Агент 00Z: Мировая Автократия

      — Добро пожаловать, леди и джентльзвери! Вы смотрите «Вечерний Сокол» — шоу, где мы сажаем самых ярких звёзд на горячее перо! Я ваш неизменный ведущий Джимми Фэлкон и мы готовы порхать!       Из колонок выпуклого телевизора, висящего в углу больничной палаты, доносился энергичный голос. На экране крупным планом находился сокол в деловито-чёрном костюме. Он сидел на столе, больше походящий на ветку, чем на предмет интерьера. На заднем фоне была панорама ночного Нью-Йорка, а также макеты самых разных зданий, для создания антуража.       — И сегодня нашу программу решил посетить гость, которого вы ждали веками, в буквальном смысле! Основатель и директор крупнейшей транснациональной фармацевтической компании — Wings Corp, гений, филантроп, долларовый мультимиллиардер, а также живое подтверждение того, что динозавры существовали…       Барабанная дробь.       — Кобе Альдебарак!       Зал наполнился аплодисментами и доброжелательным освистыванием. Камеры и прожекторы направили своё внимание на кулисы, из которых, под весёлую музыку, неторопливой походкой вышел представитель гигантских черепах. Метра два ростом, со внушительным силуэтом и не меньшим панцирем, он был в бежевом костюме, с серебряной тростью в правой руке и толстыми очками для зрения на носу. Кобе создавал впечатление очень старого, даже для черепахи, зверя, поскольку его кожа уже давно потеряла былой цвет, став бледной и очень дряблой.       Его путь от кулис до кресла занял две мучительные минуты неспешных, размеренных шагов, за время которых он успел несколько раз улыбнуться на камеру, помахать всем присутствующим в зале и поправить воротник своего выглаженного пиджака. Наконец, с лёгким скрипом, он присел на мягкую обивку и настоящее шоу началось.       Джек лежал в больничной койке, неотрывно смотря в экран, где крупным планом показывали улыбающегося Альдебарака. В кромешной темноте лишь свет телевизора освещал, как лапы зайца сжимали простыни под ним до характерного хруста. На его лице не было видно эмоций, лишь сомкнутые вместе брови выдавали напряжение.       С операции в Зебрáлли прошла неделя. Джек вспоминал, как перед своей смертью Крап говорил что-то про крыло, как после этого ощутил острую боль и потерял сознание, но самое главное, он вспоминал, как умер Касим. Агент нахмурился сильнее, продолжая всматриваться в лицо черепахи. Кобе был как-то замешан во всём этом, и заяц чувствовал это. Но как?       — Вау, это было действительно долго! — Джимми неловко посмеялся вместе с залом и демонстративно «смахнул» пот. Немного встряхнувшись, ведущий прошёлся по ветке поближе к черепахе и начал разговор. — Добрый вечер, мистер Кобе! Как прошёл день?       Гость программы, до этого немного измучивший всех своей долгой ходьбой, стал плавно поворачивать голову в сторону сокола. Взглянув на него, Альдебарак, желая ответить, начал медленно шевелить ртом, но затем не сдержался и громко рассмеялся.       — Ха-ха! Я вас подловил. — Кобе лукаво подмигнул растерянному ведущему. — Думали, я буду говорить по слогам? Скорость черепах — слишком преувеличенное заблуждение, как и ваша фраза про динозавров. — небольшая пауза. — Они были плохими собеседниками.       Зал взорвался смехом. Кобе со скромной улыбкой кивал.       Джек не мог больше прохлаждаться. Нужно было действовать, что-то предпринимать и немедленно.       Резким движением скинув с себя простыни, Джек уверенно встал на кровать и сорвал воткнутую в его лапу капельницу. Болезненно оскалившись резцами, он наблюдал, как на месте укола собирается капля крови. Сжав лапу несколько раз, он огляделся по сторонам и выудил из-под подушки беретту. Ту самую, которую Касим кинул ему перед своей кончиной. Для зайца она была мягко сказать громоздкой, поэтому рукоятку приходилось обхватывать обеими лапами. Изучив пистолет на наличие каких-либо дефектов, Джек проверил магазин и патронник, после чего убрал оружие за пояс.       — Ха! Итак… Начнём с интересующего всех вопроса. Вы правда родились в 1800 году?       — Всё верно, Джимми. Именно тогда я впервые увидел блеск нашего прекрасного солнца, когда вылуплялся из крошечного яйца. — сжимая расстояние между пальцами, черепах показывал размер. — Примерно вот такого.       — Это получается, что вам уже… — наигранно что-то считая на крыльях, Фэлкон громко заявил. — 216 лет?!       — И как обычно, прямо в яблочко, Джимми. — с ноткой гордости заявил Альдебарак, складывая руки на подлокотниках кресла.       — А выглядите на все сто, мистер Кобе! — посмеявшись с собственной шутки, ведущий продолжил. — Это потрясающе! Вы один из самых старых разумных животных в мире. Как вам это удаётся? Омолаживающие крема?       — О нет, Джимми. Просто, когда твоя работа — оздоравливать общество, то сам не замечаешь, как время начинает пролетать мимо тебя и становиться чем-то относительным.       Спрыгнув на холодный кафель, Джека охватило неприятное покалывание в боку, заставившее его чуток согнуться. Врачи сказали, что «ничего жизненно необходимого не было задето», однако даже спустя столько дней — рана от ножа давала о себе знать. Это раздражало зайца. Эта уязвимость, эта слабость — не те черты, которые присуще агентам.       Осмотрев швы, Джек подошёл к своей тумбочке и достал оттуда пластырь-повязку, прикрепив её на место пореза. Да уж… Теперь к коллекции шрамов добавится один новый.       — То есть слухи о том, что вы держите в своём панцире сыворотку бессмертия — это правда?       — Хех, конечно же нет… Но лучше вам не лезть в мой панцирь, а не то я покажу, что там на самом деле! — он «выстрелил» пальцем-пистолетом прямо в сокола. — Мои налоговые счета.       — Угх, какой ужас, мистер Кобе! — Джимми притворно изобразил, как умирает, но тут же продолжил: — Говорят, вы пережили две мировых войны, пандемию и даже мой брак. Что из этого вам больше всего запомнилось?       — Безусловно, ваш брак, Джимми. Мировые войны хотя бы заканчивались миром. — пожимая плечами и улыбаясь после этого на камеру, Кобе слушал, как весь зал ухахатывается, а Фэлкон прикрывает свою голову крыльями, как бы «от стыда».       Оставаться в больничной пижаме не очень-то и хотелось, поэтому агент следом достал из тумбочки свою уличную одежду. Быстро переодевшись, Джек теперь облачился в чёрные туфли, синие клетчатые брюки и мраморную рубашку. Также нужно было куда-то деть пистолет, поэтому агент быстро натянул на себя оперативную кобуру, настроил размеры и засунул туда беретту Касима. Оставалось только пальто и неотъемлемая часть каждого уважающего себя британца — шарф.       Дёрнув дверь за ручку, Джек был готов уходить, но услышанные по телевизору слова заставили его задержаться ещё на несколько мгновений.       — Если говорить о вашем проекте «всемирной вакцинации» — что вы конкретно хотите сделать?       — Ну Джимми! Всё же и так понятно из названия. — Кобе чуть приподнялся с кресла. — Наша корпорация, как и я в том числе, заметили, что так называемые «ночные горлодёры» привносят ужас в общество зверей. Это вредит, как и нам, так и нашим инвесторам, хотя я больше действую из альтруистических побуждений… — выждав небольшую паузу, Кобе как будто бы обращался к зрителям, что смотрят шоу через экраны своих телевизоров. — Мы создали не просто вакцину, а ключ к будущему, где никто не будет бояться одичания. Где дети смогут играть и жить без страха за собственные жизни. Навсегда. Сейчас мы тестируем её на разных видах животных в целях понимания возможных побочных эффектов или недостатков, но по последним результатам, а они, Джимми, очень утешительные, скоро можно будет провести масштабное вакцинирование всего населения Анималии!       Все в зале затихли, неотрывно смотря на восседающую рептилию.       — И всё это, конечно же, бесплатно.       Зал захлебнулся в аплодисментах, и даже Джим Фэлкон не остался в стороне.       Дверь в палату хлопнула, а заяц уже шёл по коридору, размышляя о словах Кобе. Он не мог пока что-то доказать, но всем своим нутром чувствовал подвох в данной вакцинации.       Заполняя документы, медсестра-коала услышала чьи-то шаги неподалёку и выглянула из ресепшена. Заметив в коридоре одетого зайца, она сразу же поняла кто это по необычными полосками на лице и ярко-голубым глазам, блестящим в искусственном освещении.       — Джек Сэвидж! Что вы тут делаете? Вам нельзя выходить из палаты, вам до выписки ещё неделя! Джек Сэвидж! — спустившись вниз, она вышла в приёмный зал, но от зайца, как и след простыл, только дверцы на улицу хлопнули, обозначая, что он ушёл. Вздохнув, медсестра вернулась на рабочее место.       — Хвост и копыта… — набирая какой-то номер на стационаре, медсестра дождалась ответа на звонок и проговорила. — Он ушёл. Да! Просто взял и ушёл. Да, мисс. Я поняла вас, спасибо.

***

      Стоял ноябрьский холод. Недавно по улицам Лондона прошёлся ливень, поэтому погода была сырой и промозглой. Джек, покрываясь мурашками, прятал свои уши под пальто и закрывал лицо шарфом. Его природная шёрстка конечно защищала от низких температур, но будучи небольшим, по сравнению с другими животными, зверьком, он был куда более уязвим для пронизывающего ветра, который норовил сбить его с ног и залезть ледяными иглами под самую шерсть.       Лужи громко хлюпали под ногами. Джек бывал в таких городах, где звери ходили почти что босиком и без всякой обуви. У них всегда было чисто на тротуарах и дорогах, однако в Лондоне такой роскошью не пользовались. Тут всегда стояла пасмурная погода, которая в купе с узкими улочками, плохой работой коммунальных служб и населением почти в 30 миллионов зверей — создавала очень много грязи. Конечно, Джек любил Лондон, за его красоту, культуру, историю, да и в целом заяц был тем ещё патриотом, но погода тут была отвратной и это факт.       Но сейчас не об этом. Джеку нужно было проверить, нет ли за ним хвоста. Он уже отсеял несколько подозрительных типов, петляя по улочкам и закоулкам, но оставался финальный штрих, вишенка на торте так сказать. Берег Темзы — идеальное для этого место. Большое пространство и сводившееся к нулю количество слепых зон давало Джеку преимущественно в обзоре, так что возможной слежке пришлось бы действовать, чем она себя и выдаст.       Подходя к ограждению, заяц облокотился на него. Взгляд скользнул налево, выхватывая из темноты Тауэр-бридж — разводной мост, состоящих из двух готических башен. Мельком глянул направо — за изгибом реки маячили огни Лондонского Глаза и Биг-Бена. Первое являлось ничем иным, как простым колесом обозрения, который благодаря изобилию искусственной подсветки в ночи казался огромным глазом, за что и получил своё название. В то же время внушительные часы Биг-Бена показывали пол двенадцатого ночи и медленно клонили к полночи.       Однако для Джека из всех этих достопримечательностей было важным только одно — штаб-квартира МI-6. Некоторые думают, что агенты разведки просто входят внутрь секретной базы через главные двери и также уходят, но это ошибочное представление. Это слишком простой и глупый способ, поэтому спец. службами были придуманы «чёрные ходы», к одному из которых двигался и наш Джек, окончательно утвердившийся, что слежки за ним нет.       Паб с названием «Bear Beer» и изображением медведя с бочонком пива — последнее место, куда пошёл бы Джек в своё нерабочее время, однако сегодняшний день не был для него выходным. Обычно, все пабы в это время были открыты и принимали ночных посетителей, но этот всегда оставался закрытым, поэтому агенту пришлось пройти по тёмному переулку к заднему входу и постучаться туда три раза.       За металлической дверью, предназначенной для крупных зверей, послышалось какое-то шкрябанье и звонкое ворчание. Засов сверху открылся, но он был слишком высоко и поэтому зайца никак не могли увидеть.       — Я ниже. — уже привыкший Джек никак не отреагировал на это. Засов закрылся, после чего возня за дверью повторилось и на двери открылся уже маленький глазок, но находящийся намного ниже. Через него некто рассмотрел с головы до пят белого зайца с характерными чёрными полосками по бокам морды и пискляво спросил.       — Па-роль.       — Мне, пожалуйста, мартини. Взболтать, но не смешивать.       Глазок закрылся, и агент остался наедине с собой в тёмном переулке. Ждать пришлось недолго, ведь буквально через пару секунд металлическая преграда отворилась, а на входе стояла мышка в официантской униформе.       — Джек? — с ноткой удивления произнёс грызун. — Шакал тебя дери, какого фига ты тут делаешь? Разве ты не должен быть в больнице?       — Я выздоровел. — толкая дверь пошире и заходя внутрь, ответил он.

***

      Как только заяц перешагнул через порог — его тело обдала тёплая атмосфера паба. Отмёрзшие уши поднялись ввысь и еле колыхнулись, будто бы стряхивая оставшийся в них дубак. В воздухе витал терпкий запах алкоголя, хотя клиентов тут никто не принимал уже очень давно. Так или иначе, агент двигался дальше, проходя мимо пустой кухни и оказываясь в главном зале. Освещение здесь было тусклое, приближённое к совсем тёмному. Джека это напрягало, в отличие от местного бармена — как не удивительно, медведя в соответствующей униформе.       — Уму не постижимо! Ему ещё лежать и лежать, а он уже бегает и танцует сальсу! — громко возмущался мышь, идущий следом. Поднимаясь по специальной лесенке на барную стойку, он гневно пищал. — Бернальд, ну представляешь такое?! Как он только лучшим агентом считается?!       — Рей, угомонись. У меня скоро голова затрещит от тебя, похлеще гремучей змеи. — контрастирующим басом сказал медведь. Он методично, с тихим скрипом шелковой тряпки о стекло, протирал одну и ту же кружку. Уже в десятый раз. — Чем могу помочь, агент Сэвидж?       — Мне нужно в штаб.       — В штаб ему нужно! Вы посмотрите на него! Может мы тебе ещё-…       — Р-р-рэй… — глухим рыком Бернальд заткнул мышь и вновь посмотрел на голубоглазого коллегу. — Четвёртая кабинка, как обычно. — взглядом тот указал на уборную.       — Спасибо. — снимая с себя верхнюю одежду, Джек, не разворачиваясь направился в указанную сторону.       — И ещё, пока вы не ушли… — медведь окликнул его, заставив зайца остановиться перед дверью. — Кхм… Мои соболезнования насчёт Касима. Он был… Хорошим агентом.       –. . . — Джек молча стоял, обдумывая что-то. Слегка повернув голову, он кивнул бармену, а затем растворился в уборной.       Внутри уборной агент неспеша прошёл в конец помещения, где и была четвёртая кабинка. Джек потянул верёвочку сбоку от бочка туалета, заработал смыв, а вместе с ним и какой-то механизм, который в то же мгновение с натужным гулом отодвинул стенку вместе с туалетом в сторону. Перед зайцем открылся широкий проход, в который он с лёгкостью протиснулся. Дальше была винтажная лестница, внизу которой он попал в коридор, красиво обделанный узорчатой плиткой и ковром на полу. На стенах горели керосиновые лампы, а в самом конце коридора была одиноко стоящая кабинка монорельса. Она была предназначена для крупных животных, поэтому агент просто на просто утонул в мягкой обвивке кресел, еле доставая кончиками лап до пола.       Нажав пару кнопок, монорельс резко дёрнулся и начал свой путь, набирая скорость с каждым пройденным метром. Пиком стало примерно 100 километров в час.       Жёлтые огни лампочек быстро мелькали в туннеле, раз за разом освещая каменное выражение лица агента. Вот он проехал одну лампу, вот вторую. Каждая била по его глазам яркой вспышкой.       Третья вспышка. Он уже не был внутри монорельса. Больничный коридор. Светильники на потолке проплывали над ним, мерцая в такт бегущим шагам. Резкий, химический запах антисептика перебивал запах пыли и крови, въевшейся в шерсть. Его тело сотрясалось от ритмичных толчков каталки. Где-то рядом кричали доктора, плакали звери, творился полный хаос. Торопливый голос сбоку отдавал команды: «Давайте, быстрее! Давление падает!»       Вспышка. Джек слышал гул турбин и ощущал схожую до этого тряску, но теперь она была вызвана турбулентностью в воздухе. Он был крепко пристёгнут к кровати, а рядом бегала доктор-ласка, которая то и дело проверяла застёжки на его конечностях. Увидев, что Джек просыпается, она сразу же надела на него маску и агент утонул в сладких лапах Морфея.       Вспышка. Он смотрел в потолок. Белый, безликий, бесконечный. Холодные датчики были расставлены по всему телу. Кардиомонитор показывал ровное сердцебиение и издавал раздражающий писк. В окне справа виднелся пейзаж привычного ему Лондона.       Джек моргнул, с силой сжимая веки, стараясь раздавить назойливые воспоминания и вернуться в реальность. Он снова был в кабинке монорельса. Фантомная боль в боку отозвалась тупым уколом, будто в подтверждение кошмара, не желая отпускать свою жертву.

***

      Через полчаса монорельс с едва слышным шипением магнитных тормозов остановился и двери кабинки отъехали, открывая шикарный вид на сердце британской разведки.       Подземная штаб-квартира. В самом центре находилась громадная голограмма Анималии с различными точками столкновений, терактов, активными агентами в странах и другим. Вокруг неё выстроились сотни рабочих мест, в которых, словно пчелы в большом улье, сотни операторов, аналитиков и техников всех видов и размеров, трудились под холодным светом экранов своих компьютеров, где в непрерывный поток нулей и единиц лились самые свежие данные со всего земного шара. Воздух вибрировал от низкочастотного гула мощных генераторов, звука принтеров и шипения пневматики. Здесь пахло озоном, сталью и в какой-то степени… абсолютной властью. Находясь тут, ты чувствовал себя чем-то важным. Кем-то, благодаря кому вершиться мир и порядок.       Сделав шаг наружу, Джек направился к ближайшему лифту. Он шёл с выпрямленной спиной, не обращая внимания на посторонние взгляды. Конечно, его появление не могло остаться незамеченным.       Взгляды. Десятки любопытных, удивлённых, а у некоторых даже осуждающих — тяжело легли на него. Группа молодых бордер-колли из отдела анализа на мгновение замерла, перешептываясь около автомата с кофе. Пожилой хорёк-инженер, чинивший проводку в стене, остановился и с нескрываемым осуждением покачал головой, провожая Джека глазами. Шёпот полз за ним по пятам: «Сэвидж…», «Слышал про Зебрáлли?», «Касим погиб…», «Какой ужас!».       Джек не реагировал. Он смотрел прямо перед собой, его уши, обычно чутко сканирующие окружение, были неподвижны. Весь мир бюрократии, оценок и отчётов как будто бы пропал для него. Агенту было не до этого.       Он вошёл в лифт. Прозрачные двери закрылись, отсекая гам зала. Противовес начал опускаться и лифт рванул вверх с почти невесомой плавностью, проносясь мимо этажей-улиц этого подземного города.       Через несколько мгновений он остановился. Экран на панели мерцал цифрой «4». Двери бесшумно отворились, и Джек оказался в просторной приёмной. Прямо перед ним, возле величественного прохода из красного дерева, стоял скромный столик с компьютером, за которым в такт печатанию методично вилял пушистый лисий хвост.       Скинув пальто с шарфом на вешалку, заяц подошёл к столу. В связи с ростом, только уши выглядывали из-под стола, поэтому Джеку пришлось чуток приподняться и разглядеть сидящую там особу. Молодая лисица знакомого всем окраса, выглядящая как офисный клерк: рубашка, юбка и пиджак, активно печатала что-то на клавиатуре. Выражение её морды было сравни тому, если бы всё уныние и безысходность мира засунули внутрь одного зверя.       — Меган. — начал Джек, стараясь привлечь к себе внимание занятой работницы.       — Агент Сэвидж… — с ноткой недовольства произнесла лисица, не отрывая глаз от экрана.       — Мне нужно к эМ. — просьбу зайца она услышала, сразу нажимая кнопку на интеркоме.       — Миссис, к вам посетитель. Агент ноль-ноль-зет. — Меган повернулась к «посетителю». — Проходи. — и снова вернулась к своей работе.       В отличие от всего остального здания, в котором преобладал архитектурный функционализм и утилитарность, кабинет главы МИ-6 полностью соответствовал статусу его владельца. Убранство внутри напоминало больше пристанище аристократа, нежели простого директора или кого-то подобного. Стены были отделаны из редкой древесины, сверху висела изящная люстра, а на многочисленных полках находились стопки дорогих книг.       Прямо напротив входа стоял большой письменный стол из красного дерева махагони, покрытый зелёным сукном. Позади стола находился камин, а над камином висела картина под названием «Девятый вал». Всё выглядело симметрично и по-своему красиво.       За столом же восседала сама М — полярная сова с абсолютно неподвижным взглядом своих тёмно-оранжевых зрачков. Она заполняла документы, держа в правой лапе перо, которое периодически обмакивала в чернила. В то же время в левом крыле М удерживала курительную трубку, от которой исходила небольшая струйка белого дыма, расходящаяся по всему кабинету. Запах стоял соответствующий — табачный. Из освещения в комнате была только настольная лампа с зелёным абажуром, подсвечивающая поверхность стола, поэтому вокруг царил полумрак, который уже надоедал Джеку. Заяц присел на стул и смиренно ожидал, пока его начальница окончит свою работу.       Когда М дописала, она отложила перо к чернилам и махнула крылом куда-то в сторону. Краем глаза Джек заметил движение в самом тёмном углу кабинета — то ли сгустилась тень, то ли воздух дрогнул. Шестое чувство, выручавшее его десятки раз, молчало. Бесшумно, как призрак, из мрака вышел высокий, матерый волк в строгом, полностью чёрном костюме. Джек даже не чувствовал его присутствия до этого момента. Видимо это был личный телохранитель М, который следом протянул ей папку.       — Отчёт об операции в Зебрáлли. — зачитала она название с бежевой корки. — Статус: провалено. Террористом была проглочена ампула с цианидом, после чего наступила мгновенная смерть. Необходимой информации получено не было. Сопутствующий ущерб: погром рынка, хаос на улицах города. Жертвы: из гражданских — 15 одичало, 22 в тяжёлом состоянии, 13 в среднем и 10 в лёгком. Умерших — 8, включая агента «Тень». — М положила документ на стол и закурила трубку, подняв впервые свою голову на Джека. Её голос и взгляд не были разгневанными или раздосадованными. Она смотрела на зайца неподвижно, не мигая и не двигаясь, как хищник перед атакой на жертву.       Джек молчал. Ему было нечего сказать — вся информация уже была на руках у М. Оставалось лишь смиренно ожидать вердикта от эдакого палача, вершившего его судьбу.       — Ваша репутация, мистер Сэвидж, до этого инцидента она не подавала мне повода усомнится в вашей компетенции. Что же изменилось сейчас?       — Касим принял решение. Он спас жизнь девочке, — голос Джека прозвучал хрипло. Он ненавидел это оправдание, звучавшее так слабо.       — Ценой десятка других. Агент Касим нарушил протокол. И вы, как старший оперативник, позволили этому случиться. Результат — мёртвый агент и террорист, от которого мы не получили ничего, кроме ножа в вашем боку. Это ещё без учёта дипломатических казусов. — М вновь закурила, поднимая голову к потолку. — Вы — проблема. Дорогостоящая проблема.       — И как вы намерены со мной поступить? Отправите в архив или сразу уволите? — в голосе Джека зазвучала саркастичная нотка.       — Вы слишком ценный актив, чтобы списывать. И слишком неконтролируемый, чтобы отпускать в свободное плавание. У вас есть навыки. Но вам не хватает логики и рациональности, а без них вы просто машина для убийств. И, что важнее, вы не видите картины целиком. Она провела крылом под столом, нажимая на скрытую кнопку, после чего на поверхности зелёного сукна открылся отсек с голографической картой мира в полном размере и с десятком мигающих меток.       — Пока вы отсыпались в больнице — мир не топтался на месте, агент два нуля. Только за последний месяц — произошло семь скоординированных атак с применением модифицированной сыворотки «ночных горлодёров», как в Зебрáлли. Хотели бы мы изучить новую угрозу, однако начали пропадать наши самые лучшие биохимики. Это не просто теракты. Это система. А вы пытаетесь ловить мух на сапоге, который вас же потом и придавит.       Джек сжал кулаки от досады. Уши вяло свисали с головы, опущенной вниз. Глаза смотрели в пол, разглядывая щели между досками.       — Поэтому ваше наказание будет не в отстранении. Оно будет в работе. Вы вылетаете в Мексику через 5 часов, всю информацию вам сообщат по пути. И также… Вам назначен напарник.       — Кто? Фенрир? Моррис? — Джек приободрился, с удивлением смотря на М. Он мысленно перебирал старых товарищей по оружию.       — Агент Скайлер Фокс. Из IT-отдела.       Наступила тишина. Уши Джека слабо колыхнулись, а выразительная бровь поднялась ввысь.       — То есть… Технарь? Вы даёте мне в напарники какого-то хакера? После всего, что случилось? — он встал на стуле, разводя руки в стороны и не веря в услышанное. — Это шутка?       — Это — необходимость. Ваша задача — её полевая подготовка. Её задача — помогать вам в выполнении миссий, а также следить, чтобы вы не устроили ещё один инцидент, из-за которого мне придётся потом краснеть перед её величеством. И если вы, мистер Сэвидж, решите хоть на миллиметр уйти с заданного курса, я отправлю вас обоих разгребать вирусные атаки на почтовый сервер до конца карьеры. — М сделала паузу, вдыхая табак и пуская белый дым прямо в лицо зайца, заставляя его поморщиться. — Вы будете её учить, а она — вас. Как поняли, агент ноль-ноль-зет?       В её тоне не было места для возражений. Это был приговор.       Джек сел обратно на стул и откинулся на спинку, устремляя взгляд в потолок и на висящую там люстру. Технарь. Новичок. Нянька. Это было хуже любого увольнения. Это было унизительно.       — Понял, — выдавил он.       — Отлично. Она ждёт вас в ангаре. И, Сэвидж? — М снова уткнулась в отчёт, заканчивая разговор. — Оставьте беретту Касима тут, вам выдаст новое оружие Скайлер.       Джек сделал, как было велено, последний раз оглянулся на матёрого волка и покинул кабинет.       — Вы думаете это хорошая идея? Он нестабилен. — подал в тишине свой голос телохранитель, оставшись наедине со своей начальницей.       — Маркус, сколько ты уже здесь работаешь? Пятнадцать… Двадцать лет? — задала риторический вопрос М. — Но ты так и до сих пор и не разбираешься в психологии животных. Лучший агент с провалом в досье, с выжженным самомнением и жаждой реабилитироваться — это не проблема. Это идеальный инструмент. Он будет рвать всех, кого я ему укажу, лишь бы доказать, что он всё ещё лучший.       — Зачем тогда было приставлять этого новичка к нему?       — Она — предохранитель, а также его глаза. Мир меняется, Маркус. Враги больше не приходят с ружьём в лоб. Они приходят с вирусом в твой компьютер и уничтожают тебя изнутри. Сэвидж — громила старой закалки. Он не отличит троян от троянского коня, но Фокс сможет обезвредить бомбу, пока он даже не нашёл дверь в комнату. Он — кулак. Она — зрение. Без зрения бесполезен кулак, а без кулака бесполезно зрение. Моя задача — заставить их работать вместе.

***

— Bad boys! Whatcha want, whatcha want…

— Whatcha gonna do, when sheriff John Brown

            — Come for you?!

      Джек стоял напротив двери в ангар, на которой были различные наклейки, начиная от «Вход воспрещён!» и «Стучаться прежде, чем войти!» до «Радиоактивная опасность!». По ту сторону во всю громкость играла песня «Bad Boys», которая даже через преграду умудрялась давить на уши зайцу.       Трижды пожалев о своём выборе, он вошёл и застал абсолютный хаос. Ангар походил на какую-то свалку. Тут и там валялись платы, металлолом, какие-то инструменты и остальная электроника, о которой агент даже думать не хотел. Воздух был пропитан запахом моторного масла, ржавчины и чего-то синтетического. В ангаре находилось много компьютерных серверов, а также множество побитых машин, которые прибывали в таком состоянии после особо активных заданий. Однако амбассадором всего являлся Aston Martin DB5, класса высокоскоростных автомобилей. Из-под давно изжившей себя старушки в мире автопрома выглядывала парочка нижних лап и пушистый хвост, который вилял в такт песни, доносившейся из аудиосистемы внутри машины.       Музыка упёрлась в припев и застряла в нём, как заевшая пластинка.

— Bad boys, bad boys!

— Watcha gonna do, whatcha gonna do?

— When they come for you?!      

      Вокал выл, идеально заглушая скрежет металла и негромкое ругательство, доносившееся из-под капота. Джек наблюдал за сей действием, стоя с прямой спиной и скрещенными руками на груди. Это поза напоминала чем-то строго родителя, недовольным своим чадом.       Скай выехала на доске, оттолкнувшись ногой от бампера. Видимо, ей потребовался какой-то инструмент, так что она пошла к ящику с надписью «Skye». Хотя, шла — это не то слово. Она пробиралась, лавируя между высокими стеллажами, на ходу утирая масло с когтей об свой синий комбинезон. Всё это время она в упор не замечала зайца, поглощённая собственными размышлениями и… пением.

— Bad boys, bad boys!

— Watcha gonna do, whatcha gonna do?

— When they come for you?!      

      Порывшись в ящике, она достала из него ключ на 20 и отбивая им ритм, вернулась. Только сейчас её взгляд, направленный в бетонный пол, зацепился за идеально вычищенные чёрные туфли. Глаза скользнули выше, по классическим брюкам, белой рубашке и остановились на хмуром лице Джека.       Реакция не заставила себя ждать — моментальный испуг. Ключ, только что отбивавший ритм, рванулся вперёд по короткой дуге в сторону неожиданного гостя. Джек даже не шелохнулся, отодвигая голову на пару миллиметров в сторону, из-за чего килограммовый аргумент пролетел мимо и со звонким грохотом врезался в кучу металлолома.       — Ты лишилась своего оружия. — не медля более ни секунды, агент рывком преодолел и так уж небольшое расстояние между ними, поставил подножку и толкнул её в плечо.       Скай грузно приземлилась на бетон, больно ударившись копчиком. Она невольно вскрикнула и посмотрела на Джека снизу вверх — сначала с диким испугом, который тут же сменился шоком, а затем — вспышкой чистой, животной злости.       — Вы что, рехнулись?! — выдохнула она, потирая ушибленное место.       — Правило номер раз — всегда знай, кто в твоём тылу. Ты слышала, как я вошёл? Нет. Ты видела меня? Нет. Я мог быть кем угодно. И ты была бы уже мертва. Трижды.

— When you were eight, and you had bad traits,

— You go to school and you learn the golden rule,

— So why are you acting like a bloody fool?!

— If you get hot then you must get cool!

      В её глазах что-то прояснилось. Злость схлынула, уступая место постыдному осознанию происходящего.       — Агент… Сэвидж? — Скайлер поднялась, отряхивая свой комбинезон. — Это вы! Рога и копыта… Приношу свои извинения, мне эМ сообщила, что вы должны прийти, но я не думала, что так скоро! — виновато затараторила она, но с ноткой восхищения в голосе. Лисица метнулась в салон машины и выключила музыку, сразу возвращаясь на место. — Во-о-от… Хах… Она не упоминала, что вы знакомитесь через ближний бой! Классный приём кстати! — протягивая свою лапу для рукопожатия, Фокс улыбнулась, пытаясь шутейками разрядить обстановку.       Джек посмотрел на вытянутую лапу, а потом на лисицу, выражая всем своим видом нежелание хоть как-то контактировать с промасленной конечностью.       — Это не «классный приём», а демонстрация твоей неготовности. — он поправил рукава своей рубашки и скрестил руки на груди, ещё раз окидывая своим взором весь творческий хаос вокруг. Его взгляд говорил сам за себя.       — Ну так, для этого нас и поставили вместе! Чтобы вы меня всему научили! Мы же теперь команда. Словно Винсент и Джулс или Бэтдог и Робин! — представляя всё это, на лице Скайлер просто невозможно было не заметить мечтательную нотку.       — «Команда»? — Джек посмотрел на неё с поднятой бровью. — Ты видимо не совсем понимаешь. Это не «командная работа», а наказание, для нас обоих. Меня поставили с тобой нянчиться, так что для меня ты скорее помеха, нежели помощница или что-то в этом роде.       — Э-э… — её пыл сразу поубавился после таких слов. — Но ведь эМ сказала…       — Ближе к делу. Она говорила, что у тебя есть оружие для меня. Я жду. — он исподлобья взглянул на лисицу в комбинезоне.       — Кхм, да. Идёмте.       Они прошли к рабочему месту Скай, с которого она быстро убрала свои «изобретения» и достала из металлической полки одиноко лежащий пистолет.       — Возможно вы знакомы с немецким Хеклер и Коуч Марк 23.       — Сорок пятый калибр? Хм… Он громоздкий. — Джек невольно сравнил этот Марк 23 с Береттой Касима, и они были достаточно схожи по размерам, однако если у Касима просто анатомически лапа больше, тот тут уже сам пистолет огромен.       — Все на это жалуются. — закатив глаза, ответила лисица. — Но этот пистолет не для скрытого ношения, а для наступательных атак. Здесь есть рычаг для снятия с предохранителя, то есть просто так взвести его в рабочее положение вы не сможете. Магазин предназначен на 10 патронов, а на рукоятке сделаны шахматные бороздки для большего сцепления с рукой. Вишенкой на торте в этот пистолете — его глушитель и система ЛЦУ. Он практически бесшумный, если не считать звук от удара затвора, а инфракрасные лазеры помогают незаметно целится, но для этого нужны очки ночного видения. Насчёт надёжности можете не переживать — весь метал хромирован и даже если захотите утопить по каким-то причинам Марк 23, то уверяю, не сможете. Его перед испытания три дня держали в солёной воде под песком, и он отработал штатно. Хоть орехи колотите им. — Скай скрестила руки и с угрюмым выражением лица посмотрела на зайца, разглядывающего своё оружие. — Достаточно хорошо для вас?       — Пойдёт. — он убрал Марк 23 в кобуру и направился на выход. — Через 4 часа у нас вылет, так что советую поторопиться, если не хочешь опоздать на своё первое задание. Это тебе не пляжный отдых, так что захвати что-нибудь из своих приборчиков и быстро в аэропорт. На этом всё.       Дверь захлопнулась, а Скай осталась наедине с собой в обширном ангаре. Она медленно осмотрелась.       — Так точно, агент ноль-ноль-задница. Вот тебе и мечта всей жизни, хвост его дери…