The Cowboy/Ковбой

Вай с силой взлетела по ступенькам своей хижины, засунув руки в карманы джинсов.— Ведёшь себя как ребёнок, — пропела за её спиной сестра.— Ничего подобного! — огрызнулась Вай, дёрнув дверь так резко, что та с грохотом ударилась о перила.Упс.— Соглашусь с этим, Мэйсон, — откликнулся Экко, встав рядом с Паудер, обнимая её за плечи так, будто это было в порядке вещей. Они стояли у подножия крыльца Вай, одетые для выхода в свет. Паудер была в светло-голубом платье до середины бедра, свободно струящемся по её тонкой фигуре, а короткие волосы были собраны в два забавных хвостика. Её парень был в обтягивающих джинсах и клетчатой рубашке того же оттенка, на голове — чёрная шляпа. Для такой жары длинные рукава были явно лишними, но Экко просто обожал одеваться под ковбоя, даже несмотря на то, что наотрез отказывался садиться в седло. Вай не раз подшучивала над этим. Хотя, надо признать, вместе они смотрелись чертовски мило. — Ну ещё бы, если только ты не хочешь спать на диване, — усмехнулась Паудер, ласково похлопав парня по щеке. Он улыбнулся ей в ответ и чмокнул её в лоб. — Фу-у, — простонала Вай, останавливаясь в дверях и кривясь от демонстрации их нежностей. Паудер показала ей язык, и Вай тут же ответила тем же, заставив сестру закатить глаза. — Придётся тебя разочаровать, сестричка, но отмазок сегодня не будет, — сказала она. — В дом переодеваться. Ты идёшь с нами, нравится тебе это или нет. Вай застонала снова, на этот раз ещё громче, запрокинув голову в показательной драме. День у неё выдался тяжёлый: целый день в пастбищах, где она ставила бирки на скот, — и меньше всего на свете ей хотелось заканчивать его в душном баре с липкими столами и шумной толпой. Куда приятнее было бы смыть грязь в душе, усесться перед телевизором и уговорить шесть банок пива, пока не вырубится. Но спорить с Паудер было бесполезно. — Ладно, но я остаюсь только на один напиток, — рявкнула она, выставив перед друзьями указательный палец. — Один, слышите? Я серьёзно. Её слова утонули в победных криках пары. Экко даже замахал шляпой над головой. Вай не удержалась и хмыкнула. — Ого, мы реально вытащили Вайолет Мейсон с ранчо, — выдохнул Экко, нарочито преувеличив своё удивление. — Народ, проверьте-ка, не замёрз там ад. Вай с усмешкой отмахнулась от них и скрылась в своем жилище. — Это пойдёт тебе на пользу! — крикнула ей вслед сестра. Ковбойша захлопнула дверь между ними, так и не сумев стереть с лица лёгкую улыбку. Иногда было приятно напоминать себе, что тебя действительно ждут, даже если близкие — несносные засранцы. Домик встретил её темнотой и тишиной, к счастью. Короткая передышка, кусочек покоя перед тем, как снова выйти в шумный мир. Вай скинула грязные сапоги и повесила рабочую шляпу на вешалку у двери, туда же, где хранила все свои головные уборы — и ковбойские, и повседневные бейсболки. Разминая затёкшие плечи, она прошла в ванную, стягивая с себя перепачканные и пропитанные потом вещи и бросая их кое-как в сторону двери шкафа. До корзины для белья они не долетели всего на пару дюймов, но Вай было слишком лень нагибаться. Её взгляд упал на телефон, лежавший на прикроватной тумбочке, и на сложенный листок бумаги под ним. Номер Кейтлин. Вай никогда не была особенно дружна с техникой, да и на ранчо пользовалась телефоном редко. Все, с кем ей хотелось поговорить, жили в паре шагов отсюда. До недавнего времени. Раньше она таскала телефон с собой повсюду — на случай, если вдруг придётся срочно звонить. Теперь же оставляла его в домике на весь день, чтобы самой себя не искушать. Номер Кейтлин она ненароком выучила наизусть, что только осложняло ситуацию. Ковбойша мотнула головой, отгоняя из памяти образ темноволосой женщины в последние мгновения перед её отъездом с ранчо. Прикосновение её губ, вкус кофе и ополаскивателя для рта… Вай раздражённо фыркнула и шагнула в ванную, включив душ на самый холодный режим. Нужно было привести мысли в порядок перед выходом. Нельзя позволять себе снова и снова возвращаться к навязчивым фантазиям о той женщине. Она всё ещё упрямо избегала сделать первый шаг, хотя жгучей обиды, что терзала её две недели назад, когда Кейтлин уехала в Пилтовер, уже не было. Теперь, стоило ей подумать о ней, оставалась лишь тупая боль, похожая на затухающую синеву ушиба. Если быть честной, у Вай не было веской причины не написать ей. Она была упряма, и её упрямство часто служило достаточным объяснением для всех её действий. Ну и, пожалуй, гордость тоже. Она посмотрела на своё отражение в зеркале, пробегая глазами по ссадинам и синякам, покрывающим руки. С тех пор как Кейтлин уехала, Вай работала от рассвета и до заката — а чаще и по нескольку часов после. Она бралась за любые дополнительные дела: чистку стойл, подбрасывание сена — всё, что требовало сил и выматывало тело до изнеможения. Дополнительная работа на ранчо окупилась хотя бы физически — Вай была в лучшей форме, чем когда-либо прежде. А это уже о многом говорило, ведь она и так всегда гордилась своим телом. Но на самом деле у неё была причина надрываться на лишних заданиях — только так можно было хоть немного выбить из головы воспоминания о другой женщине. Иначе она просыпалась бы среди ночи вся насквозь мокрая — и не только из-за пота, с призраком пальцев Кейтлин внутри себя. К несчастью, это случалось уже не раз за последние недели. Поэтому днём она старалась взваливать на себя как можно больше физической работы. Чем сильнее уставала, тем легче было уснуть и проспать до утра. Холодный душ помогал справляться с отсутствием Кейтлин. Она снова напомнила себе об этом, когда шагнула под ледяные струи, резко втянув воздух сквозь стиснутые зубы от холода. Но даже холод не мог до конца отогнать мысли о Кейтлин, стоило Вай провести руками по своему телу. «Соберись», — отчитала она себя. Через пять минут Вай вышла из ванной — чистая и дрожащая. Приглушённые голоса на крыльце заставили её поторопиться — Вай сообразила, что Эко и Паудер ждут её снаружи. Она быстро вытерла волосы и пригладила их гелем, который держала специально «на такие случаи». Она натянула обтягивающие чёрные джинсы, свои любимые коричневые сапоги из змеи и коричневый ремень с огромной бляхой, гордо сиявшей прямо над молнией. И нет, это не было компенсацией — пряжку она честно выиграла. Вай усмехнулась себе под нос. — Поторапливайся там! — донёсся голос Эко из её открытого окна спальни. — Я вообще-то уже одета, — буркнула она, стоя полуголая у шкафа. Понимая, что у неё есть максимум пара минут до того, как кто-нибудь вломится внутрь, Вай схватила обтягивающую белую футболку и натянула её. Пока одной рукой заправляла её в джинсы, другой ухватила свою лучшую чёрную ковбойскую шляпу, аккуратно водрузила ее на свеже приглаженные волосы и шагнула наружу. — Вот! Готово, — выдохнула она, подняв руки, чтобы продемонстрировать наряд. Эко тихо присвистнул. — Девчонки сегодня будут от тебя без ума, Вай. Она выразила своё недовольство, закатив глаза, и шутливо пнула в его сторону. Он удобно устроился в её новом, только что установленном крыльцевом кресле, которое ещё не поддалось износу. После того фиаско с Кейтлин, Вай решила вложиться в нормальную мебель. Паудер даже не оторвалась от телефона, только что-то одобрительно хмыкнула. — Алло? Земля вызывает Паудер? — протянула Вай, размахивая рукой прямо у сестры перед носом. — А? Ой, прости, сестрёнка. — Паудер наконец оторвала взгляд от экрана, недовольно скривилась и вздохнула. — Вай, прихвати свой телефон? У меня батарея садится, я уже пять минут пытаюсь вызвать нам тачку. — А мы что, не на пикапе? — Да мы будем слишком пьяные, чтобы рулить, — фыркнула Паудер и соскользнула с колен Эко, поднимаясь на ноги. Вай проворчала себе под нос. Ей захотелось напомнить, что вообще-то она обещала только один бокал, но решила промолчать. В глубине души она и сама знала: как только согласилась, никаким одним напитком дело не ограничится. — А твой бойфренд что, телефоном не может воспользоваться? — возмутилась она, совсем не горя желанием снова тащиться в дом за своим. — Разбил на прошлой неделе в мастерской, — хохотнул парень. — Дурак, положил слишком близко к краю верстака с пилой. — Ладно, — она раздражённо вздохнула и, топая, вернулась в дом. Она резко выдернула телефон из зарядного устройства и засунула его в задний карман джинсов. Записка от Кейтлин упала на пол, и Вай мельком взглянула на неё, прежде чем небрежно пнуть под кровать.. Ей не нужна была эта лишняя замануха.

***

На дорогу до бара, что находился всего в десяти милях отсюда, у них ушло почти сорок минут. Водительница (тут именно женщина) вежливо объяснила, что Заун — не самое удобное место для заказа такси, особенно в такой глуши, как их ранчо. Поэтому лучший вариант для обратной дороги — уговорить кого-нибудь из посетителей бара подбросить их назад. Вай щедро оставила ей на чай за хлопоты (и за грязевые пятна на шинах). Ковбойша уже не раз пожаловалась, что если бы они просто поехали верхом, то добрались бы сюда вдвое быстрее. Паудер сделала вид, что не слушает её ворчания, пока они подходили ко входу в «Последнюю Каплю». Этот бар давно стал любимым местом местных ранчеров — и за общую атмосферу, и за то, что здесь играла «лучшая музыка в городе», если верить Вандеру. Говорили, что в своё время он тут работал, в партнёрстве с нынешним владельцем заведения, Стивеном Силко. Это было ещё до того, как Вандер окончательно повзрослел и понял, что его настоящее призвание — быть ранчером. Вай и представить не могла, что можно хотеть чего-то другого, кроме жизни ковбоя, так что, наверное, она понимала Вандера. Стоило им только открыть дверь бара, как она едва не отшатнулась от того, насколько громко гремела музыка. Пятничный вечер — ничего удивительного, но всё же слуху понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть. — Будь лапочкой, возьми мне пива? — крикнула она Экко прямо в ухо, перекрывая шум. Несколько секунд оглядывая плотную толпу добавила: — Лучше два. А я поищу нам столик. Мужчина кивнул, выражая согласие, подхватив Паудер, начал пробираться сквозь толпу к стойке. Вай же свернула в другую сторону и направилась в дальний угол, туда, где обычно стояла их любимая кабинка. Предсказуемо, она уже была занята. Двое пьяных вусмерть мужиков развалились на сиденьях, хохоча так, что едва держались прямо. Даже не удосужились поднять головы, когда она подошла. Вай со всей силы хлопнула кулаком по столу, заставив обоих подскочить и резко протрезветь. — Этот стол занят! — рявкнула она, сверкая глазами на двоих пьянчуг. У одного хватило наглости изобразить возмущение, будто он собирался поспорить с заявлением Вай. Она лишь хрустнула костяшками пальцев, невольно демонстрируя свежие синяки на руках — след недавней потасовки. (И правда, не по её вине — кто-то из рабочих снова загнал лошадь в стойло, не вычистив её как положено. По мнению Вай, после всех её нотаций они уже должны были выучить правила её конюшни назубок.) После этого кабину освободили без лишних разговоров. Она обернулась, почувствовав руку на талии, и встретилась взглядом с сестрой и Экко, который улыбался во весь рот. — Всегда выгодно брать с собой в бар свирепую Вай Мейсон — место гарантировано! — радостно выкрикнул он, протягивая ей два пива, которые она заказывала. Вай благодарно кивнула, устроилась в кабине и с довольным стоном сделала долгий глоток из первой бутылки. Паудер и Экко последовали её примеру, каждый со своим стаканом в руке. Пара начала шутливо препираться из-за какой-то девушки, которая, по словам Паудер, флиртовала с Экко у стойки, так что Вай, оставшись без дела, огляделась по сторонам. В баре было битком, не протолкнуться, и до полуночи ещё оставалось время. Её взгляд зацепился за женщину, которую она смутно помнила — они как-то танцевали вместе пару месяцев назад. Дальше события расплывались, но закончилось всё тем, что они оказались в переулке с переплетёнными языками, пока Паудер не вытащила Вай домой. Прошло уже немало времени с тех пор, как она в последний раз заходила в Последнюю Каплю, но, похоже, её тут всё ещё помнили. Вай махнула женщине вежливо — та закатила глаза и отвернулась. Ну, значит, впечатление оставила не самое лучшее. Она вернулась к пиву, сделала ещё глоток и поставила бутылку на стол — и тут же поймала взгляд Экко, который снова ухмылялся во весь рот. — Чё? — буркнула она. — Может, я поспешил, когда сказал, что сегодня девушки будут без ума от тебя. Похоже, у тебя тут уже репутация, Мейсон, — хмыкнул Экко. Вай почувствовала, как щеки вспыхнули. — Ну, это ж ты сам придумал мне прозвище — Вай-Буйная Мейсон, (в оригинале Vi-Violence, тут игра слов. Иначе перевести не смогла, чтобы звучно было и на русском) — пробормотала она, чем вызвала у Экко еще больший восторг. Молодой человек разразился громким смехом, чувствуя на себе воздействие ярко-фруктового коктейля, который он осушил всего за пять минут. — Да подожди, Экко! — встряла Паудер, надув губы. — Почему ты мне не придумал крутое ковбойское прозвище? Это лишь заставило её парня смеяться еще сильнее. Вай тоже не смогла удержаться от хохота, залпом допила первую бутылку и взяла вторую. Постукивая горлышком по нижней губе, она задумалась — Экко уже не мог помочь, он едва переводил дыхание. — Хмм… Пагубная Паудер Мейсон? (все также игра слов звучных с именем Паудер, как выше с Вай) Сестра сморщила нос. — Пылкая Паудер Мейсон? — Даже не думай. — Гордая Паудер Мейсон? Паудер закатила глаза. — П-предвзятая Паудер Мейсон, — выдавил сквозь смех Экко. — Как «Гордость и предубеждение»! Поняла? Сестра шутливо хлопнула Экко по плечу, изображая обиду, но сдержать улыбку всё равно не смогла. За столом воцарилась тишина — все трое напряжённо перебирали в голове новые варианты прозвищ. Паудер осушила свой коктейль до дна и отодвинула пустой стакан в центр столика, к остальным. И тут Вай будто молния ударила — она резко щёлкнула пальцами, глаза загорелись. — Прыгучая Джинкс Мейсон! — она торжествующе ударила ладонью по столу, создав громкий звук. (в оригинале это Jumping Jinx) Она нарочно воспользовалась старым прозвищем сестры, тем самым, которое та носила в свои угрюмые, бунтарские подростковые годы. Но Вай должна признать: «Джинкс» и вправду звучало чертовски круто. Паудер медленно кивнула, несколько раз тихо повторяя имя про себя, и её маленькая улыбка распахнулась в сияющую ухмылку. — Обожаю! Экко и Вай взорвались громким смехом и радостными воплями, хлопнув друг друга по ладоням через стол, чем снова заслужили закатывание глаз от Паудер на их шумное поведение. Вай откинулась на спинку сиденья и сделала ещё один длинный глоток уже тёплеющего пива. Почти допила бутылку до конца, и лёгкий хмель уже начал действовать. Ещё пару месяцев назад она бы спокойно опрокинула шесть бутылок и глазом не моргнула. Похоже, выносливость подводит. — Мы придумали тебе офигенное прозвище… — начал Экко, но Вай тут же перебила. — Вообще-то я придумала. — Ладно, ладно, Вай придумала тебе офигенное прозвище. А это, между прочим, значит, что пора платить налог, — сказал он многозначительно, кивнув в сторону их пустых бокалов. Вай осушила остаток второго пива и с грохотом добавила бутылку в общую стопку, ещё больше укрепив аргумент Экко. Паудер закатила глаза и громко застонала, но особо не сопротивлялась — скользнула из кабинки наружу. Экко шлёпнул её по заднице, пока она проходила мимо. — Давай, Прыгучая Джампинг Джинкс! — выкрикнул он. (тут я все таки применила транслитерацию к слову jump-jumping дословно прыгать, прыгающий) Она показала ему средний палец и растворилась в толпе, оставив Экко и Вай хихикать на её месте. Экко вытер слёзы из уголков глаз и, переведя дыхание после приступа смеха, пробасил: — Ах, Вай, я скучал по этим нашим вылазкам. Обидно, что ты всё время занята. Без тебя это уже не то. Вай улыбнулась и дружески похлопала его по предплечью. Она тоже скучала, если честно. Когда-то они втроём почти через выходные зависали в «Последней капле». Но потом Кирамманы начали увольнять работников, и Вай оказалась по уши в делах, так что на бар уже не оставалось ни времени, ни сил. А потом, конечно, появилась Кейтлин. Вай лениво подумала, понравилась бы «Последняя капля» той самой штучке из высшего общества. Казалось, это совсем не её место, но ковбойша отчётливо представила, как Кейтлин — пьяная, беззаботная — танцует, вскинув руки над головой, а тёмные пряди прилипают к влажной от пота шее. Она манит Вай ближе, и та, не раздумывая, подчиняется: подходит сзади, ведёт ладонями по бёдрам и кладёт их на её талию, пока Кейтлин двигается назад, прижимаясь к ней… Вай поёрзала на сиденье, вдруг почувствовав жар. Вот уж точно — с такой «низкой выдержкой» пиво ударило прямо в голову. Экко, похоже, сразу прочитал всё по её лицу. Он улыбнулся краешком губ и придвинулся чуть ближе в округлой кабинке. — Тебе надо выбить её из головы, — мягко сказал он, его большие карие глаза неприятно пронзали Вай насквозь. Она выдала неловкий смешок и выдохнула: — А я думала, Паудер хочет, чтоб я ей позвонила. Экко лишь пожал плечами, не отводя взгляда. — Всё, что я вижу, — это друга, который мучается, хотя совсем этого не заслуживает. Кейтлин мне нравится, но ты по ранчо ходишь так, будто у тебя собаку застрелили, Мэйсон, — хмыкнул Экко. — Да ну, всё так плохо? — Ну… ты разговариваешь с лошадьми — особенно с Пятнадцатой — чаще, чем это обычно даже для тебя, — сказал он серьёзно, уголки губ всё же дрогнули в улыбке. Вай фыркнула. Она давно прославилась тем, что вела целые беседы с лошадьми на ранчо. И по-прежнему считала, что слушатели они были отменные. — Пожалуй, справедливо, — призналась она, крутя в пальцах пустую бутылку. — Но что мне делать, Экко? Не могу выбросить её из головы. — Ну, сама понимаешь, как говорится, — он многозначительно дёрнул бровями. — Лучший способ выкинуть кого-то из головы — это затащить в постель кого-то другого. — Не слушай его, Вай. Голос Паудер оборвал их разговор. Она бухнула на стол целую охапку напитков — две новые бутылки пива для Вай и ещё две для них с Экко. Вай искренне удивилась, как сестра вообще дотащила всё это от стойки. — Делай то, от чего сама будешь счастлива, сестрёнка. А советы от мужиков лучше вообще не слушать, — Паудер скользнула обратно к своему парню и одарила его сердитым взглядом. Экко смутился, взял бокал и чмокнул её в щёку, извиняясь. — А теперь! Доставайте карты, придурки, — торжественно объявила она, вытаскивая колоду из кармана.

***

Через два часа и десять партий в карты Вай была пьяна. Не просто навеселе — в стельку. Игру пришлось прекратить, потому что они с Экко уже просто швыряли карты на стол, выясняя, у кого старше, кто проигравший и кто должен был пить. Паудер быстро собрала колоду обратно, заявив, что не намерена доводить компанию до алкогольного отравления, и заказала всем по стакану воды. Экко, как ни странно, был ещё в худшем состоянии, чем ковбойша. Наверное, потому что мешал пиво с крепким. Вот почему я держусь за пиво, усмехнулась про себя Вай, наблюдая, как парень заваливается прямо на колени её сестры. Те двое уверяли, что домой ещё не хотят, нужно лишь «немного перевести дух». А вот Вай уже не могла усидеть на месте и двинула на танцпол — слишком чесались ноги, хотелось движения. Именно там она и оказалась прижатой к той самой женщине, что пристально глядела на неё ранее вечером, а в голове всё ещё крутилась реплика Экко: Лучший способ выкинуть кого-то из головы — это затащить в постель кого-то другого. Женщину звали Мисси — о чём она не забыла напомнить Вай, — и сейчас её руки обвивали плечи ковбойши, пальцы путались в волосах у основания шеи. Руки самой Вай лежали на талии Мисси, пока та быстро и уверенно виляла бёдрами, прижимаясь к ней. Она ощущала, как губы женщины скользят по коже за ухом, а хрипловатый голос шепчет комплименты её шляпе, её рубашке и её рукам — подтверждая каждое слово движением ладони. Свистки и подколы из зала им уже пришлось игнорировать — включая, конечно, Паудер и Экко. На один короткий, но головокружительный миг Вай настолько опьянела, что, закрыв глаза, могла вообразить, будто Кейтлин царапает ей шею ногтями. Глаза тут же распахнулись. Нет. Нет, только не Кейтлин. Не снова. — О чём задумалась, ковбойша? — пропела Мисси, прикусывая губу и ловя её взгляд. Щёки Вай вспыхнули. — Эм… о работе, — выдала она неловко, слишком пьяная, чтобы придумать что-то другое. Чёрт, ну и сдала позиции. До того, как Кейтлин поселилась у неё в голове, Вай умела очаровывать. Недаром на «Рокинг Бар» брали в основном мужиков. Отчасти сексизм. Но ещё и потому, что Вай переспала с парочкой нанятых женщин, а потом умудрилась так их разозлить, что те хлопали дверью и уходили без предупреждения. Брови девушки нахмурились, и она хихикнула, будто Вай только что отпустила отличную шутку — хотя шутить та даже и не пыталась. — Уж я-то явно поинтереснее работы, — пропела Мисси, проводя пальцами по краю ковбойской шляпы Вай. — Хотя, признаюсь, твоя работа и правда любопытная. Целыми днями на лошадях, на просторах полей… ммм, многое бы отдала, чтобы увидеть это. Танцпол слегка поплыл, и Вай прикрыла глаза, чтобы удержать тошноту. Но, как по заказу, в голове вспыхнул образ Кейтлин. На этот раз она не стала сопротивляться — напротив, позволила себе раствориться в фантазии: вот пальцы Кейтлин на её челюсти, вот её шёпот у самого уха. Вай выдохнула и сильнее вжала пальцы в бока Мисси, подтягивая её ближе. — Вот так-то лучше, — заливисто хихикнула та, её пронзительный голос мгновенно вырвал Вай обратно в реальность. Всё удовольствие испарилось, и танцевать — и сама Мисси — вдруг стали совершенно неинтересны. — Я… я сяду, — пробормотала Вай, не дожидаясь ответа, стала проталкиваться к угловой кабине. Экко катался от смеха, утирая слёзы, а её сестра лишь смотрела с мягкой жалостью в глазах. Вай плюхнулась на скамью как мешок картошки, застонала и уронила лоб на прохладную столешницу. — Боже, Вай, это, наверное, был самый жёсткий фейл, что я видел, — прохрипел Экко, колотя по столу так, что у неё голова трещала ещё сильнее. — Отвали, — пробурчала она, махнув в его сторону пьяной рукой. — Ты как, сестрёнка? — мягко спросила Паудер, проведя ладонью по её предплечью. — Ага, — выдохнула Вай, втирая ладони в глаза. — Если хочешь домой, это нормально, — сказала Паудер. Вай вскинула бровь и фыркнула. — Да ты что, ночь только началась. Просто перевести дух надо. Купи мне ещё пива, и я снова в строю, — подмигнула она. — Ты ведь не о Кейтлин думала? — вдруг выпалила сестра. Лицо Вай вспыхнуло, как костёр. — Нет! — взвизгнула она, потом поспешно сбавила тон: — Нет. Просто… не моё. Та скептически прищурилась, но промолчала, шепнув что-то Экко на ухо. А Вай и правда соврала — она думала о ней. Ее тело точно. У Вай всё внутри гудело, между ног пульсировал жар, по коже бежали мурашки. Напряжение в животе стало почти невыносимым, стянутым, до боли. Она была на пределе и уже не могла игнорировать свое состояние. Перед глазами всё равно вставала только Кейтлин. Каждый раз, как Вай закрывала глаза, она видела лицо Кейтлин в ту ночь, когда та довела её пальцами до исступления во время шторма. Этот образ гнал жар всё ниже и ниже. Пальцы Вай дёрнулись, не находя себе места. Она не знала, что делать с этим грязным, тёмным желанием. Мысль позвать обратно Мисси мелькнула, но Вай понимала — это не потушит огонь, который разгорался внутри. И тут её осенило. С нарочитой медлительностью она достала телефон из заднего кармана и прижала его низко к бедру, чтобы друзья не заметили. Почему-то ей казалось, что это должно остаться только её делом, без чужих советов и вмешательства. Вай никогда не ладила с техникой, терпеть не могла её. На экране всё ещё стояла стандартная картинка — та самая, что была при покупке. На секунду она подумала попросить Экко помочь, чтобы не опозориться. Но тут же отмела эту мысль. Это был её момент, личный, слишком интимный. Дрожащими, нетвёрдыми от выпитого пальцами, щурясь от яркого света экрана, она медленно набрала на память тот номер, который уже выучила наизусть. И, не позволяя себе лишних раздумий, быстро напечатала короткое сообщение и нажала «отправить». Вай (00:17): привет