Не хотели бы выпить?

Вокруг воцарилась тишина. Сначала это было вызвано восклицанием Дуань Цзюньхао "Цисин Лонъюань", а затем они увидели, как командующий Великой Юани встал на колени и отдал честь господину в белой одежде. На лицах всех зрителей, от стражников до простых людей, было недоверчивое и горькое выражение. Даже маленькая девочка, вцепившаяся в одежду тетушки, перестала плакать, высунула голову из-за спины и с любопытством посмотрела перед собой. Заместитель командира, сопровождавший Дуань Цзюньхао, тоже был озадачен, но не присоединился к нему, а опустился на одно колено. — Командир, Третий принц уже погиб на перевале Ханьгу. Его Величество присвоил ему посмертный титул кронпринца, похоронил в императорском мавзолее, а его мемориальная табличка уже больше года покоилась в храме Тай. Так и есть. Третий принц был мертв уже больше года. На войне полководец обычно командовал основными силами; это была стандартная процедура. Связь между основными войсками была быстрой, как дыхание. Моральный дух оставался высоким до тех пор, пока не падал флаг. Однако некоторые генералы на континенте проявляли исключительное неповиновение, заставляя солдат как левого, так и правого флангов рваться вперед. Даже правящий император Юань. Когда он был еще принцем, ему не терпелось надеть доспехи, повести войска в бой и создать себе репутацию в Семи королевствах. Третий принц уже был известен своей храбростью и хорошими боевыми навыками в бою. Он даже возглавлял свои войска и совершал внезапные нападения. Естественно, он не мог сидеть в тылу и бездействовать. Император Юань приказал 100 000 войскам очистить поле боя после войны на перевале Ханьгу. Сотни тысяч людей раскопали перевал Ханьгу на три фута от земли, практически перевернув его, но так и не смогли найти никаких следов Третьего принца. Неожиданно премьер-министр Пэй Цяньсюэ написал письмо с протестом, заявив, что у четырех стран, совместно напавших на Великую Юань, были свои причины. Статус Третьего принца в Великой Юани был очевиден. Если будущего кронпринца обязательно захватят, то живой заложник, естественно, будет ценнее трупа. Несмотря на это, никто из остальных четырех стран даже спустя полмесяца не намекнул и не заявил, что Третий принц у них. Однако вероятность того, что он жив, все еще оставалась. К сожалению, в тот момент все сошлись во мнении, что Третий принц был убит на перевале Ханьгу. — Командир, говорите осторожно! Это относилось не только к командиру, но и к художнику, который дрожал и разбрызгивал чернила по земле. Как всем известно, нынешний император был тираничен и жесток в эти дни. Того, кто вырезал сердце из когтей дикого гуся[1], монарха-отца представляла змея. Кроме того, император Юань был настроен весьма скептически. Если появится ложная информация о местонахождении Третьего принца, смерть или жестокие пытки будут применены мгновенно. Наказание родственников монарха из девяти поколений было обычным делом. Обсуждение дел королевской семьи было серьезным преступлением, наказуемым по закону.

[1]вырезанное сердце из гусиных когтей - доброе снаружи, но злобное внутри

Гу Цзыюань, стоявший рядом с ним, был ошеломлен и нерешительно сказал, — Это.... командир, вероятно, признает не того человека, верно? Хотя конфуцианство было прекрасной школой, а его ученики странствовали только по маленьким странам, таким как Бо и Хо, имя Третьего принца было настолько известным, что его трудно было игнорировать. Слабое ученое сердце Гу Цзыюаня, не способное даже поднять руки, считает, что все генералы Великой Юань были примерно равны королю Бэйнину, генералу Вунину, известному как "Бог резни", синелицему[2] клыкастому и свирепому.

[2] синелицые клыки - ужасающий вид

Однако Гу Ло, этот близкий друг конфуцианского лидера, был человеком, овеянным лунным светом, и превосходным фехтовальщиком. Хотя он потерял память из-за серьезного ранения, он никогда не был растерян или обеспокоен. Вместо этого он был весел, оптимистичен и величав.

(Очевидно, здесь имеется в виду Цзун Ло).

Кроме того, он каждый день вставал до рассвета, чтобы потренироваться, и если кто-то спрашивал у него совета по фехтованию, он отвечал на любые вопросы. После года восстановления сил в конфуцианском Хань Лу, когда он решил отправиться в Великую Юань, не будет преувеличением сказать, что половина всех жителей провожала его. Его масштаб был сопоставим с масштабом лидера, что говорит о его высокой моральной чистоте. Из-за такого впечатления Гу Цзыюаню было сложно ассоциировать Третьего принца Великой Юани с "Гу Ло". Что касается меча, то он, как и все знаменитые мечи под небесной землей, тоже блуждал и в конце концов потерялся. Чжаньлу, также входящий в десятку лучших мечей, перечисленных в арсенале, когда-то был сокровищем императорского дворца страны Юэ. После падения Страны Юэ ее забрал император Юань, который в то время еще был принцем. Если подобное случилось с Чжаньлу, то и с Цисин Лунъюанем может произойти то же самое. Гу Цзыюань никогда не думал о такой возможности. — Да, я тоже думаю, что вы ошиблись. Вам следует встать первым. Под их совместными опровержениями Дуань Цзюньхао тоже немного засомневался. Подняв глаза, он увидел, что молодой мастер в белом все еще спокойно стоит перед городскими воротами. Его боковой профиль был ясен и красив, как у бессмертного. Чем больше он смотрел на него, тем очевиднее становился ответ. Это явно был Третий Принц. Дуань Цзюньхао не мог не спросить себя. Кроме него, кто еще в мире может обладать такой великолепной внешностью? Но если он действительно был Третьим принцем, то почему Его Высочество не возвращался в Великую Юань, не сообщал о своем местонахождении больше года? Но почему он вернулся только сейчас, да еще и в таком состоянии? Чем больше Дуань Цзюньхао думал об этом, тем больше пугался, но он не мог просто сидеть и смотреть. Ведь, по большому счету, гарнизон был обязан Третьему принцу. Хотя Дуань Цзюньхао был праздным чиновничьим сыном, если бы он не погиб в битве на перевале Ханьгу, то не стал бы главным командиром. Но каким бы бездельником ты ни был, нельзя не опасаться людей, которых ты считаешь своими жизненными благодетелями. — ... Этот молодой господин, позвольте спросить, не могли бы вы временно снять белый шелк, закрывающий ваши глаза? Хотя в душе он верил, что в девяти случаях из десяти этот молодой человек действительно Третий принц, ему все равно нужно было убрать этот маленький процент неуверенности. Дуань Цзюньхао не собирался сдаваться, ему нужно было увидеть глаза этого человека. До этого он не смел делать поспешных выводов. Цзун Ло, никогда не говоривший от начала до конца, тут же извиняюще улыбнулся: — Несколько дней назад мудрец-медик перед отъездом посоветовал мне не снимать этот белый шелк и подождать, пока старик вернется и сменит повязку. Это был отказ и прямая причина, в которой люди не могли найти недостатков. На некоторое время сцена зашла в тупик. Услышав отказ Цзун Ло, Гу Цзыюань добавил: —Не усложняйте Гу Ло-эр, командир, он серьезно ранен и страдает амнезией. Даже если у вас есть сомнения в его личности, почему бы не попросить кого-нибудь из особняка Цзунчжэн[3] приехать и принять решение, а не продолжать утверждать это под городскими воротами".

[3] особняк Цзунчжэна, официальное название Цзунчжэн - ведающий родственниками императора или иностранными родственниками и другими делами, связанными с двором

— Уже поздно, нам нужно войти в столицу и отдохнуть. Если регистрация уже завершена, я бы тоже попросил пропустить нас как можно скорее. Гу Ло? Его фамилия была Гу, но имя было таким же, как у Третьего принца, год назад он был ранен и потерял память?! Тогда все логично! Все не только имело смысл, но и идеально подходило. Дуань Цзюньхао вдруг оказался в затруднительном положении. Что, если он ошибается? А что, если он прав? Он стиснул зубы и уже собирался рискнуть, чтобы позволить своим людям попросить помощника офицера особняка Чжэнчэн приехать и все решить, как вдруг заметил вдалеке облако пыли и песка, мчавшееся к ним под звуки лошадиных копыт и кнута. — Императорский указ прибыл... Евнух сел верхом на лошадь, развернул императорский указ и зачитал вслух: — Получив от небес мандат на долголетие и вечное процветание на тысячи дней вперед, командующий гарнизонной армией немедленно откроет ворота столицы, чтобы приветствовать возвращение короля Бэйнина. Соблюдайте приказ! Толпа всколыхнулась. Король Бэйнин, генерал Вунин и единственное вассальное государство Великой Юани. Бесчисленные восстания, возглавляемые принцами прошлых династий, вызывали пожары войны, которые полыхали по всей стране, сея хаос. Великая Юань на протяжении многих поколений прилагала кропотливые усилия, чтобы просто защитить свои земли. Если бы они последовали курсу предыдущей династии, их предки были бы так разгневаны, что восстали бы из своих могил в императорском мавзолее. По этой причине, чтобы не повторить ту же ошибку, все принцы династии Юань, даже Цзун Ло, третий принц с самыми выдающимися достижениями, не получили титул принца. А братья и сестры императора Юань либо погибли на поле боя, либо были убиты им самим, и никто из них не дожил до его восшествия на престол. Естественно, об этом не могло быть и речи. В итоге единственным оставшимся родственником императора Юаня стал король Бэйнин, носивший другую фамилию. Хотя король Бэйнин был еще молод, его уже называли "богом резни". Он повел свои войска в Чжэньбэй и отвоевал потерянные земли, находившиеся в руках гуннов во время правления покойного императора, всего за полгода. В результате он стал заслугой, выдающимся достижением, беспрецедентным рекордом и приобрел дурную славу на всем континенте.

[4] гунны - кочевой народ, живший в Центральной Азии, на Кавказе и в Восточной Европе в период с IV по VI век н. э.

Из-за его выдающихся военных подвигов драконья морда императора Юаня была очень довольна. Взмахнув рукой, он сразу же получил дворянское звание. Он даже не стал дожидаться следующего повышения, а сразу присвоил ему титул короля. Теперь король Бэйнин, отсутствовавший более полугода, наконец вернулся. Солдаты гарнизона, кланявшиеся и отдававшие честь в тылу, перешептывались: — В битве при Наньляне должен быть прогресс! После того как король Бэйнин уладил дела на северной границе, он был переведен руководить армией Тяньцзи, сосредоточившись на внешней экспансии. Он отправил войска в Наньлян несколько лет назад. После подсчета дней настало время возвращаться. — Этот министр прислушивается к указу! Как только прибыл императорский указ, у Дуань Цзюньхао не было времени беспокоиться о том, действительно ли этот господин был Третьим принцем или нет, и он поспешил организовать окружающую стражу, чтобы вместе очистить место происшествия. — Быстрее, быстрее, идите в сторону, зарегистрируетесь позже. Столы для регистрации были убраны, и люди, стоявшие в очереди на въезд в столицу, сознательно отошли в сторону. Увидев суматоху, Гу Цзыюань воспользовался этим, потянул за собой Цзун Ло, не забыв прихватить меч Цисин Лунъюань, и вернулся к стоящим в очереди конфуцианским ученикам. Небо темнело, и на горизонте виднелись горящие красные облака. Стражники, стоявшие на периферии, зажгли факелы и наконец увидели на горизонте, где сходятся небо и земля, вереницу быстро движущихся фигур. При ближайшем рассмотрении над вереницей фигур поднялся величественный черно-красный военный флаг. Народ Юань уважал темные цвета. Если бы этот непреклонный цвет попал в прошлое, его бы непременно высмеяли остальные шесть стран. Но теперь, если бы он стоял на границах оставшихся трех стран, башни-маяки немедленно передали бы предупреждение быстрее, чем одна точка за раз, напугав врага до смерти. — Это боевой флаг короля Бэйнина! Быстрее, открывайте ворота! По команде командира полузакрытые тяжелые городские ворота тут же распахнулись в обе стороны, и грохот разнесся по главной дороге. Ветер взметнул с земли густые золотые листья и разметал их вихрем. Стражники с копьями и алебардами в руках шли аккуратной рысью. Они остановились и встали по обе стороны дороги, держа оружие наготове. — Уступите дорогу, уступите дорогу! Откройте ворота! Был уже полдень, время, когда простой народ должен был поесть, переварить пищу и отдохнуть, но, заметив суматоху, все сторонились и быстро расчищали дорогу для стражников. Услышав эту новость, многие люди прекратили есть и позвали друзей, чтобы выйти и посмотреть, перекрыв длинную улицу. — Стражники расчищали дорогу. Похоже, часть войск возвращается в столицу, — Кто-то обсуждал в толпе. — Возвращается? Что это за армия? В Великой Юани мечтой каждого мастера боевых искусств было вступить в ряды войск Великой Юани. Будь то Сюаньская кавалерия, личные солдаты бывшего Третьего принца, армия Тяньцзи короля Бэйнина, войска Динбэя, охраняющие границу, гарнизонная армия, охраняющая Императорский город, или недавно созданная армия Вэйшань. Все эти войска славились своей храбростью в Великой пустыне. — Похоже, это армия Тяньцзи короля Бэйнина! Как только прозвучали эти слова, толпа зрителей в унисон остановилась и встала, как положено, и все замолчали. Не будет преувеличением сказать, что одно лишь упоминание этого имени могло заставить ребенка перестать плакать по ночам. Когда в том году король Бэйнин победил гуннов, по легенде, он дошел до внутренних районов Мобэя[5] и вырезал всех, не оставив никого в живых. Такие жестокие методы были беспрецедентны. После этого гунны, конечно же, пришли в ужас. В последние годы на границе было так спокойно, что не случалось даже банальных инцидентов. Слова "Юй Бэйчжоу, король Бэйнин" стали еще больше ассоциироваться со злобным призраком, который забирает жизни, наводя на всех ужас.

[5]Мобэй, также известный как Линьбэй, относится к пустыне на севере Китая

Народ Юань почитал его и в то же время боялся. Вдалеке развевался на ветру темный и глубокий военный флаг, на фоне которого виднелись горящие облака на горизонте. — Вы… Вскоре после этого приехала группа мужчин на быстрых лошадях с кнутами. Они натянули поводья и замедлили ход, приближаясь к городским воротам. — Молчать! Стражники тяжело стукнули копьями и алебардами по земле, а начальник гарнизона сделал шаг вперед и сжал кулаки. — Мы приветствуем Его Высочество короля Бэйнина в связи с его возвращением в Великиую Юань! — Мы приветствуем возвращение Его Высочества! — В одно мгновение хор громких голосов разнесся по улицам Имперского города. К ним приближалась аккуратная и торжественная армия. Оглянувшись по сторонам, можно было заметить, что все солдаты одеты в холодные доспехи, с мрачными лицами и прямыми спинами. Огромное количество солдат стояло так тихо, что было слышно только цоканье копыт лошадей по песку. Человек, стоявший во главе войска, был одет в белый меховой плащ и прекрасные красные одежды. Его длинные черные волосы свободно свисали за спину. Закатное солнце освещало его красные одежды, делая их еще более насыщенными, но при этом открыто смотрело в глаза, что резко сбивало этот великолепный цвет в фольгу. Все присутствующие молчали. Кто бы мог подумать, что свирепый и знаменитый король Бэйнин окажется таким красивым. Цзун Ло просто стоял на месте и ничего не говорил. Хотя его глаза были прикрыты, он все равно мог догадаться, как выглядит происходящее. Это должно было быть не более чем обычным делом, когда главный герой удивляет зрителей. Он тихо стоял за спиной Гу Цзыюаня, внутренне вздыхая, что ему не повезло. Притвориться слепым, притвориться, что у него амнезия, дать обнаружить свой меч и специально выбрать в качестве отправной точки появление под городскими воротами... Таков был его план. Узнав, что тысячи людей выбирают такой день для входа в ВеликуюЮань, и тщательно все рассчитав, он последовал за вечно снисходительными конфуцианцами, чтобы вместе войти в Великую Юань. Лорд Дуань, главнокомандующий, верный подчиненный императора Юаня, рожденный генералом, но не имевший явного авторитета при дворе и обладавший неглубоким фундаментом, был его целью. Если все пойдет хорошо, Дуань Цзюньхао пошлет кого-нибудь доложить в особняк Цзунчжэна. Вслед за этим встал бы вопрос о том, что "третий принц спасся от смерти, но потерял память и ослеп". Кто бы мог подумать, что он раньше времени встретит короля Бэйнина Юй Бэйчжоу. Ему просто пришлось столкнуться с самым большим и сложным врагом. Что это, судьба и ненависть[6]?

[6] "судьба и ненависть" означает, что ему не везет и он часто сталкивается с неудачами

Цзун Ло утешал себя. У городских ворот собралось множество людей, и большинство из них были обычными людьми в белых одеждах. Пока Бэйчжоу не будет внимательно смотреть в его сторону, дело о его возвращении в Великую Юань после смерти может быть осуществлено в соответствии с первоначальным планом. Несмотря на то, что в тексте были небольшие изменения, он не должен был сильно отклоняться от нормы. Когда звук конских копыт приблизился к городским воротам, он услышал ленивый голос Юй Бэйчжоу: — Этот королевский ястреб-тетеревятник, пролетая в небе, издалека увидел, как под городскими воротами толпится народ, что их даже с трудом можно открыть. Что случилось? Цзун Ло: … Как он мог забыть, что у Юй Бэйчжоу был очень страшный на вид ястреб-тетеревятник, черный сверху донизу. Он был даже лучше почтовых голубей, используемых для передачи сообщений войскам, расположенным в отдаленных местах. Он даже несколько раз перехватывал в небе его секретные послания кавалерии и просто спокойно отправлял их обратно, как ни в чем не бывало. Самое страшное, что этот уродливый ястреб-тетеревятник может понимать человеческую природу и тайные знаки. Его можно рассматривать как третий глаз. Подумав об этом, Цзун Ло вдруг снова заскучал по своему коню Чжао Ебаю. Его Чжао Ебай был абсолютно белоснежным, без малейших признаков пестроты и мог преодолевать тысячи миль в день. Но самое главное, что он был предан и очень послушным. В тот трагический год Цзун Ло снял с Ебая седло, и тот, скуля, следовал за ним до самой границы страны Бо, пока он бежал с измученным телом. Ему ничего не оставалось, как шлепнуть ее по ягодицам и заставить вернуться. Он не знал, хорошо ли его люди заботились о Чжао Ебае больше года. Дуань Цзюньхао сжал кулаки и сказал: — Докладываю Его Королевскому Высочеству, этот подчиненный нашел драгоценный меч во время обычного осмотра оружия, поэтому этот подчиненный пришел взглянуть. — Хм? Юй Бэйчжоу поднял брови, его тон был безразличным: — Драгоценный меч? — Да... это был Цинсин Лунъюань. Заговорив, Дуань Цзюньхао вдруг вспомнил кое-что. Было известно, что Третий принц был одним из лучших учеников Долины Призраков. Хозяин Долины Призраков был самым известным великим мастером в Великой Дикой местности, мастером военного искусства и военной стратегии. Легенда гласит, что он обладал великой мудростью. Почти все удивительные и яркие персонажи Великой Пустоши происходили из его семьи. Однако его местонахождение было тайной, его истинная личность была загадкой, и даже его пол и возраст также оставались тайной. Даже если мастер был хорошо известен, встреча с ним и принятие его в ученики полностью зависели от судьбы. По совпадению, король Бэйнина тоже учился в Долине Призраков, и, похоже, они были единственными прямыми учениками в своем поколении. Мало того, что они были учениками одного и того же мастера, так еще и король Бэйнина был младшим боевым братом Третьего принца. Курс передачи знаний ученикам всегда был важен. Именно поэтому секта Долины Призраков закрывала свои двери на десять лет и открывала их только после того, как ученики заканчивали обучение. Иными словами, боевые братья, прожившие вместе десять лет, уже должны быть близки друг с другом, верно? — От конфуцианского ученика. Дуань Цзюньхао нерешительно добавил: — Этот подчиненный не смеет делать никаких диких предположений, но он… не знает, говорить это или нет. Однако Дуань Цзюньхао помнил, что не смеет испытывать терпение Юй Бэйчжоу, и поспешно продолжил. — Этот подчиненный думает, что тот, кто носит Цисин Лунъюань... может быть самим Третьим Принцем. Воцарилась мертвая тишина. Король Бэйнина нечленораздельно захихикал. Через некоторое время ястреб-тетеревятник, парящий над головой, громко чирикнул, нырнул вниз, уселся на вытянутую руку Бэйчжоу и сложил крылья. В первые годы, когда Бэйчжоу еще не был известен, многие люди смеялись над его уродством. Однако Бэйчжоу защищал и отстаивал его. Теперь же трава на могилах тех, кто над ним насмехался, достигала двух метров в высоту. Теперь же он был известным королем Бэйчжоу. Он носил имя, наводившее страх на Великую пустыню. Люди не решались подойти к нему случайно. Вместо этого они ходили туда-сюда, лишь бы угодить ему. — Урод. А ты за столько лет не научился у своего господина ни малейшему обаянию. Бэйчжоу лениво ударил ястреба-тетеревятника по спине и подбросил его в воздух: — Зачем я вообще поймал такую глупую птицу, как ты, убирайся отсюда. Тот недовольно закричал, развернулся и клюнул Юй Бэйчжоу. Взмахнув крыльями, он снова взлетел ввысь, но вдруг издал высокий крик, словно что-то увидел. Услышав пронзительный крик, сердце Цзун Ло заколотилось. Одной рукой он крепко сжал край рукава, а другой схватился за рукоять меча. Его холодный клинок застыл в ожидании, готовый в любой момент атаковать. С другой стороны, командир, который все время сжимал руки и на лбу которого выступили крупные капли холодного пота, так и не получил от Юй Бэйчжоу никакого ответа. Дуань Цзюньхао наконец вспомнил, о чем забыл. Он забыл, что у Третьего принца и короля Бэйнина были плохие отношения, о которых знал весь двор. Такие ссоры случаются в следующую секунду после их встречи. Их противостояние было повсюду, будь то при дворе или в поле. Настолько плохие, что некоторые говорили о кровной вражде между ними. Сейчас Дуань Цзюньхао только что сказал при короле Бэйнине, что Третий принц, возможно, жив и неожиданно избежал смерти. Год назад ему удалось избежать смерти, так почему же он должен искать ее снова и ковыряться в горшке, который не следует открывать. В тот момент, когда Дуань Цзюньхао был так взволнован, а его сердце бешено колотилось, Юй Бэйчжоу, только что бросивший ястреба-тетеревятника, вдруг отряхнул руки от невидимой грязи и будничным тоном произнес. — Где этот человек? Отведите этого короля к нему.