Не хотели бы выпить?

Вчера, после возвращения из казарм кавалерии Сюань, чтобы предаться воспоминаниям о прошлом, императорский цензор Сюэ, как и ожидалось, долго ждал. Цзун Ло всю ночь проговорил с императорским цензором Сюэ в кабинете, и только когда на востоке рассвело, он лично выслал пожилого человека из особняка. Этому старику было почти семьдесят лет, но он все еще был бодр и весел, и, несмотря на всю ночь, его лицо было покрыто румянцем. Перед тем как сесть в карету, императорский цензор Сюэ погладил свою длинную белую бороду.  - Не ожидал, что этот старик снова увидит Его Высочество в этой жизни, и это действительно заставило сердце чрезвычайно взволноваться. Будучи благоразумным и проницательным, он даже развлекал этого старика до рассвета, но, увы, этот старик действительно потратит половину своей жизни, чтобы закончить говорить об этом. Он никогда в жизни не видел сильных бурь. Когда покойный император был еще жив, он стал чиновником и воочию наблюдал кровавый переворот с захватом положения наследного принца в Императорском городе. К счастью, в то время он был честным чиновником, не принимал в этом участия и лишь неподвижно стоял среди ветра и волн. Теперь же, состарившись, он, напротив, стал все больше беспокоиться о государственных делах и много завуалированно критиковать императора Юаня, поэтому решительно встал на сторону Третьего принца. Императорский цензор Сюэ, наблюдая за Цзун Ло в течение некоторого времени, сам вручил ему сертификат о голосовании[1]. Цзун Ло, чей фундамент в Имперском городе в то время был не очень устойчив, был неописуемо удивлен, получив этот сертификат.

[1] Сертификат голосования - в древние времена использовался как знак лояльности, означающий, что перед вступлением в организацию нужно показать свою лояльность действиями, одобренными организацией.

Зонг Луо поспешно сказал:  - Старик Сюэ, что за слова? Очевидно, это должен быть я, раз я нарушаю ваш покой. Императорский цензор Сюэ трижды рассмеялся.  - Ваше Высочество слишком вежливы. - Верно, раз Его Величество уже отдал приказ, Ваше Высочество, пожалуйста, сотрудничайте с лечением и заботьтесь о своем здоровье. В конце концов, для того, о чем мы говорили прошлой ночью, нужно тело как капитал. - Конечно, конечно. Проследив за уходом императорского цензора Сюэ, Цзун Ло повернул обратно в резиденцию. Как только он вышел в коридор, то увидел управляющего Ляо, который снова стоял там с улыбкой.  - Ваше высочество, как сказал императорский лекарь, избегайте острой пищи и поменьше засиживайтесь допоздна. Вчера вечером вам все-таки нужно было обсудить что-то важное, поэтому этот старый слуга не будет много говорить. Однако для сегодняшнего лекарства, боюсь, вам придется выпить дополнительную чашу. Имперский лекарь, стоявший позади него, имел серьезное лицо.  - Ваше Высочество, это колдовское лекарство, приготовленное этим субъектом. В будущем, пожалуйста, поменьше засиживайтесь допоздна. Все без исключения высококвалифицированные врачи отличались вспыльчивостью. Если бы в обычный день попался такой несговорчивый пациент, он не смог бы ничего вылечить. Но это был Третий принц, и если бы он посмел отказаться от лечения, то если бы он отвернулся, Его Величество отрубил бы ему голову. Конечно, по сравнению со вспыльчивостью жизнь была важнее. Поэтому императорский лекарь смирился с судьбой и с утра пораньше стал собирать прописанные травы для отвара. Цзун Ло: «......» Он посмотрел на две чаши, до краев наполненные колдовским снадобьем, источавшим пленительный запах, и выражение его лица постепенно стало жестким. Мучительно выпив лекарство, Цзун Ло вернулся в свою спальню, чтобы отдохнуть. В обычные дни он находился в кабинете, поэтому мог спокойно убирать за собой, пока никто не видит. Но если на него смотрели, оставалось только смириться с судьбой и наглотаться досыта. Когда он снова проснулся, было уже почти время обеда. - Ваше Высочество, пришел премьер-министр Пэй. Цзун Ло небрежно спросил:  - Как давно он здесь? - Отвечаю: когда ваше высочество только отдыхало, прибыл лорд Пэй. Однако Ваше Высочество еще не проснулось. Просидев несколько часов в приемной, лорд Пэй, похоже, получил срочное дело, оставил только парчовую шкатулку и поспешил уйти. - Понятно. Он кивнул, надел верхнюю одежду, завязал пояс и толкнул дверь. В парчовой шкатулке, оставленной Пэй Цяньсюэ, лежало несколько желтых и оранжевых плодов фуцзе. Цзун Ло посмотрел на эти фрукты, вздохнул и отдал их в фармацевтику. Прошел еще один день. Управляющий Ляо отправился во дворец за лекарствами, попутно объяснив Цзун Ло ситуацию с Цзун Жуйчэнем. За эти два дня из дворца не поступало почти никакой информации, и завтра Цзун Ло должен был вовремя явиться во дворец на осмотр к врачу, а также удобно вывезти Жуйчэня. Единственной информацией было упоминание императорским врачом Девятого принца. Императорский врач также вернулся во дворец этим утром и был временно вызван к Девятому принцу. - Не так давно Девятый принц был наказан единожды, но по какой-то причине он снова разгневал Его Величество. Говорят, что он сидел во дворце один, взывая к небу и земле[2], и кричал до хрипоты. Когда евнух пригласил этого старика подойти к нему, я предположил, что он уже близок к смерти. В результате, когда к нему прикоснулись, тело было явно превосходным, без повреждений, и даже не пострадало от холодного ветра.

[2] «Взывать к небу и земле» - это значит кричать к небу ртом и громко плакать, ударяясь головой о землю.

Пока императорский врач проверял лекарство для Цзун Ло, он насмехался:  - Этого старика больше всего раздражает подобное притворство больным без болезни, это пустая трата времени». В ранние годы в гареме было несколько императорских наложниц, которые любили играть в эту игру. Говорили, что произошел случайный выкидыш или беременность сорвалась, пачкали платок куриной кровью, а также покрывали все тело, но, пощупав пульс, полностью выдавали себя. Услышав, что он сказал о Цзун Хунцзю, Цзун Ло не мог избавиться от чувства вины. Эти императорские врачи действительно были ветеранами Цзянху. Если бы не секретная техника акупунктуры Долины Призраков, которая физически вызывает застой крови, он не мог бы гарантировать, что мог бы вот так просто обманывать их. Но Цзун Хунцзю снова разозлил императора Юаня? Цзун Ло на мгновение задумался. Самым отвратительным поступком Цзун Хунцзю в прошлой жизни было избиение Цзун Жуйчэня до смерти. Конечно, каким бы бесполезным ни был Цзун Жуйчэнь, он все равно оставался принцем, и у Цзун Хунцзю не было возможности распоряжаться им по своему усмотрению. Главная причина заключалась в том, что Е Линхань раскрыл ему секрет, и по случайному совпадению это совпало с важным днем рождения императора Юаня. Неизвестно, какие частные средства были использованы, из-за чего Жуйчэнь забыл о своих манерах перед императором и вознамерился вступить в сговор со старыми подчиненными во имя восстания. В результате он мог быть только наказан. Сегодня был четырнадцатый день двенадцатого лунного месяца, и до конца нового года по лунному календарю наступал день рождения императора Юаня. В эти дни все придворные заметили, что Его Величество уже несколько дней подряд пребывает в хорошем настроении, и стали немного смелее. В прошлом году из-за инцидента на перевале Ханьгу даже важный день рождения не был отмечен с размахом. Говорили, что вчера Фэн Чан[3] подал предложение, и неожиданно император Юань просто махнул рукой и сразу согласился, поэтому на повестку дня снова встал стандартный этикет, который раньше не решались подготовить.

[3] Фэн Чан - чиновник, отвечающий за этикет храма предков при древнем императорском дворе.

Говоря о дне рождения императора Юаня...... Цзун Ло вдруг замолчал на мгновение, встал, подошел к книжному шкафу и открыл потайное отделение, закрепленное на самом верху. В потайном отделении лежал кусок незавершенного резного нефрита размером с ладонь, на поверхности которого был выгравирован реалистичный дракон, несущийся сквозь облака и туман с необычайной скоростью, источающий слабый зеленый оттенок в тусклом свете неба. По тонкости или прозрачности его можно было назвать одним на миллион - высший сорт. Два года назад, чтобы найти этот кусок неограненного нефрита, Цзун Ло долго думал, искал его в разных странах и, наконец, выторговав по высокой цене, получил его у таинственного торговца. После того как он получил этот кусок нефрита, он лично попросил кого-то нарисовать эскиз. Он всегда носил его с собой и, когда у него было время, доставал резной нож и делал несколько мазков. Изначально этот кусок нефрита был поздравительным подарком, подготовленным Цзун Ло к большому дню рождения императора Юаня (Прим: большой день рождения - начало нового десятилетия жизни для пожилого человека, особенно старше 50 лет). Битва за перевал Ханьгу в прошлом году также произошла в конце года. Если бы не внезапное возрождение, этот кусок нефрита давно бы уже был положен в парчовую шкатулку и отправлен восвояси. На данный момент, за исключением нескольких мест под облаками, которые нужно было тщательно вырезать, все остальные места были закончены, и его нужно было только еще раз отшлифовать и отполировать, чтобы получить готовый продукт. Просто в настоящее время....... Принц в белом медленно отодвинул потайной отсек. После перерождения он уже не сможет взять в руки разделочный нож с тем же настроением, что и в прошлой жизни. Ночь была уже глубокой, и яркая луна стояла высоко в небе. Вылив лекарство в цветочный горшок и поставив пустую чашу обратно на поднос, Цзун Ло расправил одежду на теле и вышел из особняка. Во всем Императорском городе было невообразимо тихо, словно зверь впал в спячку. В Императорском городе Великой Юань по ночам действовала система комендантского часа. Если после захода солнца нечем было заняться, людям запрещалось выходить на улицы по собственному желанию. На тихой дороге, выложенной голубыми плитами, по обеим сторонам стояли высокие и низкие дома, похожие на многочисленных призраков. Вдалеке слышались звуки бега - солдаты с оружием в руках проводили обычное патрулирование. Зимняя ночь, естественно, была очень холодной, сегодня снова выпал снег, а небо было усеяно лепестками, похожими на цветы и беспорядочно падающими. Цзун Ло шел неторопливо, словно прогуливался по тихому двору, и каждый раз наступал на свежевыпавшие снежинки, оставляя слабые следы воды на кончиках серебряных сапог. Если посмотреть на него издалека, то можно было увидеть лишь оттенок драгоценной и безупречной белизны, словно снег, шелестящий с вершины горы Тяньшань. Он специально выбрал длинный путь и медленно направился по диагонали к особняку короля Бэйнина. По следам Цзун Ло, когда он добрался до особняка Бэйнин, тот как раз миновал Хайши. (Прим: с 21:00 до 23:00) На пятнадцатый день двенадцатого лунного месяца луна была удивительно круглой и холодно отражалась на дороге из голубых плит, покрытых слоем инея. Сегодняшний день Цзун Ло ждал с нетерпением, разрывая календарь в надежде на великий день. Он простоял в оцепенении целый день, дождался, пока шпионы из окрестностей Бэйнина не подтвердят, что король Бэйнин мог не покидать особняк в течение дня, и дождался вечера, чтобы уйти. В первой главе «Можно выпить чашку ничего» подробно описывалось отвращение главного героя к этому дню. Цзун Ло до сих пор помнил описание в оригинальном тексте. «Мало кто знает, что у обычно отстраненного молодого господина семьи Юй неожиданно наступают такие волнующие и тревожные моменты. Каждый раз, когда она атаковала его, беспокойство, исходящее от его тела, почти сжигало все его тело до пепла, позволяя ему все больше жаждать крови и боли естественным образом. Этот день Юй Бэйчжоу меньше всего интересовал. Все слуги семьи Юй, которые заметили его болезнь, на следующий день были брошены в братскую могилу, не осталось даже целого тела». Именно это описание и привлекло его тогда. Цзун Ло нравились герои, пострадавшие на войне, особенно Юй Бэйчжоу, который, тем не менее, был красив внешне, силен по способностям и имел тяжелую судьбу. Чем трагичнее автор изображал его, тем больше интереса вызывал Цзун Ло. Перед тем как трансмигрировать внутрь книги, Цзун Ло стыдился своей склонности и думал, что, возможно, в глубине души он извращенец. Конечно, он так не думал, когда после трансмиграции увидел самого Юй Бэйчжоу. Если уж его можно назвать извращенцем, то что говорить о Юй Бэйчжоу? В любом случае, Цзун Ло только думал об этом в своем сердце и никогда не воплощал в жизнь, а Юй Бэйчжоу дал понять, чтобы другие не узнали, что он психически болен. Конечно, Цзун Ло прочитал только раздел с комментариями и первые три главы, поэтому ему было не очень понятно, как именно Юй Бэйчжоу заболел в середине месяца. В прошлой жизни Цзун Ло был сдержанным и уравновешенным человеком и не собирался использовать золотой палец заговора, чтобы расправиться с Юй Бэйчжоу. Но если кто-то и был виноват, то в этой жизни он винил Юй Бэйчжоу за то, что тот сильно разозлил его. Цзун Ло радостно свернул за угол, но неожиданно увидел сцену в темном переулке. Перед роскошным особняком несколько слуг в грубой одежде распахнули дверь и вышвырнули за порог знакомого юношу в пурпуре. А тот, словно рваный мешок, пропускающий воздух, без единого звука скатился на снег. Вскоре после этого слуга, который неизвестно сколько времени наблюдал за происходящим из укромного уголка, осмелился появиться, заплакал и пролил горькие слезы.  Если он правильно помнил, это был особняк Тин Вэй, тот самый Бай Тайнин, молодой господин Бай, который весь год ошивался с Шестым. Цзун Ло даже побеждал его раньше. Это был единственный путь, который нужно было пройти, поэтому Цзун Ло не стал специально избегать его. Когда он подошел ближе, то увидел, что на лежащем на снегу Е Линхане была лишь одежда, прикрывавшая его тело, а спина и плечи были покрыты ужасными сине-фиолетовыми пятнами, и ни одно из них не было в хорошей форме. Услышав шаги, беспомощный слуга поднял лицо. Принц в белом выходил из темного переулка, держа в руках зонтик того же цвета, его фигура была высокой, как у небесного существа. - Третье, Третье Высочество! Увидев приближающегося человека, слуга, казалось, ухватился за спасительную соломинку в бескрайнем море, и прямо на коленях опустился на землю.  - Пожалуйста, помогите наследному принцу моей семьи. В данный момент наследный принц находился в бессознателньом состоянии, высокая температура не спадала, и было неизвестно, выживет он или умрет. Чтобы беспрепятственно вернуться в Страну Вэй, в особняке Протона уже давно не было ничего, кроме голых стен. Большую часть ночи, не говоря уже о поисках лекаря, даже если просто получить лекарство, можно было не всегда его получить. - Инцидент с Девятым принцем в прошлый раз - это старый слуга, который не может больше смотреть на притворное оправдание. Е Линхань неоднократно советовал ему не разглашать ни слова. Но сейчас было чрезвычайное время, слуге было все равно, и он с силой стукнул себя по лбу, пока не пошла кровь.  - Принц сначала был наказан, но потом не выдержал и упал в обморок. Он никогда не раскрывал тайну между вами и Восьмым принцем, а когда вы допрашивали его на охоте, принц - всего лишь раб, страдающий за недостатки, и он никогда не оправдывал себя наказанием. - Если вы хотите наказать, то этот старый слуга готов вытерпеть тысячи ударов, лишь бы вы были великодушны. Пожалуйста, спасите наследника моей семьи.