Правит осень

      — Привет, моя милая! — басит буйвол, прижимая к тугому и нависающему над ремнём животу племянницу. — Как и обещала — не одна пришла?       Смеясь, Ники знакомит Гилберта с дядей Вудбэйном и тётей Мессалиной. Они входят в ресторан, и Гилберт сразу видит родителей Ники. Мистер и миссис Копыткинс давно превратились для него в дядю Дэстона и тётю Гертруду, поэтому он энергично машет обоим. Потом переводит взгляд на виновника торжества. Гилберт знает, что именинник приходится отцу Ники братом, — видит, как они похожи. Цвет глаз, их прищур, даже мимика одинаковы, и улыбаются одинаково, правда, могучее брюхо Вудбэйна едва помещается за стол, а подтянутой фигурой отец Ники походит на Буйволсона, только ростом на полголовы ниже.       — Так-так, гостю тоже нальём! — зычно настаивает Вудбэйн, грузно поднимаясь над столом и едва не сталкивая пузом бокал с вином.       — Вуди, они ещё школьники, — строго напоминает Гертруда. — Не смущай ребят, ладно?       — Милая, — улыбается Дэстон, — немного можно. Они совершеннолетние.       С весёлым смехом Вудбэйн наполняет бокалы Гилберта и Вероники. Гилберт, несмотря на увещевания Ники по пути в ресторан, чувствует себя неудобно — пришёл без подарка. Он говорит это во время очередного тоста, на что Вудбэйн только отмахивается.       — Брось, Гил! То, что сюда пришёл сын Эддрика Буйволсона, — для меня уже подарок!       И Гилберт, преодолевая смущение, улыбается. Ники гладит его локоть и что-то шепчет, только за громким голосом Вудбэйна не разобрать, что именно.       Когда именинник и гости уходят курить, Гилберт с Ники, уже выпившие по три бокала мягкого ананасового вина, выходят на улицу через главный вход.       — Хороший у меня дядя? — весело спрашивает она.       — Круче, чем ожидал, — молвит с улыбкой Гилберт, — правда, моему дяде Рику до твоего далеко!       — Как-то ты хотел меня познакомить с ним, помнишь? — говорит Ники. — Море позитива, так ты говорил.       Позитива у Рикарда ещё хватит на долгое время, пусть он сейчас находится на реабилитации после серьёзной операции. Главное, что Рикард не один, за ним присматривают сын и жена.       — Обязательно познакомлю, — обещает Гилберт и целует Ники.       — Давай не будем много пить, хорошо? — предлагает она.       Гилберт вдыхает терпкий запах осеннего вечера и вина и спрашивает:       — Можешь этот день назвать идеальным осенним выходным? А если нет, то каков он для тебя, выходной?       — Любой день с тобой идеален, Гил, — отвечает Ники. — И когда я встречаю тебя на остановке, и в школе, и у тебя дома. А выходной — вот как сейчас, с праздничной атмосферой… и с тобой!       — Какую одежду бы ты надела в такой выходной?       — Ты подарил мне это платье, помнишь? — напоминает Ники. — Хочу в нём танцевать с тобой на выпускном!