Не хотели бы выпить?

Вскоре после возвращения Цзун Ло к нему явился нежданный гость.  - Четвертый принц пригласил меня на встречу? Прожевав новость, сообщенную слугой, Цзун Ло погрузился в раздумья.  Поздно вечером приглашение на встречу всегда вызывало необычные ощущения.  Вспомнив о неслыханных приемах в своей прошлой жизни, Цзун Ло почувствовал, что сегодняшняя ночь в основном предвещает надвигающиеся бури.  В последние дни к нему приходили Цзун Юаньу и Цзун Юнлю, но только Цзун Чэнси, который уже подарил ему пилюлю, не делал никаких шагов, лишь символически посылая приветствия.  При таком неожиданном приглашении на встречу Цзун Ло не мог не задуматься.  По совпадению, в последнее время Гу Цзыюаню снились сны о его прошлой жизни. Хотя это были всего лишь мелочи, но если бы он обратил внимание и связал их с нынешней жизнью, то это представляло бы значительную угрозу для Цзун Ло.  Однако предчувствие есть предчувствие, раз уж кто-то пришел пригласить его, Цзун Ло, который искал точку прорыва, естественно, не хотел упускать такую возможность.  Кроме того, в прошлой жизни Цзун Чэнси играл абсолютную главную роль в борьбе за трон и в итоге стал настоящим победителем. Если Гу Цзыюаню снилось что-то, но он не понимал, что это правда, и говорил об этом с Цзун Ло, он мог получить информацию бесплатно.  А главное, Цзун Ло планировал использовать Четвертого принца в качестве своей цели в этой жизни. Поэтому он приказал слуге принести большой журавлиный плащ и вышел на улицу с зонтом.  Случайно перед особняком принца оказался кавалерист Сюань, который сегодня ночью патрулировал вместе со стражниками, и поклонился в знак приветствия.  - Как поживает Цзун Жуйчэнь? Цзун Жуйчэнь очень хотел научиться боевым искусствам и сказал, что хочет попасть в кавалерию Сюань, чтобы потренироваться некоторое время. Поэтому Цзун Ло отправил его туда, но при этом оставил для него комнату в особняке, чтобы он мог возвращаться и отдыхать в любое время.  - Ваше Высочество, когда мы вышли на патрулирование, Восьмой принц все еще отрабатывал стойку на лошади на поле боевых искусств.  Му Юаньлун был жестким и прямолинейным человеком. Он был самым строгим в обучении боевым искусствам.  Даже если Цзун Жуйчэнь был младшим императорским братом Его Высочества, он точно не стал с ним церемониться. И когда Цзун Ло сказал, что Цзун Жуйчэнь тоже хочет в будущем отправиться с ними на поле боя, его изначальная строгость только усилилась.  Только те, кто бывал на поле боя, знали, что это не место для игр. Не заложив прочный фундамент базовых навыков, вражеские мечи и ножи также не проявят милосердия.  - Хорошо, теперь все в порядке. Вы можете продолжать патрулирование.  Цзун Ло привел зевающего Чжао Ебая, перевязал меч, сел на коня и сказал слуге, пришедшему с докладом:  - Веди.  Слуга на мгновение растерялся. Он не ожидал, что Третий принц, который последние несколько дней провел за закрытыми дверями, согласится на приглашение Четвертого принца. Но поскольку тот согласился, слуга быстро ответил ему почтительным поклоном и повел вперед.  Группа миновала переулки перед особняком принца и галопом понеслась по тихим улицам в восточную часть города.  Ночью в Имперском городе всегда было тихо, но эта тишина была относительной.  Простым людям не разрешалось выходить на улицу после комендантского часа, поэтому они ложились спать рано.  Однако для детей аристократов комендантский час был просто возможностью поиграть в другом месте. Например, в ночном районе Хуалю на востоке города, где находились бордели и чайные домики вроде павильона Наньфэн, а внутренние улицы были соединены, отчего не было необходимости выходить на улицу, и, естественно, они не нарушали правила комендантского часа.  Вся улица была разноцветной, с красными цветами и зелеными ивами*. По обеим сторонам возвышались трехэтажные здания с деревянными балками в центре и развевающимися на ветру разноцветными шелками с блестками. 

(Прим. красные цветы и зеленые ивы - описывает яркую весеннюю сцену, также описывает яркие и красочные цвета)

За тонкой бумагой окна отражались красивые тени. Многие махали руками, чтобы погасить свет, а издалека все еще доносились звуки шелковых и бамбуковых инструментов и негромкий смех.  Четвертый принц, Цзун Ченси, был здесь частым гостем и знал толк в еде, питье, блуде и азартных играх. С ним с удовольствием играли праздные сыновья из разных столичных аристократических семей, он также был любимым покровителем различных борделей.  В отличие от Цзун Ло, который никогда прежде не ступал в это место.  Поэтому, когда слуга привез его на улицу Хуалю, он нахмурил брови. Когда лошадь остановилась перед самым большим павильоном Наньфэн на этой улице, лицо Цзун Ло было холодным, как иней.  Он сел прямо на красивую белую лошадь и легкомысленно сказал:  - Если это способ гостеприимства Четвертого принца, то, пожалуйста, простите меня за то, что я не послушался.  - Хахаха, Третий императорский брат, не нужно так себя вести.  Как раз в тот момент, когда Цзун Ло собирался развернуться и уйти, сверху вдруг раздался искренний смех.  Цзун Чэнси стоял на втором этаже павильона Наньфэн, держа в руке веер.  Он небрежно отдернул разлетевшийся занавес и полетел вниз, приземлившись снаружи.  - Просто я не продумал все до конца. Пока ждал слугу, который пошел приглашать, понял, что императорский брат, наверное, уже спит. Видите ли, я уже снял на завтра отдельную комнату в башне Чуньфэн, но не ожидал, что императорский брат согласится нанести мне визит.  - На этот раз Нань Сяочжу* не занимается торговлей плотью в обычные дни. Это всего лишь чайная и винная лавка, где иногда можно послушать песни, - внутри также есть ирлы для пения. В будние дни здесь развлекаются и обсуждают дела многие придворные чиновники. Их главного музыканта, господина Ши, даже трудно найти, и люди стоят в очереди на его выступление до следующего года.

(Прим: Нань Сяочжу или Наньский маленький и изящный павильон)

Цзун Чэнси говорил с легкомысленной улыбкой на лице, но в его взгляде сквозило совершенно иное благоразумие.  С тех пор, как он в последний раз деликатно проводил Цзун Хунцзи в экипаж, из дворца не поступало никаких известий.  Дворец всегда был непроницаем, как железное ведро, и даже Шестой и Пятый принцы не смогли успешно внедрить туда шпионов.  Лишь вчера он получил известие о том, что Девятый принц снова оказался в изоляторе Его Величества.  Неизвестно, когда именно, но Цзун Чэнси знал это точно.  Скорее всего, это было время, когда он подлил масла в огонь.  К сожалению, он не смог получить никакой информации или связаться с Цзун Хунцзи. Прождав несколько дней, он узнал от своего информатора, что Третий принц успешно опознал Кавалерию Сюань и знает, что тот постепенно восстанавливает память. Не в силах больше сдерживаться, Цзун Чэнси взял на себя инициативу наступления.  Он думал, что Цзун Ло откажет ему, как отказывал другим принцам, но не ожидал, что тот придет.  Должно быть, это действие той половинки пилюли, которую он ему дал. Цзун Чэнси не мог не почувствовать в сердце нотку радости.  Даже если сегодня из-за недостатка внимательности он рискует попасть впросак, если ему удастся привлечь на свою сторону этого могущественного императорского брата, это будет стабильная прибыль без потерь. - Раз уж императорский брат пришел, то сегодняшний счет в «Нань Сяочжу» оплатит этот младший императорский брат, - с улыбкой сказал Цзун Чэнси.  Говоря это, он жестом приказал своему подчиненному бросить мадам кошелек.  Та открыла его и увидела, что он наполнен золотыми листьями. Она тут же улыбнулась и принялась руководить расчисткой территории.  - Все будет в соответствии с предпочтениями императорского брата. Давайте выпьем чаю и поболтаем на втором этаже, и не будем делать ничего лишнего. Третий брат ведь не откажет мне в этом лице? Надо сказать, что у Цзун Чэнси была своя манера общения с людьми.  После такого объяснения лицо Цзун Ло значительно улучшилось.  Он погладил Чжао Ебая по гриве и, наконец, сел на лошадь.  - Пошли.  Еще не наступила ночь, но многих клиентов вежливо приглашали выйти еще до того, как они успевали сделать заказ. Однако, увидев приближающегося человека, они молча закрывали рот.  В Великой Юань существовала четкая иерархия, и образ императора-тирана прочно укоренился в сознании людей. Даже самый низкорожденный Четвертый принц не был тем, кого можно легко спровоцировать.  Издалека они видели, что Четвертый принц одет в роскошные одежды и ведет себя легкомысленно. Мужчина в белом, стоявший за ним, был высоким и стройным, его волосы были высоко подвязаны, а длинная шея очерчивала изгиб, наводивший на размышления.  - Четвертый принц снова здесь, а кто этот человек за его спиной? У него отличная фигура. Почему я не слышал о новом Нань Цзюне*, приехавшем в Нань Сяочжу? Почему бы госпоже не дать его попробовать этому молодому господину? (Прим: Нань Цзюнь - Нань Джентльмен, возможно, новая (парень) проститутка, так как Нань Сяочжу был борделем) Услышав это, друг быстро прервал его и сказал:  - О чем ты говоришь? Это же Третье Высочество! - Что? Третье Высочество? Молодой аристократ, который только что пил, так испугался, что опрокинул кубок с вином.  Он с подозрением посмотрел туда, быстро достал кошелек и бросил несколько золотых листьев, после чего сказал:  - Я больше не буду пить сегодня. Мне нужно еще кое-что сделать. Вы, ребята, продолжайте.  Их семья на протяжении многих поколений была предана особняку маркиза Динбэй и являлась ярым сторонником Пятого принца.  С тех пор как Третий принц вернулся, он никуда не выходил, и никто его не видел. Пятый принц отправил бесчисленное количество приглашений, но все они, как камни в море, остались без ответа.  Однако у Пятого принца, похоже, было какое-то важное дело, и в последние дни он неоднократно приказывал своим людям следить за передвижениями Третьего принца. Он не ожидал, что сегодня во время пьянки случайно наткнется на эту сцену.  Тем не менее, встреча с Четвертым принцем, который всегда оставался в стороне от борьбы за трон. Похоже, это был необычный сигнал.  Молодой аристократ не осмелился размышлять дальше.  Он должен был поспешить в особняк Пятого принца и сообщить Пятому высочеству эту новость.  Цзун Чэнси повел Цзун Ло на второй этаж.  Госпожа, ожидавшая у дверей, быстро поприветствовала их, ее глаза почти улыбались в морщинах на лице, прищуренные в щель.  - Принесите хорошего вина! Цзун Ченси искусно распорядился:  - Разве этот принц не получил ранее бутылку Белого грушевого цветка, этот принц приказал оставить ее, только эту бутылку.  Хорошо, - и официант, с лицом, измазанным пудрой, принял заказ и удалился. Второй этаж был разделен на несколько чайных комнат, и говорили, что тихие комнаты для прослушивания музыки находятся на верхнем этаже. Убранство было довольно элегантным, а в воздухе витал сильный аромат благовоний.  Цзун Ло не очень любил такие запахи. Он терпеливо сел, нахмурившись, и небрежно приоткрыл бамбуковую занавеску, впустив холодный ветер. К счастью, Цзун Ченси тоже не выглядел никчемным и невежественным человеком. Поскольку они собрались здесь, чтобы поговорить о делах, он отстранил всех присутствующих и начал говорить на холодном ветру.  - Этот младший императорский брат слышал, что императорский брат вспомнил кое-что из прошлого? Цзун Ченси засучил рукава и налил кубок вина.  - Пусть этот младший императорский брат сначала выпьет за императорского брата. Цзун Ло взял вино и тайком посмотрел на положение потолочной балки. Затем он вылил его прямо из окна:  - Спасибо, Четвертый Императорский Брат». Однако мудрец-медик, который осматривал меня раньше, сказал, что мне нельзя пить. Пусть этот кубок от моего имени выпьет Первый снег.  Как и ожидалось, когда речь зашла о глазах, в глазах Цзун Ченси промелькнул блеск.  Цзун Ло понял его психологию и вовремя заговорил:  - Кстати говоря, стыдно приходить сюда, но на этот раз я пришел спросить у Младшего Императорского Брата: та половинка эликсира, которую Младший Императорский Брат подарил в прошлый раз, может ли она быть сделана снова? Эта беседа была весьма приятной как для гостей, так и для хозяев.  С этого момента можно было считать, что он действительно завоевал расположение Третьего Императорского Брата, этого генерала.  После трех раундов выпивки Цзун Ченси с румяным лицом был очень доволен и приказал своим людям найти музыкантов, чтобы оживить атмосферу.  Когда слуга уже собирался уходить, Цзун Ло остановил его и спросил:  - Есть ли сейчас музыканты наверху? - Отвечаю вашему высочеству: наверху находится тихая комната господина Ши, - ответил слуга.  Слуга опустил глаза и поставил поднос.  В этот момент Цзун Ло поднял руку и точно уловил холодный свет, выплеснувшийся из рукава в воздух.  Цзун Чэнси полностью протрезвел от выпитого.  Он откинулся назад и внезапно встал:  - Ассасин!