные сапоги выше колена — и те выглядели на удивление практичными, а не как обувь для светской вечеринки. И вдруг Вай словно забыла, как правильно дышать. — Ч-э… э-э… Ты, эм… уверена, что хочешь надеть это на скотный аукцион? — наконец-то она смогла выговорить, язык вроде больше не путался. Кейтлин опустила глаза на себя, а затем вновь подняла взгляд на Вай. — Что? — легкомысленно отозвалась Кейтлин, распахивая входную дверь и придерживая её для Вай. — Ты нарядилась, я подумала, что и мне стоит. Вай почувствовала, как у неё загорелись щёки. Значит, Кейтлин заметила. Она поднялась с дивана, колени вдруг стали такими же податливыми, как и днём от жары, и вышла из хижины, водрузив шляпу обратно на голову. — Нет-нет, всё… хорошо. Отлично. Я хочу сказать, выглядишь ты потрясающе. Просто… будь готова к тому, что внимание к тебе будет приковано, — пробормотала она, направляясь к грузовику, который заранее подогнала ко двору. — Ну, — протянула Кейтлин, идя следом. — Это ведь аукцион. Внимание только в плюс, если хочешь выиграть лошадей. Вай промолчала — говорить всё ещё было нелегко, пока они приближались к пикапу. Не сказав ни слова, она распахнула пассажирскую дверь, решив, что женщине, выглядящей так ослепительно, как Кейтлин сейчас, и впрямь не к лицу открывать двери самой. Та посмотрела на неё с лёгкой улыбкой, но с места не двинулась. — А, — спохватилась Вайолет, осознав, что в таком коротком платье забираться в машину будет непросто. — Вот. Она протянула ладонь. Кейтлин чуть склонила голову набок, по-прежнему пристально разглядывая Вай, но всё же приняла её руку и забралась на сиденье. Когда Кейтлин устроилась, Вай захлопнула за ней дверь и обошла машину, направляясь к водительскому сиденью. — Да остынь ты, всё нормально. Не делай из этого цирк, — прошипела она самой себе, пытаясь унять дрожь в руках. Сделав глубокий вдох, Вай распахнула дверь, запрыгнула в кабину и провернула ключ в замке. К счастью, рёв мотора и грохот радио заглушили её суматошные мысли на короткой дороге до аукционного дома, и за десять минут пути ей удалось хоть немного взять себя в руки. Они въехали на парковку и молча направились внутрь. Потребовалось немного времени, чтобы протиснуться и найти место на трибунах. Сегодня тут было особенно людно — казалось, весь Заун явился. Вай старалась не обращать внимания на взгляды, которых Кейтлин будто бы вовсе не замечала, пока они пробирались сквозь толпу. Ей самой уже пришлось огрызнуться на парочку ковбоев, которые решили, что им позволено не только глазеть, но и лапать женщину. Кейтлин либо не уловила этого, либо ей было всё равно: она спокойно устроилась ближе к задним рядам. Вай рухнула рядом с ней, шумно выдыхая, довольная хотя бы тем, что они перестали двигаться. Она вытащила каталог со списком животных и начала лениво перелистывать страницы, делая вид, будто вовсе не замечает, как бедро Кейтлин прижимается к её собственному. На трибунах все сидели плечом к плечу, и их буквально втиснули в пространство, которое, по-хорошему, было рассчитано только на одного человека. Вай едва не оказалась на коленях у соседа с другой стороны — но даже это не отвлекало её от того факта, что она чувствовала тепло чужой кожи сквозь джинсы. Она судорожно сглотнула и поёрзала на месте. В загоне уже прогоняли первых животных, но, судя по всему, до лошадей дело пока не дошло. Вай почувствовала лёгкое дёрганье за рукав и повернулась — Кейтлин что-то сказала, но в гуле толпы её слова было невозможно разобрать. — Что? — крикнула Вай. Кейтлин повторила, но без толку. Вай покачала головой и указала на ухо, мол, говори прямо туда. Та наклонилась ближе и повысила голос: — Я спросила, как это вообще работает? Вай никак не была готова к тому электрическому разряду, что пронёсся по телу от её голоса, прошептанного прямо в ухо. Она вздрогнула, сжала руки в замок. Держи себя в руках, Мейсон. Соберись. Она повернулась, придвигаясь лицом ближе к женщине, чтобы та тоже услышала её ответ. — В общем, — объяснила Вай, стараясь не обращать внимания на то, как приятно пахнет другая женщина, — лошадь выводят на арену и начинают торги. Если хочешь участвовать — просто подними руку. Вон там, на экране, держат текущую ставку, потому что аукциониста порой трудно понять. Кейтлин кивнула и наклонилась вперёд. Вай повернула голову ближе, чтобы лучше расслышать. — Хорошо. Какой у нас бюджет? За какую мы боремся? Они снова поменяли положение, теперь Вай говорила ей в ухо. — Мне очень нравится номер пятнадцать, — сказала Вай. — Но она слишком хороша, за неё отвалят минимум пять тысяч. У меня от силы две тысячи отложено, выше идти не могу. Мы смотрим только необъезженных. Ну, по сути, самых чокнутых, тех, кого никто не хочет. Они уйдут дёшево. Страшные, злые ублюдки — ну и ладно, — она усмехнулась. Кейтлин снова поманила её ближе, и Вай подчинилась. — Просто продолжай ставить на пятнадцатую, — почти шёпотом произнесла она, так тихо, что Вай едва расслышала. Та нахмурилась, покачала головой. Она не могла себе позволить пятнадцатую, не собиралась разоряться в ноль ради одной кобылы. Вай уже собиралась отрезать ей это прямо в ухо — но, повернувшись, оказалась буквально в сантиметре от лица Кейтлин. Та вовсе не отвернулась, чтобы дать ей говорить. Голубые глаза впились в глаза Вай, и дыхание у неё перехватило от их близости. Она чувствовала и её дыхание — лёгкое касание, едва скользнувшее по собственным губам. Стоило только наклониться вперёд — и они бы уже целовались, двигаться почти не пришлось бы. Вай видела, как глаза Кейтлин начинают медленно закрываться, как та чуть склоняет голову набок. Она сама облизнула губы, втянула в лёгкие побольше воздуха— — А вот и номер пятнадцать в нашем каталоге, народ! Разве не красавица? Только взгляните на её масть! — голос ведущего раскатился по залу, выдернув Вай из наваждения. Кейтлин уже сидела прямо, щёки пылали алым. Вай резко отпрянула, смущение заставило её отвернуть взгляд от другой женщины. Её глаза, отчаянно искавшие за что зацепиться, остановились на кобыле, бегавшей по загону. Это была ослепительная пало́мино , шерсть так начищена, что золотистый бок будто сиял, а грива и хвост отливали ослепительной белизной. Казалось, она не бежала — парила над ареной, фыркая и красуясь перед публикой. — Чёрт, вот это красавица, — пробормотала Вай, всё ещё пытаясь стряхнуть с себя унижение. К её удивлению, Кейтлин посмотрела на неё и кивнула — похоже, расслышала её прекрасно, несмотря на шум. Аукционист снова привлек их внимание, громко заговорив в микрофон: — Ну что ж, леди определённо особенная! Начнём с двух тысяч! Рука Вай взмыла вверх, но внутри у неё всё сжалось. Стартовая ставка уже равнялась её потолку. И, как она и ожидала, цена тут же поползла вверх. Вай опустила руку. Разочарованная, но не удивлённая, она пролистнула каталог дальше, выискивая следующего интересного коня. — Пять тысяч! Есть пять? — выкрикнул аукционист. — Раз! Вай тяжело вздохнула, остановившись на номере двадцать — сером мерине , которого привезли сюда после того, как он сломал ногу своему последнему всаднику. Прелесть, просто. — Два! — продолжил голос над ареной. Движение рядом заставило её вскинуть голову — и Вай увидела, как Кейтлин поднимает руку, делая ставку в шесть тысяч долларов. Вай тут же схватила её за руку, яростно замотав головой: — Ты что творишь?! — прошипела она, даже не зная, услышит ли её женщина в этом шуме. Цена снова подскочила — мужчина впереди предложил семь тысяч. Кейтлин встретилась с ней взглядом и снова подняла руку. — Восемь тысяч! — прозвучал её голос над толпой. — Раз, два… продано! Красавице с задних рядов за восемь тысяч долларов! — проревел аукционист. И так же стремительно, как всё началось, всё закончилось: паломино вывели из арены, освобождая место для пары коз. Начался новый раунд торгов, а Кейтлин поднялась, подмигнув Вай, и направилась оформлять бумаги и расплачиваться. Очнувшись от шока, Вай поспешила за ней, лавируя в толпе. Она почти потеряла её из виду и даже перешла на бег, всё ещё сверля взглядом каждого, кто слишком уж интересовался женщиной в коротком платье. Вай держалась как можно ближе к Кейтлин, ровно настолько, насколько это было уместно в их отношениях начальницы и подчинённой. Но поток людей всё время толкал их, сбивая Кейтлин с курса, и тогда Вай положила ладонь ей на поясницу, мягко направляя к месту, где проходила оплата. Сейчас Вай не думала о том, что Кейтлин вогнала её в долги. Куда сильнее её занимал тот факт, что под ладонью ощущалась кожа Кейтлин — только сейчас Вай заметила, что платье у неё было с открытой спиной. И ей даже показалось — пусть лишь на миг, — что Кейтлин вздрогнула от её прикосновения. Наверное, просто показалось. Наверное.