Не хотели бы выпить?

Юй Бэйчжоу не видел Цзун Ло уже очень и очень давно.  Нет, это не так.  На самом деле они виделись день и ночь.  Лишь немногие знали, что во дворце нового императора есть ледяной гроб, сделанный из тысячелетнего холодного льда.  И в этом ледяном гробу лежит Третий принц династии Юань, который десять лет назад достал меч и покончил с собой под Императорскими городскими воротами Великой Юань. Юй Бэйчжоу сидел на высоком помосте в красно-золотом драконьем халате, положив лицо на одну руку, и скучающе смотрел на дрожащие лица гражданских и военных чиновников всех рангов внизу.  Кто бы мог подумать, кто бы мог знать, что этот новый император, укравший страну десять лет назад, обладает самым жестоким нравом, не говоря уже об императоре Юань, он был даже более жесток, чем Ди Синь[1] и Цзе из Ся[2].

[1] Последний монарх из рода Шан в династии Шан, царь Ди Синь, считался жестоким вождем, которому нравилось мучить людей 

[2] Цзе из Ся был 17-м и последним правителем китайской династии Ся. Его традиционно считают тираном и угнетателем, который привел к краху династии. 

Когда император Юань был у власти, он, неважно каким способом, сравнял горы и моря, сделав только одну страну способной править миром.  И хотя при упоминании о жестоком правлении Великой Юань повелители других стран лишь качали головой и вздыхали, мученикам мира не терпелось поднять восстание, призывая всех захватить его власть и сменить его. Но в итоге жители Великой Юань остались верны ей, а постоянная экспансия ослабила внутренние конфликты, поэтому она значительно успокоилась.  Однако после того как император Юань умер от внезапной болезни, все изменилось.  Король Бэйнин, Юй Бэйчжоу, публично встал в один ряд с Четвертым принцем и официально вступил в борьбу за трон.  Хотя было удивительно, что Четвертый принц, который был очень сдержанным и незаметным, неожиданно оказался похоронен так глубоко. Однако трон семьи Великой Юань уже претерпел кровавые изменения за эти годы, поэтому его можно было рассматривать только как продолжение старых традиций и обычаев.  Как бы то ни было, семье Цзун было все равно, какой образ они оставят в истории. В истории, составленной предыдущей династией, не было сказано даже нескольких хороших слов, так неужели будущие поколения смогут сделать все наоборот?  Пятый и Шестой принцы были потрясены и разгневаны, они никак не ожидали, что этот обычно легкомысленный Четвертый принц не только скрывал и наращивал свою силу, но даже прибегнул к помощи короля Бэйнина.  Под командованием короля Бэйнина находились армия Тяньцзи и способные советники, которых было великое множество.  Если нужны были таланты - давали таланты, если нужна была военная сила - давали военную силу, славу и благосклонность. С его помощью победа была равносильна победе уже на старте.  Казалось, что в это время Четвертый принц станет окончательным победителем. Все при дворе вздыхали один за другим, готовясь позаботиться о похоронах императора Юаня. "Очевидно, что Его Королевское Высочество Третий принц больше подходит для этой должности. " Так думал не один человек, но, к сожалению, никто не осмеливался об этом сказать.  Как и важные министры при дворе, никто из них не понимал, зачем императору Юаню понадобилось издавать такой императорский указ, давать ему меч и приказывать покончить с собой в ту ночь, когда он внезапно заболел.  В то время половина гражданских и военных чиновников была сильно напугана. После неоднократных проверок они убедились, что императорский указ действительно был написан самим императором Юанем и скреплен императорской печатью Великой Юани.  Даже Юй Бэйчжоу ничего не понимал.  Очевидно, что Цзун Ло мог просто сбежать, вернуться к границе, перегруппироваться и снова подняться на восстание. Но он этого не сделал. Он решил достать меч и покончить с собой под городской стеной.  Услышав эту новость, Юй Бэйчжоу почувствовал, что это просто смешно и нелепо.  Внешне его старший брат всегда выглядел спокойным и уравновешенным. Как настоящий возвышенный бессмертный, холодно взирающий на все, внешне скромный, но на самом деле мятежный и более высокомерный, чем кто-либо другой. Разве не должен такой человек во главе войск ворваться в Императорский город, пробиться к больничной койке императора Юаня и спросить его, почему его отвергли после церемонии жертвоприношения ведьм, почему его перевели на границу и почему он должен был написать для себя предсмертный указ.  Как он мог вот так просто умереть?  Никто не понимал. Не понимал этого и Юй Бэйчжоу. Когда он отправился за трупом, то так и не смог ничего понять.  Во время захвата должности наследного принца Имперский город находился в состоянии военного положения, и людям не разрешалось выходить на улицу по собственному желанию. Каждая семья знала, что Третий принц покончил с собой под городскими воротами, поэтому у дверей ставили орхидеи, наклеивали белые бумажки, молча выражая соболезнования действиями.  Три тысячи кавалеристов Сюань погибли в бою у подножия города. Впереди виднелись тяжелые темные тучи, гремел гром и сверкали молнии. Земля была выжжена до черноты, а в лужах после сильного дождя плескалась красная кровь, размывая шокирующе яркие краски. Среди мечей и алебард на земле стоял на коленях мечник в белой одежде, с распущенными черными волосами и пятнами крови на шее.  Его глаза были плотно закрыты, а лицо приобрело синевато-серый оттенок после долгого пребывания в мертвом состоянии. Однако он все еще поддерживал свое тело с помощью Цисин Лунъюань, предпочитая умереть, чем упасть, как единственный король на этом поле боя. Целый день в городе никто не осмеливался ступить сюда. Солдаты лишь молча стояли на городской стене, наблюдая за этими тихими и торжественными похоронами.  Юй Бэйчжоу вздохнул и осторожно поднял холодный труп.  Он опустил взгляд на человека, редко проявляя интерес, смахнул руками окровавленные волосы и уставился в плотно закрытые глаза.  Когда он был жив, независимо от того, когда они встречались, атмосфера становилась опасной из-за ощутимого убийственного намерения.  Только после смерти к человеку можно было подойти и сделать его таким послушным.   Он усмехнулся:  - Старший брат действительно жалок, в конце концов ты попросил своего самого ненавистного старого врага забрать твое тело.  Странно, но, очевидно, его давний враг был мертв, поэтому он должен был радоваться.  Но Юй Бэйчжоу не чувствовал никакой радости в своем сердце. Вместо этого он чувствовал пустоту, словно в нем не хватало какого-то кусочка.  Чего не хватает?  После этого, благодаря его поддержке, Четвертый принц, который долгие годы пребывал в спячке и терпении, наконец-то смог почувствовать гордость и восторг. Цзун Юнлю и его люди были окружены тиаирми в его особняке, его благоприятная ситуация была утрачена, и он оказался бессилен. Цзун Юаньу был загнан на скалу, осажден со всех сторон, и, не имея другого выхода, кроме как прыгнуть, в конце концов погиб ужасной смертью.  В ночь, когда решалась общая ситуация, премьер-министр Пэй Цяньсюэ вдруг заявил, что у него есть секретный указ, переданный императором Юанем перед смертью. Затем он обвинил Четвертого принца в том, что тот не был тем наследником, которого хотел император Юань, и что его возведение на престол, наименование было неправильным, слова неправильными[3], и не следовало этого делать. 

[3] имя было неправильным, а слова неправильными - идиома, если слова используются неправильно в отношении имен или титулов, сказанные слова не будут иметь гладкой причины; если слова не будут гладкими или разумными, дела не будут сделаны.

- Посмотрите, что говорит премьер-министр Пэй, вы на нашей стороне.  Стоя перед Золотым залом[4], Цзун Чэнси громко рассмеялся:  - Ну и что, что имя не то? Пока этот император открывает рот, земли под небесами все равно принадлежат ему!

[4] Золотой зал - известен как Зал Высшей гармонии и относится к одному из трех залов Запретного города в Пекине. Это место, где император возводится на престол и проводит торжественные церемонии. 

- Ух... В следующую секунду выражение его лица застыло.  Генерал в красном, стоявший рядом с ним, спокойно достал свой меч.  Лишь кончик меча был окрашен алой кровью, но Юй Бэйчжоу даже при одном взгляде на него почувствовал себя грязным, ведь он уступал ему в благоухании.  - Как сказал Четвертое Высочество, раз имя не то, и слова не те, значит, этот король тоже хочет бороться за трон.  Когда Цзун Ченси умер, его лицо исказилось, полное неверия.  - Мой господин... вы... Юй Бэйчжоу знал, что если скажет Цзун Чэнси прямо, то тот, учитывая его привязанность к нему, сможет отдать трон за него.  Просто он не хотел этого.  Никто не ожидал от Юй Бэйчжоу такой самонадеянности и смелости, даже Пэй Цяньсюэ опешил. В прошлом, даже если Король Бэйнин и обладал извращенным характером, он был чуть более откровенным и распущенным. У кого из знаменитых полководцев в веках не было странных увлечений? В этом не было ничего удивительного. Но сейчас он прямо-таки срывал с себя последний слой маскировки.  Он больше не был нужен.  Он действительно был не нужен, так как человек, который мог видеть сквозь этот слой маскировки, был уже мертв.  В условиях подавления железом и кровью смена династии также стала очень простой. Не говоря уже о том, что Великая Юань теперь была неостановима, объединение мира также стало общей тенденцией, и все происходило упорядоченно.  В первый год правления новой Великой Юань страна Вэй была уничтожена, и на престол взошел новый монарх. Все были как марионетки, повторяющие скучный процесс изо дня в день. До сих пор.  Юй Бэйчжоу вдруг почувствовал, что его настроение портится, и сказал:  - Суд закрыт.  Сказав это, он тут же поднялся с драконьего кресла и вышел.  - Министры почтительно провожают Его Величество! Все люди в зале дрожали от страха, глубоко склонив головы, и не смели его остановить.  Юй Бэйчжоу не проявил ни малейшего интереса, чтобы еще раз взглянуть на них, и лишь вернулся в свои покои, сцепив руки за спиной. После его восшествия на престол почти половина людей во дворце была отстранена от должности.  Новый император ненавидел близость с другими, все делал только сам и никому не позволял ступить в свои покои.  Гарем пустовал неизвестно сколько лет, и почти все придворные из предыдущей династии превратились в старых придворных, желая просто восстановить старую династию и желая, чтобы у Юй Бэйчжоу никогда не было наследников. Другие же, такие как Е Линьхань, Гунсунь Ю и прочие, в сердцах которых было больше или меньше восхищения, вряд ли стали бы возражать.  Со временем дворец опустел.  В центре опочивальни стоял ледяной гроб.  Из-за этого ледяного гроба внутри круглый год хранился лед, отчего было невыразимо холодно.  Красивый молодой император медленно подошел к нему.  Время не оставило на его лице никаких следов, даже глаза феникса по-прежнему были приподнятыми, острыми, бесстрастными и надменными. Драконий халат, в который он был облачен, отличался от ярко-красного драконьего халата Великой Юань, который, казалось, напоминал ему и всему миру, что в стране сменился хозяин, а на смену старой династии пришла новая.  Юй Бэйчжоу подошел к ледяному гробу, сел на землю, подпер голову и заглянул внутрь.  Человек в ледяном гробу был уже ухожен, переодет в чистую белую одежду и выглядел очень приятно.  Не обращая внимания на отвратительные швы на шее, Третий принц Великой Юань, казалось, просто спал.  Не просыпаясь, годами мечтая, окруженный белым туманом, почти желая действительно стать бессмертным. - Старший брат, похоже, мертв уже девять лет. Без твоей поддержки дни становятся просто невыносимыми.  С небольшим усилием крышка ледяного гроба была открыта.  Юй Бэйчжоу с чувством прикоснулся к сердцу Цзун Ло, словно оно все еще билось в нем.  Но на самом деле билось только его сердце, бился только его пульс.  - Старший брат, ты такой холодный.  Черноволосый император в красном опустил глаза и очень ловко забрался в ледяной гроб. Пространство в гробу было не очень большим, но его с лихвой хватало, чтобы два человека лежали бок о бок.  Юй Бэйчжоу не мог вспомнить, сколько лунных ночей он провел здесь, когда заболел.  Он сам запечатывал спальню и безумно катался по земле, растопырив пять пальцев до свежей крови, но так и не смог унять жар и жажду, поднимавшиеся из глубин его души.  Впрочем, иллюзия в конце концов лопнет, как мыльный пузырь.  Только вот то, чего не хватало, по-прежнему неустанно звенело.  Очевидно, что у него было все, он стал властелином мира, но, казалось, у него не было и ничего, что было даже хуже, чем у нищего.  - После смерти старшего брата, кажется, все стало скучным.  Слава, богатство и почет, мировая гегемония, которая сохранится на многие поколения вперед. Если он не будет свидетелем, какой смысл во всем этом?  Нужно что-то сделать, чтобы было интереснее. Юй Бэйчжоу задумался.  На девятом году своего правления новый император вошел в большой массив.  А когда он снова открыл глаза, то вернулся на границу более чем десятилетней давности.  Заместитель генерала передал ему боевое донесение, в котором было написано, что Третий принц погиб в битве на перевале Ханьгу.

*******

- В тот день во время битвы на перевале Ханьгу я догадался, что старший брат не погиб.  Юй Бэйчжоу счастливо улыбнулся.  - Если посмотреть на это еще раз год спустя, то все оказалось так, как и было предсказано.  - Неожиданно, но старший брат все еще помнит свою предыдущую жизнь. Какой приятный сюрприз.  Девять лет в прошлой жизни, один год в этой.  Десять лет - это было слишком долго, слишком долго.  Прошло столько времени, что он почти не помнил, как столкнулся с Цзун Ло в самом начале, и их перепалки, которые казались бесконечными.  Может, это просто наваждение? Юй Бэйчжоу много раз думал об этом.  Ведь за бесчисленные дни их вражды Юй Бэйчжоу и представить себе не мог, что в его руках окажется смерть Цзун Ло. Однако, переродившись, Юй Бэйчжоу понял.  Даже встретившись с ним в этой жизни, он все равно сможет легко вызвать его интерес.  Найти его.  Убить его.  Бесчисленное количество долгих ночей его преследовало желание убить.  В этих обидах, схватках до смерти и эмоциях переплеталась ненависть.  - Старший брат, ты знаешь? Он, казалось, вздохнул, но вздохнул с огромным волнением:  - Когда я впервые увидел тебя, у меня возникло предчувствие...  - ...Что мы будем продолжать запутываться в этом, и не остановимся, пока не умрем.