Не хотели бы выпить?

В момент потери сознания все казалось замедленным.  Горячее и обжигающее дыхание струилось на его лицо. Хотя его сознание кричало об опасности, его тело больше не могло двигаться и было полностью поглощено.  Он спал долго, очень долго.  Цзун Ло давно так хорошо не спал. Он не видел во сне сцену своего самоубийства, не видел, как он стоит на коленях в снегу перед дворцом, а перед его лицом возвышаются непреодолимые красные ворота дворца.  Честно говоря, хотя он и изрыгал кровью, он чувствовал, что огонь, который недавно горел в его груди, угас.  В своем туманном сознании Цзун Ло слышал, как люди шепчутся вокруг него.  - Ваше Величество, этот министр осмеливается спросить, не принимал ли Третий Принц в последнее время много лекарств от ведьм? В тихой комнате, наполненной ароматом ладана, императорский врач держал руку на его запястье. Долго хмурясь, он повернулся и неторопливо спросил.  - Холодный женьшень, лэн у, белая трава, хуацзы ци.  Затем Юань Цзя перечислил ряд названий лекарств.  - Это некоторые из лекарств, которые были отправлены в особняк третьего принца в последнее время. - Понятно. Старый императорский врач убрал иглу и беспомощно сказал:  - Третий принц много лет занимается боевыми искусствами, и его здоровье всегда было хорошим. Хотя в прошлом году он получил серьезную травму, он выздоровел. Слишком много добавок может легко вызвать внутреннее перегревание. - Рецепт, который этот министр изначально выписал, не вызывал особых проблем. - Он погладил свою длинную белую бороду на подбородке. - Но этот министр не ожидал, что в прошлый раз, в день Цинси двенадцатого дня двенадцатого лунного месяца, Ваше Величество, вы приготовили лекарственную ванну для Третьего Высочества. Неожиданно все закончилось так, что было немного чрезмерно. - Это правда. - Стоявший рядом лекарь-мудрец тоже присоединился к разговору. - На некоторое время огонь поразил сердце, накопленные лекарственные свойства были стимулированы, и он изрыгал кровью. Рвота кровью считается детоксикацией, и в этом нет ничего страшного. Услышав слова двух великих врачей, Юань Цзя, стоявший позади императора, наконец вздохнул с облегчением. Час назад король Бэйнин ворвался в зал, держа на руках третьего принца, передняя часть которого была покрыта кровью, что было еще более заметным на белой одежде. Все были потрясены, увидев эту сцену, но никто не заметил выражения лица императора Юаня в тот момент. Хотя это было всего лишь мгновение, Юань Цзя, который всегда следовал за императором, все же не смог сдержать дрожь от холода и леденящего душу, смешанного с жестоким убийственным намерением. Все было так, как и тогда, поистине закалено на поле битвы каждым ударом меча и клинка. Затем появился императорский врач Сюань. Императорская гвардия сразу же опечатала весь зал, Третий принц был перенесен в цзинши, а все императорские врачи во дворце, как дежурные, так и отдыхающие, были разбужены и приготовлены к работе.

(Прим. цзинши — тихая комната)

На протяжении всего этого процесса лицо императора Юаня было ледяным, как будто оно было парализовано. Только после слов старого врача и медика-мудреца о том, что он чрезмерно питался, его состояние незаметно улучшилось. Он говорил жестко: . - Чжэнь не знал. Занятия боевыми искусствами круглый год, безусловно, укрепляют тело. Но, возглавляя войска на поле боя, скрытые травмы и старые болезни не уменьшаются. Это недопустимо, в конечном счете, это потому, что тело и кости слишком слабы, и пренебрегают восстановлением! Юань Цзя, стоявший рядом, продолжал жаловаться в душе. В эти дни хорошие лекарственные материалы из дворца перевозились в особняк третьего принца в ящиках. Его Величество даже специально вызвал двух императорских врачей, которые были отправлены в особняк третьего принца, чтобы убедиться, что они пополняют запасы его высочества. В конце концов, все эти вещи были скрыты от третьего принца. Юань Цзя лично проинформировал управляющего Ляо, поэтому управляющий Ляо закрыл на это глаза, и многие из присланных лекарственных средств были зарегистрированы в другой бухгалтерской книге. Старый женьшень, который Третий принц подарил на банкете только что, был тем, который изначально был отправлен из дворцового склада для рассмотрения Его Величеством. По какому-то стечению обстоятельств он был отправлен обратно. Юань Цзя не мог не вздохнуть в душе Но в конце концов, все равно остается та же фраза: ничего страшного, если ничего не произойдет. Когда император Юань сказал это, присутствующие императорские врачи все были потрясены. Если быть разумным, то было отправлено так много великолепных тонизирующих лекарств за один раз, а в результате только рвота кровью, что можно судить о физическом состоянии третьего принца. Но, конечно, о таких вещах можно было думать только в душе. Как только атмосфера в цзинши наконец немного расслабилась после предыдущего напряжения, внезапно поступило сообщение от тайного стражника. - Докладываю Вашему Величеству, король Бэйнин завершил расследование в отношении людей в зале. После такого поворота событий банкет не мог продолжаться. Теперь круглая луна была высоко, ночь была глубокой, пора было ложиться спать, но теперь зал охранял король Бэйнин с императорской гвардией, проверяя всех по одному. После проверки никто не мог уйти, пока не будет окончательно установлен главный виновник. Все знали, что означают три слога «Юй Бэйчжоу». Другие генералы, такие как Му Юаньлун, изначально извлекали выгоду из собственного маркизского особняка. Но Юй Бэйчжоу был безжалостным человеком, который действительно пробился с низов, будучи рядовым солдатом, и даже сейчас гунны все еще боялись, услышав его имя. В то время как другие прятали головы, как страусы, Цзун Хунцзю, лежавший за занавесом в главном зале, был еще более напуган, его лицо было бледным. Из-за внезапного инцидента императорский врач Линь дал Цзун Хунцзю успокаивающее лекарство, реакция Цзун Хунцзю была не такой сильной, он просто сильно потел. Он был еще молод и не полностью развился. Прием сильного афродизиака не вызвал бы у него таких же серьезных реакций, как у взрослых. Более того, изначально это был самостоятельно разработанный и выполненный трюк с горьким мясом. Дозировка лекарства была намного меньше, чем у Е Линханя, поэтому проблему было легко решить.

(Прим: трюк с горьким мясом — уловка, заключающаяся в нанесении себе ранения, чтобы завоевать доверие врага)

Цзун Хунцзю уже все спланировал с Цзун Чэнси. Если Цзун Жуйчэнь выпьет этот бокал вина, то, учитывая его репутацию глупца, он определенно не сможет избежать потери этикета перед императором, и козел отпущения тоже уже был подготовлен. Кто знал, что в середине пути произойдет такая перемена. Цзун Хунцзю чувствовал себя очень обиженным. Самое большее, он мог бы начать с Восьмого, который не пользовался благосклонностью императора. А что касается Цзун Ло, от которого он дважды пострадал, то как он мог иметь на это смелость. Как и следовало ожидать, когда дело коснулось принца, которого он ценил больше всего, император пришел в ярость и даже вызвал короля Бэйнина, чтобы тот взял на себя руководство ситуацией. Помимо ревности, Цзун Хунцзю также боялся, что этот внезапный инцидент может перерасти в неконтролируемую ситуацию, которая повредит рыбам в пруду и вытащит на поверхность то, что он начал, как вытаскивают редьку с грязью. Когда люди не обращали внимания, он закрыл глаза и потянул за подол одежды Цзун Чэнси. В данный момент в главном зале было много глаз и ушей, а Цзун Чэнси давно был раздражен им. - Ничего страшного, он хорош в бою, но не обязательно хорош в судействе. Сказав это, он встал и сказал:  - Поскольку девятый императорский брат болен, ему следует сначала отдохнуть в заднем зале и показаться императорскому врачу. Не оставляйте никаких корней болезни. Услышав, что он может уйти из этого места, где решаются вопросы правоты и неправоты, Цзун Хунцзюедва не сделал в душе хорошую сделку. В конце концов, он тоже был жертвой на поверхности. После того, как козел отпущения будет расследован, подозрения в его отношении могут быть автоматически сняты. Учитель боевых искусств во дворце был поклонником короля Бэйнина и часто прославлял его славные деяния в прошлом. Если он останется здесь еще надолго, Цзун Хунцзю боялся, что он раскроет себя. Цзун Чэнси даже хотел избавиться от Цзун Хунцзю. Только избавившись от последнего, его план мог продвигаться более гладко. С самого начала и до конца генерал в красной одежде и белом мехе носил на лице привычную беспечную улыбку. Он не соглашался, но и не возражал. Спустя долгое время после того, как Цзун Хунцзю покинул зал, слуга, ответственный за розлив вина, наконец набрался смелости и вышел вперед. Он преклонил колени на земле, дрожа, не смея поднять глаза на легендарного хладнокровного генерала Шура, и дрожащим голосом произнес: - Ваше Высочество, этот... этот раб хочет сказать кое-что. И о всем этом Цзун Ло, который сейчас лежал в Императорском медицинском дворе, не знал ничего. Поскольку ничего плохого не произошло, императорские врачи все удалились, оставив ему тихую обстановку для отдыха. После доклада тайной стражи император Юань приказал усилить бдительность в Императорском медицинском дворе, затем ушел с Юань Цзя, вернулся в зал, чтобы разобраться с окончательными результатами и проконтролировать общую ситуацию. Спустя неизвестное количество времени внезапно раздался очень тихий звук. Скрип... Открытие и закрытие двери было особенно резким в глубокой ночи. Пришедший человек был покрыт инеем и снегом, медленно подошел к центру цзинши и посмотрел на человека на кровати, который все еще находился в глубоком сне. В оцепенении Юй Бэйчжоу подумал, что он вернулся в прошлое, когда он был одет в драконью мантию, стоял в спальне и смотрел на лицо в ледяном гробу, которое никогда не проснется. Единственное отличие заключалось в том, что человек перед ним все еще дышал и мог кровоточить. Юй Бэйчжоу вспомнил горячую кровь, которая недавно брызнула на его пальцы. Тело Цзун Ло явно было холодным, и даже когда он долго держал его за запястье, оно не согревалось, а кровь на его теле должна была быть такой же холодной. Но этот сантиметр кожи до сих пор был горячим, как будто его обожгли. Трудно описать настроение Юй Бэйчжоу в тот момент. После смерти Цзун Ло в прошлой жизни он провел девять чрезвычайно скучных лет. Это был долгий, унылый период, более тяжелый, чем двадцать с лишним лет, которые он прожил в прошлом. - Бессмертие — не лучшее средство, старший брат. Если ты снова умрешь, этот младший брат боится, что не сможет спасти тебя снова, — сказал он. Внезапно он наклонился, его пальцы скользнули от линии волос принца к его бровям, глазам, высокой переносице и, наконец, мягко прижались к тем алым тонким губам. Всего лишь легкое давление кончиком пальца, два раза потерев, эта краснота стала все более и более великолепной, окрашенной в чарующий цвет. - Старший брат может умереть только в моих руках. Если он не скажет этого, этот человек никогда не узнает причину. Красиво упакованная парчовая коробка должна ждать момента, когда ее откроют. Юй Бэйчжоу уставился на свою руку, шепча, как самый близкий любовник. - Но все почти готово. Старший брат, все почти готово. Когда Цзун Ло проснулся, солнце уже стояло высоко в небе. Он чувствовал, что его состояние прошлой ночью было немного странным. Он заснул, не видел снов, но его сознание было ясным. Будь то император Юань, холодно дающий указания императорскому врачу перед его обмороком, едва скрывая в голосе беспокойство, или Юй Бэйчжоу, который пришел позже, тронул его по непонятной причине и заговорил сам с собой, он слышал все ясно. Но это ограничивалось слышанием, мозг как будто завис, неспособный самостоятельно думать. (Прим: завис здесь означает как компьютерный сбой) Только когда он проснулся, все постепенно начало возвращаться в норму. Выспавшись и избавившись от застоя крови, Цзун Ло почувствовал, что теперь он бодр и ясно мыслит. - Третий принц, вы проснулись. Слуга, ожидавший рядом, поспешно поприветствовал его. После того, как старый врач снова продиагностировал его пульс и тысячу раз напутствовал его не переедать, Цзун Ло разрешили покинуть Императорский медицинский двор. В отличие от императорских врачей, которые знали его физическое состояние и не слишком беспокоились. Внешняя часть Императорского медицинского двора была охраняемая императорской гвардией, слой за слоем, готовая к бою, даже воробей не мог проникнуть внутрь. Цзун Ло увидел Е Линханя, который стоял за человеческой стеной, выглядящим изможденным, и только увидев его, его глаза просветлели. Он также увидел Пэй Цяньсюэ, который ждал здесь после утреннего двора, и слугу, который всегда был рядом с пятым принцем. Но прежде чем он успел сказать что-то еще, евнух сбоку сказал: - Третий принц, Его Величество не спал всю ночь и долго ждал вас в дворце Чжан.