Маски бессмертных

— Ша Мэйхуа! — раздался взволнованный голос мужчины из-за спины идущих. Девочка остановилась на середине шага, отстранённая задумчивость испарилась из её глаз. — Шицзунь! — отозвалась она и ахнула, увидев его состояние. — Вы в порядке, шицзунь? И вот девочка уже взволнованно кружила вокруг старшего заклинателя. Его когда-то белое одеяние было изорвано, запачкано кровью и землёй. Похоже, высшие духи не собирались церемониться с вторженцами. Дзяо Нинг могла только порадоваться, что заклинателя оставили в живых. Ша Мэйхуа, выслушав своего учителя, помахала Дзяо Нинг на прощание и первой встала на свой меч. Богиня продолжала смотреть им вслед с мягкой улыбкой. — Нюйши не могла не помочь нам, — фыркнул И Линг, шагнувший из тени прямо за её плечом. — Такое терпение достойно восхищения. — Она очень светлый ребёнок, — кивнула Дзяо Нинг, — Но, как и все дети, верит взрослым. Я лишь немного подсказала. И Линг предложил руку, и она, не задумываясь, обхватила его локоть. Они оба не были настроены обсуждать заклинателей. Да и что было обсуждать? И Линг едва ли выглядел уставшим, и его чёрные одежды всё ещё были безупречными и воздушными, так что бой был скорее показательной взбучкой. — Нюйши уже видела другую сторону города? — поинтересовался И Линг, когда они подошли к той самой площади у скалы. — Я не пошла туда. — покачала головой Дзяо Нинг, — Думаю, было бы намного интереснее увидеть его вместе с тобой. Если ты не против, а-Линг? — Если это порадует нюйши, — обаятельно улыбнулся И Линг. Он надел свою шляпу и поправил вуаль, почти полностью скрываясь от посторонних глаз. Альбинос уверенно шагнул сквозь скалу у статуи птицы, и Дзяо Нинг последовала за ним. Идя на полшага позади, она позволила себе любоваться текучей грацией друга. Густой шум по ту сторону на миг ошеломил богиню. Гул голосов, стрёкот и шелест, рычание, булькочение, смех и звон — все эти звуки не были громкими, но они накладывались и смешивались, резко контрастируя с тишиной человеческой стороны. Вокруг царил полумрак. Под сводами огромной, высокой пещеры висели белые и красные фонарики, заливая всё вокруг колышущимся светом. На выступах скал по бокам теснились разномастные дома, и в нижней части пещеры паутиной расходились шумные улицы. В их форме и расположении не было никакой видимой логики — казалось, кто-то уронил в воду несколько капель чернил и проложил дороги так, как легли разводы. Воздух гудел от концентрации ци, выпускаемой невольно сотнями духов и демонов. И Линг размеренно пошёл вперёд, и толпа ненавязчиво расступалась перед ним — шумные компании отходили в сторону, торговцы прекращали выставлять на дорогу свой товар. Мимо них величественно прошуршал демон, нижняя часть тела которого напоминала огромного слизня, и две смеющихся хулицзин. В общем хаосе такой приметный альбинизм И Линга вдруг оказался заурядным на фоне внешности других. — Осторожнее, — усмехнулся И Линг, когда богиня потянулась к особенно красивой статуэтке, — Многие вещи в этом городе прокляты и опасны для живых, так что лучше не трогай. Она прижала руку к груди и покачала головой. Какой бардак — похоже, продажа проклятой запрещена только в человеческом мире. Вскоре И Линг купил у другого торговца ягоды в карамели и протянул одну из палочек богине под странным взглядом продавца — рослого мужчины, в котором лишь бледность кожи выдавала призрака. Мимо с криками и стрёкотом пролетели духи, похожие на пауков. Кажется, они говорили нечто вроде «Держите паршивца», «Стоять» и «Да это не я, вы что?!». Один из них со всего разбега влетел в Дзяо Нинг, и она пошатнулась, в последний момент помогая и духу удержаться на ногах. — Извините, — буркнул дух и вырвал локоть, — Не зевайте на улице! — Похоже, дополнительная пара глаз не добавляет вам внимательности, — прошипел И Линг, и вокруг него образовалась густая тень, словно его фигура поглощала свет. Дух испуганно сглотнул и отскочил, его спутники быстро ретировались. — А-Линг, — строго нахмурилась Дзяо Нинг, — Не пугой окружающих напрасно. — Он ударил нюйши, — возразил альбинос. — Он же извинился, — напомнила богиня и снова поймала руки своего спутника, — Идём. Ты собирался показать мне кристаллы, верно? Она видела лихорадочную работу мысли и священный ужас в глазах неудачливого духа, но он явно не собирался упускать свой шанс и быстро сбежал. — Хорошо, — выдохнул И Линг, и его аура всосалась, не оставив и следа. Он снова выглядел лишь мрачноватым странником в чёрном. Местные не имели особенного пиетета к И Лингу, потому что он не так уж часто появлялся, но они инстинктивно чувствовали силу собеседника и знали, кто им не по зубам. Поэтому богиня расслабилась, позволяя другу провести её по красивым местам — ответвление с переливающимися сталактитами, подземный родник и смотровая площадка, на которую не было пешего пути. Всюду вороны Ши Пэна встречали их короткими кивками, и И Линг не удостаивал их ответного внимания. Они коротали время, гуляя по шумным улицам и отпустив всякие мысли. В толпе мелькнул знакомый силуэт, и Дзяо Нинг отпустила руку И Линга. — Что-то случилось, нюйши? — удивился И Линг. — Потом расскажу, — кивнула она и побежала, надеясь догнать ускользнувшую тень. Тот человек, кажется, хромал — она надеялась, что ошиблась. Регенерация Тянь Шена была самой быстрой среди всех её знакомых! Через минуту она поняла, что не ошиблась. Юноша с посохом разговаривал с торговкой, его дорожный плащ весь в пыли. Вокруг его золотистых глаз залегли глубокие тени. Впервые на памяти Дзяо Нинг он опирался на свой посох в поисках опоры, а не по привычке. Тянь Шен, бог путников. — Тянь-гэ? — позвала она, остановившись в двух шагах от мужчины. Он дёрнулся, хотя и попытался скрыть испуг. Это только больше взволновало Дзяо Нинг: неужели он так слаб, что даже не чувствует землю вокруг себя? Или это особенность города, где так много духов? Обычно Тянь Шен узнавал любого, кто подходил к нему, с нескольких метров. — Сяо-Нинг? — от испуга пискнул Тянь Шен, и глаза его расширились от удивления, — Как ты здесь… — Я в гостях у друга, — пояснила она и осторожно поддержала вновь запнувшегося бога под локоть, — Ты… Тебе нужна помощь? — Не знаю, чем можно мне помочь, — устало хохотнул мужчина, позволяя отвести себя в сторону, — Я несколько не в форме, как видишь. Всё в порядке! Выживание — мой конёк, помнишь? — И всё же, — настояла девушка, — Ты выглядишь так, будто тебе нужен отдых. Идём. Мой друг, уверена, будет не против принять тебя. Она сомневалась, что И Линг будет рад, но она наверняка могла бы уговорить его на чай. Вскоре их нагнал Ечжу, а следом появился и И Линг. Глаза Тянь Шена заметно расширились, и он сделал шаг назад, встретившись с алым взглядом беловолосого духа. — Нюйши? — приподнял бровь И Линг, — Это твой знакомый? — Давний товарищ, — кивнула богиня, — Тянь Шен. А-Линг, ты согласишься угостить его чаем? — Если нюйши считает, что он достоин её внимания, — легко кивнул И Линг и театральным жестом взмахнул рукой. Тени в переулке сгустились, и И Линг почти шагнул в пустоту. Дзяо Нинг ухватилась за его руку — она не чувствовала себя готовой пройти через тень одна. Это вызывало в ней не самые приятные воспоминания, когда её тело не способно было ощутить что-либо, оставляя сознание дрейфовать. Они шагнули в тень вместе. Тянь Шен медлил, прежде чем последовать за ними. Он всё ещё очень настороженно смотрел на альбиноса. Однако доверие к Дзяо Нинг всё же победило. Они вышли в уже знакомой Дзяо Нинг беседке в саду особняка. На столе стоял чайник с согревающим талисманом на боку, набор чашек и несколько коробочек с чаем. И Линг, придирчиво всё это осмотрев, ушёл в дом, давая богам пространство поговорить друг с другом. Тянь Шен и Дзяо Нинг семи на мягкие подушки рядом друг с другом. Девушка активировала талисман, чтобы чайник грелся, пока они говорят. Тянь Шен, ощутив безопасность, уронил голову на её плечо и затих, подобно статуе. Дзяо Нинг не торопила его, мягко поглаживая по спине. Сколько он уже в таком состоянии и что произошло? Дзяо Нинг помнила, как сама была в истерике, проснувшись без возможности подняться на небеса. — Чаю? — предложила она, когда дыхание друга выровнялось. — Пожалуйста, — согласился Тянь Шен и снова ровно сел за стол. Она разлила по чашкам напиток с мягким фруктовым запахом и затихла, давая другу пространство. Мужчина, отбросив в сторону печаль, с интересом осматривал сад. Он всегда легко отпускал неудачи и быстро переключался на новое. Дзяо Нинг ждала. Если он не захочет пока обсуждать то, во что ввязался, она не собиралась давить — было бы приятно просто поговорить с ним, ненадолго притвориться, что это лишь дружеские посиделки без повода. — Один вопрос, сяо-Нинг, — полушёпотом начал Тянь Шен, приведя в порядок свои мысли, — Как?! Из всех существ в мире, почему Белая Погибель ведёт себя… Так? Ты уверена, что он ничего не замышляет? — При его силе, нет смысла затевать интриги против кого-то вроде меня, — возразила Дзяо Нинг, небрежно вертя в руках веер, — Не волнуйся так. Мы знакомы дольше, чем существует эта угрожающая репутация, и я уверена, что И Линг искренен. Однако… — она наклонилась вперёд, — Мне любопытно. Что о нём говорят? Откуда это прозвище? — Ты всё ещё не сплетничаешь с чужими, да? — драматично вскинул руки Тянь Шен. Он был рад отвлечься от своих проблем, — Ладно, я расскажу. Это случилось через несколько лет после того, как ты рассеялась. Кочевники продолжали наступать, двигаясь к морю. Но однажды, всего за одну ночь, лагерь их командования был уничтожен призраком со снежно-белыми волосами и кожей. Он перемещался сквозь тени, и никто не успел осознать его присутствия, прежде чем наступила мёртвая тишина. Он не тронул пленных, так что они смогли рассказать о том, что видели. Именно тогда дух-альбинос был прозван белой погибелью. Позже он стал носить чёрные одежды и шляпу с вуалью, так что прозвище может звучать странно… Но в бою он снимает шляпу, и его белые волосы — последнее, что увидит любой, кто перешёл ему дорогу. Дзяо Нинг задумчиво кивнула. Это звучало одновременно жутко и очень в духе И Линга, насколько она его знала. Даже в детстве он был мстителен. И богиня была почти уверена, что именно война забрала его жизнь. Он, конечно, не оставил это без ответа. Впрочем, она могла подумать об этом позже, когда останется одна. — Раньше я думал, что этот город должен быть жутким местом, — поделился мужчина, — Место, где столько призраков, по определению хаотично! Но здесь оказалось даже мило, не находишь? Все эти призраки могут спокойно принять любую странность, но они нормально воспринимают даже полумёртвого человека. — И давно ты здесь? — полюбопытствовала Дзяо Нинг. — Три дня, — потягиваясь, ответил Тянь Шен, — Долго для меня. Здесь много всего! Я наткнулся на хорошее вино, но у меня едва хватило на одну бутылку… Ну да ладно, нужно будет сходить и поискать работу. — С каких пор ты… Находишься в такой ситуации? — Ситуации? А… Это, да, — погрустнел Тянь Шен, — Я даже не знаю, сколько времени прошло. — Хочешь рассказать? — предложила Дзяо Нинг. — Ради твоего спокойствия. — неопределённо улыбнулся вечный странник. — Хотя не думая, что ты что-то поймёшь. Я сам не понимаю. Дзяо Нинг не торопила его. Немного сумбурная болтовня Тянь Шена была по-своему милой, и ей было не сложно улавливать мысль. — Я помню, как мы встречались в прошлый раз примерно за месяц до этого? Я помню, как спустился, потому что узнал про обвал над ущельем, по которому часто ходили мои подопечные. И… Следующее, что я помню — я очнулся в том ущелье, уже восстановленном, две недели назад. С тех пор я так и не смог подняться на небеса или связаться с другими небожителями, и моя ци… Я едва ли чувствую ци, да. — С нашей прошлой встречи прошло пять лет, — пояснила девушка, — Ты… Похоже, попал в передрягу и развеялся. Хотя, насколько я знаю, это не должно было повлиять на твою память. К тому же, твои храмы в порядке, я видела один из них совсем недавно, так что странно, что ты не можешь подняться… Дзяо Нинг знала довольно много о том, что такое рассеяние бога. По сути, это просто время на исцеление от истощения и слишком серьёзных ран. И хотя её рассеяние совп ало с уничтожением её людей и стало причиной того, что она больше не может подняться, обычно это мало влияет на божественность.