Прорехи, зашитые твоей рукой

Пересилив себя, Мартиэль вышел в воскресенье в общий холл, где собирались ученики. Он помнил многих еще с начала первого курса, когда активно знакомился и общался. Тоько вот сейчас ученики разбились в компании, причем, вероятно, давно устоявшиеся.

«В наглости тебе не нет равных, да…?»

Мартиэль вспомнил эти слова Алатариэля и невольно мысленно фыркнул. Почему же это не работает сейчас? Почему когда не надо — он болтает как хочет, а сейчас стоит посреди холла растерянный и наверняка с наитупейшим выражением лица. К кому идти? Вон компания девушек в шарфиках с книгами что-то обсуждают, хихикают и косятся на темных эльфов-забияк, в числе которых был и Рейвиэль, которые нашептывали что-то первокурсникам. У камина сидела пара преподавателей, что следили за порядком и разговаривали с тремя светлыми эльфами, что всегда держались обособленно… Как же можно в толпе почувствовать себя одиноким? Нужно убежать. Точно надо уйти, вернуться к своим рукописям… — Мартиэль, ты потерялся? — мягко спросил кто-то знакомый совсем рядом. Марти дернулся, отступил чуть и невольно фыркнул, когда увидел Алатариэля. Но внутри вдруг стало необычайно приятно, потому что с ним уж точно не будет того мерзкого чувства! Фенрис стоял в мантии, под которой виднелся черный свитер, на шее у него был столь же черный шарф, волосы очень ярко выделялись из-за такого образа. К тому же, они сегодня были распущены. Мужчину с легкостью можно было принять за ученика старших курсов. Но надо признать — такой наряд ему шел. Мартиэль же сегодня не заморачивался, вновь напялил свитер, но уже другой, рыженький, похожий на лисью шерсть. Он был теплее и куда свободней того, в котором ходил в школьные дни. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Алатариэль, прекратив улыбаться, немного брови выгнул. Фло только осознал, что все это время молчал и пялился на профессора травологии. — В порядке я, ничего я не потерялся! Просто задумался. — Марти отвел взгляд, сложив руки на груди. — Пойдешь со мной искать ликорисы? — Фенрис мягко улыбнулся, устроив руку на лямке сумки через плечо. — Ликорисы? Это что такое? — эльф чуть расслабился, заинтересованно переведя взгляд на Алатариэля. — Цветы. Очень красивые. — негромко произнес учитель, медленно направившись к выходу. Мартиэль последовал за ним. — Их называют цветами осеннего равноденствия… В разных частях света значение разное: невзаимная любовь и разлука, глубокая печаль и память, проводник между мирами… Но знаешь ли ты, что за легенда ходит о них по академии? Марти молча помотал головой, решив не перебивать мужчину. Его голос был мягким, размеренным, а самое главное — слушать было приятно. — Одна темная эльфка, Лиллиэль, очень много лет назад полюбила демона… Корис, так его звали, вышел на землю в день осеннего равноденствия. Говорят, тогда грани меж мирами истончаются… Хм… Он встретил ее в этом лесу, когда девушка выскольнула из академии ночью на прогулку в одиночестве… Лиллиэль сочла Кориса таким же темным эльфом, новеньким, что тоже убежал гулять. Они подружились и парень не захотел возвращаться в мир, остался на земле, притворился учеником. Но долго так длиться не могло, за ним пришли другие демоны и забрали в свой мир. Лиллиэль была в отчаянии, ведь полюбила Кориса всем сердцем… — Алатариэль говорил неторопливо, не глядя на рядом идущего Мартиэля, что невольно прикусил губу, наблюдая за Фенрисом. Тот смотрел на яркую опадающую листву с деревьев, вроде бы выглядел совершенно спокойным, но во взгляде читалась какая-то искренняя грусть. — Девушка украла старую книгу с ритуалами и решила через смерть переродиться в другом мире. Она убила себя в этом лесу. Корис, вернувшийся ненадолго, чтобы попрощаться с ней, увидел лишь тело… Демон долго просидел над возлюбленной, оплакивая ее, пытаясь справиться с горем, после чего забрал ее в собственный мир. Кровь эльфки и слезы демона обратились в цветы, что назвали ликорисами… Ходят слухи, что в этом лесу слоняется душа Лиллиэль в поисках Кориса. Что вовсе не ветер воет ночами, а это ее плачь по возлюбленному, что забрал лишь тело без души. Но правда ли это — не знаю. Может быть, они воссоединились в другом мире, может быть все было наоборот, может быть эльфка была эльфом, а может их не было вовсе… Мартиэль шокированно хлопнул глазами, остановился, пытаясь переварить то, что услышал. Перед ним живо встал образ мертвой эльфки, что бродит по лесу… Алатариэль же повернулся лицом к нему, слабо улыбнулся. — Я тебя напугал рассказом? — тихо спросил он, тоже остановившись. Марти невольно протяжно выдохнул, чувствуя странные ощущения в груди от взгляда Фенриса. Его спокойстве, что сочиталось с мягкостью, меланхолия в глазах, все это необъяснимо трогало молодого писателя. Спустя долгое время при взгляде на кого-то он наконец ощутил восхищение. — Вовсе нет. — Мартиэль заставил себя отвести взгляд, присел, рассматривая кленовые листья. — История довольно трагичная… Наверное, поэтому так цепляет народ. — Думаешь, это неправда? — спросил с легкой улыбкой Алатариэль, присев рядом и чуть склонив голову. — А вы думаете, что правда? — невольно фыркнул Марти. — Может быть, ликорисы появились задолго до них, может быть, звали их вовсе не так, но не исключено, что такая история любви существовала в стенах этой академии. Знаешь, такие места таят в себе очень многое… — задумчиво проговорил Фенрис, встал медленно. Парень тоже поднялся с двумя особо яркими листочками в руках, вновь глянул на преподавателя, что кратко улыбнулся ему. — Вы романтик, я смотрю… — Мартиэль прищурился чуть, выпытывающе глядя на Алатариэля. — Любите трагичные истории любви? — Не сказал бы. — Фенрис тихо хмыкнул, медленно идя вперед. — Куда лучше, когда все хорошо. Спокойно. — А у вас были такие истории? — поинтересовался Мартиэль, сложив руки за спиной в замочек, листочки выпустил. Темный эльф странно глянул на него и в этот момент Марти почувствовал себя до невозможности тупым. — Простите. Не подумал. — А у кого их не было? Это жизнь. — все же ответил Алатариэль, переведя взгляд на устеленную листьями тропинку. — Есть трагедии, которые можно счесть романтичными, а есть те, что далеки от романтики. Думаю, ты и сам знаешь… Мартиэль неопределенно мыкнул, не решаясь продолжить разговор. От холодного пронизывающего ветерка тело окутывали мурашки. Марти поежился, спрятал ладони в свитер. Фенрис остановился, размотал шарф под удивленный взгляд писателя и аккуратно накинул его на плечи спутнику. — Простудишься, уже далеко не лето. — Алатариэль невольно улыбнулся шире, глядя на растерянного Мартиэля. — Я подумал, что ты замерз… — Немного. Спасибо… — Марти закутался в просторный шарф, смущенно прикусил щеку изнутри. — Не за что. М… Свернем с тропы, здесь мы цветов не найдем… Знаешь что примечательно? Ликорисы частенько распускаются после дождя и ураганов. Интересные цветы… — Удивительные… — качнул согласно головой парень, следуя за Алатариэлем. — Все цветы уже отцвели, а они продолжают…? А зачем они вам, в них есть что-то важное для урока? — Нет. Просто это мои любимые цветы. Все нужные травы растут в теплицах и в стенах академии. — Фенрис хмыкнул, резко остановился приглядываясь к чему-то вдали. Мартиэль вдруг поскользнулся на грязи, шатнулся вперед и крепко обнял мужчину, чтобы не грохнуться. Алатариэль толком никак не отреагировал, разве что вздрогнул и выдохнул, испугавшись резкого прикосновения. — Скользко… — фыркнул тихонько Марти, отстранился медленно. Фенрис тихонько хмыкнул. — Можешь взять меня под локоть или за руку. — темный эльф мягко улыбнулся, переведя взгляд на писателя, что без раздумий обеими руками взял его за ладонь. — Вместе в грязь улетим. — весело прыснул Фло. Алатариэль с легкой улыбкой покачал головой, повел парня дальше, ступая аккуратно. Мартиэль стал заинтересованно вертеть головой в разные стороны, высматривая что-то необычное, но мужчина вдруг мягким движением повернулся, потянув Марти с собой. Перед глазами возник весьма обширный красный цветочек, схожий с замершим фейерверком на длинном голом стебле. Темно-алые лепестки, изогнутые и закрученные назад, будто от порыва невидимого ветра, обнажали сердцевину, а из нее били во все стороны длинные тычинки. Писатель коснулся пальцами цветка, присел, зачарованно разглядывая его. — Быть может все так и было, слеза демона упала в кровь эльфки, а брызги стали лепестками цветка… — негромко произнес Мартиэль, поглаживая тычинки пальцем. — По сравнению с остальными цветами эти выглядят… Фло замолчал, Алатариэль же тихо усмехнулся, присаживаясь рядом и доставая что-то. — Трагически? — М...? Нет, скорее величественно, таинственно… Трагически только когда думаешь о легенде… — Мартиэль перевел взгляд на Фенриса, что аккуратно срезал пару цветков специальными ножничками и встал. Марти подскочил следом, заинтересованно наблюдая за чужими действиями. — Пожалуй, я соглашусь… — Алатариэль выдохнул, зачарованно глядя на цветы в руках. — Такая красота, а скоро завянет… Парень прикусил губу и аккуратно положил руки под ладони профессора, прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Он, все же, лесной эльф, и мать его имела определенные способности, связанные со стихией земли. Сам Мартиэль откровенно плох был в магии, в академии же игнорировал курсы для тех, кто владел ей. Марти попросту не считал это интересным для себя, только одно ему было важно, — писательство. Но все-таки Фло решил попробовать. Как там маменька говорила? Зачерпнуть энергетику из природы, направить в желаемое русло… Алатариэль удивленно вздохнул, глядя за тем, как вокруг цветков образуется еле заметное поле. Мартиэль приоткрыл глаза и сам невольно улыбнулся тому, что у него хоть что-то получилось. Это было очень слабенько, но все же… — Теперь подольше не завянут… — довольно проговорил Марти, заметив проскользнувшее восхищение в глазах Фенриса. — Так ты владеешь стихией земли? — Алатариэль улыбнулся, переведя взгляд с ликорисов в глаза писателю. Лесной эльф тут же почувствовал странное жжение на щеках, что постепенно переползало к ушам. — Немного… — проговорил он замедленно, губу невольно прикусил, поспешив спрятать глаза. Они стояли близко, держались за руки и это как-то очень уж сильно смутило Мартиэля. Потихоньку стал накрапывать дождь, Фенрис отстранился, кажется, тоже осознав их положение. Мартиэль немного нервно обернул шарф вокруг шеи, чтобы тот не улетел. — Я думаю нам пора… — негромко произнес Алатариэль, невольно покрепче сжал теплую ладонь Марти, повел его на выход из леса. Писатель согласно покивал, немного ежась от пронизывающего холодка. Уже даже шарф спасал слабо. Дождь усиливался, холодные капли обжигали до сих пор горящее лицо парня, что наблюдал за Фенрисом. До ужаса странно было вот так держаться с кем-то за руки, дико непривычно как-то это ощущалось… Мартиэля нисколько не смущало то, что Алатариэль — преподаватель, потому что они были почти что ровесниками. Да и не ощущался Фенрис взрослым, вот хоть убейся — такой же подросток. Еще и по эльфьим меркам так и было! Наверняка потому остальные учителя не проявляли особого радушия в сторону профессора травологии… — Может побежим?! Мы сейчас насквозь промокнем! — простучал зубами Мартиэль улыбчиво. Уже начинался ливень, причем вполне себе сильный. — Не боишься шлепнуться в лужу? — прыснул тихо Алатариэль, все же ускоряя шаг и заметно мерзляво ежась. — Ну нам немного… — Марти потащил Фенриса вперед, перешел на легкий бег. Преподаватель тихо засмеялся, поддаваясь. Так, иногда легонько поскальзываясь, оба парня добежали до академии уже промокшие. Внутри Алатариэлю пришлось отпустить руку дрожащего эльфа, чтобы ни у кого не возникло каких-нибудь глупых претензий. К счастью, сейчас в холле было много тех, кто прибежал мокрый с улицы, так что парням без проблем удалось пройти дальше. — Сейчас посажу тебя под плед, тебе бы согреться… Надеюсь ты не заболеешь… — Алатариэль выдохнул, глядя на стучащего зубами, но невообразимо довольного Мартиэля. — Я хочу сначала переодеться, я мокрый весь… — профырчал Марти, сжимая руки в кулаки от проходящего холодка. — Ох… Конечно… — Фенрис мягко улыбнулся, протянул парню один ликорис. — Это твой… Я подожду тебя в кабинете. Фло медленно взял мокрый цветок, почувствовав, как в груди разлилось тепло несмотря на холод. — Спасибо… Я скоро… Лесной эльф развернулся и убежал к себе в общежитие, весь мокрый, до ужаса не то смущенный, не то счастливый. Он разучился понимать свои эмоции, но надеялся теперь наверстать это. Не замечая своей усталости, юноша пронесся по лестницам, через коридоры, гостиницу, влетел прямо к себе в комнату, там едва не плюхнулся на ковер, кое-как удержался на ногах, стараясь отдышаться. Глазами он поискал свою единственную богами забытую вазу, однажды купленную на рынке, в итоге отрыл ее в одном из ящиков, быстро налил воды, поставил туда ликорис. Мартиэль спешно переоделся, захватил шарфик и поскакал к кабинету травологии, по пути зацепился свитером за что-то и вновь нечаянно создал дырку на локте. Не обратив особого внимания на это, Марти добежал к нужному месту и заскочил внутрь, запыхавшись. Там он застал Алатариэля, который стоял над учительским столом, забвенно разглядывая ликорис в изящной вазочке. — Ты так быстро…? Ничего себе… — Фенрис мягко улыбнулся, развернувшись к Мартиэлю, что самодовольно заулыбался, стараясь отдышаться, протянул шарфик. — Спасибо, что вернул. Идем греться… Ты нормально себя чувствуешь? — Да, все хорошо! — заявил лесной эльф, поскакав внутрь небольшой комнатки за кабинетом. Алатариэль с улыбкой покачал головой, повесил шарф сушиться и прошел следом. Первым делом он усадил Фло на стул и укрыл вязаным пледом, после чего прошел кипятить воду. — Почему ты скрываешь свои способности? Стихийная магия — вещь не такая уж и распространенная… — негромко спросил Алатариэль, отойдя от котелка, оперся о спинку соседнего стула. Нахохлившийся подобно совенку, что довольствуется теплом, Мартиэль приоткрыл один глаз и надул губы. — Не хочу я их… Когда пользуешься силой — за ней надо следить. Наберешь энергии больше чем нужно — неосознанно на эмоциях можешь натворить дел. Отец хотел от меня воинственности, матушка хотя бы того, чтобы я развивал дар. А я хочу писать книги! Но меня об этом никто не спросил! — Марти поморщился, плотнее кутаясь в плед. — Не нужна мне магия. — Магия действительно не игрушки… Ты все больше удивляешь меня своей разумностью, Марти… — Фенрис отошел сделать чай и кофе, лесной эльф же встрепенулся и насупился. — Вы меня дурачком считаете что ли?! Конечно я разумный! — Фло расфырчался, глядя на тихо засмеявшегося Алатариэля, что увидел его выражение лица. — Тише-тише… Я уже знаю, что ты разумный. Но когда я тебя увидел в первый раз, — и правда подумал, что ты дурачок. — Фенрис несдержанно широко улыбнулся одними губами, наблюдая за выражением лица Мартиэля. — Перемазанный чудик в дырявом свитере, помнишь...? — Ой, да ну вас! — Мартиэль накинул плед на голову и спрятался. На самом деле, его нисколько не обидели эти слова, может лишь немного смутили. Писатель только-только очнулся и вернулся в реальную жизнь, только начинал понимать, как же действительно выглядел со стороны… — Аккуратней, ты со стула так не упади, не запутайся… — Алатариэль принес чашки к столу и сел на соседний стул. — Ты хоть согрелся? — Согрелся… — Марти выглянул из пледа смешно, наблюдая за обхватившим пальцами чашку профессором, что полуприкрыл глаза, отпивая из нее. — Ммм… А вы ведь тоже обладаете способностями…? — Верно. Ничего особенного, просто хорошо развит телекинез. От этого частенько болит голова, поэтому я стараюсь особо не пользоваться. — Фенрис чуть улыбнулся, глянул на Мартиэля, что уже подтянул к себе кофе и тоже стал пить. Юноша покивал, чуть приосанился и позволил пледу сползти, ведь стало жарковато. Алатариэль заметил дырку на локте, только куда более внушительную и удивленно тихо охнул. — Ты правда на локтях ползаешь? — произнес ошарашенно эльф, чуть склонившись, чтобы рассмотреть получше. — Нет, оно само! — выдохнул возмущенно Мартиэль, покосившись на дырку и отпив еще кофе. — Я торопился, задел что-то, так порвалось… — Может мне тебя научить шить? Рваный ведь ходить весь будешь… — Фенрис легонько покачал головой, глядя на дырку задумчиво. — Мм… Не получается у меня это… — пробормотал Марти, быстро допивая кофе, отставил чашку. — Ничего, это решаемо. — Алатариэль поднялся и отыскал иголку с ниткой, вернулся к столу. Фло стащил с себя свитер, оставшись в легкой майке, немного растерянно взял его в руки. Фенрис сел рядом, аккуратно забрал свитер и вывернул дырявый рукав наизнанку. — Пока ты новичок в этом деле — лучше шить так. Мартиэль лишь мыкнул, кивнул замедленно. — Держи иголку и нитку, вдевай. — Брр… — отозвался недовольно Марти, но все же взял принадлежности, через минуту смог проделать нужное. — Ии...? — Отрежь нить и сделай узелок. Умеешь? — Видел как это делается… — пробурчал сосредоточенно писатель, взял ножницы, срезал нить и попробовал сделать узелок. Вроде получилось. — Отлично. — Алатариэль встал, зашел за спину лесному эльфу и склонился, из-за чего лицо его оказалось над плечом Мартиэля. — Ты не против…? — Не против. — фыркнул тихо Марти, взявшись за иголку. Он вроде и представлял что делать, а вроде и присутствовала какая-то растерянность. К счастью, Фенрис аккуратно накрыл его руки своими и помог начать шить, сопровождая происходящее тихими комментариями. И постепенно Фло отвлекся на мягкий размеренный голос, на теплое дыхание рядом с ухом, на щекочащие его плечо еще влажные кончики чужих волос, на объятия, на касания рук… В окно стучал дождь и Мартиэль почувствовал себя невероятно уютно в теплых «объятиях», такой близости… Алатариэль пах дождем, немного травами, от него все также веяло осенью. — Ты отвлекся… — тихо произнес Фенрис на ухо, что заставило Марти вздрогнуть и совсем немного смутиться. Надо же о чем задумался! — Случайно… Но я все равно уловил суть… Криво, косо, но лесной эльф зашил дырку до конца сам, закончить уже помог Алатариэль, легко улыбнувшись. — Вот, видишь, совсем нетрудно… — тихо произнес он, выпрямившись. Мартиэль почувствовал какое-то разочарование от прекращений таких полуобъятий, медленно натянул на себя свитер. — Даа… Спасибо. — Я думаю, что нам пора на обед. Время уже. Пойдем. Дальше им пришлось разойтись, ведь несмотря на то, что они почти ровесники и ничего страшного не делают — вместе часто появляться все равно плохая идея. На обеде Мартиэль ловил на себе взгляд Алатариэля и иногда ответно щурился. Было необычайно приятно получать такое внимание и юноша куда мысленно улетел… Он даже не заметил, как согласился попробовать отвар какой-то миловидной эльфки с каре в очках, что была на пару курсов старше. Горло приятно обожгло пряным теплом, на языке остался приятный вкус миндаля и ванили, пусть и консистенция была какой-то маслянистой. Мартиэль поблагодарил девушку и вновь отвлекся на Алатариэля, что уже болтал с кем-то из учителей. Сначала Фло хотел дождаться мужчину и провести с ним остаток дня, но его нежданно сильно стало клонить в сон. Так что уже толком не соображая, лесной эльф поплелся к себе в общежитие и, даже не раздевшись, завалился на постель и уснул.

Корис… Корис…

Мартиэль свалился с постели и судорожно вздохнул, резко оседая. Ему было отвратительно холодно, голову будто сдавило чем-то, все тело колотило. Вокруг было темно. Судя по всему, стояла глубокая ночь. Лесной эльф поднялся на колени, чувствуя, как сильно колотиться сердце. Его пронизывала странная нервозность.

Корис…

Марти вздрогнул и сжал зубы, резким движением открыл дверь из комнаты, вглядываясь в слабо освещенную гостиную. Никого не было.

Корис… Корис… Корис…

— Что это такое… — нервно процедил себе под нос Мартиэль, кутаясь в свитер, быстро прошел через гостиную, выскочил в коридор. Ему казалось, что голос шел оттуда. Глянув по сторонам, писатель застыл и, кажется, прекратил дышать. Вдали виднелся силуэт эльфки. Бледной, высокой, в форме академии, но явно далеко не живой.

Корис…?

Мартиэль сжал кулаки, чувствуя липкий расползшийся страх. Ему показалось, будто эльфка разочарованно покачала головой и пошла дальше. — Стой! — наконец сипло выдохнул парень и зачем-то побежал следом, чувствуя необычайный прилив адреналина. Ему было страшно. И интересно. Любопытство пересиливало любые страхи и дурное самочувствие. Девушка уходила все дальше, Мартиэль бежал следом, чувствуя адскую усталость. Она вывела его через какой-то иной выход на улицу, к лесу. Его не смутило то, что этого нельзя было делать, ведь в академии давно наступил коммендантский час, не смутило и то, что холодный воздух адски жег горло при беге, что его уже ощутимо потряхивало. Марти остановился, когда эльфка вдали замерла. Откашлявшись, писатель сделал пару уверенных шагов и собрался уже задать вопрос, как из леса неожиданно вышел высокий мужчина с заостренными ушами, рогами и болтающимся хвостом с заостренной пикой на конце. Он был тоже будто не осязаем, таким же блеклым, как и эльфка. Они обменялись парой слов и демон вдруг всадил девушке кинжал в грудь. Мартиэль рвано выдохнул, растерянно глядя за тем, как девушка замирает и медленно оседает, как мужчина ее опускает и садиться рядом, поглаживая по щеке. Он что-то говорил, но лесной эльф не слышал его речи, он смотрел только на лежащую, что цеплялась за чужие руки, пытаясь вытащить кинжал. Демон вытащил острие, но всадил еще раз в другое место. Затем еще раз. И еще. Мартиэль только сейчас понял, что глупо смотрит на это все и ничего не делает. Глаза обожгло влагой, лесной эльф, шатаясь, подошел ближе, но демон уже поцеловал мертвую эльфку в губы и растворился. Марти в ужасе подошел ближе и присел рядом, пытаясь понять, что делать. Позвать на помощь? А разве это реальность…? Лесной эльф зажмурился и похлопал себя по щекам, подавляя всхлип, открыл глаза и увидел ту же самую картину. Капающие горячие крупные слезы упали на девушку и в тех местах тут же пробились ростки, очень быстро превращающиеся в обширные красные ликорисы. Мартиэль в ужасе отшатнулся, упал на мокрую грязную землю, подскочил, дыша сбивчиво, поднялся, глянул себе на руки и едва не заскулил. Ладони были покрыты кровью, Марти показалось будто резко запахло железом, мерзко так, отвратительно… Он же не…? Полностью потерявшись, Фло закрыл уши руками, шатнулся, зажмурился, направившись к академии. Мыслей вдруг стало так много, сердцебиение так участилось, что хотелось выть. Его кто-то схватил и прижал к себе, Мартиэль забарахтался и заплакал, не в силах больше бороться с накатившим страхом. Первый раз он был в таком ужасе. — Марти, все хорошо, тихо, тихо… — произнес кто-то знакомый взволнованно. Лесной эльф тихо заскулил и зажмурился, стараясь отдышаться. — Все хорошо, идем, тише… Писатель поддался, все еще жмурясь и всхлипывая. — Там… там… — забормотал он дрожаще, после вдруг остановился, снова хлопая себя по щекам, — я же не псих, я не псих, я не… — Ты не псих, все хорошо, тише… — Алатариэль схватил его за запястья аккуратно, не давая больше хлопать. — Успокойся, сейчас я отведу тебя в тепло, ты согреешься и выпьешь отвар, тише… Мартиэль резко выдохнул, поднял голову, с трудом фокусируя взгляд на мужчине, который отпустил его руки. — Все хорошо… — ласково произнес Фенрис, в чьем взгляде читалось беспокойство, если не страх. Марти захныкал и прижался к преподавателю, дрожа не то от холода, не то от усталости и рыданий. Алатариэль мягко прижал к себе парня, поглаживая его по руке, повел внутрь академии. Чужое тепло немного отрезвило лесного эльфа, он стал дышать куда ровнее, спутанное сознание вроде стало проясняться. В академии было куда теплей, но Мартиэль все равно жался к Фенрису. С ним было спокойней в разы. Мужчина завел его в просторную комнатку в темных тонах, усадил у потрескивающего камина, укрыл пледом, а сам куда-то ушел. Марти тяжело вздохнул, прикрыл глаза, пытаясь прийти в себя и понять, что случилось. Алатариэль вернулся скоро, присел рядом, протянул кружку с чем-то приятно пахнущим. Фло тут же очнулся и взял ее, сразу отпил, довольствуясь медово-травяным вкусом. — Я в окно увидел, как ты бежишь к лесу. Что случилось? — тихо спросил Фенрис. Мартиэль шмыгнул, глядя на преподавателя. — Я видел Лиллиэль… Из той легенды. Она искала Кориса, это он ее убил, не она себя, а потом из нее проросли ликорисы, я увидел свои руки в… — Марти прервался и поджал губы, выдохнул судорожно, отпил трав. Алатариэль задумчиво глядел на лесного эльфа, что теперь смотрел в огонь, кажется, пытаясь успокоится. — Я очень быстро уснул после обеда… Посреди ночи резко проснулся от ее голоса… Было холодно, плохо, но я ее слышал, потом увидел, пошел следом… — решил дополнить рассказ Мартиэль. — Вот как… Марти, либо ты можешь видеть иную частоту, либо тебе что-то подлили и твоя фантазия сама сделала свое дело… Ты писатель с огромным миром внутри, твой мозг способен на что угодно. — Мой мозг отвратителен, в таком случае. Представить такое… — Марти поежился, покривился. — О… Мне кто-то сегодня дал попробовать свой отвар… Тцц… Не помню лица… Эльфка какая-то, старшекурсница что ли… — О, Боги, Марти… Вспомнишь вкус? Может я пойму что… — Алатариэль вздохнул, взял уже пустую чашку из рук писателя и отставил ее. Фло очень понравился тот факт, что преподаватель не стал давить на него претензиями и говорить что-то наподобие: «а не надо было брать!». — Ммм… Что-то миндально-ванильное, маслянистое, пряное… Пахло сладко, цветами… — Так… Предположим, это были галлюцинации. Миндально-ванильным отдает настойка цветов бузины. Ее используют, чтобы спрятать вкус и запах ядов… — медленно проговорил Алатариэль, нахмурившись. — Меня хотели отравить? — встрепенулся Мартиэль, переведя взгляд на Фенриса. Тот покачал головой. — Не думаю. Скорее всего это была неудачная шутка или попытка любовного зелья. — преподаватель задумчиво помычал, после стал рассуждать. — М… Говоришь, уснул быстро? Седативый эффект у нас имеет полынь, она же открывает и расслабляет сознание, галлюцинации могла вызвать эссенция дурмана в основе… Как раз он придает маслянистую консистенцию… Похоже на зелье «Лунные грезы». Это наркотик под строгим запретом… — Ого… — Мартиэль искренне удивился, во все глаза глядя на слабо улыбнувшегося Алатариэля. — Травология очень тесно связана с зельеварением. Если я прав, то все хорошо. Действие уже спало. — Фенрис полуприкрыл глаза, подавляя зевок. — Будь аккуратней… Сейчас обошлось, потом и отравить могут и затащить куда… — Уу, ну кто ж знал, что у нас есть психи! — Мартиэль насупился, потер глаза. Снова очень хотелось спать, но страшно ему не хотелось ползти к себе в комнату… — Может быть это чей-то страшный план, а студентки — лишь путь к достижению… — хмыкнул тихо сонно Фенрис. — Не будите мою фантазию, она у меня и так ого-го какая! — фыркнул парень, решил все же встать и не мучить Алатариэля своим присутствием. Преподавателя очень уж ощутимо клонило в сон. — М… Я думаю мне пора… — Будь аккуратен, Марти… Тебя проводить…? — эльф тоже встал, подавляя зевок. Мартиэль покачал головой. — Нет, я сам дойду! Спасибо за все. Правда… Вы мне очень помогаете. — Марти улыбнулся, крепко обнял Фенриса и шустро отстранился, отойдя к двери, замер в нерешительности. Преподаватель прикусил губу изнутри, подошел к лесному эльфу, открыл дверь. — Ээ… Может… Алатариэль чуть склонил голову, глядя на растерявшегося парня. — Может мы могли бы стать друзьями? — наконец выдавил из себя Мартиэль, медленно подняв взгляд. — С удовольствием… — Фенрис улыбнулся шире, потрепал тут же ставшего довольным писателя по волосам. — Беги спать, Марти. Сладких снов… — Сладких! — ответил Фло, выскользнув из чужой спальни, поскакал прочь. Алатариэль закрыл дверь, подошел к постели и плюхнулся на нее, не сдерживая счастливой улыбки.