The Cowboy/Ковбой

Кейтлин пришла вовремя, впервые с момента их знакомства. Она выбежала из-за угла конюшни, запыхавшись и ведя за собой недовольную Герти. На губах Вай невольно появилась кривая усмешка. Она так и не поняла, почему Кейтлин так настойчиво захотела отправиться вместе с ней в бурю, но всё же была благодарна за помощь. Возможно, где-то в душе она даже радовалась, что может побыть с этой женщиной ещё немного, пусть и в таких сложных условиях. — Успела в последний момент, — с ухмылкой сказала Вай, когда Кейтлин наконец подошла к ней. Она пыталась шутить, чтобы скрыть волнение, которое всё сильнее охватывало её, особенно теперь, когда буря была совсем близко. Тучи стали совсем чёрными, и вдалеке уже начали вспыхивать молнии, разрывая потемневший горизонт. Ветер с каждой минутой усиливался, и ей приходилось крепко придерживать шляпу, иначе её бы просто сдуло порывами. Вай была рада, что успела накинуть куртку, пока забирала Мусса, — становилось прохладно. Вай скосила взгляд на обнажённые плечи Кейтлин. Ещё днём она с явным удовольствием позволяла себе разглядывать женщину в обтягивающей майке, отмечая, как ткань облегала её грудь. Но теперь думалось лишь о том, что Кейтлин замёрзнет без ещё одного слоя одежды. — Продрогнешь. Может, сбегаешь за толстовкой? — предложила она, легко закидывая ногу через седло Мусса. Кейтлин лишь упрямо покачала головой и, собравшись, вскарабкалась на Герти с куда большей ловкостью, чем на прошлой неделе. Вай отметила про себя с оттенком уважения: явно тренировалась. — Я в порядке, — твёрдо отрезала Кейтлин, собирая поводья. — К тому же, это ведь ненадолго, верно? Вай вскинула бровь. — О, кексик, я такого не говорила, — Она усмехнулась и вонзила шпоры в бока Мусса. Лошадь рванула вперед, ускоряясь до галопа. Времени терять было нельзя: тучи надвигались с пугающей скоростью, и ей вовсе не хотелось тратить его на спор о какой-то куртке. Раз уж Кейтлин решила упрямиться — её дело. Позади послышался стук копыт: Кейтлин пустила Герти быстрее, и вскоре обе лошади, гулко громыхая, вырвались за ограду ранчо и рванули в бескрайние равнины. Они стремительно двигались вперед, и Вай несколько раз оглядывалась, проверяя, не отстала ли спутница. Но Кейтлин всё ещё держалась. Она подпрыгивала в седле довольно неуклюже, но не сдавалась. Решимость, написанная на её лице, отозвалась чем-то в глубине живота Вай, и та была благодарна за то, что стук копыт заглушал её сбившееся дыхание при этом виде. Она снова повернулась вперёд, заставляя себя вглядываться в степь в поисках хоть каких-то следов коровы. До того места, где, по словам Вандера, она пропала, ещё было далеко, но надежда лишней не бывает. Почти машинально Вай потянулась вниз и коснулась лассо, чтобы убедиться, что оно всё ещё на месте. Крупный рогатый скот можно было охарактеризовать двумя словами: упрямый и глупый. Пытаться загнать корову в грозу — почти безнадёжное дело, так что придётся добавить немного «убеждения». Вай, конечно, была сильной, но не настолько, чтобы справиться с животным весом под шестьсот килограммов. Ей наверняка придётся заарканить 316-ю и привязать корову к луке седла, чтобы отвести её домой. Именно поэтому она и выбрала Мусса, а не Криттера. Тот был мелким и юрким, больше подходил для перегона и прочей работы на ранчо, тогда как Мусс отличался массивным сложением и мог выдержать упорство даже самой строптивой коровы. Вай наклонилась и похлопала Мусса по плечу, заранее поблагодарив за предстоящую работу. Конь в ответ дёрнул ухом назад — мол, понял. Примерно через полчаса изнурительной скачки Вай подала знак остановиться, когда впереди показалась речушка. Кейтлин, едва удерживая Герти, остановила её с громким стоном и тут же осела на луку седла. Вай тоже тяжело дышала, пот на её лице смешивался с дождём, который начал моросить с неба. Оба коня были взмылены и явно рады короткому отдыху, каким бы коротким он ни был. — Ты как, кексик? — выдохнула Вай, сплюнув в кусты под собой. — Почему, — прохрипела Кейтлин, делая паузу, чтобы вдохнуть, — ты непременно должна так меня называть? Похоже, поездка потрепала женщину не только физически: в её акценте Вай уловила явное раздражение. Она усмехнулась, сняла шляпу и вытерла со лба пот. Вай прекрасно понимала, что Кейтлин наверняка уже вся ломит от усилий удержаться в седле. Бедняжка будет счастлива, если завтра вообще сможет ходить. Вай старалась не обижаться на злость. — Ты правда решила спросить об этом сейчас? — ухмыльнулась она. Кейтлин только фыркнула и закатила глаза, всё ещё пытаясь отдышаться. — Нет времени лучше настоящего, — парировала она, но в голосе уже прозвучала мягкость. — Уже говорила же, — отозвалась Вай. — Потому что ты кексик. Нежная, вся из себя изящная… — Надеюсь, «сладкая» тоже в этом списке, — пробурчала Кейтлин, приподняв бровь. — На первом месте, дорогуша, — беззаботно бросила Вай. Другая женщина напряглась в седле и не ответила. Опасаясь, что случайно задела её, Вай добавила: — Ну, если когда-нибудь разубедишь меня, я заткнусь. А пока поехали дальше, кексик. Она цокнула на Мусса и повела его через ручей. Вода пока была мелкой, и Вай могла видеть следы коровы, легко определяя, куда та направилась. Кейтлин издала мучительный звук, но всё же подтолкнула Герти, заставив её последовать за Вай через воду. Надо признать, Вай впечатлило, что эта изнеженная особа зашла так далеко. Она была почти уверена, что та сдастся куда раньше. Когда Вай вела Мусса сквозь деревья, всё ещё следуя за копытными отпечатками, её мысли незаметно унеслись к женщине, ехавшей рядом. Вай бросила на неё взгляд из-под тёмных ресниц, и в животе у неё предательски защекотало, когда она увидела, как Кейтлин прикусила нижнюю губу в сосредоточенности. Снова и снова эта женщина умудрялась её удивлять. Кейтлин была упрямой, это уж точно. Вай ожидала, что она окажется такой же, как и все дети из богатых семей, которых она встречала, — ленивой и высокомерной. Но, несмотря на акцент, Кейтлин оказалась куда более приземлённой, чем можно было подумать. И, к тому же, доброй. Вечно опаздывающая? Возможно. Разочарованная? Определённо. Но то, как она буквально свалилась на арену от волнения за Вай… Она передёрнула плечами, снова бросив взгляд на Кейтлин. Подобного поступка она ожидала бы от семьи — но от женщины, которую едва знала? И уж тем более после всей этой истории с покупкой лошади… Она натянула поля шляпы ниже, не желая, чтобы Кейтлин заметила её румянец. Они выбрались из полосы деревьев и оказались перед новым бескрайним пастбищем, где следы терялись в высокой траве. Вай выругалась и жестом велела остановиться, решая, в какую сторону двигаться дальше. — Думаю, она пошла туда, — крикнула Вай, перекрывая завывающий ветер, что усилился, пока они были в лесу. Она указала прямо вперёд, надеясь, что не ошибается. Здесь были тысячи акров земли, и заблудиться было проще простого, если Вай не будет осторожна. Темнота сгущалась, зловещий ветер лишь нагнетал тревогу, а стремительное падение температуры совсем не добавляло уверенности. Сделав глубокий вдох, она пришпорила Мусса, разгоняя его в галоп по открытому пространству. Кейтлин была прямо за ней. Они мчались по прериям, а Вай лихорадочно осматривала окрестности, в надежде заметить хоть какой-то след 316-й. К её тревоге, дождь разошёлся всерьёз: капли, холодные как лёд, секли лицо, будто раскалённые иглы. Она поморщилась, пригнув голову, и скосила взгляд назад, под руку — на Кейтлин. Ей явно было гораздо хуже. Рубашка промокла до нитки, тёмно-синие волосы липли к щекам, и Вай почти видела, как у неё стучат зубы. Ещё десять минут, пообещала она себе. Десять минут, и если мы её не найдём — разворачиваемся. — Держись, держись… сейчас пройдёт, — пробормотала Вай, но слова моментально унесло ветром, прежде чем она успела услышать их сама. Молния полоснула по небу — слишком близко, чтобы чувствовать себя спокойно. Вай стиснула зубы, когда следом ударил гром такой силы, что у неё заложило уши. Она встряхнулась, подгоняя Мусса ещё быстрее. Следов заблудившейся коровы всё ещё не было. Хотя, если честно, Вай уже сомневалась, что тёлка окажется на открытом пространстве. Скорее всего, она ушла в лес, чтобы укрыться. Вот только на горизонте не виднелось ни единого дерева. Значит, оставалось только ехать дальше. Оба коня явно нервничали: Мусс мотал головой, громко фыркал. Вай провела ладонью по его шее, стараясь успокоить. Они всё неслись вперёд, и Вай раз за разом оглядывалась через плечо, проверяя, держится ли Кейтлин позади. Та не жаловалась, только щурилась сквозь дождь, с лицом, застывшим от страха и упрямства. Вай лишь молилась про себя, чтобы та выдержала. Падение так далеко от дома обернулось бы куда большей бедой. Облегчение нахлынуло, когда впереди начали вырастать редкие деревья, а вскоре показался и целый лес. Вай едва не сорвалась на радостный крик. Будь я коровой — именно туда бы и забилась, — с усмешкой подумала она и дёрнула поводья, направляя Мусса к ближайшей рощице. И тут, сбоку, ударила одинокая молния, расколовшая высокую сосну неподалёку. Раздался звук, больше похожий на протяжный стон или даже визг, а следом грянул оглушительный раскат грома. Мусс резко шарахнулся в сторону. Вай едва не вылетела из седла, отчаянно цепляясь, чтобы восстановить равновесие на обезумевшем коне. Сердце ухнуло в горло, и она снова обернулась — к облегчению, Кейтлин всё ещё держалась в седле, хоть на лице у неё и застыл чистый ужас. Губы девушки почти посинели от холода. На миг Вай чуть не задохнулась от нахлынувшей вины при этом зрелище. Она же впутала их обеих в эту историю, не так ли? Вай резко дёрнула поводья, заставляя Мусса остановиться. Конь нервно перебирал ногами на месте, мотал головой и громко фыркал. Она вцепилась в мокрые ремни, чувствуя, как кожа в сырости разъедает ей ладони, пока она боролась, удерживая тяжёлого коня. Кейтлин остановила Герти рядом — та вела себя куда спокойнее, чем Мусс, и за это Вай была безмерно благодарна. Кейтлин бы точно не удержалась на лошади, которая боялась грозы. — Что? — перекричала Кейтлин шум дождя. — Вот! — рявкнула Вай, стягивая с себя промокшую куртку и протягивая её другой женщине. Кейтлин попыталась оттолкнуть её, но Мусс снова шарахнулся в сторону, и Вай просто швырнула куртку ей в руки. Лёдяной дождь хлестал по её обнажённым плечам, но Вай не обращала внимания — лишь кивнула Кейтлин. Сердце подскочило к горлу от внезапной тревоги за другую женщину: даже под курткой её плечи заметно дрожали. — Прости… — начала Вай, но её слова тут же заглушил новый раскат грома. Мусс взвился на дыбы с пронзительным ржанием. Вай вскрикнула — лука седла больно врезалось в левое бедро, — но удержалась, вцепившись в поводья. — Вай! — крикнула Кейтлин, толкнув Герти вперёд, в её голосе звучала паника. — Я в порядке! — выдавила она сквозь зубы, сжимая ноющее бедро и пытаясь удержать обезумевшего коня. — Держись подальше! Герти, казалось, начала заражаться страхом Мусса. Она тоже фыркала и била копытами, а Кейтлин едва держалась в седле, опасно покачиваясь, пока пыталась совладать с ней. Чёрт. Лошади накручивали друг друга. Нужно было срочно вытащить их из этой передряги — пока кто-то всерьёз не пострадал. Пока не пострадала Кейтлин. Мысли Вай метались в голове, и о 316-й она уже даже не вспоминала — всё заслонило внезапное, глухое чувство, что нужно защитить эту женщину любой ценой. — Давай вернёмся! — крикнула Кейтлин, показывая назад, в сторону, откуда они приехали. Что-то в нутре Вай заставило её колебаться. Какая-то внутренняя, почти животная интуиция шептала, что возвращаться назад — плохая идея. Но стоило ей снова взглянуть на Кейтлин — промокшую до нитки, дрожащую от страха и холода, — как Вай отбросила это чувство. — Ладно! — крикнула она, резко разворачивая Мусса к линии деревьев, откуда они пришли. Конь был почти в панике: фыркал, рвал удила зубами и норовил сорваться вперёд, пока они продирались обратно к ручью. Мышцы Вай горели от напряжения, а бедро пульсировало тупой болью там, где врезался седельный рожок. Она проклинала все силы вселенной, но одновременно благодарила их за то, что Кейтлин была жива и цела. Они успеют вернуться, времени хватит. А потом её взгляд упал на ручей. Только это уже был вовсе не ручей. От проливного дождя он разросся и превратился в бурный поток мутной воды, прорезавший себе новое русло в земле. Его ширина почти удвоилась, а течение было таким быстрым, что оно вырвало из почвы ветви и даже молодые деревья. Вай обернулась — Кейтлин, широко раскрыв глаза, смотрела на бешеную воду с откровенным ужасом. — Эй! — крикнула она, размахивая рукой, чтобы привлечь внимание. — Всё будет в порядке! Кейтлин уставилась на неё, и слёзы готовы были смешаться с потоками дождя, стекавшими по щекам. Сердце Вай болезненно сжалось, но она изо всех сил постаралась выглядеть уверенно. Нужно двигаться, и нужно двигаться сейчас. Ещё немного — и ручей станет непреодолимым, заперев их здесь без укрытия. — Кексик, — позвала она, стараясь вновь поймать её взгляд. — Мне нужно, чтобы ты сейчас была храброй. Сможешь? Женщина кивнула, всё ещё до смерти перепуганная. — Хорошо, — выдохнула Вай, лихорадочно обдумывая варианты. — Отлично. Ладно, слушай: тебе нужно перегнать Герти на другой берег. Держи угол против течения. Если пойдёшь быстро, то проскочишь. Кейтлин начала качать головой, её голубые глаза расширились ещё сильнее, но Вай подняла руку, обрывая протест: — Это единственный способ, клянусь. Рядом пойти — слишком опасно. Но я буду прямо за тобой. Кейтлин снова посмотрела на бурлящую воду, словно кипящую от ярости. Мусс нервно забил копытом по земле и громко фыркнул. Вай вжала правую пятку в его бок и подвела его вплотную к Герти, так близко, что её нога касалась бедра Кейтлин. Свободной рукой она осторожно опустила ладонь на плечо синеволосой женщины, пытаясь отвлечь её от бурлящего потока. Она чувствовала, как та дрожит. Когда глаза Кейтлин вновь метнулись к воде, Вай подняла руку выше, коснувшись её лица. Лёгким движением она развернула его к себе — и едва не потеряла дыхание, встретившись с её взглядом. Они застыли так всего на несколько секунд, но для Вай этот миг значил больше, чем всё, что она когда-либо переживала. — Ты должна довериться мне, Кейтлин, — выдохнула она, и ветер едва не унёс её слова. Голубые глаза женщины распахнулись шире при звуке собственного имени, и в этом головокружительном взгляде начало проступать что-то тёмное, задумчивое — то, от чего у Вай всегда сбивалось дыхание. — А теперь — вперёд! Она не дала женщине времени на отказ и опустила руку, которой только что держала её за лицо, прямо на круп (это задняя часть корпуса лошади) Герти, звонко хлопнув ладонью. Кобылка рванула вперёд, а Кейтлин изо всех сил ухватилась, когда лошадь бросилась в поток. Вай подстегнула Мусса, и он, поколебавшись лишь мгновение, тоже прыгнул в воду. Сначала всё шло нормально. Вода доходила лошадям до груди, но они держали равновесие, упираясь в течение. Берег был уже близко, Герти почти выбралась на сушу. А потом её качнуло. Видимо, то ли скользкий камень на дне, то ли сама сила потока сбила Герти с ног, но этого оказалось достаточно, чтобы Кейтлин опасно завалилась в сторону. Вай с ужасом наблюдала, как та повисла на гриве, изо всех сил цепляясь, чтобы не сорваться с лошади в воду. Вай не думала и не дышала — просто действовала. Она погнала Мусса вперёд, делая ровно то, от чего сама же предостерегала Кейтлин, и поставила его бок о бок с маленькой кобылкой. Вай отпустила поводья, намотав их на луку седла, и потянулась к Кейтлин, чтобы подтолкнуть её обратно на лошадь. Она изо всех сил вставала на стременах, напрягая каждый мускул, чтобы удержать Кейтлин от падения в ненасытный поток, ревущий вокруг их ног. Кейтлин наконец-то забралась в седло, и Вай почувствовала огромное облегчение. Кейтлин в порядке. А потом случилось нечто странное. Когда Герти сделала ещё один шаг вперёд, её снова занесло. Но вместо того чтобы потерять равновесие, как раньше, она резко подалась назад и навалилась на Мусса, использовав более крупного коня, чтобы вытолкнуть себя из воды. Мусс оступился и рухнул на колени, борясь с течением, и поток вырвал Вай из седла. Последнее, что она успела увидеть, прежде чем её накрыли бурлящие волны, — это как Герти, спотыкаясь, всё же выбирается на берег, а Кейтлин с ужасом смотрит ей вслед. В следующий миг Вай швырнуло под воду, и её плечо с силой ударилось о камень на дне. Она раскрыла рот, чтобы закричать, но вода ворвалась внутрь, перекрывая любые звуки и заполняя каждую щель её тела. Вокруг не существовало ничего, кроме безжалостного течения — мутного и чёрного, — и она в отчаянии цеплялась хоть за что-нибудь. Лёгкие горели огнём, пока её несло течением, швыряя о острые камни и обломки. Всё, что она могла видеть, чувствовать, слышать и ощущать на вкус, — это её собственная агония. Наконец, уже в тот миг, когда она готова была сдаться и позволить воде унести себя прочь, её вытянутые пальцы нащупали зацепку. С чудовищным всхлипом Вай вырвалась на поверхность, вцепившись изо всех сил в бревно, о которое только что ударилась. — Вайолет! Она вяло повернулась на крик, разум слишком медленно соображал, чтобы уловить происходящее. Голова кружилась, всё тело ломило от боли. Но она снова дышала. Она была жива. — Верёвку, Вайолет, хватай, чёрт побери, верёвку! Голос прозвучал снова, и Вай простонала, её мозг всё ещё был слишком затуманен, чтобы уловить смысл слов. По руке пробежало щекочущее ощущение, и она медленно опустила взгляд, задыхаясь и отхаркивая воду с каждым вздохом. Лассо скользило по воде, разматываясь. Она проследила за ним взглядом и наконец увидела всё: Кейтлин на берегу, верхом на Герти. В руках у неё было лассо, которым она яростно размахивала и кричала. С тяжёлым, вялым стоном Вай схватилась за верёвку, и Кейтлин начала тянуть. Несколько мучительных минут Вай боролась с течением. Её тело царапалось о камни, а другая женщина изо всех сил пыталась вытащить её из воды. Наконец, Вай оказалась на суше. Она выплёвывала грязную воду, которая всё ещё обжигала лёгкие. Вай перекатилась на спину, задыхаясь, кашляя и благодаря вселенную за Кейтлин. — О боже, чёрт возьми, боже мой! — раздался перепуганный голос над ней. Кейтлин спрыгнула с Герти и буквально рухнула на ковбойшу, сжав её в объятиях так сильно, что Вай всерьёз опасалась: ещё немного, и у неё будет трещина в рёбрах. — Всё нормально, — прохрипела она, слабо поднимая руку, чтобы похлопать дрожащую женщину по спине. — Всё в порядке, всё в порядке… Где Мусс? Первой мыслью Вай — помимо того, что в её объятиях была прекрасная женщина, — было, как справился с этим потоком её большой конь. К счастью, Кейтлин даже не успела ответить, прежде чем Вай увидела сама: Мусс стоял в нескольких метрах от них, его поводья были наспех привязаны к поваленному дереву. — Он поднялся почти сразу, как только тебя унесло, — быстро заговорила Кейтлин. — С ним всё в порядке. Я успела схватить его и привязать, прежде чем броситься за тобой. О боже… С тобой всё хорошо? — повторила она, её голос дрогнул, когда она отстранилась и вгляделась в ковбойшу. Вай осознала, что женщина плачет. Она смотрела в голубые глаза спасительницы и недоумевала, как вообще оказалась в этой ситуации. Кейтлин взяла её лицо в ладони, большими пальцами ласково проводя по рассечённым щекам, а у Вай потемнело в глазах. Только спустя миг она поняла, что сжала ткань ее рубашки в кулак. На то, чтобы понять, что она прижалась губами к Кейтлин, ушло две секунды. А на то, чтобы осознать, что Кейтлин отвечает на её поцелуй, — три. Вай резко обернулась, когда другая женщина бросилась к ней. Голова закружилась, и в сознании что-то надломилось, как будто прорвало плотину. Нежность, о существовании которой она и не подозревала, хлынула через край, наполняя каждую клеточку её тела, пробегая от пальцев ног, сжатых в сапогах, до кончиков пальцев, запутавшихся в волосах Кейтлин. Их носы сталкивались, но поцелуй оставался осторожным — они только начинали исследовать друг друга, пока дождь вокруг играл свою симфонию. Казалось, будто мир стал ярче… или, наоборот, потускнел, и единственным источником света оставалась Кейтлин. Каждый сбивчивый вдох, каждый дрожащий изгиб изящных пальцев — Вай ощущала всё до мелочей. Она не хотела, чтобы это заканчивалось. Никогда. Внезапно тёплые, жадные губы Кейтлин исчезли, словно их вырвали у Вай. Она невольно застонала от разочарования и приподнялась на локтях. Другая женщина, сидя на пятках, прижала пальцы к губам, её глаза были широко раскрыты, полные самых разных эмоций. — Ты, — выдохнула Кейтлин хрипло, — законченная идиотка. Что угодно ожидала услышать Вай, но только не это. — Что?.. — начала она, ошарашенно. — Нет! — резко перебила её Кейтлин. — Ты хоть понимаешь, что, чёрт возьми, делала?! Ты специально пыталась себя угробить? Потому что у тебя почти получилось, Вайолет! — Я пыталась спасти твою задницу, — огрызнулась Вай, чувствуя себя так, будто её только что ударило плетью. Кейтлин яростно тряхнула головой и скрестила руки на груди. Щёки её были пунцовыми, а огромные голубые глаза — расширены до предела. Несмотря на это, она продолжала сверлить ковбойшу на земле ледяным взглядом, только сильнее сбивая Вай с толку. — Да какая разница, — прорычала Кейтлин. — Нам нужно выбраться из этой чёртовой бури, а ты вряд ли дотащишь себя обратно до ранчо. Мы застряли. Вай простонала и откинула голову на влажный песок, позволяя дождю омывать лицо. Он всё ещё лил с яростью, но после бешеного потока казался почти мягким. Она заставила себя сосредоточиться, думать — и не о том, какого вкуса были губы Кейтлин. — Охотничья хижина, — вдруг выпалила она, глаза распахнулись от озарения. — Что? — раздражённо откликнулась Кейтлин. — Тут неподалёку есть хижина, — выдавила Вай, указывая в сторону ближайшей полосы леса. — Парни пользуются ей во время охотничьего сезона. Должна быть чуть дальше за деревьями. Переждём там, пока буря не утихнет. Кейтлин промолчала, какое-то время глядя на Вай так, будто хотела что-то сказать. — Тогда пошли, — наконец произнесла она резко. Высокая женщина поднялась на ноги, схватила поводья Герти и протянула руку ковбойше. Вай нахмурилась, не зная, хочет ли принимать помощь от той, что только что на неё накричала, несмотря на её едва не закончившееся смертью геройство. Но боль в щиколотке была слишком сильной, и она нехотя схватилась за протянутую ладонь, с трудом поднимаясь. Оказавшись на ногах, она тихо заскулила — колени тут же предательски подогнулись от боли. — Опирайся на меня, — пробормотала Кейтлин, её голос был лишь чуть мягче, чем минуту назад. Вай не стала спорить и зашагала рядом, хромая, пока Кейтлин осторожно обнимала её за талию. Она пыталась уцепиться за свою обиженную злость на вычурную пилтоверскую штучку и не поддаваться теплу, что исходило от прикосновения Кейтлин. Не получилось. Но Вай решила притвориться, что получилось. Дорога к месту, где стоял Мусс, показалась бесконечной. Каждый шаг отдавался жгучей болью, и к тому моменту, как они доковыляли до лошади, всё её тело уже почти полностью висело на руках Кейтлин. — Привет, Мусс, — пробормотала она, когда они подошли к коню. Оба животных, похоже, уже успокоились: борьба с течением вымотала их так, что на новые выкрутасы сил не осталось. Вай осторожно развязала поводья, и эта промокшая до нитки четвёрка медленно двинулась в сторону укрытия. Вай с усилием толкнула рассохшуюся дверь, морщась, когда ей в лицо ударил клуб застоявшегося воздуха. Лошадей они привязали к крыльцу снаружи — навес хоть немного защищал животных от дождя. Место для подножного корма там тоже было, а Мусс и Герти давно привыкли ночевать на привязи. Правда, Кейтлин пришлось заверить в этом раза три, прежде чем она согласилась оставить их. Сама хижина оказалась тесной — по сути, чуть больше тринадцати квадратных метров. Ни электричества, ни воды, а вместо спальных мест — спальные мешки, спрятанные в затхлом шкафчике. К счастью, их хотя бы стирали и заменяли каждый раз, когда кто-то пользовался охотничьим приютом. «Крыша и четыре убогие стены» — так когда-то выразился Вандер. Для Вай же это место выглядело как настоящий рай. — После вас, — пробормотала она, опираясь на дверной косяк и придерживая дверь для Кейтлин. Темноволосая девушка с трудом сдержала гримасу при виде убогого интерьера, но промолчала и прошла внутрь. Вай с облегчением выдохнула и позволила двери захлопнуться за собой, погрузив их в кромешную темноту. — Чёрт. — Вайолет? — Да знаю я, мать его. Подожди… Где-то тут должна быть лампа… Шум дождя, барабанящего по крыше хижины, полностью заглушал возню Вай, которая в полной темноте рылась в поисках походного фонаря. Буря разыгралась с новой силой, и всё строение стонало при каждом порыве ветра. Кейтлин, казалось, испуганно пискнула, когда небеса расколол новый раскат грома. Но последовавшая за этим тишина заставила её усомниться в своих ощущениях. Наконец, после бесконечных поисков, её пальцы коснулись знакомого контура лампы. Ещё несколько секунд она шарила в темноте, пока не нашла коробок спичек рядом. Это был керосиновый фонарь — Вандер настаивал на том, что это дешевле. Его логика была проста: батарейки быстро садятся, а спички и топливо всегда можно держать про запас, так что лампа на горючем — вариант надёжнее. Вай с трудом пыталась зажечь эту чёртову штуковину и была с этим сейчас категорически не согласна. Она с облегчением выдохнула, когда огонь наконец-то вспыхнул и лампа ожила, заливая комнату тёплым оранжевым светом. Поставила фонарь на ближайшую полку и опустилась на пол, прижавшись спиной к стене. Осознание того, как близко она была к смерти, всё ещё не дошло до конца, и ей совсем не хотелось размышлять о собственной смертности под взглядом Кейтлин Кирамман. Поэтому она просто подтянула колени к груди и уткнулась в них подбородком, стараясь унять дрожь, пробегающую по всему телу. Кейтлин спасла её. Кейтлин спасла её. Городская штучка с заносчивым видом и этими убийственными голубыми глазами, которая в жизни не закидывала ногу в седло, в одиночку вытащила Вай из пасти смерти. Именно она втянула их обеих в смертельную передрягу, и именно Кейт умудрилась вытащить их обратно. Эта женщина оказалась куда крепче, чем Вай изначально думала. Кейтлин засела у Вай под кожей с той самой секунды, как вышла из этого дурацкого лимузина несколько недель назад. И Вай бы врала самой себе, если бы сказала, что с тех пор та не занимала её мысли каждую чёртову минуту. Она пыталась не думать об этом, Господи, как же пыталась, но раз за разом терпела поражение. Она прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться на дыхании, а не на том, как ощущались губы Кейтлин на её собственных. Шторм в её голове был почти столь же оглушительным, как ураган, бьющийся о стену в каких-то сантиметрах позади. Когда она снова открыла глаза, перед ней была только Кейтлин. Та смотрела прямо на неё, и нежные черты её лица ловили мягкий свет керосиновой лампы. В этом тусклом свете даже её пронзительные глаза казались мягче, и Вай ощутила, что может сломаться под тяжестью этого взгляда. Две женщины молча смотрели друг другу в глаза, пока вокруг бушевала буря. Мрак будто поглотил все огни, и казалось, что это они сами излучают свет в этой темноте. — У тебя кровь. Голос Кейтлин прозвучал почти шёпотом, едва различимым сквозь вой ветра. Вай скосила взгляд на плечо и заметила там рваную рану от удара о дно ручья. По руке тонкой струйкой стекала кровь, уже успевшая запятнать костяшки пальцев. — Где-то тут должна быть аптечка, — пробормотала она, поворачиваясь к шкафчику. Порывшись всего несколько секунд, она вытащила пластиковую коробку с экстренными мед принадлежностями и достала из неё вату и пузырёк с перекисью водорода. Сначала нужно было очистить рваную рану, а уже потом перевязать её. Но пальцы предательски дрожали. Вай могла расквасить кому угодно нос и не моргнуть, но стоило увидеть собственную кровь — приходилось бороться, чтобы не отключиться. Обычно Паудер была рядом и накладывала швы после драки или падения. Но сестры сейчас не было. Вай глубоко вдохнула, стараясь игнорировать, как всё плыло перед глазами, и достала пузырёк со спиртом. Её остановила мягкая ладонь на здоровом плече. Рядом на корточках сидела Кейтлин. — Позволь мне, — прошептала Кейтлин, её глаза были полны нежности, когда она посмотрела на ковбойшу. Вай несколько раз моргнула, крепче сжав в руках пластиковую аптечку, прежде чем неохотно протянула её, вдруг почувствовав, что растерялась. Кейтлин переместилась на другую сторону, и Вай замерла, уставившись прямо перед собой. Напряжение достигло предела, и в боку уже начала ныть судорога. Она не знала, что больше её тревожит: страх боли или мысль о прикосновении другой женщины. И вот её руки легли на Вай — мягко и точно, когда она ватой промакивала грязь и кровь. Вай вздрогнула. — Так, ковбойша, — пробормотала Кейтлин. — Не шевелись, будет щипать. Вай втянула воздух сквозь зубы и зашипела, когда женщина плеснула жидкостью на рассечённое плечо. Она знала, что будет больно, но всё равно почувствовала, как в глазах выступают слёзы. — Сука… — процедила она, несколько раз глухо стукнувшись затылком о стену. Кейтлин сделала паузу, давая ей перевести дыхание, прежде чем снова наклонить бутылочку. — Чёрт, Кирамман! — взорвалась Вай, дёрнувшись в сторону, пытаясь увернуться от жгучей жидкости. — Перестань дёргаться! — огрызнулась Кейтлин. — Предупреждай хотя б— — Заткнись, — выдохнула она, отставив бутылек и снова промокнув рану, чтобы рассмотреть её получше. — Глубокая. Тебе, возможно, нужны швы. Вай коротко расхохоталась, всё ещё кружась от боли. — Если сунешься ко мне с иглой, клянусь, я вернусь обратно в этот чёртов шторм. Кейтлин одарила её ледяным взглядом. — Даже не думай об этом, — буркнула Кейтлин. — Но признаю, что швы — это немного выше моих способностей, так что я просто замотаю всё очень туго. А теперь не двигайся. Вай прикусила язык, чтобы сдержать новые протесты, и сосредоточилась лишь на том, чтобы не потерять сознание. В хижине воцарилась тишина, нарушаемая только шумом дождя по крыше, пока Кейтлин прикладывала марлю к ране и выкапывала из аптечки бинт, чтобы зафиксировать повязку. Когда повязка стянула плечо, Вай вскрикнула от резкой вспышки боли, её рука сама взметнулась и стиснула запястье Кейтлин. — Ты ещё сильнее затянуть не можешь? — выругалась она. Кейтлин шумно втянула воздух сквозь зубы, её взгляд метнулся вниз — на пальцы Вай, крепко сжавшие её запястье, — а затем снова вверх, на лицо ковбойши. Глаза сузились. — Может, если бы ты не вела себя как законченная идиотка и не бросилась сломя голову в самую опасность, мне бы не пришлось собирать тебя по кускам, — её голос прозвучал тихо, почти шипя. Вай закатила глаза, чувствуя, как злость вспыхивает в груди, переплетаясь с болью и смущением. — Ага, конечно, сама бы ты справилась лучше, — фыркнула она. — Боже, да ты невыносимая! — прошипела Кейтлин, ловко затянув повязку одной рукой и тут же наклонившись так, чтобы оказаться прямо в поле зрения Вай. — Я? — фыркнула Вай. — Это говорит та, что даже спасибо не может сказать за то, что я спасла ей жизнь. — Благодарить тебя? — её голос сорвался на почти истеричный смешок. — Вайолет, ты забываешь: это я вытаскивала тебя оттуда. У меня всё было под контролем, но ты, конечно же, решила примчаться и сыграть в спасителя. И ради чего? Чтобы доказать что-то мне? Ты едва не погибла! — Она резко вдохнула, губы дрогнули. — Я уже видела, как тебя уносит течением, думала… думала, что ты умерла. Что я позволила тебе умереть. А потом — ты цела, ещё и находишь в себе силы… целовать меня. Как-будто это было приоритетом в тот момент. Как-будто сама мысль о том, что ты могла погибнуть, ничего не значит. — Кейтлин сжала кулаки, и её взгляд сверкнул. — Так что нет, Вайолет. Спасибо ты от меня не услышишь. Её грудь вздымалась после этой тирады, голубые глаза пылали — не только яростью, но и чем-то другим, более жадным. Тишина повисла между ними — удар сердца, второй. Кейтлин дёрнулась, пытаясь высвободить руку. И тогда Вай поняла: она всё ещё сжимала её запястье. — Отпусти, — прошептала Кейтлин. Голос был сиплым, но твёрдым, как сталь. Ошеломлённая — и чуть смущённая тем жаром, что вспыхнул где-то внизу живота от этой непривычной резкости — Вай разжала пальцы и опустила руку. — Вот так, — выдохнула тёмноволосая, проведя языком по нижней губе. — Наконец-то делаешь то, что тебе сказано. Сдавленный всхлип, вырвавшийся у Вай из горла, прозвучал унизительно, и она едва не зажала рот ладонью от смущения. Кейтлин внимательно посмотрела на неё, лицо её оставалось непроницаемым, и от этого ковбойша заёрзала ещё сильнее. А потом — с тем же спокойствием, словно просто щёлкнула выключателем, — тёмноволосая женщина прижалась к её губам. Исчезла нерешительность их поцелуя на берегу. Её сменила лихорадочная, отчаянная жажда. Кейтлин жадно впивалась в её губы так, будто искала что-то всю жизнь — и наконец нашла ответ в губах Вай. Её руки скользнули к бёдрам Вай. Та зашипела от боли. Она оторвалась от её губ лишь на мгновение, когда Кейтлин надавила на синяк на боку. Кейтлин выдохнула что-то похожее на извинение и убрала руку. Её пальцы погрузились в волосы Вай. Она резко потянула её голову назад и тут же снова поцеловала. Она ощущала, как напряглись упругие мышцы живота Кейтлин, когда та оседлала её колени, прижимаясь к ней всем телом — так, как Вай прежде позволяла себе лишь воображать, оставаясь одна по ночам, с ладонью, зажатой на губах, чтобы сдержать любые звуки, пока она прикасалась к себе. Вай простонала ей в губы, и Кейтлин воспользовалась моментом, скользнув языком в её рот, всё ещё удерживая её голову запрокинутой, крепко сжимая волосы. Вай обняла Кейтлин за талию. Её руки скользнули под ткань рубашки, пальцы впились в кожу, оставив полукруглые следы от ногтей на рёбрах. Кейтлин одобрительно застонала, её бёдра резко толкнули в бёдра Вай. Жар снова вспыхнул между бёдрами, и Вай сжалась в сладкой пустоте от того, как женщина яростно тёрлась о неё. Боль исчезла, тело охватил жар, она тонула в дурмане жадного желания. Все её самые потаённые фантазии оживали — те, в которых она не смела признаться даже самой себе, — и теперь разыгрывались прямо у неё на коленях. Внезапный рывок вернул её в реальность. Кейтлин тянула за край её рубашки. Когда Вай не двинулась, та разомкнула их губы с влажным звуком. — Снимай, — выдохнула Кейтлин, вцепившись в рубашку Вай. — Кексик… — прохрипела та, собираясь спросить, что они вообще делают. — Снимай, — перебила её тёмноволосая коротко и резко. Что-то в том, как упрямо сжалась её челюсть, заставило Вай забыть про вопросы. Она резко втянула воздух и начала стягивать рубашку через голову, поморщившись, когда ткань задела рану на плече. Что-то в глазах Кейтлин смягчилось, и она наклонилась вперёд, осторожно помогая стянуть рубашку с рук Вай, стараясь не задеть её рану. На мгновение женщина выглядела почти смущённой, будто её властность и напор исчезли. Но потом её взгляд скользнул к груди Вай — и в глазах снова вспыхнул тот самый хищный огонь. — Господи, Вай… — прорычала Кейтлин, ведя ладонью вверх по её натренированному животу. Острые ногти оставляли красноватую дорожку на напряжённых мышцах, поднимаясь всё выше, к ключицам. — Ты такая, чертовски, красивая. Вай застонала, подавая бёдра навстречу движениям Кейтлин и вздрогнула от трения. — Терпение, — прошептала Кейтлин, всё ещё жадно разглядывая её полуобнажённое тело. Её взгляд скользнул от ключиц по рукам вниз, а пальцы мягко обвели линии татуировок Вай. Казалось, кожа Вай горела огнём. Она не смогла сдержать мурашек, пробежавших по всему телу; соски затвердели от прикосновения холодного воздуха и от волнения быть такой открытой под жадным взглядом Кейтлин. Вай было почти стыдно от того, как сильно она ощущала собственную влажность, находясь полностью во власти этой элегантной женщины. Почти. Убедившись в своём наблюдении, Кейтлин внезапно сжала ладонями зад Вай — аккуратно обходя ушибленное бедро — и рывком оторвала её от стены, уложив на спину. Сама же снова устроилась на её бёдрах, добавив дразнящий поворот бёдрами. От неожиданной смены положения Вай ахнула и попыталась приподняться на локтях. Рука на её груди резко прижала её обратно к полу. — Ты не очень умеешь слушать, Вайолет. — Так ты и не говорила, что делать, кексик, — огрызнулась она на автомате. Кейтлин изогнула бровь, глядя на рыжеволосую с откровенным презрением. Щёки Вай вспыхнули от одного лишь этого безмолвного ответа, и она обмякла, перестав пытаться подняться. — Видишь? — промурлыкала Кейтлин, играя усмешкой в уголке губ. — Это не так уж сложно. Одним резким движением она стянула через голову свою кофту и небрежно отбросила её куда-то за спину. Горло Вай пересохло, когда её взгляд скользнул вниз по телу женщины. На ней было кружевное бельё. Кейтлин Кирамман нацепила, чёрт возьми, кружевное бельё, чтобы гоняться за коровой. Стоны, сорвавшиеся с губ Вай, звучали греховно, и она это прекрасно знала. Ей до одури хотелось приподняться и прижать Кейтлин к себе — оставить засосы на шее, спуститься вниз, к линии пояса тех самых кружевных трусиков, что соблазнительно выглядывали из-под джинс. Но испытывать судьбу она не решилась. Так и осталась лежать на полу, сжимая руки так крепко, что те задрожали от напряжения и желания. — Добрые дела должны быть вознаграждены, — тихо сказала Кейтлин, наклоняясь, чтобы расстегнуть застежку лифчика. — Я ведь щедрая. У Вай перехватило дыхание. Она никогда не была религиозной, никогда ни во что не верила настолько, чтобы посвятить себя вере. Но даже если бы сам Господь смотрел на неё в этот момент, Вайолет с радостью распяла бы себя у подножия алтаря Кейтлин Кирамман. И сделала бы это с улыбкой на своём еретическом лице. Кейтлин рывком подалась вперёд, снова прижав их губы друг к другу. Вай застонала, ощущая обнажённую кожу, скользящую по её коже. Она выгибалась навстречу, словно стремясь стать ещё ближе. Соски Кейтлин тёрлись о живот Вай, становясь твёрже с каждым движением её бёдер вверх. Кейтлин жадно ловила каждый её звук, врываясь языком в рот ковбойши, целуя так глубоко, что у Вай перехватывало дыхание. Когда наконец она отстранилась, между их губами натянулась тонкая нить слюны — и Кейтлин лениво облизнула губы, разрывая её. Глаза Вай распахнулись от растерянности, когда губы Кейтлин оторвались от её рта, но тут же вновь сомкнулись, едва она почувствовала зубы женщины на своём соске. Из её горла вырвался стон, она выгнулась вперёд, вжимаясь в горячий рот Кейтлин, и задрожала, когда та прикусила, мягко потянув за чувствительный бугорок. Бёдра Вай дёрнулись в диком, сбивчивом ритме, отчаянно ища опору — хоть что-нибудь. — Такая жадная, Вайолет, — прошептала Кейтлин, осыпая горячими поцелуями её живот. Вай откинула голову назад так резко, что та гулко ударилась о деревянный пол, и в ушах зазвенело. Слова Кейтлин подлили масла в огонь, заставляя жар между её ног разрастаться в невыносимое пламя. Дыхание сбилось, мысли путались. Единственное, о чём она могла думать, единственное, что чувствовала, — это жажда. Она нуждалась в Кейтлин так, как, казалось, никогда ни в чём не нуждалась раньше. Будто читая её мысли, Вай почувствовала, как Кейтлин рванула за пряжку ремня, расстёгивая его и без колебаний стягивая джинсы до колен. Она не стала тратить время, стаскивая их дальше — вместо этого её язык скользнул вдоль линии пояса, всё ниже и ниже, пока губы не прижались к самому центру Вай, через тонкую ткань её боксёров. Из горла Вай вырвался сдавленный всхлип, её пальцы скользнули в волосы Кейтлин, подталкивая её ближе. Но тут же её остановила железная хватка на запястье. Она опустила взгляд и увидела, как Кейтлин сжимает её руку так крепко, что костяшки пальцев побелели, а глаза её были широко раскрыты и устремлены прямо на Вай. Женщина медленно покачала головой — и Вай не смогла сдержать стон, когда это движение коснулось её распухшего клитора. Она бессильно уронила руку обратно на пол, сжимая пальцы, изо всех сил стараясь не ткнуть Кейтлин туда, где отчаянно нуждалась в её прикосновении. — Такая послушная, — простонала Кейтлин, и вибрация её слов на пропитанной влагой киске Вай заставила бёдра дёрнуться вверх ей навстречу. Из груди Вай вырвался жалобный стон — жар между ног был уже почти невыносимым, болезненным. — Скажи, чего ты хочешь, Вайолет, — хрипло потребовала Кейтлин, скользя вверх по телу ковбойши, пока их носы не оказались на одном уровне. — Ты… ты ведь знаешь, чего я хочу, — прохрипела Вай, извиваясь и толкаясь бедрами о ногу Кейт. Её глаза закатились, когда она почувствовала наконец нужное трение. Она застонала и продолжила, пока сильная рука Кейт не схватила её за горло, заставляя остановиться. Вай открыла глаза и встретилась с холодным, жестким взглядом Кейтлин. Другая женщина выглядела растрёпанной: губы припухшие, зрачки распахнуты от желания. Вай застонала, её веки дрогнули и сомкнулись, будто она пыталась навсегда выжечь в памяти этот образ Кейтлин — такой откровенно порочной. — Вайолет, — резко оборвала её Кейтлин, пальцы на горле сжались чуть сильнее — и как напоминание, и как немой вопрос. — Пожалуйста, — простонала Вай, сдаваясь мгновенно. — Прикоснись ко мне. Кейтлин не медлила ни секунды. Её свободная рука скользнула под боксёры Вай, не пытаясь их стянуть. Средний палец коснулся влажной промежности ковбойши, и Кейтлин тут же уронила голову ей на плечо, издав протяжный стон. Вай была невероятно горячей и готовой. Тело рыжеволосой дрожало, каждая мышца напряглась, пока она наблюдала, как выгибается спина Кейтлин. Её заводило одно лишь осознание этого отчаянного желания. — Пожалуйста, — снова простонала Вай. И этого оказалось достаточно. Кейтлин скользнула внутрь одним пальцем, войдя до самой костяшки, а потом вытащила его лишь для того, чтобы тут же добавить второй и загнать их так глубоко, как только могла. Вай не смогла даже попытаться сдержать хриплый крик, сорвавшийся с её губ от ощущения, что её полностью и без остатка заполняют. Не дав ей ни секунды привыкнуть, Кейтлин начала двигаться с яростной силой. Зубы вонзились в шею Вай с такой силой, что ковбойша сразу поняла — завтра там останется след. Но ей было плевать, абсолютно плевать. Она закинула ноги выше и переплела лодыжки у поясницы Кейтлин, продолжая двигаться навстречу, умоляя углублять движения. Кейтлин застонала Вай в шею, её бёдра дрожали от напряжения, пока она с силой вжимала её в половицы. В животе Вай зародилось знакомое чувство — спираль наслаждения, готовая сорваться вниз. Каждый толчок Кейтлин точно попадал в цель, заставляя Вай дрожать и выгибаться, отчаянно ища хоть малейшего касания клитора. Но этого не было. Тогда Вай решила взять ситуацию в свои руки. Вай подняла руку и обхватила пальцами челюсть Кейтлин, заставив её оторваться от шеи и посмотреть на себя. Та нахмурилась, слегка удивлённо, и Вай прижала к её губам два пальца. Кейт почувствовала, как перехватило ее дыхание, когда она поняла, чего от неё хотят. Зрачки расширились, не затягивая паузу, она послушно приоткрыла рот. Втянула пальцы Вай внутрь, обвела их языком, пока они не стали влажными и скользкими. Как бы счастлива Вай ни была просто наблюдать, как её пальцы снова и снова исчезают в чужом рту, но пульсирующая боль между ног становилась уже невыносимой. Она скользнула рукой от губ Кейтлин вниз и начала тереть свой клитор быстрыми, яростными кругами. Кейтлин опустила глаза, наблюдая, как Вай ласкает себя. Из груди женщины вырвался тихий стон. Её бёдра судорожно тёрлись о бедро Вай, но находили лишь пустоту. В какой-то момент что-то внутри неё изменилось, когда она продолжила наблюдать, как Вай сама себя доводит до безумия. Она глубже ввела в нее пальцы, заставляя их скручиваться с каждым толчком. Каждое движение Кейт отзывалось непристойно влажным звуком, заполнявшим тесное пространство между ног Вай. — Господи, — простонала Кейтлин, не отрывая взгляда от каждого подрагивания пальцев Вай. — Ты только послушай себя, Вайолет. Чтобы доказать свои слова, она снова изогнула пальцы — и глаза Вай закатились. — К-Кейтлин, — выдохнула та, когда за веками уже вспыхивали искры, а внизу живота нарастало тепло. — Я больше… не смогу. — Ты такая молодец… так чертовски хороша для меня, — прохрипела Кейтлин, на лбу её выступили капли пота. — Давай, малышка, кончи для меня. Вай подчинилась. Вай сжалась так сильно вокруг пальцев Кейтлин, что та едва могла двигать рукой. Её тело затрясло, спина выгнулась дугой, когда оргазм накрыл её, словно поезд, — волны наслаждения захлестнули так мощно, что Вай на миг показалось, будто она ослепла. Она вскрикнула, вторая рука метнулась к спине Кейтлин, царапая её в отчаянной попытке ухватиться хоть за что-то, что удержит её на земле. Кейтлин застонала ей в плечо, раскачивая их обеих вперёд, вбивая пальцы ещё глубже в узкую киску Вай. Она бормотала сквозь зубы, срываясь на тихие ругательства, наблюдая, как ковбойша кончает у неё на глазах, доводя себя до предела. Господи, она буквально ощущала её у себя в животе. Когти Вай скользнули по спине Кейтлин, оставляя красные полосы, пока она медленно сползала с вершины. Бёдра ещё дёргались в слабых конвульсиях, а затем напряжение в один миг покинуло её тело — и она рухнула обратно на пол безвольно, полностью выжатая. Она судорожно хватала воздух, делая прерывистые вдохи, моргая, пока пятна перед глазами постепенно исчезали. Кейтлин осторожно выскользнула из неё, оставив влажный звук, от которого Вай вспыхнула и выдохнула нервный смешок. Вторая тоже тихо хмыкнула, почти со смехом, и наклонилась, чтобы коснуться губами вспотевшего лба ковбойши. — Ты в порядке? — мягко спросила Кейтлин, проведя сухими пальцами по щеке Вай — той самой рукой, что минуту назад была между её ног. В этом жесте было столько заботы, что Вай показалось: её сердце вот-вот разорвётся. Чёртова посторгазменная уязвимость. — Да, — прошептала она, скользнув ладонью вниз, к молнии на брюках Кейтлин, решив заглушить переполнявшие её чувства сексом, а не проживать их. Но та перехватила её запястье — на этот раз мягко — и покачала головой. — Как бы я ни хотела, ковбойша, — сказала Кейтлин с лёгкой улыбкой, — Тебе запрещено слишком активно двигаться, из-за меня твоя рана снова начала кровоточить. Вай опустила взгляд и поморщилась, заметив маленькое красное пятно, проступившее сквозь бинт. — Тогда в следующий раз, — тихо сказала она, поднимая глаза на другую женщину. В её взгляде был невысказанный вопрос, на который она пока не решалась дать ответ. — В следующий раз, — так же тихо согласилась Кейтлин. Сердце Вай предательски дрогнуло. Они погрузились в уютное молчание: голова Кейтлин лежала у неё на груди, а пальцы мягко скользили по коже. Вся их прежняя лихорадочная страсть испарилась, оставив после себя лишь тёплое спокойствие. Напоминанием о ней оставались только синяк на шее Вай и липкость на пальцах Кейтлин. Вай прикрыла глаза и откинула голову на пол, наслаждаясь этой тишиной. Её рука обнимала женщину, пальцы лениво играли с кончиками её тёмных волос. — Ты сказала моё имя, — вдруг произнесла Кейтлин. Вай фыркнула и легонько шлёпнула её по плечу. — Не зазнавайся, Кирамман. Во время секса совершенно нормально звать партнёра по имени — ты это понимаешь, да? О боже, только не говори, что это у тебя впервые. Кейтлин Кирраман, неужели ты девственница? — она театрально ахнула, изображая ужас. Кейтлин закатила глаза и фыркнула, щекоча бок Вай, пока та не залилась смехом. На миг она замерла, а потом заговорила снова — тише, мягче, почти неуверенно: — Нет, Вайолет. Не сейчас. У ручья, перед тем как мы вошли в воду. Ты назвала меня Кейтлин. — Ох, — Вай почувствовала, как её щёки вспыхнули. — Ну… да, похоже, назвала. Кейтлин тихо хмыкнула, ничего больше не сказав, её пальцы всё так же мягко скользили по груди Вай, пока они слушали, как за стенами бушует буря. Ковбойша ощущала: последствия последних двух часов не заставят себя долго ждать. Как только они покинут эту хижину и вернутся на ранчо, всё изменится — Вай знала это наверняка, как своё имя. Но сейчас были только они двое, и такие вещи, как последствия, имели значение лишь тогда, когда переступишь порог. Эта хижина могла бы существовать в вакууме — по крайней мере, так казалось Вай. И ей это нравилось. Они лежали рядом, переплетясь руками и ногами, спутанные в тех же узлах, что и их чувства. Снаружи ветер выл и рвал стены, словно жаждал добраться до женщин внутри, но его удерживал свет, льющийся из окон хижины.