Однажды на Келифиджии

4

             Проснулся Демьен на широкой кровати в отдельной каюте. Рядом — никого, в иллюминаторах — по-прежнему темно, как ночью. Не понимая, который сейчас час и как долго они летят, Демьен тупо смотрел на часы. Стрелки показывали десять. Однако день и не думал начинаться. Видимо, ночь двигалась вместе с ними…       Он совершенно не помнил, как оказался в спальне. Без любовника явно не обошлось. При мысли, что Эверард перенёс его на руках, Демьен поневоле краснел. Оставалась робкая надежда, что остальные ещё спали и этого не видели. Хотя едва ли…       Быстро освежившись в санузле, Демьен переоделся в белую футболку, обтягивающие джинсы — и вышел в общий салон.       Столы «конференц-зала» были соединены. Линты завтракали. Впрочем, не все: Эверард разговаривал по телефону в одном из «клубных» кресел, Мишель с Дженни смотрели телевизор на диване, поедая из креманок клубнику со сливками.       На столе помимо сырного омлета, тостов с авокадо и салата из креветок стоял запечённый лосось и киш с курицей и грибами. Из сладкого — венские вафли и клубника. Жаклин пила кофе, Джулия, Линда и Франц — белое вино.       — Доброе утро, — смущённо поздоровался Демьен, подходя. Салон освещался искусственным тёплым светом, но из-за тёмных иллюминаторов казалось, что ночь продолжается.       — Где мы сейчас? — спросил Демьен, беря со стола клубнику.       — Где-то над Тихим океаном, — жуя, ответила Линда. Этим утром на ней была блузка без рукавов цвета пепельной розы и кожаные брюки со шнуровкой. Она явно успела сделать макияж: её серые глаза с аккуратными стрелками и искусной дымчатой растушёвкой притягивали взгляд, поневоле пробуждая в голове гитарные аккорды её песен. Демьен вздохнул, садясь на свободное место рядом с ней: похоже, он и правда скучал по «Доминанте».       Джулия этим утром оделась в привычную зелёную гамму. Оливковое платье на тонких бретельках навевало ассоциации с одеждой древнегреческих богинь. На Франце была чёрная обтягивающая футболка с V-образным вырезом (брюк его Демьен не видел, но почему-то был уверен, что они свободного кроя). На Джеки же был красный шёлковый халат в азиатском стиле. Она выглядела сонной и, казалось, проснулась не так уж давно.       — Я так крепко спал, что не слышал, как вы встали, — смущённо пробормотал Демьен, решив не уточнять, что вообще не помнит, как оказался в спальне. И ведь они явно ходили мимо него: и в санузел, и в багажное отделение, раз успели переодеться.       — Я тоже крепко спала, — сказала Жаклин, поливая вафли черничным и сливочным соусом. — Нехило меня папа усыпил…       — Сдается мне, что дело не в папе, — с озорной улыбкой произнёс сидящий рядом Франц.       — Это ты к чему? — прищурилась Жаклин, хотя с губ уже рвался смех.       — Сдаётся мне, это шампанское так крепко спало, — продолжил Франц, поедая киш.       — Ладно тебе! — засмеялась Джеки.       — Милая, позавтракай лучше чем-то несладким, — сказала Джулия.       — Да нет у меня похмелья! — воспротивилась Жаклин. — И вообще…       — Скажите честно: на борту спрятался шеф-повар? — Демьен жевал сочный киш с курицей и грибами. Всё было таким свежим и горячим, словно только что из духовки.       — Позвольте вам представиться, — Франц с наигранной высокопарностью приложил руку к груди и кивнул. — Шеф-повар высшей категории — мусьё Франц Линт.       — Не ври, нет у тебя никакой категории, — игриво пихнула брата в бок Жаклин. — И я готовлю не хуже…       — А чего ж не приготовила? — заглянув сестре в лицо, спросил Франц. В его голосе звучали такие флиртующие ноты, а глаза так весело мерцали, что казалось: ещё немного — и он поцелует её при всех.       — Шампанское во мне спало, брат мой, — ответила Жаклин, и оба они, как и Линда, покатились со смеху.       — Охренеть. Это во сколько ты проснулся? — краснея помимо воли от их игрищ, спросил Демьен.       — Да не так уж я и заморачивался, — ответил Франц, глотая вино. — Многое было в полуготовом виде.       — Выспался? — Эверард подошёл к ним со спины, явно закончив разговор. На мужчине было чёрное шёлковое кимоно, контрастирующее с белизной кожи, как и иссиня-чёрные локоны, небрежно заплетенные в косу. У Демьена в голове яркой вспышкой возникло воспоминание о завтраке в парижском «Бристоле». Он смущённо кивнул в ответ на заданный вопрос и опустил глаза, утаивая подспудный трепет. Явление… Демьен чувствовал это необъяснимое нечто, всегда так ощутимо наполняющее пространство при появлении Эверарда.       — Всё хорошо? — спросила мужа Джулия, пока тот, раздвинув ненадолго стол, прошёл на свободное кресло напротив неё.       — Да. Морриган уже ждёт нас в Нукуалофе, — Эверард положил себе лосося и налил вина. — Останется только добраться до яхты.       — Такси? — спросила Линда, жуя салат из креветок.       — Я заказал микроавтобус из аэропорта, — ответил Эверард.       — А скоро утро, кто-нибудь знает?.. — поинтересовался Демьен, нажимая на омлет и тоже запивая его шардоне.       — Ты уже забыл, как мы летали? Маршрут тот же, — Эверард посмотрел на свои часы. — Кстати, предлагаю желающим перевести стрелки. В Тонга сейчас четыре часа утра.       Завтракали они неспешно, особо никуда не торопясь. После омлета Демьен решил отведать клубнику со сливками, а потом и венских вафель с кофе. Всех интересовало, как они доберутся до острова. Воображение рисовало продолжительную прогулку на яхте, но Демьен на собственном опыте знал, что от единственного в Тонга аэропорта, расположенного на острове Тонгатапу, до Келифиджии, которая теперь принадлежала ему единолично (с ума сойти! он до сих пор в это не верил), плыть не так уж долго.       После завтрака столики разложили, и появилась возможность свободно перемещаться по салону, хотя часть угощений, вино и соки остались для всех желающих.       — У нас ещё есть вода? — спросила Жаклин отца.       — Да, как ни странно, — глотая кофе, ответил тот. — Все проявили неожиданную сознательность. Воды достаточно.       — Тогда я позволю себе быть несознательной и приму душ, — ответила Жаклин, поднимаясь.       — Ни в чём себе не отказывай, — усмехнулся Эверард, провожая её взглядом.       Когда минут через десять Демьену приспичило в туалет, Эверард его окликнул:       — А ты куда, котёнок?       — В туалет, — объяснил Демьен растерянно.       — Там Джеки, — ответил Эверард. — Впрочем… может, она смилостивится и впустит. Постучи.              Уже у дверей санузла Демьен остановился и задумался. В спальне было пусто, а за дверью туалета — тихо.       — Джеки, — позвал он. — Можно?       После минутной паузы щёлкнул замок, и дверь открылась.       Вопреки надеждам Демьена, что Джеки просто чистит зубы или расчёсывает волосы, она действительно купалась. Хотя вода в душевой не лилась, но мокрая и обнажённая Жаклин наносила гель на тело. В воздухе ощутимо витал аромат роз.       — Что-то случилось? — невинно спросила она.       Демьен с трудом оторвал взгляд от её пышной груди, перламутровой кожи и прилипших к плечам чёрных кудрей волос.       — Я хотел в туалет, но если ты… — начал он.       — Надеюсь, не какать? — засмеялась она.       Демьен сел на закрытый стульчак, не в силах отвести глаз от рук Жаклин. Она не соблазняла его специально. Но вроде бы простые движения ладоней по мыльной коже завораживали. Демьен не мог оторвать взгляда от нежных розовых сосков и полных грудей, таких томительно круглых и влекущих. Интересно, Джеки делает какие-то особые упражнения, или ей просто так капитально повезло с генетикой? Потому что грудь у неё определённо была больше остальных женщин в семье и при этом не теряла форму. Эти будоражащие соски, чувствительные, напряжённые от прикосновений… Эти мелкие брызги на коже… Эти нежно-розовые губы, и скулы, и длинные кудри мокрых волос.       — Прости меня за вчерашнее, — пробормотал он.       — А что вчера случилось? — подняла чёрную бровь Жаклин.       — Раньше… раньше ты не боялась, — начал Демьен, запинаясь. — Я не знал, что тебе страшно летать. Прости…       — А, — проронила Джеки с усмешкой. — Летать не страшно, страшно — падать.       — Это после того случая?.. — тихо спросил Демьен.       Джеки не ответила. Какое-то время он с волнением наблюдал, как она мылится.       Демьен чувствовал себя извращенцем, когда неотрывно скользил взглядом по непозволительной роскоши её тела: по изгибу спины и тонкой талии, по сочной попке, такой женственной и сексуальной, по линиям стройных ног. Он смотрел во все глаза, не в силах сморгнуть. Вспыхнувшее возбуждение отравой расползалось по телу. Мучительное давление распирало низ живота.       Демьен чувствовал себя окрылённым и очень несчастным одновременно: потому что стремление к Жаклин, это жадное желание завладеть ею становилось всё сильнее. А он слишком хорошо знал: удовлетворить жажду обладания можно лишь на время.       — Я поняла: ты пришёл посмотреть, — улыбнулась Джеки, забрасывая влажные волосы за спину.       — Ты вроде собиралась быть неэкономной, — прочистив горло, сказал внезапно севшим голосом Демьен. — Почему воду не включаешь?       — Если буду настолько неэкономной, воды не хватит даже до конца купания.       — Тогда может сэкономим по-настоящему и примем душ вместе? — с улыбкой и надеждой предложил Демьен.       Джеки разобрал озорной смех. — Раздевайся, — сказала она, одарив его внезапно тёплым взглядом. — Только проверь: в спальне никого?       Демьен осторожно выглянул за дверь. Каюта по-прежнему пустовала, из-за второй двери доносился оживлённый смех малышки Джанин и голоса взрослых.       — Все в салоне, — Демьен защёлкнул замок и быстро сорвал с себя футболку. Джеки смеялась, глядя, как он лихорадочно стаскивает джинсы вместе с бельём. Освободившись от тисков одежды, напряжённый член тут же подпрыгнул к животу.       — Где твоё колечко? — спросила Джеки, когда он шагнул к ней в душевую и задвинул стеклянную перегородку.       — В сумке… Уже на острове вдену, — ответил Демьен, спеша прижаться к Жаклин, обнять её прохладное мокрое тело. — А твоё где?       — Тоже в сумке… — Джеки обняла его и принялась мылить спину и ягодицы.       Демьен оторопел. — Ты серьёзно?!       — Пф!.. — засмеялась Жаклин. — Ты против?       — Нам всё равно потом мыться… — попытался объяснить Демьен — и задрожал. Дыхание сорвалось, потому что её рука плотно сжала член. Чувственное скольжение вверх, вокруг головки, и вниз — к самым яичкам, пронзило Демьена крупной дрожью с макушки до пят.       — А-а!.. — сорвался с его губ глухой стон.       — Подожди секунду, — вдруг оставив его, сказала Джеки, включила душ и направила лейку себе между ног, а потом и на него. — Мыло, — пояснила она. — Не самая приятная вещь, если попадёт внутрь.       — Какой здесь расход воды? — зачесав чёлку, Демьен перевёл дыхание. Душ распылял воду мелкими каплями, доставалось и ему. Он в нетерпении тискал Джеки за грудь. Трепет струился по телу.       — Тебя, правда, сейчас именно это интересует? — улыбнулась Жаклин, устремив на него взгляд двух сверкающих чёрных антрацитов. — Два литра в минуту при полном напоре.       Она выключила воду и потянулась к его губам. Сердце Демьена бешено забилось. Он вдруг некстати вспомнил об остальных. Чёрт, они же там, в салоне, и ни о чём не подозревают!.. Какая-то часть его сознания чувствовала неправильность происходящего, но он был так захвачен влечением и красотой Жаклин, что кровь всё сильнее прибывала к члену, распирая его болезненной эрекцией.       Хотелось быть нежным с ней, быть чувственным и чутким, умелым, неторопливым. Ему хотелось ласкать её долго и со вкусом. Но какая-то необъяснимая жажда обладать, эта ненасытная спешка поглотить Жаклин целиком, почему-то всегда кидала его к ней в объятия, торопя и не оставляя времени.       Вот и сейчас Демьен обвил рукой узкую талию и в нетерпении притянул к себе. Вжиматься в Жаклин, покусывать нежные губы, чувствовать упругость груди и скольжение мыльной кожи.       — Можно?.. — прошептал он у самых губ и приставил изнывающий орган к её лону.       Убеждаясь, что действительно можно, Демьен провёл головкой по мокрым лепесткам, впился в рот Жаклин и качнул бёдрами, толкаясь внутрь. Его прошило ознобом ощущений… О, это тугое проникновение! Эта влажная ласка нежной слизистой, и жар, и обхватившее член давление!.. Как заведённый, Демьен толкался внутрь, притягивая Джеки к себе, овладевая ею стоя. Он одновременно насаживал её на себя и подавался бёдрами навстречу.       Сердце колотилось в горле, с губ срывались возбуждённые стоны. Жаклин всхлипывала, поглощённая ощущениями, и кусала губы в попытке не шуметь, обвивала его шею обеими руками, такая манящая, такая сексуальная.       Демьен толкался, нанося короткие удары снизу-вверх. Хотелось взять её ещё глубже, тотально, хотя головка и так сладко утыкалась в свод влагалища, натягивая внутренние мышцы. Член пульсировал, истекая влагой, и по телу проносились волны волнующей эйфории.       Они целовались запоем, постанывая и всхлипывая, не в силах поверить в накал собственных переживаний. Руки хмельной лаской скользили по телу и волосам.       — Демьен… — с будоражащими нотками шептала Джеки у самых губ. — Чуть помедленнее…       — Хочу тебя! — стонал Демьен, вжимаясь в неё бёдрами. — Ты такая… потрясающая!       Напряжённое желание достичь апогея билось ускоренным сердцебиением. Демьен не помнил себя, крепко сжимая Джеки в руках, зарываясь губами в её шею и мокрые кудри. Подрагивающие сокращения влагалища нежно и тесно обхватывали член, словно засасывая, одаривая блаженством. Такая пьянящая, такая тесная темнота! Он мечтал остаться внутри Жаклин навсегда, в этом апофеозе сладких мук. Он жаждал скорее достичь мучительного экстаза — и столь же сильно хотел продлевать его до бесконечности долго.       — Чёрт… я уже скоро! — выдохнул он, замирая между раскрытыми бёдрами Жаклин, сжимая ладонями её сочную попку, зарываясь в грудь лицом, покусывая торчащий сосок. Аромат роз в геле для душа, его горький привкус — даже это удивительным образом наслаивалось на наслаждение, придавая ему новый яркий оттенок.       Неожиданно их окропило водой из душа. Похоже, кто-то задел сенсор. Вода осыпала тела мелкими, как туман, каплями. Жаклин, изогнувшись, подставила лицо интенсивным брызгам, с губ сорвался долгий обжигающий стон. Демьен всхлипнул и подался глубже, растворяясь в повторяющихся спазмах горячего нутра, кончая в болезненном восторге, уходя в головокружение и экстаз.       — О боже… — прошептал он, ещё подрагивая, ещё ощущая влажное давление плоти.       — М-м!.. — вновь застонала Жаклин, и Демьен ощутил последний долгий спазм её тела. Чёрт, как мучительно сладко… Как жаль, что это конец.       Полные истомы и тихого блаженства, они посмотрели друг другу в глаза и слились в долгом поцелуе.       — Думаешь, нас слышали? — шёпотом спросил Демьен.       — Не знаю, я оглохла от ощущений, — хихикнула Джеки. — Но если в спальне никого не было, то и не слышали…       Не отходя далеко друг от друга, они спешно мылись под благословенными брызгами, смывая гель и усталость. По телу Демьена по-прежнему струился сладкий трепет, словно он оторвался от земли. И ведь действительно оторвался…       — Долго нам ещё лететь? — спросила Джеки, когда, выключив воду, оба они обтирались полотенцами.       — Я не знаю, — Демьен смущался, представляя, как они на пару вернутся в салон с мокрыми волосами. Ведь сразу всё станет понятно…       — Я даже не знаю, сколько мы уже в пути, — сказал он. — Но по-любому долетим… Главное, не упасть в Тихий океан.       — Демьен! Ты специально? — Джеки вдруг бросила в него полотенцем и, накинув халат, вышла за дверь.       Демьен, ещё не успевший толком одеться, с изумлением увидел в спальне Эверарда. Любовник перебирал костюмы на вешалке в шкафу, с кем-то разговаривая по телефону. По его удивлённому взгляду Демьен понял, что мужчина ничего не слышал, но, увидев их, сразу обо всём догадался. В чёрных глазах уже плескалось подначивающее веселье.       — Я перезвоню, — сказал он собеседнику и нажал кнопку сброса. — Ты хотя бы в туалет сходил? — Эверард едва сдерживал смех.       — Нет, — покраснел Демьен.       — Так в чём же дело? Пользуйся моментом, пока ещё кого-то не принесло.       Красный от стыда, Демьен неловко скрылся в санузле.       Эверард обменялся с Жаклин долгими выразительными взглядами.       — Странная ситуация, скажи? — произнёс он с подначивающей улыбкой. В его глазах разгоралось тщательно сдерживаемое веселье, уже готовое выплеснуться наружу.       — Даже не знаю, что ответить, — Джеки подошла к отцу и обвила его шею руками. — Долго нам ещё лететь? — прошептала она ему в ключицу.       — Уже скоро, — ответил он. — Часа через два приземлимся на Тонгатапу, доберёмся до яхты, ещё час по морю — и мы на острове.       Джеки с блаженной улыбкой посмотрела ему в глаза. — Спасибо!..       Эверард обхватил её голову ладонями, зарылся в волосы, ласково поглаживая большими пальцами вдоль скул и ушных раковин.       — Красавица, — прошептал он, любуясь её лицом.       В этот момент дверь санузла отворилась, и показался Демьен, теперь уже полностью одетый.       — Ты закончил? — усмехнулся Эверард.       — Угу, — кивнул Демьен. — Свободно.       От того, как Эверард обнимал дочь, сердце поневоле сбивалось с ритма. Глаза мужчины при этом были полны той особой любовью, с какой он смотрел на своих детей, а теперь и на маленькую Джанин.       Заставив себя улыбнуться как ни в чём не бывало, Демьен направился к дверям. Уже выходя он видел, что Эверард пошёл в санузел, Жаклин же задержалась в спальне, переодеваясь.       Похоже, Эверард совсем не ревновал… Сам же Демьен испытывал непонятную тревогу. И не мог понять, в чём её причина. Может быть, это были отголоски старых привычек, элементы и узоры прежней формы, которая всё ещё пребывала — и возможно, всегда будет — где-то внутри новой личности?..       Демьен не заметил, сколько времени провёл с Жаклин в душевой, но при возвращении подумал, что их ряды подозрительно поредели: Линда с дочкой сидели в «клубных» креслах за общим столиком, Джанин что-то рисовала. Джулия в кресле через проход задумчиво смотрела в светлеющий иллюминатор. Больше в салоне никого не было.       — А куда делись остальные? — удивился Демьен.       — Воспользовались парашютами, — на серьёзных щах ответила Линда, делая какие-то пометки в блокноте.       Демьен засмеялся и опустился в кресло напротив Джулии. Она посмотрела на него с мягкой улыбкой, но глаза её показались ему уставшими.       — Ты выспалась? — вырвалось у Демьена.       — Не очень, — призналась Джулия.       — Я храпел?! — ужаснулся он.       — О, ещё и по салону ходил, — не моргнув глазом, сказала Линда.       Демьен перевёл на Джулию вопрошающий взгляд. И только зарождающиеся в её зелёных глазах яркие искорки подсказали ему, что это не так.       — Лунатил по-чёрному, говорю же! — не отрывая глаз от блокнота и не прекращая что-то писать, с серьёзным лицом продолжала Линда. — Разговаривал на итальянском, что-то искал…       Джулия рассмеялась, уткнувшись в ладонь. — Не пугай его, — сказала она. — Линда шутит.       — С вашими шутками, блин, — пробормотал Демьен, откидываясь в кресле. — Я уж и правда решил… Боюсь лунатизма, если честно.       — Серьёзно? — удивилась Линда, подняв лицо. — Ладно, больше не буду. Прости.       — В спальне кто-нибудь есть? — спросила его Джулия.       — Джеки переодевается, а Эверард, наверное, душ принимает. Не знаю.       — Пойду отдохну немного. Впереди ещё два часа лёта.       Она поднялась и, погладив его мимоходом по влажным волосам, направилась вглубь салона.       Провожая Джулию глазами, Демьен вдруг испытал сильное чувство вины перед ней: и за ночь (хотя не помнил, что делал и почему она не выспалась), и за недавнюю эйфорию в объятиях Жаклин.       — Я, правда, не храпел?.. — спросил он Линду тихо, когда Джулия скрылась за дверями спальни.       — Нет, — ответила она с очаровательной улыбкой, забросив пепельные волосы на другое плечо. — Во всяком случае, утром.       — Почему она не выспалась, не знаешь?       — Самолёт, — словно это и без объяснений было очевидно, пожала плечами Линда. — Устаёшь, даже ничего не делая.       — А где все остальные? — Демьен наблюдал за сероглазыми мамой и дочкой, блондинкой и брюнеткой, с увлечением занимающимися каждая своим делом. Дженни, словно почувствовав его внимание, подняла голову и засмеялась.       — В кабине пилота, — к удивлению Демьена, спокойно ответила Линда. — Прогуляйся, если хочешь, — махнула она рукой в сторону «кухни». — Если дверь будет закрыта, просто постучи.              Демьен ни разу не был в этой части джета. Миновав первый отсек, пройдя в узкий коридор, он с удивлением увидел второй туалет и, озадаченный, остановился перед дверью в кабину пилота. Почему Эверард не направил его в этот санузел? Да, здесь не было душевой и раковины, но мужчина ведь знал, что там Жаклин, а он просто хочет в туалет… Ладно. Отбросив ненужные размышления, Демьен довольно громко постучал в запертую дверь.       Через мгновение щёлкнул замок, и стоящий на пороге Мишель впустил его в святая святых.       — Здравствуйте, — вежливо поздоровался Демьен с пилотом. — Можно?       Франц, сидевший на месте второго пилота, обернулся и снял наушники. Мишель вернулся в кресло, расположенное в углу кабины.       Панель управления поражала воображение, но ещё сильнее Демьена удивил Франц в роли второго пилота. А может быть и то, что при наличии двух кресел лётчик у них был только один.       Нет, Франц всё же удивил сильнее…       — Ты умеешь управлять самолётом?! — воскликнул Демьен изумлённо.       — Вертолётом, — засмеялся тот. — А сейчас Харпер просто делится бесценным опытом.       — Как вы справляетесь без второго пилота? — с тревогой спросил лётчика Демьен.       — Автопилот, — лаконично ответил тот.       — А это не опасно?!       — Не волнуйся, — вновь обернулся Франц. — Пока Харпер спал, я приглядывал за автопилотом.       Мишель глубокомысленно хмыкнул, с улыбкой слушая их разговор.       — Так что? — громко спросил брата Франц. — Теперь твоя очередь?       Подросток с готовностью подорвался с кресла. Его глаза горели нетерпением. Демьен поразился столь внезапной перемене. Мишель, казалось, был готов подпрыгнуть от восторга, когда Франц выбрался из кресла и уступил ему место.       — Пойдём, — Франц похлопал Демьена по спине, обнимая за плечи и ведя к двери. — Оставим этих увлечённых людей наедине.       Уже покидая кабину, Демьен обернулся и бросил взгляд на Мишеля. Он никогда не видел такой довольной улыбки на его лице. Обычно спокойный и отстранённый, Мишель просто сиял от счастья, оказавшись за штурвалом джета.