Не хотели бы выпить?

- Чжэнь видел сон прошлой ночью Услышав эти слова императора Юаня, Цзун Ло почувствовал, как будто его внутренние органы наполнились свинцом, конечности застыли, а в голове в мгновение ока пронеслись бесчисленные отвлекающие мысли. До сих пор в «Не хотите выпить?» из главных мужских второстепенных персонажей Пэй Цяньсюэ, Гунсунь Ю и Е Линхань, только Гунсунь Ю видел сны о своей прошлой жизни, предоставив Цзун Ло больше всего информации. Напротив, Гу Цзыюань, Цзун Жуйчэнь, Цзун Юаньу и даже сам Цзун Ло, которые имели умеренное количество экранного времени и почти не появлялись в оригинальном тексте, имели более высокую вероятность увидеть сны о своей прошлой жизни. Этого было достаточно, чтобы показать, что сны о прошлой жизни не имеют обязательной связи с оригинальным текстом. Помимо них, многие обычные люди, возможно, также видели такие сны. Вероятно, это было вероятностное событие, вызванное обратным ходом времени. В конце концов, это было то, что действительно произошло, а не ложь и не подделка. Многие люди, увидевшие сон, могут забыть его, проснувшись, и вообще не вспомнить. Но на этот раз сон приснился императору Юань. С древних времен и до наших дней, когда императоры видели сны, это часто рассматривалось как своего рода предзнаменование. В предыдущей династии был император, который ночью видел сон о встрече с Царицей-матерью Запада. Говорили, что в этом сне он получил шанс стать бессмертным. Спустя сто лет над его могилой действительно появились благоприятные облака, а также были заметны небесные явления и яркий золотой свет.

(Прим: Царица-мать Запада — богиня в китайской мифологии и народных верованиях, а также даосская бессмертная. В «Классике гор и морей» Царица-мать Запада — свирепая богиня, отвечающая за Небесную суровость (стихийные бедствия и эпидемии) и Пять наказаний (пять видов наказаний). Ее образ имеет человеческую форму, с растрепанными волосами и хохолатом (нефритовым украшением) на голове. , леопардовым хвостом, тигровыми зубами и умением рычать , этот образ с человеческой головой и телом животного имеет сильный тотемический оттенок).

По совпадению, последний тиран предыдущей династии в молодости видел сон о разрушении страны и бедственном положении народа. Однако, проснувшись, он помнил только то, что ему удалось захватить трон во сне, забыв, что он стал королем падшей страны. Если бы император Юань видел сны, то, основываясь на опыте других людей, которые видели сны, он, вероятно, видел бы некоторые воспоминания из своей прошлой жизни, а еще более вероятно, что он видел бы изменения, произошедшие перед его смертью. С остротой ума императора Юаня, если бы он смог осознать, что он видит сон во сне, он, вероятно, был бы похож на Гунсунь Ю, и мог бы многое проанализировать только по сну. Это было источником беспокойства Цзун Ло. Если сон императора Юаня был достаточно длинным, то не было невозможности предположить его необычные действия в этой жизни и даже увидеть план. Чтобы сказать ложь, нужно больше лжи, чтобы ее дополнить. Но он еще не был готов к этому, к тому, что ложь будет раскрыта. Однако император Юань был сейчас в приподнятом настроении и не заметил необычного выражения лица своего принца. - После битвы при перевал Ханьгу в прошлом году с неба упало предзнаменование в виде девяти звезд, соединенных в ряд, как жемчужины, и все жители Великой Юань видели сон, в котором ты покончил с собой под городской стеной. Он стоял, скрестив руки за спиной, и острый взгляд за его маньдяо поблек, как будто он погрузился в воспоминания. - Только Чжэнь не видел этого сна. Колеблющийся свет свечи за дворцом Чжан удлинялся, отбрасывая отражение императора на землю. Когда-то император Юань, снявший драконью мантию, надевший доспехи и взявший в руки меч в битве при перевале Ханьгу, хотел выбежать и сражаться. Всегда прямая спина императора Юаня казалась немного сгорбленной. Прожив две жизни, Цзун Ло никогда не знал, что когда он отчаянно сражался на перевале Ханьгу, в золотом зале Луань, правитель страны также был готов к разрушению страны и смерти государя. Как сказал Пэй Цяньсюэ, он был принцем, которого император Юань ценил и любил больше всего. Он погиб на поле битвы, все видели это во сне, только император Юань не видел этого во сне. Возможно, в полуночных снах император бесконечно сожалел о том, что не обнажил меч и не вырвался из императорского города, а может быть, он не хотел видеть сны после смерти, виня себя за гибель своего принца в подземном мире. Голос императора был тихим. - Прошлой ночью Чжэнь наконец увидел сон, но в нем ты покончил с собой под императорским городом. Цзун Ло был потрясен, и его пальцы под длинными рукавами невольно сжались. Никто лучше него не знал, что прошлогодний великий сон был не о сцене осады со всех сторон в ущелье Ханьгу, а о реальном самоубийстве в прошлой жизни. Что именно видел во сне император Юань? Видел ли он императорский указ, сброшенный с городской стены? Заметил ли он какие-либо аномалии или вывел больше подсказок из других следов? Как будто его держала невидимая большая рука, ожидая окончательного приговора. Независимо от того, что произошло на церемонии жертвоприношения ведьм, он действительно был первым, кто солгал в этой жизни. Даже если император Юань действительно догадался и был в ярости, Цзун Ло не имел права жаловаться. Однако, когда дело дошло до этого, император Юань замолчал. Свет свечей в дворце Чжан был ярким, а затем погас, и император, одетый в черную драконью мантию, внезапно повернулся и пошел прямо к Лань Ци, где за занавесом хранилось оружие. На центральном Лань Ци лежал драгоценный меч, который был очень знаком Цзун Ло. Чжаньлу. Императорский указ о самоубийстве в прошлой жизни был завернут в этот меч императорской доброты и сброшен с городской стены. Рукописный текст императора наверху привлекал внимание, нефритовая печать была отпечатана очень красным цветом, а ряд больших холодных иероглифов был написан наспех. До сих пор Цзун Ло помнил ощущение этого меча в своей руке, и даже в момент, когда он увидел его, его зрачки внезапно сузились, а боль от холодного и острого лезвия меча, коснувшегося его шеи, была все еще яркой. Император Юань прямо взял меч Чжаньлу. С звуком «кланг» драгоценный меч легко выскочил из ножен, сияя холодным светом в слегка затемненной комнате. Император вытянул два пальца и осторожно погладил рукоять меча: - Это было, когда Чжэнь было всего семнадцать лет, единственное сокровище, которое Чжэнь взял из дворца страны Юэ после великого разрушения страны Юэ. Оружие, занесенное в мировой реестр оружия, либо хранилось в дворцах различных стран, либо находилось в руках всемирно известных мастеров фехтования, либо было утрачено. Чжаньлу когда-то был сокровищем страны Юэ, носил титул Меча Добродетели и Меча Императоров, привлекая множество алчных глаз. В то время император Юань был еще принцем Великой Юань, молодым и гордым, и когда он услышал название «Меч императоров», он сразу же повел войска в страну Юэ. В то время страна Юэ была осаждена несколькими странами, упорно сопротивлялась, создавая хрупкий баланс. В этой ситуации император Юань выстроил построение и прорвался прямо вперед, сыграв жестокую шутку с другими войсками, непосредственно захватив меч и прославившись в одной битве. С тех пор Чжаньлу стал его мечом. Он следовал за ним, чтобы завоевать мир, захватить трон, омыть императорский город кровью, стать свидетелем бесчисленных исторических событий, и был убран только после того, как он взошел на трон. Можно сказать, что этот меч сопровождал императора Юаня большую часть его жизни, и его символическое значение было не меньше, чем личное присутствие. Именно поэтому Цзун Ло почувствовал отчаяние, когда увидел Чжаньлу и рукописный императорский указ в своей прошлой жизни. Император Юань вытащил свой меч и легко сделал «меч-цветок» (Прим: движение меча, похожее на рисование цветка). Сокровищный меч был сокровищным мечем, даже если он не использовался много лет, даже когда его вытаскивали из ножен, в нем не было застоя. - Иди сюда. - Он поманил Цзун Ло, вложил Чжаньлу в ножны, выпрямил ладонь, поместил ее за рукоятью и мягко толкнул. В следующую секунду, как по волшебству, рукоять, которая была в порядке, внезапно открылась, обнажив квадратную и вертикальную пустую коробку внутри. - Цянькунь внутри меча?! - Цзун Ло был глубоко потрясен. (Прим: Цянькунь — как те мешочки или сумки Цянькунь в уся, которые могут вместить больше, чем кажется на первый взгляд). Среди десяти лучших мечей в мире пять были отлиты Оу Ецзи, мастером по изготовлению мечей предыдущей династии, который уже вознесся к бессмертию, оставив после себя бесчисленные легендарные истории. Говорили, что Оу Ецзы оставил «Цянькунь внутри меча» в своих самых удачных произведениях. Если кому-то посчастливилось найти его, то он мог получить драгоценный клад, оставленный Оу Ецзы внутри. Самыми известными мечами, изготовленными Оу Ецзы, были Цисин Лунъюань, Чжаньлу, Тай-А, Цзю Цюэ и Юй Чан. Среди них меч Юй Чан был мягким мечом убийцы, в котором не было места для Цянькуня в мече, а меч Цзю Цюэ пропал сотни лет назад. Остальные три, которые можно было отследить, были Цисин Лунъюань в руках Цзун Ло, Тай-А в руках Юй Бэйчжоу и Чжаньлу в руках императора Юаня. Тай'А был злым мечом. После того, как он был изготовлен, Оу Ецзы бросил его с горы и больше не обращал на него внимания. Чжаньлу был Мечом Доброты. После того, как он был изготовлен, его подарили императору предыдущей династии. Только на Цисин Лунъюань Оу Ецзы не скупился на свою любовь, часто хвастаясь им на публике. Поэтому и мир, и мастер по изготовлению мечей догадывались, что Цянькунь внутри меча будет спрятан Оу Ецзы в Цисин Лунюане. Цзун Ло также глубоко согласился с этим. Когда его учитель Гуйгуцзы подарил ему этот меч, Цзун Ло часто трогал рукоять, пытаясь увидеть, где Цянькунь внутри меча был спрятан в Цисин Лунъюане. Но в течение многих лет он не мог найти никаких подсказок. Сегодня он понял, что Цянькунь внутри меча на самом деле был спрятан Оу Ецзы в Чжаньлу! Говоря о Цянькуне внутри меча, на самом деле это было всего лишь несколько сантиметров отверстия в очень удачном месте на рукояти, куда можно было положить вещи. Император Юань вздохнул. - Чжэнь однажды получил серьезную травму на поле битвы, и случайно открыл Цянькунь внутри меча и взял божественное лекарство, оставленное Оу Ецзы внутри, просто вернув себе жизнь. Неудивительно, что внутри пусто, ничего нет, оказалось, что его давно взял император Юань. Кто бы мог подумать, что то, что Оу Ецзы оставил в Цянькуне внутри меча, было божественным лекарством. Это действительно считалось драгоценным сокровищем, ведь для тех, кто использует мечи, божественная пилюля, способная спасти жизнь, всегда была эффективнее, чем понимание ковки мечей. Цзун Ло был ошеломлен на некоторое время, и только когда император Юань сунул ему в руку Чжаньлу, он не отреагировал. - Отец-император? - С этого момента этот меч принадлежит тебе. Император Юань сказал легко, как будто это было проще простого: - Он подходит тебе больше, чем Цисин Лунъюань. Цзун Ло был ошеломлен и вдруг не смог удержать Чжаньлу в руке, и тот с «звенящим» звуком упал на землю. На самом деле, когда его учитель Гуйгуцзы дал ему Цисин Лунъюань, он также сказал похожие слова. - Десять самых известных мечей в мире либо утеряны, либо имеют хозяев. Хотя Цисин Лунъюань хорош, ширина меча немного уже, чем тот, который ты обычно используешь. Жаль, что у Чжаньлу уже есть хозяин, иначе это был бы самый подходящий для тебя меч. В то время, хотя он и слышал эти слова, Цзун Ло не принял их близко к сердцу. Только его мастер мог быть таким придирчивым. На самом деле, он был так счастлив, когда получил этот всемирно известный Цисин Лунъюань, как он мог фантазировать о сокровищном мече тирана-отца, с которым он еще не был знаком в то время. Кто бы мог подумать, что после всех перипетий этот меч будет подарен ему императором Юанем в этой жизни. Император нахмурился. - Почему ты даже не можешь держать меч ровно? Если ты не можешь держать меч ровно, как ты сможешь стабилизировать мир? - Отец-император, это действительно слишком ценно. Более того, Чжаньлу все еще является вашим мечом, этот сын не смеет его принять! Принц в белом поднял Чжаньлу, и тяжесть в его руках казалась ему нереальной, как сон. Меч, который был дан ему для самоубийства в прошлой жизни, теперь был подарен ему самим императором Юанем. - Чжэнь является императором, но больше не генералом. Холодно сказал император Юань. - Хотя этот меч хорош, если он останется у Чжэня, то в будущем его можно будет только похоронить в императорском мавзолее. Если он будет с тобой, то сможет стать свидетелем подвига объединения мира, разве это не лучше? Более того... Император Юань поднял ножны и бросил их ему. Через некоторое время он неожиданно сказал: - Раз ты взял меч, не делай ничего глупого для Чжэня. Цзун Ло был ошеломлен. Он вспомнил, что император Юань только что рассказал о своем сне, в котором он покончил с собой под Императорским городом. Верно, если император Юань видел это во сне, то как он мог не сказать, что он держит в руке Цисин Лунъюань или Чжаньлу. Цзун Ло не мог определить, что видел во сне император Юань, но он знал, что, возможно, его отец-император не знал, что произошло во сне, и только тогда он отдал ему Чжаньлу. И сказал ему не делать ничего глупого.